Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков)




Скачать 446.61 Kb.
НазваниеЭгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков)
страница2/3
Дата22.03.2013
Размер446.61 Kb.
ТипАвтореферат
1   2   3
я, считается, что эгоцентрическая концепция языка естественным образом вытекает из антропоцентрической, являясь углублением последней в плане актуализации ориентированности языка на субъект речи и, в первую очередь, на его «я» («ego»).

В работе отмечается что «ego» («я») является одним из наиболее сложных и противоречивых понятий в системе знаний о человеке, приводятся концептуальные определения «ego» («я») в различных сферах гуманитарного знания. Так, в лингвистике под «ego »понимается «(от лат. ego – я) – направленность на собственное я», «я» употребляется для обозначения говорящим самого себя; для обозначения сознаваемой человеком собственной сущности, самого себя как личности, индивидуума, а также для обозначения субъекта» [БТСРЯ 2000: 1530].

В антропоцентрической парадигме лингвистики понятие «ego» (я) соотносится с понятием субъект. Как отмечает Э.Бенвенист «тот есть ego, кто говорит ego». Мы находим здесь самое основание субъективности, определяемой языковым статусом лица» [Бенвенист 1974: 294].

В нашей работе в рамках исследуемой проблематики «ego» (я) рассматривается как языковая личность, как субъект дискурсивной деятельности.

В диссертационной работе рассматриваются определения понятия эгоцентризм в разных областях знания, приводится широкое и узкое понимание языкового эгоцентризма, представленное в работах К. Бюлера, в его теории указательного поля человеческого языка; Б. Рассела, который под эгоцентрическими спецификаторами понимает те слова, «значение которых изменяется с переменой говорящего и его положения во времени и пространстве» [Рассел 2000: 87]; Р. Якобсона, по мнению которого «я» определяется как шифтер, как символ, который не может обозначать говорящего не находясь с ним в реальной связи; Э. Бенвениста, рассматривающего «я» как индивида, который производит данный речевой акт, Дж. Лайонза, считающего эгоцентричной типичную ситуацию высказывания; Ю.С. Степанова, в частности, в его теории дектики, в которой автор рассматривает философию эгоцентрических слов как своеобразное выражение прагматического подхода к языку, а термин «дектики» используется для обозначения отношения языка к говорящему, т.е. я.

В своей работе мы исходим из определения эгоцентризма, данного Ю.С.Степановым, а именно: «отношение языка к говорящему заключается в присвоении себе языка в момент – и на момент – речи» [Степанов 1985: 223]. Для нас особенно важны две концептуальные составляющие данного понятия – это говорящий и язык, то есть языковое (вербальное) произведение. Поскольку говорящий соотносится с понятием я (эго) и рассматривается как языковая личность, эгоцентрический подход, в соответствии с целевой направленностью исследования, реализуется в описании текстотворческой роли субъекта (языковой личности).

В работе осуществляется анализ исследований, посвященных теории языковой личности, даются различные ее определения, акцентируется, что принимаемый в качестве языковой личности индивидуум обладает свойственными ему личностными качествами, которые не могут не найти выражения в его речевом поведении и в структурно-семантической организации созданного им текста. На основе синтеза двух определяющих понятий - «дискурс» и «языковая личность» - в диссертационной работе осуществляется уточнение определения эгоцентризма, данного Ю.С.Степановым: эгоцентризм – это отношение дискурса к его автору – говорящему как языковой личности.

В данной главе рассматриваются также различные подходы к определению дискурса в современной лингвистике. В частности отмечается, что множество исследовательских концепций, развивающих теорию дискурса в настоящее время, отличает стремление изучать не только структурную модель текста, но и учет обстоятельств общения и характеристик коммуникантов. Такой подход к изучению живой речи в условиях реальной коммуникации получил название коммуникативной модели представления текста. Если в структурной модели представления текста последний есть результат, а не процесс речи, то в коммуникативной модели на первый план выходят вопросы, связанные с порождением и пониманием текста, то есть текста, погруженного в ситуацию общения.

В диссертации мы исходим из определения дискурса, принятого в отечественной лингвистике, которое актуализирует культурно-ситуативное его понимание: дискурс – это «связный текст в совокупности с экстралингвистическими – прагматическими, социокультурными, психологическими и др. факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах). Дискурс – это речь, «погруженная в жизнь» [ЛЭС 1990: 136-137].

В работе мы отдаем предпочтение широкой трактовке понятия дискурс, исходя из которой последний рассматривается и как коммуникативный процесс, и как его результат – определенной речевое произведение (текст), как «речевая деятельность, являющаяся в то же время и языковым материалом» [Щерба 1974: 29].

В работе отмечается важность положения о том, что за дискурсом стоит, прежде всего, личность говорящего, дискурсивная деятельность которого обусловлена как социально-культурной ментальностью, так и многообразием личностных характеристик и ролей, предписываемых определенными коммуникативными ситуациями и сферой общения.

В этой же части работы как теоретическая и методологическая основа диссертации рассматриваются различные исследования, связанные с композиционными, коммуникативными, прагматическими аспектами изучения научного дискурса. Особое внимание уделяется исследованиям научного текста в рамках теории речевой деятельности (Лингвистическая прагматика 1985; Серль 1982; Теория речевых актов 1986; Леонтьев 1969, 1968, 1974; Сорокин, Тарасов, Шахнарович 1979; Кацнельсон 1972; Жинкин 1982; Выготский 1982; Человеческий фактор в языке. Язык и проблемы порождения речи 1991; Якобсон 1985), которая позволяет актуализировать связь научного текста с речевой ситуацией.

Принимая во внимание отмеченные многими исследователями универсальную инвариантную модель научной речи, особую логику структурирования информации, определенную последовательность частей, а также такие основные характеристики научной речи, как объективность, логичность, точность, безличность, неэмоциональность, обусловливающие специфику и норму стиля и приводящие к типизированному использованию средств языка, мы в соответствии с целями исследования исходим из следующего определения научного дискурса: «научный дискурс – это не только отдельный стиль с хорошо описанным набором свойств (объективность, точность, ясность и пр.), но, в первую очередь, особым образом организованное изложение, главную роль в котором играет его автор – субъект знания и познания» [Рябцева 1996: 10]. Представляя собой отражение процесса получения и передачи говорящим новой информации, научный дискурс не может не быть субъективным. Научный дискурс – это особым образом организованное и структурированное представление автором результатов своей когнитивной деятельности. Наряду со стандартами данного стиля, в нем находят выражение так называемые «иностилевые элементы», делающие его личностно ориентированными.

Целью дискурсивной деятельности говорящего является не только порождение нового знания, но и представление своего взгляда на решение проблемы, критическое отношение к результатам исследований своих предшественников и, самое главное, - стремление сделать новое знание достоянием научной общественности. Эта цель предопределяет структурную организацию, общую тональность дискурса. Мотивы, интенции говорящего определяют степень насыщенности дискурса единицами, делающими его личностно ориентированным. Отмечается, что говорящий является неотъемлемой частью научного дискурса, более того, дискурс характеризуется явной отнесенностью к его автору, который, используя комплекс разноуровневых эгорепрезентаторов, эксплицирует свое присутствие.

Вторая глава «Говорящий как особая дискурсообразующая категория» посвящена исследованию лингвистического дискурса и роли говорящего в формировании его информационного поля и композиционной структуры.

В этой части работы дается характеристика лингвистического дискурса как типа научного дискурса. Отмечается, что данный тип дискурса репрезентирует мыслительную деятельность ученого-лингвиста, который системно организовывает и представляет процесс и результаты научно-познавательной деятельности. Автор дискурса представляет знание в структурированном виде, отражая различные этапы познания, определяя отношение к знанию как к ценности, оценивая старое знание, формулируя и выдвигая новое. В лингвистическом дискурсе говорящий не только представляет логику научного исследования, но через определенную структурацию знания и выражение отношения к объекту анализа манифестирует себя.

Мы исходим из того, что лингвистический дискурс является продуктом лингвокреативной деятельности говорящего и несет на себе «печать» индивидуальности его автора.

В диссертации отмечается, что первоначальной функцией говорящего как автора лингвистического дискурса является функция презентации научного знания. Структурация дискурса, наряду с презентацией научного знания, является одной из основных функций говорящего, поскольку дискурс относится к конкретному лицу (говорящему), адресован другому конкретному лицу (слушающему), соотносится с определенной пространственно-временной рамкой, создается в соответствии с жанровым каноном.

В работе дается следующее определение лингвистического дискурса – это связный текст, особым образом организованный посредством языковых единиц, отобранных говорящим для достижения определенных прагматических целей; текст, отражающий в речевой форме процесс творческой мысли ученого-лингвиста и результат этого процесса – новое знание о таком сложном феномене, как естественный человеческий язык; текст, характеризующийся динамическим равновесием таких параметров, как объективность и субъективность изложения и отличающийся экстралингвистической и личностной ориентированностью. Лингвистический дискурс представляет собой один из видов институционального дискурса, для которого характерна определенная структурная организация. Однако в зависимости от типа (устной, письменной) и жанра (статья, монография, отзыв, рецензия) дискурса, степень его трафаретности может быть различной.

Вслед за некоторыми исследователями мы отмечаем, что лингвистический дискурс стремительно меняется: на смену тексту со строго предписанными для научного стиля языковыми признаками, «абстрактной идеальной системе, далекой от реальной речи», «на смену жесткому разграничению языка и речи, … нормы и отклонения от нормы, устного и письменного приходит «лингвистика языкового существования», ставящая в центр изучения человека, погруженного в язык как в живую стихию» [Плисецкая 2003]. На наш взгляд, использование в нем различных эгомаркеров остается в допустимых пределах и не нарушает параметров, существенных для сохранения особенностей научного стиля, к которому относится лингвистический дискурс.

В соответствии с целевой направленностью нашего исследования, эгоцентрические единицы в лингвистическом дискурсе рассматриваются нами не как иностилевые элементы. Эти единицы, на наш взгляд, способствуют реализации когезии и когерентности дискурса, создавая структурную, смысловую и коммуникативную его целостность и определяя динамичность его структуры.

Лингвистический дискурс рассматривается нами с позиции говорящего, который, используя различные коммуникативные стратегии, интегрируя содержательную и формальную стороны продуцируемого научного произведения, выступает важнейшей дискурсообразующей категорией.

Говорящий соотносит порождаемый дискурс с самим собой как с автором, находит в нем эксплицитное и имплицитное выражение посредством единиц разных уровней языка, его доминирующим категориальным признаком является «присвоение дискурса» посредствам выполнения функции презентации, структурации и оценки.

Дискурс как некоторая целостность оформляется благодаря мыслительной и коммуникативной деятельности говорящего. Говорящий объединяет, детерминирует универсум дискурса, определяя его макро- и микроструктуры. С одной стороны, говорящий рассматривается нами в аспекте репрезентации его различными языковыми средствами, к числу которых относятся личные местоимения я, I, мен, притяжательные местоимения мой, my, наш, our морфологические средства – личные окончания глагола 1-го лица единственного и множественного числа в русском и карачаево-балкарском языках, дейктические наречия и местоимения, вводные единицы, номинативные единицы типа автор, исследователь и другие, относящиеся к эгоцентрическому полю языка. С другой стороны, говорящий квалифицируется в аспекте реализации его как автора дискурса, который объединяет в единое целое порождаемое им научное произведение, представляет в диалектическом единстве содержательную основу дискурса и способ его представления.

В работе пространство лингвистического дискурса рассматривается как представление говорящим результатов познанной и познаваемой информации сквозь призму его личностного восприятия.

При презентации объекта исследования говорящий осуществляет определенные мыслительные операции с понятиями, их анализ и синтез, выводит новое знание об объекте и представляет результаты исследования в определенным образом оформленном тексте. Лингвистический дискурс содержит не только описание объекта исследования, способа или последовательности мыслительных операций, подводящих к определенным выводам, но и сопровождается сочетанием презентации объективной информации элементами, делающими дискурс личностно ориентированным. К числу таких элементов относятся языковые единицы, связанные с процессом вывода нового знания. Говорящий размышляет, проводит критический обзор достижений предшественников, ссылается на них, соглашается с ними или приводит контраргументы, подвергает апробации и верификации свои положения, аргументирует их, спорит, открыто выражает свою позицию, выражает убежденность, делает выводы.

В работе отмечается, что временные и пространственные рамки дискурса соотносятся с говорящим. Система временных форм в дискурсе исследуемых языков (и видовых – в русском), используемых говорящим, с одной стороны, выражает этапы становления и развития авторской мысли, с другой, связывается с моментом развертывания дискурса, то есть соотносится с эгоцентрической координатой «сейчас».

Пространственные параметры дискурса также задаются самим говорящим. С «я» говорящего соотносится одно из основных эгоцентрических слов «здесь», которое связано, с одной стороны, с ситуацией и местом развертывания дискурса (с устным типом), с другой – дейктическим полем, в частности, с эгоцентрической координатой «это», которая в лингвистическом дискурсе находит реализацию в различных семантических вариациях (этот, тот, настоящий, данный, предыдущий, там, тут и т.д.). Например: This research brought to light a serious inadequacy of modern linguistic theory… [Chomsky 1964: 211]; Бу статья малкъар тилни окъутханлагъа бир кесек болушур деп жазабыз [Проблемы обучения родному и русскому языкам в балкарской школе 1994: 12]; Корреляция генетива с видом составляет предмет отдельного исследования, и в данной работе о виде речи не идет [Падучева 2006: 29].

В работе отмечается, что презентационная функция говорящего реализуется через представление структуры лингвистического дискурса в виде комбинации разных блоков информации, которые, представляя собой сложное переплетение разных видов знаний его автора, по-разному распределяются в текстовом пространстве. Каждому блоку автор отводит определенное место в системе дискурса.

Так, в диссертации анализируется смысловая структура лингвистического дискурса, определяемая говорящим, на примере статьи В.Ф.Новодрановой (Новодранова, 2002). В ней автор четко выделяет «ядерный коммуникативный блок», являющийся носителем основной информации: Одним из основных свойств человеческого мышления является его способность к классификации и категоризации. На языковом уровне это определяет процесс конструирования языкового значения и построения сложных моделей композиционной семантики, отражающих интеграцию различных когнитивных конструкций или ментальных пространств…[Новодранова 2002: 315].

Единицей презентации в ядерном коммуникативном блоке выступает композиционная семантика сложноструктурированных терминов, которую автор представляет как интеграцию концептов.

Динамику дискурсу автор придает введением вспомогательных коммуникативных блоков. В них говорящий определяет теоретические источники, на основе которых исследуется данная проблема: «Свою статью
1   2   3

Похожие:

Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconМодальность научно-педагогического текста (на материале английского и русского языков)

Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconЛексико-семантические аспекты асимметрии положительной и отрицательной зон оценки (на материале русского и английского языков)

Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconЭкспериментально-теоретическое исследование восприятия звукоподражаний в разносистемных языках иноязычными носителями (на материале русского, английского, алтайского и монгольского языков)
Диссертация выполнена на кафедре русского языка гоу впо «Бийский педагогический государственный университет имени В. М. Шукшина»
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconРазвитие английского женского дискурса как функциональной системы (на материале английского языка XIX-XXI веков)
Гоу впо «Московский государственный институт международных отношений (Университет) мид россии»
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconМетафорическая номинация речевой деятельности (на материале глаголов русского и английского языков)
Работа выполнена на кафедре сопоставительной филологии и межкультурной коммуникации государственного образовательного учреждения...
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconСистемно-функциональное описание факультативности как языкового феномена: на материале татарского, русского и английского языков
Работа выполнена в отделе лексикологии и диалектологии Института языка, литературы и искусства им. Г. Ибрагимова Академии наук
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconИмена концептов эмоциональных состояний (на материале английского и русского языков)
Защита диссертации состоится 22 апреля 2011 г в 12. 00 час на заседании диссертационного совета д 212. 027. 01 в Волгоградском государственном...
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconРечевой жанр «рекомендательное письмо»: характеристики и типы (на материале русского, английского и французского языков)
Защита состоится 24 июня 2011 г в 10. 00 час на заседании диссертационного совета д 212. 027. 01 в Волгоградском государственном...
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconПособие по переводу с английского языка на русский
Это значит, что и переводчик-теоретик и переводчик-практик должен отдавать себе отчет в особенностях обоих языков в сравнительном...
Эгоцентризм лингвистического дискурса (на материале русского, английского, карачаево-балкарского языков) iconПособие по переводу с английского языка на русский
Это значит, что и переводчик-теоретик и переводчик-практик должен отдавать себе отчет в особенностях обоих языков в сравнительном...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница