Институт международных экономических и политических исследований




НазваниеИнститут международных экономических и политических исследований
страница8/18
Дата02.10.2012
Размер2.54 Mb.
ТипДокументы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   18

«Открытая» экономика заставляет нас несколько пересмотреть целый ряд сформулированных выше аргументов. Прежде всего, в «открытой» экономике страна сталкивается с конкуренцией со стороны других государств. Соответственно, возникает проблема поддержки национальной промышленности и экономики (в принципе аналогичная идее воспитательного протекционизма по Ф. Листу23). Государственные инвестиции могут стать инструментом поддержки «слабых» отраслей. При этом с чисто психологической точки зрения они могут даже оказаться более эффективными, чем таможенные барьеры: часто государству «легче» в психологическом плане свернуть инвестиционную программу, когда отрасль уже достигнет «зрелости», чем снизить пошлины (отказаться от расхода легче, чем от дохода).


Впрочем, те же аргументы, которые используются против «воспитательного протекционизма», пригодны и здесь. Во-первых, не совсем понятно, какие отрасли, собственно говоря, необходимо «воспитывать» (с учетом шумпетерианской аргументации незнания будущего). Во-вторых, даже если государственные инвестиции и легче остановить, чем таможенный протекционизм, власть лобби и в этом отношении нельзя недооценивать. Более того, инвестиции – инструмент часто более селективный, чем пошлины, поэтому, помимо отрасли, государство «воспитывает» и мощную группу интересов. В-третьих, вне зависимости от лоббизма, крайне сложно определить момент «остановки» поддержки, когда защита далее не требуется, а лишь ослабляет конкурентную борьбу из-за рубежа. Поскольку политические решения принимаются не мгновенно, определенное запаздывание будет иметь место в любом случае. Можно добавить и четвертый аргумент: мощная протекционистская политика часто не согласуется с международными обязательствами по глобальной и региональной экономической интеграции.

Несколько другую линию аргументации представляет «стратегическая торговая политика». Согласно этой концепции, мировые рынки в принципе несовершенны, поэтому нечего и надеяться на «игру по правилам». Гораздо важнее применять все инструменты (в т. ч. и государственные инвестиции) для формирования собственных национальных «чемпионов», которые будут присваивать ренту. Концепция стратегической торговой политики также отнюдь не лишена недостатков. Во-первых, не следует переоценивать несовершенство мировых рынков; более того, систематическое вмешательство государств лишь усиливает эту проблему (своеобразное «самовыполняющееся пророчество»). Во-вторых, крупные страны (такие, как Россия) с обширным рынком для борьбы с несовершенством рынков могут пользоваться и другими инструментами, например, жесткой антимонопольной политикой. Национальный орган защиты конкуренции, согласно действующей международной практике, может запрещать любые слияния и поглощения любых субъектов в любых странах мира, если они ведут к монополизации национального рынка. В-третьих, само по себе создание «чемпионов» не обязательно ведет к эффективному развитию экономики или «справедливому» перераспределению доходов (если, скажем, вся прибыль уходит за рубеж, рост ограничивается пределами одной отрасли, а доступ к получаемой от экспорта ренте принадлежит узкой группе собственников). Помимо этого, возникают проблемы лоббизма, дефицита знания, несооответствия международным обязательствам и т.д.

Впрочем, стратегическая торговая политика может оказаться second best-решением для государства. Это касается отраслей, в которых вторжение государства в экономику и так является чрезмерным, а конкуренция носит глобальный характер. Самым ярким примером для России является авиастроение и производство вооружения. И Boeing, и Airbus пользуются значительной поддержкой американских и европейских властей соответственно. Соответственно, России «не остается другого выбора», кроме как играть на несовершенном рынке по правилам стратегической торговой политики.

Наконец, в «открытой» экономике государственные инвестиции становятся инструментом конкуренции юрисдикций. Последняя представляет собой процедуру «укрощения Левиафана», препятствуя, тем самым, эгоистическому поведению государства, а также может стать методом познания. Иначе говоря, в условиях конкуренции юрисдикций выше вероятность сравнительно более эффективного использования средств для государственных инвестиций24 и вообще государственной политики развития25. Однако для этого конкуренция юрисдикций должна находиться в рамках «институционального коридора», обеспечивающего ее эффективность, а последний присутствует отнюдь не всегда. Иначе говоря, конкуренция юрисдикций эффективна, если (1) существует «строгий порядок для конкуренции инвестиций», устраняющий возможность стран создать картель или ограничить конкурентную борьбу; (2) отсутствуют «спрос на плохие институты», эффекты «захвата» бизнеса или государства, концентрация власти в экономике и политике незначительна; (3) сформированы эффективные демократические политические системы; (4) отсутствует «власть отстающего», когда небольшая группа концернов сохраняет свою прибыль, несмотря на отток инвестиций из страны; (5) отсутствует эффект «власти-собственности», заставляющий государства рассматривать приход инвесторов из-за рубежа не как источник налогового дохода, а как конкурентов для «своих» бизнес структур на частных рынках и (6) структура неформальных институтов также способствует эффективной конкуренции юрисдикций26.

Все эти факторы справедливы для всех форм конкуренции юрисдикций, в т. ч. и с использованием государственных инвестиций. Последние, однако, ведут к ряду дополнительных проблем. Во-первых, конкуренция может перерасти в «гонку субвенций». Постоянная необходимость наращивать инвестиции, чтобы удержаться «на уровне» с другими странами, может привести к последствиям, аналогичным «гонке до предела» (race to the bottom) в налоговой политике. Существуют сомнения в том, может ли государство (даже при краткосрочном успехе и притоке частных структур) реализовать свое преимущество в долгосрочной перспективе. Впрочем, против такого сценария «работают» серьезные политико-экономические аргументы. Частные структуры могут опасаться возможных требований поддержать политику правительства в будущем. Для правительства же угроза состоит в том, что активное предоставление инвестиционной поддержки определенным группам приведет к «отождествлению» правительства и этих групп в глазах избирателей, что при экономических неудачах компаний может стать фатальным27. Во-вторых, государственные инвестиции обычно ведут все же к формированию не чистых общественных благ, а смешенных, в которых несоперничество в потреблении ограничено. Например, никакая общественная инфраструктура не выдержит бесконечный приток мигрантов (congestion cost). Поэтому возможна ситуация, когда юрисдикции не заинтересованы в привлечении частных структур и, соответственно, будут проводить политику, противоречащую их потребностям28.

Выводы

Проведенный анализ позволяет прийти к выводу, что государственные инвестиции в принципе способны сыграть роль важного фактора оптимизации функционирования экономической системы и ускорения роста. Однако существуют серьезные проблемы, препятствующие их эффективной организации. К сожалению, они достаточно ярко представлены в России. Для того чтобы преобразовать сегодняшнюю российскую экономическую и политическую систему, потребуются значительные усилия; в условиях «институциональной ловушки» на политико-экономическом уровне, совмещающей «спрос на плохие институты» со стороны корпораций и «блокаду реформ» в политике, реализовать их крайне трудно. Мало надежд и на конкуренцию юрисдикций для России как части мировой экономики и региона СНГ29.

Все сказанное заставляет предположить, что государственные инвестиции могут быть эффективны исключительно в строго определенных секторах и при эффективной организации рынков и государственной власти. Иначе говоря, для российской экономики важнее сосредоточиться на более длительном и сложном, пути выращивания институтов (как экономических, так и политических), чем инвестировать значительные средства в рамках государственных программ. Важно развивать альтернативные методы поддержки инвестиционной деятельности частными компаниями, а иногда и в принципе отказываться от инвестиций с целью накопления средств для будущих поколений, когда институциональная база улучшится – последние, несмотря на все проблемы, могут оказаться second best-решением. Конечно, возникает вопрос – а «доживет» ли российская экономика вообще до момента, когда first best-решения окажутся возможными, если сейчас не прибегнет к незамедлительным серьезным мерам? Ответ на этот вопрос, на наш взгляд, дает следующая аналогия: даже сильная боль не означает, что прием не подходящего к этой ситуации лекарства окажет какое-либо позитивное воздействие.

При этом ни в коем случае не следует делать вывод, что государство в принципе может позволить себе «игнорировать» государственные инвестиции. Можно выделить три типа проблем, где государственные инвестиции необходимы.

  • Вне всякого сомнения, важной задачей государства должно стать финансирование общественных благ - общей инфраструктуры, пригодной для максимально широко числа игроков (с целью снижения селективности политики). Среди инфраструктуры особо хотелось бы выделить развитие транспортной системы России, в силу специфики российских расстояний и климата обладающей целым рядом особенностей, требующих государственного вмешательства30.

  • Не менее важны государственные инвестиции в другой тип общественных благ – в сферы образования (в т. ч. и в силу описанной выше функции «создания конкурентного порядка»), исследований, прежде всего, фундаментальных, т.е. обладающих наибольшими позитивными экстерналиями и характеризующихся наиболее высоким риском, и здравоохранения. Попытки рассматривать образование, науку и здравоохранение как элемент «социального бремени», т. е. «непроизводительного расхода», неверны. Речь идет о производительных инвестициях в человеческий капитал и технологии.

  • Наконец, для государственных инвестиций важными являются отрасли «глобальной нечестной конкуренции», например, авиастроение. Отказ от их поддержки не позволит выявить реальные преимущества страны, а лишь приведет к упадку отраслей. Здесь уже сами инвестиции выступают second best-решением.

Безусловно, инвестиции должны сопровождаться серьезной перестройкой институтов в этих отраслях для повышения их эффективности.

Новицкий Н.А.


МЕХАНИЗМЫ ИНТЕГРАЦИИ ИНВЕСТИЦИЙ ПРИ ПЕРЕХОДЕ НА ИННОВАЦИОННЫЙ ПУТЬ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ


Современное состояние инвестиционной деятельности является парадоксальным: Россия владеет избыточными финансовыми средствами, но всячески экономит их для целей структурной трансформации промышленности и на инвестирование инновационно активных и наукоемких производств, способных производить конкурентоспособную продукцию и вывести страну на инновационный путь развития.

Системное управление инновационно-инвестиционной политикой на основе организационной вертикали власти должно предусматривать ее обеспеченность источниками формирования инвестиционных ресурсов. В данной связи целесообразно исследовать ряд методов оценки спроса на инвестиционные ресурсы (включая собственные, за счет прибыли и амортизации) на основе современных финансовых инструментов при расширении активной деятельности на инновационно-инвестиционном рынке. Кроме того, формирование национальной инновационной системы, промышленных инновационно-экономических систем и интеграция межотраслевых организационных структур для производства конкурентоспособной продукции позволяет использовать институциональные факторы и межотраслевые связи, которые могут обеспечить дополнительный синергетический эффект, повышение спроса на инвестиционные ресурсы и становление благоприятного инвестиционного климата в России.

В настоящее время существует несколько оценок потребно­сти российской экономики в инвестициях. По оценкам МЭРТ РФ31 только для восстановления промышленных основных фондов на уровне 1990 г. требуются не менее 250 млрд. долл., а для восстановления основного капитала всех отраслей реального сектора экономики России потребуется порядка 1,2-1,5 млрд. долл.32. По прогнозным оценкам ИЭ РАН33 в перспективном периоде до 2025 г. на восстановление и модернизацию основного капитала потребуется не менее 2,5-3,0 трлн. долл. Причем, следует учитывать потери научно-инновационного потенциала, превышающие 1,5 трлн. долл., в виде «заброшенных» научных теорий и идей, отложенных научных разработок, незавершенных прикладных инновационно-технологических проектов, заброшенных «ноу-хау», рационализаторских предложений и других научно-инновационных замыслов34. Ориентировочная отраслевая структура распределения инвестиционного спроса на ближайшие 15-20 лет прогнозируется следующей: только для обновления основного капитала и развития электроэнергетики в соответствии с энергетической стратегией35 потребуется 200-250 млрд. долл., газовой отрасли 100-120 млрд. долл., нефтяной промышленности 140-150 млрд. долл.), других сырьевых отраслей свыше 300 млрд. долл. Для модернизации основного капитала обрабатывающей промышленности и создания наукоемкого ядра машиностроительного комплекса, способного обеспечивать выпуск конкурентоспособной продукции для внутреннего и внешнего рынка, потребуется свыше 1,0 трлн. руб. в период до 2015 г. В случае генерирования таких инвестиций Россия смогла бы восстановить свои конкурентные позиции на новой, более прогрессивной материально-технической базе и осуществлять интеграцию в глобальное мировое хозяйство в качестве постиндустриальной державы с достаточным уровнем инновационного экономического развития и удовле­творительными стандартами жизни населения.

Однако собственные инвестиционные возможности отраслей промышленности остаются ограниченными, из-за высокого налогового пресса на выпуск конечной промышленной продукции. Этот вывод подтверждается мониторингом МЭРТ РФ36, в соответствии с аналитическими оценками которого рентабельность реализованной продукции в нефтегазовом комплексе превышала 30% в 2004 г., а в обрабатывающих отраслях составляла: пищевой – около 18%, в целом в машиностроении – менее 10%, при убыточности значительного числа предприятий легкой промышленности. Отсюда следует вывод, что топливно-сырьевые отрасли, с более низкой добавленной стоимостью готовой продукции, откачивают финансовые ресурсы из обрабатывающих отраслей промышленности с более высокой добавленной стоимостью конечной продукции, а также из всех отраслей экономики России, вследствие несбалансированности налоговых методов изъятия добавленной стоимости, а также монопольного роста цен на нефть и газ на внутрироссийском рынке, привязанного к мировым ценам без учета структурных диспропорций развития обрабатывающих отраслей промышленности, а также энергозависимых отраслей экономики, в первую очередь транспорта и сельскохозяйственного производства.

Инвестиционный спрос в период стабилизации экономики определяется действием совокупности факторов на территории России, включающих геополитические, институциональные, региональные и воспроизводственные предпосылки накопления капитала и условия его трансформации в инвестиции с учетом потенциальных возможностей использования национального богатства. Одновременно с помощью вертикали власти создаются геоэкономические предпосылки для интеграции рыночной экономики России в мировое экономическое пространство, что может стать одним из весомых факторов для максимального привлечения иностранного капитала.

В России на инвестиционное поддержание простого воспроизводства элементов национального богатства расходуется порядка 1-2% инвестиционной емкости, а доля финансирования накоплений в основной капитал не превышает 12-16% ВВП. В развитых странах мира расходуется на накопление и воспроизводство элементов богатства примерно от 4-8% (Япония, Франция, Великобритания) до 9-12% (США, Германия) инвестиционной емкости национального богатства при сохранении высокого удельного веса финансирования инвестиций на накопление (свыше 20% ВНП) в развивающихся странах, например, в таких как Китай.

Российское правительство пока не выработало рыночных механизмов и не стремится сформировать рыночные институты37 по распоряжению богатейшими инвестиционно-финансовыми ресурсами, которыми обладает страна. Оно не научилось формировать соответствующие государственные институты, которые обеспечили бы более эффективное использование нашего национального богатства.

Золотовалютные запасы ЦБ уже к концу 2004 г. достигли 130 млрд. долл. (по прогнозу МЭРТ в 2005 г. они могут превысить 180 млрд. долл.). Часть этих средств (не менее 30%) целесообразно направить в качестве обеспечения роста активов уже формально действующего Российского банка развития (РБР), которые можно было бы направлять на кредитование развития инновационной инфраструктуры через Государственный инновационно-инвестиционный фонд (ГИИФ).

Прирост финансовых средств, так называемого стабилизационного фонда, только в 2004 г. превысил 600 млрд. руб., а в 2005 г. ожидается свыше 1,2 трлн. руб. Причем депутаты Госдумы уже неоднократно предлагали правительству направить часть бездействующих финансовых средств на развитие инфраструктурных систем страны.

В нашем исследовании мы доказываем, что преодолеть ожидаемый энергетический дефолт (кризис) можно только за счет приоритетного развития обрабатывающей промышленности и инновационного машиностроения. Поэтому не мене 50% финансовых средств стабилизационного фонда следует передать в государственный инвестиционно-инновационный фонд (ГИИФ) для реализации инновационных программ и проектов по прорывным макротехнологиям и для инвестирования корпоративных промышленных систем, развивающих инновационные циклы и расширяющих выпуск конкурентоспособной наукоемкой продукции, в т. ч. поставляемой на экспорт.

Ежегодный вывоз капитала из России только в 2004 г. достиг 24 млрд. долл., а за 10 месяцев 2005 г. составил 39 млрд. долл., из-за отсутствия государственной защиты частных инвестиций в нашей стране и гарантий возврата капиталов. Даже принятый закон о защите частных банковских вкладов гарантирует возврат гражданам только до 100 тыс. руб. при банкротстве коммерческих банков. Этот же порядок распространяется и на Сбербанк России, который пока является государственным и должен был быть гарантом возврата денежных вкладов без ограничений. В этой ситуации крупные частные капиталы не только не участвуют в интеграции инвестиционных ресурсов, а продолжают «убегать» в развитые страны или сберегаются в «стеклянных банках и чулках».

За счет мобилизации валютных ресурсов населения, общая сумма накопления которых в «чулках» достигла порядка 80 млрд. долл.38, возможно в течение 5-8 лет привлечь для цепей инвестирования новаций дополнительно порядка 8-10 млрд. долл. в год39. Для этого, целесообразно активизировать инвестици­онную активность населения путем восстановления потерянных сбережений населения в 1991-1992 гг., а также банковских вкладов, пострадавших от финансового дефолта в августе 1998 г., что будет способствовать повышению доверия населения к экономической политике правительства. Предстоит создать гарантированные экономические механизмы трансформации сбережений населения в инвестиции и приоритетно направлять их на расширение машиностроительного производства. Для этого необходимо создать только государственную систему страхования частных и иностранных инвестиций, прежде всего путем организации Государственного страхового инвестиционного фонда.

Сторонники более активного использования нашего инвестиционного потенциала на цели экономического развития страны – академики Л. Абалкин, В. Маевский, Д. Львов, член-корреспондент РАН С. Глазьев, а также многие другие экономисты – постоянно указывают на наличие огромного финансово-инвестиционного потенциала в отечественной экономике, в первую очередь, за счет перераспределения природной ренты. Академик Л. Абалкин считает, что «сегодня около 40% всех доходов федерального бюджета дают рентные доходы»40. По мнению С. Глазьева, государственный бюджет недополучает ежегодно порядка 300-500 млрд. руб., из-за отсутствия рентного налогообложения. Кроме того, при переходе на инновационный путь развития промышленности возможно также применение рентного налогообложения для изъятия инновационной ренты.

В ИЭ РАН в Центре инвестиций и инноваций проведены исследования инвестиционного потенциала России41 и выполнены специальные расчеты элементов национальной совокупной стоимости на основе дисконтирования денежных потоков, представляющей собой оценку возможного инвестиционного потенциала с учетом роста основных элементов национального богатства, приведенных к ценам на конец 2003 г., которые представлены в табл. 1.

Таблица 1.

Оценка элементов национального богатства России по рыночной стоимости дисконтированных денежных потоков, на начало 2004 г.




РЕГИОН


Всего,

трлн.

долл.

На душу населения, тыс. долл.

Человеческий,*

трлн. долл.

Природный,*

трлн. долл.

Воспроизводимый (стоимость всех отраслей),**

трлн. долл.


Россия


110,6


750


42*


35*


33,6

Страны «семерки» и ЕС***

275

360

215

10

50

*По расчетам Центра инвестиций и инноваций ИЭ РАН

** По расчетам ФБК.

***По оценкам Нестерова Л.И. (ИЭ РАН)

Отсюда вытекает очень важный вывод: целесообразно мобилизовать главный источник формирования инвестиционно-финансовых ресурсов – это природно-ресурсный потенциал. Если расчетный объем национального богатства (табл. 1) использовать в качестве возможного инвестиционного потенциала (даже в минимальном варианте до 10% природного капитала) и целенаправленно расходовать их на инвестирование инфраструктуры и приоритетов инновационной экономики, то темпы прироста инвестиций можно довести до 20-25% в среднегодовом исчислении, а ежегодный прирост ВВП будет составлять 8-10 % с возможным достижением 12 %. При этом Россия путем ускоренной диверсификации промышленности за 8-10 лет сможет обеспечивать выпуск более 50% наукоемкой продукции и за этот период утроить ВВП, а к 2016 г. перейти к инновационной экономике. Для этого необходимо только сформировать рыночные экономические механизмы использования богатейшего инвестиционного потенциала страны.

По приведенным выше оценкам (табл. 1), стоимость национального богатства России, сосредоточенного в основных балансовых запасах топливно-сырьевых, лесных, биологических и других их видах, превышает 30 трлн. долл. в современных оценках. Из них природные богатства на сумму около 20 трлн. долл. гарантировано извлекаемы. Если эти реальные активы, конституционно принадлежащие всем гражданам России, поставить на баланс ЦБ (который пока занимается только спекулятивными операциями на рынке денег) и выпустить хотя бы под 10% этих активов государственные ценные бумаги, с правом котировки на бирже (ММВБ), причем часть их можно ориентировать на продажу (пакетами от 100 млн. долл., но не более 1,0 млрд. долл.) на мировых фондовых биржах42, а еще 5-10% предоставить иностранным инвесторам в концессию с предоплатой природной ренты (не менее 20% от извлекаемых запасов), то возможные размеры реальных инвестиций превысят любые фантазии и составят по самым скромным оценкам 2 - 3 трлн. долл. в течение ближайших 5-10 лет, что будет достаточно не только для модернизации машиностроения и создания наукоемкой промышленности, но и для решения проблем развития фундаментальной науки и приоритетного финансирования инновационной инфраструктуры в нашей стране. Кроме того, по примеру Кувейта, Швеции, Казахстана часть этих богатств можно сосредоточить в Национальном накопительном фонде (ННФ), где каждому гражданину при рождении будут начисляться проценты от использования национального богатства, которые могут направляться на ипотечное кредитование жилья, платное медицинское обслуживание и покупку отечественных товаров длительного пользования (без права выдачи наличными).

Целесообразно также использовать ограниченную денежную эмиссию для инвестирования развития инновационной промышленности.

Во всех развитых странах мира, в первую очередь в США, политика ограниченной денежной эмиссии применяется как метод искусственного повышения совокупного спроса на национальном рынке. Этот метод известен, как метод эмиссионного подогрева экономического роста. При этом повышение темпов инфляции ограничивается в пределах 2-3% за счет этого фактора. Его можно применять только в условиях стабилизации политической системы и ослабления налогового гнета на предпринимательскую деятельность, в первую очередь для стимулирования экономического роста.

По нашему мнению, наименьшие инфляционные последствия возможны при направлении ограниченной денежной эмиссии путем предоставления государственных инвестиционных кредитов на развитие инфраструктуры и социально значимых производств, в первую очередь предприятий наукоемкой обрабатывающей промышленности, а пищевой и легкой промышленности, объектов сферы социальных услуг, где обеспечивается наиболее быстрый оборот капитала и возврат инвестиционных кредитов. В этом случае, эмиссионные кредиты будут расходоваться на приобретение строительных материалов, машин и механизмов, топливно-сырьевых ресурсов и обеспечивать по технологической цепочке повышение спроса на рынках средств труда и предметов труда. Причем, если в разделе бюджета экономического развития в достаточной мере будут финансироваться инновации через ГИИФ на создание высокоэффективных технологий, машин и оборудования, то возникшее повышение спроса на средства труда будет удовлетворяться за счет отечественных конкурентоспособных машин и оборудования, а не за счет импорта. Только часть эмиссионных денег из предоставленных кредитов будет направлена на зарплату, временно не обеспеченную потребительскими товарами, что может вызвать ограниченный рост инфляции в период строительного лага43. Но как только, при сбалансированном распределении инвестиций, построенные предприятия по производству потребительских товаров начнут производить продукцию, начнется этап расширения товарной массы и предоставления дополнительных услуг. Это повлечет необходимость на национальном рынке сразу увеличить наличие дополнительной денежной массы в товарном обороте, которая была уже эмитирована ранее. Одновременно, введенные в эксплуатацию предприятия начнут возвращать кредиты государству, как бы отсасывая избыточную денежную массу из сферы обращения, обеспечивая снижение инфляционной составляющей в экономическом росте. По предварительным оценкам, выполненных в ЦИИ ИЭ РАН, рост денежной эмиссии в пределах 10-15% общей величины консолидированного бюджета, направляемой строго на государственное кредитование развития инфраструктуры, производства конкурентоспособной наукоемкой продукции, потребительских товаров и социальных услуг, может привести к повышению инфляции максимум 2-3% в год при обеспечении дополнительного прироста ВВП не менее 3-5% в год и соответственном более высоком приросте налоговых поступлений в национальный бюджет. Нецелесообразно превышать указанную ограниченную денежную эмиссию свыше 15(20)% общей величины консолидированного бюджета, так как в современном деформированном товарном обмене в нашей стране могут возникнуть неадекватные сочетания нерыночных факторов с учетом высокой коррумпированности административного аппарата и наличия теневой экономики, которые могут способствовать возникновению гиперинфляционных процессов.

Одним из ведущих направлений инвестирования производства новой техники и высоких технологий должно стать массовое кредитование РБР и коммерческими банками производственного развития при условии снижения ставки рефинансирования до 4-5% и неизменного ее сохранения на период принятой государственной стратегии (при реализации этой стратегии в период 20-25) лет, необходимого для обеспечения полной окупаемости основной массы инвестиций.

Инвестиционные возможности могут быть значительно расширены за счет привлечения акционерного капитала и формирования национального рынка ценных бумаг как составной части денежно-кредитной системы России, подконтрольной ЦБ. Дело в том, что выпуск любых ценных бумаг можно рассматривать как дополнительное увеличение денежной эмиссии с учетом вероятного вытеснения, так называемых суррогатных денег. По самым скромным оценкам, в денежном обращении страны не менее 30% занимают суррогатные деньги, а с учетом использования валюты теневым рынком на долю национальных денег приходится порядка 40-50%. Для обеспечения стабильного обращения акций и ценных бумаг необходимо обеспечивать страхование рисков на фондовом рынке, при обязательном обеспечении операций хеджирования ценных бумаг44 на фондовых биржах. Следует допустить широкие массы миноритарных акционеров к рыночной торговле акциями и ценными бумагами, в первую очередь на основе использования информационных возможностей Интернета и законодательного введения электронных торгов и электронных подписей.

При выпуске акций и ценных бумаг должны взиматься не налоги, как это у нас делается, а не менее 5% первоначальной стоимости перечисляться в фонд хеджирования ценных бумаг ЦБ. В этой связи, комиссию по ценным бумагам целесообразно подчинить ЦБ, а не Правительству России. Рынок ценных бумаг должен обеспечивать стабильность финансового обслуживания экономики и стимулировать инвестирование производства путем выпуска акций юридически оформленными инвестиционными компаниями и частными лицами при реализации ими конкретных инвестиционных проектов, прошедших специальную экспертизу и обеспечивающих возвратность инвестиций. При этом дивиденды, выплачиваемые за счет прибыли остающейся в распоряжении АО после уплаты обязательных налогов, не должны облагаться повторно налогами.

Кроме того, необходимо акционерные риски свести к минимуму путем передачи прав распоряжения акциями (за вознаграждение 3-5% от дивидендов или доходов) профессиональным рыночным структурам - специализированным компаниям по рыночным операциям с ценными бумагами (форфейтинговым фирмам), а также банкам, гарантирующим стабильный процент дохода на ценные бумаги. Не хватает только одного - соответствующих законодательно-правовых актов.

Инвестирование на основе ипотечного кредитования должно использоваться не только для привлечения инвестиций в жилищное строительство, но и для развития малого инновационного предпринимательства, в первую очередь для поддержки венчурных предприятий на основе их льготного кредитования государственной финансово-кредитной системой. Ипотечное кредитование производства целесообразно осуществлять специализированным Государственным ипотечным фондом, в т. ч. за счет бюджетных субсидий и использования до 30% накоплений ННФ, по фиксированным процентам (не выше 5%) под строительство жилья и инновационно-инвестиционные проекты, прошедшие государственную экспертизу и обеспеченные гарантиями федерального правительства, а при региональных мэриях под гарантии местной администрации и на основе утверждения мэром соответствующих проектов. Здесь также необходимо совершенствовать действующее законодательство.

Процессы интеграции инвестиций и инноваций требуют государственного протекционизма в формировании устойчивого спроса на основе формирования рынка инвестиций, инноваций и технологий (РИИТ), который должен стать стержневой основой общероссийского рынка и в приоритетном порядке обслуживаться инвестиционно-финансовыми структурами и денежно-кредитной системой страны при осуществлении приоритетного создания институтов РИИТ, его рыночной инфраструктуры и законодательно-правовой базы. Формирование РИИТ, как составной части инвестиционной политики взаимообусловлено связано со стимулированием спроса при развитии рынка средств труда путем развертывания производства прогрессивных технологий, машин и оборудования для потребителей всех секторов экономики. Для обеспечения нарастающего спроса на инновации и высокие технологии государственный протекционизм следует сосредотачивать на увеличении нормативов ускоренной амортизации, при обязательном целевом использовании амортизационных накоплений на модернизацию и развитие основного капитала, а также освобождать от налогообложения не менее 50% прибыли, направляемой корпорациями и предприятиями на реинвестирование производства, на покупку отечественных высокотехнологичных машин и оборудования, что должно подтверждаться соответствующими проводками бухгалтерского баланса, подконтрольного налоговым органам.

В процессе инновационной структурной трансформации экономики вряд ли можно рассчитывать на естественные и саморегулируемые рыночные механизмы, способствующие формированию структуры инновационной промышленности и переводу на инновационный путь развития экономики России. Это положение подтверждается мировым опытом восстановления и реструктуризации промышленного производства при выходе из структурного кризиса. Речь идет об усилении государственного регулирования инвестиционной политикой и формировании вертикальных механизмов структурной инвестиционной промышленной политики.

Особенно ценный опыт накоплен после Второй мировой войны в период возрождения европейской промышленности, благодаря использованию государственного арсенала мобилизационных и инвестиционных мер, в т. ч. применению опыта США при выходе из Великой депрессии, когда были созданы уникальные инвестиционные предпосылки для быстрого подъема экономики европейских стран. Вся экономическая политика концентрировалась на изыскании дополнительных инвестиционно-финансовых ресурсов, кото­рые помогли реализовать предпосылки для развития промышленности постиндустиального типа.

Решающую роль сыграл «план Маршалла», позволивший на основе государственного стимулирования внешних и внутренних инвестиций добиваться постоянного возрастания потоков капиталовложений, направляемых на развитие промышленности и сельского хозяйства. При этом правительства стран Западной Европы (Великобритания, Франция, Федеративная Германия) активно влияли на повышение уровня сбережений населения, повсеместно применяли льготную налоговую политику и субсидии частным предпринимателям, устанавливали жесткий контроль над финансовыми посредниками, осуществляли накопления инвестиционных средств самими прави­тельствами, обеспечивали стимулирующую политику наращивания капиталовложений государственными пред­приятиями. Именно в этот период в развитых европейских странах, в т. ч. в ФРГ, был создан довольно мощный госу­дарственный сектор экономики, который стал одним из главных инструментов проведения политики индустриализации экономического роста.

Особое внимание сегодня в развитых странах уделяется инвестированию инноваций путем предоставления значительных налоговых льгот. Инвестиционная налоговая скидка предоставляется лишь после начала ввода новой техники в эксплуатацию. Размер скидки устанавливается в процентах от стоимости внедряемой техники и составляет: 53% в Японии (для электронных техники и оборудования), 50% в Великобритании (для 1-го года эксплуатации новой техники, технологии, материалов и т.п.), 10 - 15% в Канаде (в зависимости от освоенности территории месторасположения компании) и 100% в Ирландии. В США налоговая скидка на инвестиции в инновации применяется лишь для энергетического оборудования. Объемная скидка дает льготу по налогу пропорционально размерам затрат. Кроме того, в США, Великобритании, Канаде, Бельгии, Швеции, Италии 100 % расходов на НИОКР вычитается из налогооблагаемых доходов компаний. В ряде стран, таких как Нидерланды, Норвегия, Австрия, Малайзия предприятия энергетических отраслей полностью исключают расходы на НИОКР из прибыли до налогообложения. Приростная скидка определяется исходя из достигнутого компанией увеличения затрат на НИОКР по сравнению с уровнем базового года или среднего за какой-то период. Эта скидка действует после того, как указанные расходы были произведены. Максимальная скидка - 50% имеет место во Франции, но она не может превышать 5 млн. франков в год. В Канаде, США, Японии и Тайване она составляет 20%. Однако и здесь имеется ряд ограничений. Так, например, в США налоговая скидка на прирост НИОКР применяется лишь к тем расходам на НИОКР, которые направлены на создание новой продукции или разработку новых технологических процессов (не распространяется на расходы, связанные с изменением типа или вида продукции, косметическими, сезонными и прочими модификациями). Кроме того установлен лимит на льготы – дополнительные расходы на НИОКР (на которые распространяется льгота) не должны превышать 50% суммы базисных затрат за определенный период. В Канаде размер льготы увеличивается до 30% для условий труднодоступных и экономически неразвитых районов. В Японии и Тайване скидка в 20% исчисляется от суммы прироста расходов на НИОКР по сравнению с наивысшим достигнутым уровнем расходов на НИОКР, имеется ограничение – данная льгота не должна превышать 10% общих налоговых обязательств компании.

Некоторые зарубежные страны используют одновременно оба вида налоговых скидок (объемную и приростную), но по отношению к разным видам расходов. Так, в США общая приростная скидка дополнена объемной в размере 20% для затрат частного сектора на финансирование фундаментальных исследований.

Широко используется метод налоговых субсидий. Например, в ФРГ в послевоенный период обложению налогом подлежала нераспределенная прибыль в размере 51%, а во Франции прибыль облагалась налогом в размере 50%, но для прибылей с капиталовложений, произведенных в целях восстановления промышленного потенциала, применялись пониженные налоговые ставки примерно в два раза. Кроме того, в целях регулирования прогрессивных структурных сдвигов в промышленности правительство ФРГ в период 1948   1954 гг. предостав­ляло весьма значительные субсидии по капиталовложениям и освобо­ждало от налогов инвестиционные вложения в угольную, сталелитейную и судострои­тельную промышленность, в электроэнергетику и жилищное строи­тельство. Причем налоговая политика через определенные периоды (5-8 лет) менялась. До 1956 г. в ФРГ нераспределенные прибыли облагались более высокой налоговой ставкой, чем распределенные на инвестиции, что должно бы­ло содействовать росту вложений, но затем нераспределенные прибыли стали облагаться более низкой ставкой, чем распределенные, чтобы способствовать созданию рынка капиталов.

В Японии в инвестиционной политике использовались частично американский и европейский подходы при восстановлении экономики, но со значительной национальной спецификой и с учетом того, что американцы в первые годы оккупации провели в стране кардинальную демонополизацию промышлен­ности. Решающие инвестиционные воздействия в этой ситуации в восстановлении экономики осуществляло государство. В целях экономического роста страны был сделан упор на приоритетное инвестирование научно-технических новшеств и новых технологий, организацию выпуска высококонкурентной технической продукции. За послевоенный период до 1960 г. производственные фонды обновлялись 5-6 раз. Япония быстро прошла все стадии восстановления экономики, при этом избрала приоритетные преимущества инновацинного пути развития и сформировала к середине 1960-х годов привлекательный инвестиционный климат и наукоемкую структуру промышленного производства.

Особую роль в формировании собственного инвестиционного потенциала компаний имеют амортизационные льготы. При использовании на предприятиях и в частном предпринимательстве высокоэффективной новой техники, обеспечивающей рост производительности труда более чем в 1,5 раза по отношению к заменяемой, а также безотходных, безводных, материалосберегающих и экологически чистых технологий целесообразно применять ускоренную (в 3-5 раз) амортизацию машин и оборудования. Эта льгота позволяет уменьшать налогооблагаемую прибыль за счет роста затрат по статье амортизационные отчисления на полное восстановление основных средств, что равносильно снижению рентабельности основных средств. Если обновление продукции ускоряется, не менее чем в два раза, с одновременной реализацией (более 50% выпускаемой наукоемкой продукции) на мировых рынках, то целесообразно предоставлять льготу на ускорение амортизации не ниже, чем в 3 раза. Дополни­тельный источник средств на инновационное развитие должны получать также венчурные фирмы за счет проведения государственной политики ускоренной амортизации основных фондов.

Ускоренная амортизация оборудования широко применяется как стимул для обновления производственных фондов. Так, в США установлен срок амортизации в 5 лет для оборудования и приборов, используемых для НИОКР, со сроком службы более 4 и менее 10 лет. В Японии система ускоренной амортизации введена для компаний, применяющих либо энергосберегающее оборудование, либо оборудование, которое содействует эффективному использованию ресурсов и не вредит окружающей среде. Применяются разнообразные нормы ускоренной амортизации - от 10 до 50%. Наиболее распространенная ставка составляет в среднем 15 - 18%. Разрешено списание полной стоимости технического оборудования в первый год его работы компаниям в Великобритании. В Германии в первый год может быть списано 40% расходов на приобретение оборудования и приборов, используемых для проведения НИОКР. Система амортизационных списаний в Швеции позволяет оборудование со сроком службы до 3-х лет и с незначительной ценностью списывать в расходы по себестоимости в год приобретения, а в целом машины и оборудование - в течение 4-5 лет. Во Франции существует возможность применения ускоренной амортизации к важнейшим видам оборудования: энергосберегающему, экологическому, информационному. Например, компьютер можно амортизировать за один год. Коэффициент амортизации при сроке службы оборудования до 4 лет равен 1,5; 5-6 лет – 2; более 6 лет – 2 2,5.

Закон США о налоговой реформе придал в 1986 г. государственной налоговой политике большую инновационную целенаправленность, хотя и сузил применение разрешенных ранее налоговых льгот. Так, сроки амортизации были увеличены в основном лишь на пассивную часть основных фондов - на здания и сооружения: до 31,5 года (ранее было 10-15 лет) для нежилых и 27,5 для жилых зданий. А для активной их части амортизационное списание было существенно ускорено - так, при сроке списания в 5 лет, разрешено было в первые 2 года списывать до 64% стоимости оборудования.

Ускоренному доступу к передовым инновационным технологиям способствует государ­ственная поддержка финансового лизинга. Под финансовым лизингом пони­мается посредническая операция, заключающаяся в ассигновании средств для выкупа машин и оборудования у производителя с последующей их передачей юридическим и физическим лицам во временное пользование за установлен­ную плату.

В ряде стран государство применяет также меры стимулирования франчайзинга, являющегося одним из способов распространения нововведе­ний. Под франчайзингом понимается право на создание информационной продукции, предоставляемое на определенный период и зафиксированное в договоре о передаче прав на продажу наукоемкой информационной продукции на условиях производителя с закреплением за продавцом прав на получение оговоренной доли в доходах.

Достаточно впечатлительными представляются итоги государственного регулирования рынка и стимулирования притока иностранных инвестиций в странах АТР, называемых «малыми тиграми», и особенно в Китае, который в течение более 20 лет с феноменаль­ным успехом проводит рыночные реформы. То, что реализовано в Китае в последние два десятилетия, видимо является крупнейшим социально-экономическим событием на рубежах XX и ХХ1 веков. С 1979 г. по 1995 г. среднегодовой прирост ВНП Китая составил около 9-10%, а в отдельные годы был значительно выше. Потребительский рынок страны увеличился почти в 15 раз, среднегодовой объем прироста розничных продаж потребительских товаров достигал 18-20%. Китай использовал иностранные инвестиции на сумму в 181,4 млрд. долл. Среднегодовой прирост дохо­дов городского населения за этот период составил 6,5%, сельского - достиг 8,2%. Общий объем сберегательных вкладов населения увеличился почти в 110 раз. Китай имеет положительное сальдо в торговле со многими развитыми странами, в т. ч. с США.

В условиях глобализации совокупность факторов и условий инвестирования существенно усложнилась и расширилась. С позиций перехода к инновационной экономике инвестиционная политика в перспективе должна обеспечивать простое и расширенное воспроизводство социально ориентированной рыночной экономики. Государственная инвестиционная политика должна обеспечивать реализацию важнейших стратегических направлений - инвестирование хозяйственного развития на основе применения высокоэффективных машин и оборудования и прогрессивных технологий, обеспечивающих постоянное увеличение нормы прибыли на капитал и решение социально-экономических проблем. Поэтому в современном переходном периоде к инновационной экономике45 более рационально и экономически обоснованно использовать категорию инновационно-инвестиционной политики. Реализация стратегических приоритетов на основе государственной инновационно-инвестиционной политики должна обеспечиваться надежной институциональной системой, в первую очередь на основе стабильности и неотвратимости действия экономического и законодательно-правового механизма, а также путем постоянного повышения качества и совершенствования мобильности организационных систем управления.


1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   18

Похожие:

Институт международных экономических и политических исследований iconРоссийская Академия Наук институт международных экономических и политических исследований центр азиатских исследований
Работа включена в план приоритетных исследований имэпи ран на 2004-2006 гг. (Тема 2)
Институт международных экономических и политических исследований iconИнститут международных экономических и политических исследований
«поставщиками» трудовых мигрантов – Азербайджана, Армении, Молдавии, Таджикистана, Узбекистана, Вьетнама, Китая. Большинство из участников...
Институт международных экономических и политических исследований iconСекция 7
Ведущий заседания – рязанцев сергей Васильевич, доктор экономических наук, профессор, Институт социально-политических исследований...
Институт международных экономических и политических исследований iconЛесопромышленный комплекс россии: проблемы и перспективы участия в международных экономических отношениях
Диссертационная работа выполнена в Дипломатической академии Министерства иностранных дел Российской Федерации на кафедре мировой...
Институт международных экономических и политических исследований iconПрограмма дисциплины «Экономическая дипломатия»
Международных отношений в области дипломатии, фокусируясь на специфике дипломатических способов и методов реализации государственных...
Институт международных экономических и политических исследований iconИсследование социально-экономических и политических процессов
Лавриненко В. Н., Путилова Л. М. Исследование социально-экономических и политических процессов: учебное пособие. – М.: Вузовский...
Институт международных экономических и политических исследований iconМеждународный институт гуманитарно-политических исследований (игпи)
В настоящем издании представлены результаты исследования “Реформа местного самоуправления в
Институт международных экономических и политических исследований iconСоциальные механизмы управления организационными конфликтами
Ведущая организация: Институт социально-политических исследований Российской академии наук
Институт международных экономических и политических исследований iconДоклады Центра эмпирических политических исследований спбгу издаются с 2000 года Выпуск 4
Центра эмпирических политических исследований (цэпи) философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета....
Институт международных экономических и политических исследований iconДоклады Центра эмпирических политических исследований спбгу издаются с 2000 года Выпуск 5
Центра эмпирических политических исследований (цэпи) философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета....
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница