Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре




Скачать 300.84 Kb.
НазваниеАрхетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре
Дата09.02.2013
Размер300.84 Kb.
ТипАвтореферат


На правах рукописи


ШУТОВА Елена Викторовна


АРХЕТИПЫ «ДОМ» И «БЕЗДОМЬЕ» И ИХ

ОБЪЕКТИВАЦИЯ В ДУХОВНОЙ КУЛЬТУРЕ


Специальность 09.00.13 – философская антропология,

философия культуры


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук


Омск – 2011

Работа выполнена на кафедре философии

ГОУ ВПО «Курганский государственный университет»


Научный руководитель: доктор философских наук, профессор

Степанова Инга Николаевна


Официальные оппоненты: доктор философских наук, доцент

Зайцев Павел Леонидович

кандидат философских наук, доцент

Бахтызин Александр Михайлович


Ведущая организация: ГОУ ВПО «Волгоградский государственный

университет»


Защита состоится 17.11.2011г. в 14 час. на заседании совета Д 212.177.03 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Омском государственном педагогическом университете по адресу: 644099, г.Омск, наб. Тухачевского 14, ауд. 212.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Омского государственного педагогического университета.


Автореферат разослан ___________ 2011 г.
Ученый секретарь Л.А.Максименко

диссертационного совета

кандидат философских наук, доцент


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования обусловлена как социально-историческими причинами, так и причинами, относящимися к современному состоянию философии. К числу первых относятся следующие. Во-первых, глобализация, имеющая в качестве следствий различного рода мобильность, приводящую к исчезновению у людей чувства родины, размывание национальных ценностей и утрату национальной идентичности, основой которой является менталитет народа. Во-вторых, динамизм социокультурных изменений и в связи с ним сомнение и критика общечеловеческих ценностей как архаичных и устаревших. В-третьих, возрастание природных и техногенных катастроф, приводящих к лишению человека стабильности, опоры своего существования и порождающих катастрофическое общественное сознание. В-четвертых, усиливающаяся урбанизация, с которой связан отрыв человека от природы. В-пятых, кризис культуры, выражающийся, в частности, в появлении различных форм культурной бездомности человека.

Кроме социально-исторических причин актуальности данной проблемы существуют и философско-теоретические. Несмотря на присутствие архетипов «Дом» и «Бездомье» во всех сферах духовной культуры кроме фундаментальной работы М.Бубера «Проблема человека», представляющей историко-философское исследование пребывания человека в доме или в бездомности, в философии отсутствуют значительные работы по данной теме при широком использовании понятий «дом» и «бездомье», в культурологии, психологии, литературоведении и лингвистике.

Между тем архетипы «Дом» и «Бездомье» входят в онтологию культуры, где они характеризуют социокультурное пространство, созданное человеком для своего укрытия от внешнего мира и первичной социализации. Дом обозначает одну из базовых потребностей и положительных ценностей человека, а бездомье - одну из отрицательных ценностей либо положительную ценность в значении пути к дому. Архетипы «Дом» и «Бездомье» играют методологическую роль по отношению к гуманитарному знанию, характеризуя различные сферы духовной культуры.

Степень научной разработанности проблемы. При разработке темы диссертационного исследования автор опирался на работы по философии культуры, культурологии, религиоведению, философской антропологии, а также лингвистике и литературоведению, среди которых можно выделить следующие:

- работы по теории культуры, раскрывающие ее сущность, структуру, атрибуты, функции, закономерности ее функционирования и развития, которые позволяют понять роль архетипов «Дом» и «Бездомье» в культуре (М.М.Бахтин, В.С.Библер, А.Я.Гуревич, М.С.Каган, Г.З.Каганов, А.С.Кармин, Э.Кассирер, Л.Н.Коган, А.Ф.Лосев, А.Моль, Ю.В.Осокин);

- работы по философии культуры, в которых упоминаются образы «Дом» и «Бездомье» при рассмотрении вопросов сущности и структуры культурного пространства (А.В.Бабаева, А.В.Баркова, А.М.Бахтызин, А.Г.Букин, А.Н.Быстрова, Г.Д.Гачев, О.И.Горяинова, О.В.Гуткин, А.Г.Дружинин, Е.Г.Зинков, С.Н.Иконникова, В.Д.Исаев, В.А.Конев, В.Л.Кургузов, А.Г.Лазарев, Ю.М.Лотман, В.Ю.Марченко, Л.В.Никифорова, Б.В.Ничипоров, А.А.Пелипенко, Е.Ю.Плешивцева, Т.М.Решетникова, А.А.Сизиков, Л.В.Силкина, С.Я.Сущий, Г.Тульчинский, П.А.Флоренский, В.С.Цукерман, А.Шалтысек);

- историко-философские тексты, исследующие проблематику Дома и Бездомья человека в контексте вопросов сущности и существования человека, ценностей, идеалов (А.Августин, Аристотель, Г.Башляр, Н.А.Бердяев, Ж. Бодрийяр, М.Бубер, М.Вебер, В.И.Вернадский, Х.Г.Гадамер, Ж.Деррида, Н.Кузанский, Г.Лейбниц, Г.Марсель, К.Маркс, Ф.Ницше, Б.Спиноза, С.Н.Трубецкой, Л.Фейербах, С.Л.Франк, М.Фуко, М.Хайдеггер, К.Э.Циолковский);

- работы в области философской антропологии, которые представляют интерес для раскрытия темы диссертационного исследования (Г.Башляр, Ю.Г.Волков, А.Н.Горфункель, Т.Г.Григорьян, П.С.Гуревич, Ю.Н.Давыдов, А.Б.Демидов, С.Ф.Денисов, О.П.Зубец, Л.Л.Киселева, В.А.Конев, Е.Коссак, В.А.Кувакин, В.Лехциер, К.Н.Любутин, Б.В.Марков, Л.Е.Моторина, Л.К.Нефедова, Н.В.Омельченко, В.С.Поликарпов, Б.Ф.Поршнев, Ю.И.Семенов, С.А.Смирнов, Б.М.Скуратов, П.Слотердайк, И.Н.Степанова, В.С.Степин, Е.А.Цоколов, Я.В. Чеснов);

- работы, в которых дается анализ мировоззренческих категорий, культурных образцов, ценностей, символов, моделей, прототипов, позволяющих определить категориальный статус образов «Дом» и «Бездомье» как архетипов (Е.Д.Бляхер, А.Голан, Н.И.Губанов, Э.Кассирер, Д.В.Пивоваров, Л.С.Ракитина, К.А.Свасьян, Ю.С.Степанов, О.А.Темникова, С.М.Шалютин);

- работы, посвященные исследованию архетипов, прежде всего, К.Г.Юнга, являющегося создателем концепции архетипов, а также работы С.Аверинцева, Д.В.Анкина, А.А.Брудного, В.Ф.Горохова, Е.Ю.Завершневой, П.Л.Зайцева, М.В.Зубачевского, Е.А.Колчановой, А.В.Лубского, А.Лукьянова, А.М.Руткевича, Э.Самуэльса, С.Сендеровича, С.Смирнова, К.-Л.Строса, Э.Б.Тейлора, Н.В.Фишбейна;

- этнографические описания жилища в традициях, обычаях, обрядах различных народов, благодаря которым обнаруживаются смыслы Дома как экзистенциального пространства (А.К.Байбурин, Д.М.Балашов, Г.Р.Галданова, В.Н.Зорин, П.Карпини, М.Мид, А.А.Плотникова);

- работы, посвященные изучению различных архетипов, в том числе архетипов «Дом» и «Бездомье», в эпосе, мифологии, фольклоре (Ю.В.Андреев, В.П.Аникин, А.Н.Афанасьев, А.Голан, Э.Я.Голосовкер, Л.В.Дмитриева, И.М.Дьяконов, Н.Л.Жуковская, В.В.Евсюков, Р.Кайуа, А.Косарев, Д.С.Лихачев, А.Н.Майкова, С.Маркиш, Е.М.Мелетинский, Л.Г.Невская, С.Ю.Нехлюдов, В.В.Николин, Ю.С.Осаченко, Е.А.Полетаева, А.А.Потебня, В.Я.Пропп, А.М.Пятигорский, Е.В.Рычкова, Н.Л.Сахарный, С.М.Телегин, В.Н.Топоров, М.Л.Франц, О.М.Фрейденберг, К.Хюбнер, Т.В.Цивьян, С.Шервинский, М.Элиаде);

- тексты Священных Писаний (Библия, Коран, Трипитака) и работы по исследованию мировых религий, содержащие различные смыслы архетипов «Дом» и «Бездомье», Л.С.Васильева, А.Н.Кочетова, О.В.Кузнецова, Р.Г.Ланды, Н.Макаровой, А.В.Медведева, Л.Н.Митрохина, К.Эррикера

- работы по исследованию архетипов «Дом» и «Бездомье» в русской художественной литературе С.З.Аграновича, Р.Ахметшина, Э.Г.Бабаева, М.М.Бахтина, И.Л.Бражникова, Ю.В.Доманского, Ф.А.Искандера, Н.А.Катайцевой, В.Я.Лакшина, Д.Е.Максимова, В.А.Маркова, В.С.Непомнящего, С.А.Орловой, Г.М.Самойловой, Н.А.Синдаловского, Е.Б.Скороспеловой, Е.М.Тюленевой, Ф.П.Федорова, Л.П.Фоменко, А.В.Чернова, Г.Шленской, В.Г.Щукина;

- тексты произведений русской художественной литературы, в которых рассматривается место Дома и Бездомья в жизни человека (Ф.А.Абрамов, М.А.Булгаков, И.А.Бунин, Н.В.Гоголь, Д.В.Григорович, Ф.М.Достоевский, М.Ю.Лермонтов, А.П.Платонов, В.Ф.Потанин, А.С.Пушкин, В.Г.Распутин, А.И.Солженицын, А.Т.Твардовский, Л.Н.Толстой, Ю.В.Трифонов, А.П.Чехов).

Основная проблема исследования представляет философское понимание архетипов «Дом» и «Бездомье» как образов коллективного бессознательного и их объективаций в духовной культуре. Рассмотрение этой проблемы включает следующие вопросы: какие версии понимания Дома и Бездомья имеются в философско-антропологических учениях? Входит ли проблематика Дома и Бездомья в предмет и содержание философской антропологии? Повторяются ли одинаковые смыслы архетипов «Дом» и «Бездомье» в мифологии различных народов и русском фольклоре, текстах Священных Писаний мировых религий и произведениях русской художественной литературы XIX-XX вв.?

Цель диссертационного исследования заключается в раскрытии архетипических оснований духовной культуры на основе представленности образов Дом и Бездомье в философии.


Задачи исследования:

- разработать классификацию историко-философских учений о Доме и Бездомье;

- рассмотреть проблематику Дома и Бездомья в содержании философской антропологии;

- выявить многообразие значений феноменов Дом и Бездомье: онтологических (место, организованное человеком пространство его жизни или отсутствие этого места), гносеологических (модели, архетипы), аксиологических (ценности, смыслы), антропологических (экзистенциалии), культурологических (культурное пространство, культурные образцы);

- провести анализ понятий «дом» и «бездомье» в их корреляционной связи с понятиями «бытие», «место», «пространство», ценности, символы, культурные образцы и обосновать отнесение образов «Дом» и «Бездомье» к архетипам;

- охарактеризовать архетипы «Дом» и «Бездомье» в мифологии и русском фольклоре, текстах Священных Писаний мировых религий (христианство, ислам, буддизм), произведениях русской художественной литературы.

Теоретической и методологической основой исследования послужили работы С.Ф.Денисова о предмете философской антропологии и стратегиях спасения, а также работы отечественных и зарубежных философов по проблеме архетипов, особенно К.Г.Юнга, разработавшего теорию архетипов; П.Л.Зайцева, исследовавшего архетип «Мужское» в словесных формах культуры; Е.А.Колчановой, проанализировавшей историю «архетипа» как категории философии культуры. Использовались исторический и логический, герменевтический, историко-антропологический методы, системный, междисциплинарный и эссенциалистский подходы, принцип тождества бытия и его образа в экзистенциальном переживании.

Положения, выносимые на защиту, содержащие научную новизну:

1. На основе типологии сущности человека в истории философии (космическая, божественная, общественная, духовная, коммуникативная, речевая) выделены такие типы понимания Дома и Бездомья как космологический, теологический, социологический, спиритуалистический, коммуникативный, герменевтический.

2. Обоснован философский статус образов «Дом» и «Бездомье», которые представляют, с одной стороны, философские категории, характеризующие идеи человека, дома, бездомья; с другой стороны, экзистенциалии, благодаря которым человек становится проблематичным.

3. Осуществлена тематизация Дома и Бездомья в содержании философской антропологии. Дом и Бездомье рассмотрены как факторы антропосоциогенеза (от бездомья в природе к дому в культуре); выявлена их связь с пониманием сущности человека; обоснована включенность Дома и Бездомья в три стратегии существования человека, имеющие целью спасение: когнитарности, экзистенциальности, трансцендентальности.

4. Раскрыта смысловая повторяемость архетипов «Дом» и «Бездомье» в архаичных формах общественного сознания: мифологии, фольклоре, где они присутствуют в виде таких архетипических образов как «Дом-отчизна (родина)», «Дом-семья», «Дом-полная чаша».

5. Показано широкое присутствие архетипов «Дом» и «Бездомье» в текстах Священных Писаний мировых религий. Выделены значения данных архетипов в текстах Библии, Корана, Трипитаки и путем сравнения определены их общие значения, составляющие их единые архетипы. У архетипа «Дом» - космический дом в сакральной интерпретации, места обитания, священные места, религиозные общины, вероучения в виде текстов Священных Писаний. У архетипа «Бездомье» - путь, ведущий к обретению религиозной веры (позитивное значение), изгнание из религиозной общины или жизнь вне ее, утрата религиозной веры, или безверие.

6. Проанализировано присутствие в русской художественной литературе архетипов «Дом» и «Бездомье» в виде образов, сюжетов и мотивов, генетически восходящих к концепции архетипов К.Г.Юнга. В древнерусской литературе архетип «Дом» осмыслен «в сопряжении дома земного и дома небесного». В XIX-XX в. появляются две линии в русской литературе: литература Дома и Бездомья. Архетипический образ «Дом» присутствует в исторических поэмах и волшебных сказках А.С.Пушкина; в малороссийских повестях Н.В.Гоголя и его эпическом полотне «Мертвые души»; в семейных и исторических романах Л.Н.Толстого; в романах и повестях М.А.Булгакова; в советской деревенской прозе и городском романе. Архетипический образ «Бездомье» характерен для поэм и повестей М.Ю.Лермонтова, объединенных образом Печорина; тема потери дома глубоко разработана в романах Ф.М.Достоевского, гибели дома – в романах М.А.Булгакова, утопического дома – в романах А.П.Платонова и т.д.

7. Архетип «Дом» имеет широкий спектр смыслов в русской художественной литературе: «Дом-отчизна (родина)», «Дом-поле битвы», «Дом у дороги», «Картежный (Карточный) дом», «Дом-гнездо», или «Дом-семья», «Город», «Петербург», «Деревня»; «Дом-кладбище», «Дом-тюрьма», «Дом без хозяина», «Дом без фундамента»; архетип «Бездомье» - «Бездомье-странничество» и «Бездомье-скитальчество» как бегство от жизни, одиночество, утрата надежд, разочарование в жизни или поиск Дома как символа нравственно осмысленного труда, красоты и счастья. Через архетипы «Дом» и «Бездомье» изображается история российского общества в ХIХ-ХХвв.

Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в том, что разработаны теоретические и методологические основания исследования феноменов Дом и Бездомье в философии и раскрыта их объективация в мифологии и фольклоре, текстах Священных Писаний мировых религий, произведениях русской художественной литературы. Материалы диссертации могут быть использованы в учебном процессе в университетских курсах философии, философии культуры, философской антропологии, культурологии, истории культуры.

Апробация работы: основные результаты диссертационного исследования докладывались на международных конференциях: «Философия ценностей: религия, право, мораль в современной России» (Курган, 2008), «Социальные ценности и выбор времени» (Курган, 2011); на международном научном симпозиуме-диалоге «Духовность, достоинство и свобода человека в современной России» (Пермь, 2009), на всероссийской конференции «Ценностные и социокультурные основы воспитания духовности и субъектности личности» (Екатеринбург, 2008), а также нашли отражение в публикациях в Вестнике Волгоградского государственного университета (Волгоград, 2011), Вестниках Курганского государственного университета (2008, 2009, 2010), сборниках научных трудов аспирантов и соискателей (2008, 2009, 2010, 2011) и отражены в 12 научных публикациях.

Структура работы: диссертационное исследование состоит из введения, двух глав и шести параграфов, заключения и списка литературы, включающего 257 наименований. Работа изложена на 174 страницах компьютерной верстки.


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы, характеризуется степень ее разработанности в литературе, формулируются цель и задачи диссертационного исследования, раскрывается научная новизна основных результатов работы, ее теоретическая и практическая значимость, указывается ее апробация.

В первой главе «Теоретические и методологические основания исследования феноменов Дом и Бездомье в философии» проблема Дома и Бездомья рассматривается в истории философии, философской антропологии и философии культуры.

В первом параграфе «Дом и Бездомье в ретроспективе истории философии» история философско-антропологических учений рассматривается как история поисков дома человека в аспекте идеи М.Хайдеггера о том, что «философия… есть… стремление быть повсюду дома», открывающее вопросам «что такое мир, конечность, уединение… верный путь» для понимания того, «что есть человек». Первый поиск был осуществлен античной философией и привел к космологическому пониманию Дома человека, что было связано с признанием его космической сущности (человек-микрокосм). Наиболее глубоко это понимание было разработано Аристотелем: в «Категориях» и «Метафизике» - онтологически, при анализе понятий «движение», «пространство», «время» и космологически – при выделении места человека в мироздании между животными и Абсолютом; в «Политике» - антропологически, где местом человека определен античный полис, город-государство. «Человек по природе своей есть существо политическое, - утверждает Аристотель, - а тот, кто в силу своей природы, а не вследствие случайных обстоятельств живет вне государства, - либо недоразвитое в нравственном смысле существо, либо сверхчеловек». Римские стоики (Сенека, М.Аврелий), а в философии Возрождения Н.Кузанский также признают космический Дом человека. В философии Нового времени лишь в онтологии Г.Лейбница речь идет о существовании человека в космическом Доме, тогда как в механистической модели мира других философов для человека не нашлось собственного места. И только в русском космизме ХIХ-ХХвв. возвращается понимание космического Дома человека, но сегодня этот дом изучается не философией, а наукой.

Второй поиск философией Дома человека осуществляется в границах христианского мировоззрения. А.Августин считал, что христиане в земном мире живут «как паломники во времени, ищущие Царства вечности». Ф.Аквинский возвращается к аристотелевскому пониманию структуры космоса, приспосабливая его к религиозным представлениям о мире, так что место человека оказывается между животными и ангелами (теологическое понимание Дома человека).

Третий поиск (социологическое понимание Дома человека) связан с социальной философией К.Маркса, который признает общественную сущность человека и в соответствии с этой идеей человека конструирует социологическую модель Дома, называя ее общественно-экономической формацией. Что касается реального общества как дома человека, то Маркс относит его не к настоящему (капитализм рассматривается им как бездомье человека, мир его отчуждения), а к будущему (коммунистическое общество как Дом мирового пролетариата). Бездомье как бродяжничество Маркс рассматривает в «Капитале» как результат огораживания, ставшего в Англии основой первоначального накопления капитала. Иллюзии марксизма о совершенном обществе были развеяны в ХХв., так что в постмодернизме М.Фуко трактовал современное общество как общество надзора, Паноптикон (тюрьма), машину для подчинения и принуждения, а Ж.Бодрияр как функционально-знаковый мир симулякров, ложных подобий.

Четвертая попытка найти подлинный Дом человека принадлежит экзистенциализму (спиритуалистическое понимание Дома человека), который, рассматривая общество как оно, мир отчуждения человека, стремится создать Дом человеческой субъективности. Поскольку бытие понимается экзистенциализмом как дефицит бытия, заполняемый феноменами сознания, то место человека определяется его ценностями, переживаниями, изменчивость которых приводит к представлению о нетождественности я и бездомье человека. П.Слотердайк обращал внимание на то, что нереализованность проекта экзистенциального пространства в работе М.Хайдеггера «Бытие и время» привела к тому, что тот в поздних работах перенес свой проект в сферу языка, а также в проблематику земли и почвы. При исследовании последней проблематики философ признает «безместность» человека, утрату истоков, бездомность, неукорененность в мире.

Пятая попытка поиска Дома человека принадлежит диалогической философии, создающей коммуникативное понимание Дома (М.Бубер, М.Марсель, А.Н.Бердяев, С.Л.Франк, Э.Левинас, М.М.Бахтин). Философы акцентируют внимание на рассмотрении Дома межличностных отношений, представляющих со-бытие («быть вдвоем»). В русской философии ХХв. отдается предпочтение проблеме «мы» и созданию социальной метафизики, а Бердяев в работе «Судьба России» разрабатывает идею бездомного, скитальческого характера русской души.

Шестая и последняя попытка поиска Дома человека связана с философскими учениями, осуществляющими герменевтический анализ языка. Поскольку М.Хайдеггер считал, что «сущность человека покоится в языке», то, с его точки зрения, «язык есть дом бытия». Критикуя превращение языка в простое средство передачи информации, Хайдеггер стремится охарактеризовать «путь к языку», создать саму «формулу пути», разрабатывая идею языка как сказа. Х.-Г.Гадамер так же, как и Хайдеггер, онтологизирует язык, рассматривая его как особую реальность, языковую коммуникацию, связывающую предание и современность. «На самом же деле, - считает он, - в языке мы обычно так же дома, как и в мире».

Постмодернизм, наоборот, отказывается понимать язык как речевую опору практик и общения людей. Так, Ж.Деррида, опираясь на идею Л.Витгенштейна о языке как игре, видит в языке только «игру означающих отсылок», отсутствие всякого порядка, всякой опоры мысли, множество различных значений, которые разобщены и лишены общего смысла. При таком понимании язык является не домом бытия, а бездомьем сплошных различий слов, языковых конструкций, представляющих призраки, фантомы.

Во втором параграфе «Дом и Бездомье в содержании философской антропологии» обосновывается представление, что Дом и Бездомье являются сквозной темой философской антропологии. С опорой на идею С.Ф.Денисова о том, что основной вопрос философской антропологии есть вопрос спасения человека, философская антропология понимается как отрасль философских знаний о происхождении человека, его сущности и существовании, целью которого является спасение, а средствами различные стратегии спасения.

Первая философско-антропологическая проблема исследования Дома относится к процессу антропосоциогенеза. Разнообразие гипотез о системообразующем факторе антропосоциогенеза приводит к выводу о том, что сам этот процесс является многофакторным. В работе обращается внимание на идею Б.В.Маркова, что «дочеловеческое живое существо «осело» между постобезьяной и дочеловеком <…> благодаря открытию места формирования человека, которое называют домом».

Весьма значимая роль дома в процессе антропосоциогенеза получает в диссертационном исследовании многостороннее обоснование со стороны таких наук, как антропология, этнография, биология. В качестве аргументов, во-первых, приводится наличие неандертальских погребений, подтвержденное многими антропологическими исследованиями и многоаспектно проанализированное Ю.И.Семеновым. Обычай неандертальцев отделять место живых от места мертвых еще до периода возникновения Нomo sapiens позволяет высказать в работе предположение, что дом является важным фактором процесса гоминизации.

Во-вторых, работы по этологии и зоопсихологии рассматриваются как свидетельство того, что забота о детях составляет важную часть образа жизни незрелорождающихся животных, а еще бόльшая значимость заботы людей о детях подтверждается теорией неотении Л.Болька, в которой связывается недоношенность человеческого ребенка во внутриутробном состоянии и длительное затянутое детство ребенка после рождения, проходящее в доме под присмотром матери. Существование дома как «культурной теплицы» для выращивания детей подтверждается многими этнографическими исследованиями, в частности, М.Мид, изучавшей жизнь папуасских племен, живущих на островах Тихого океана.

В-третьих, идея Й.Хейзинги о формировании культуры (в том числе языка) через игру и этнографические исследования, в частности, М.Мид, позволяют рассматривать именно игру как деятельность, в которой дети учатся говорить, играя со сверстниками, родителями и родственниками. Поскольку же игра считается эволюционным фактором (игра старше культуры), в диссертационном исследовании высказывается предположение, что и в антропосоциогенезе игра являлась исходной деятельностью, формирующей язык.

В-четвертых, обращается внимание на то, что дом (жилище) относился к числу самых ранних табу, изначально выполняя функцию защиты человека от «чужого». В-пятых, в народной культуре (в Сибири, на русском Севере, на Кавказе) дом до сих пор считается одной из древнейших культурных максим, и обычай приглашать гостя в дом и осуществлять ситуацию гостевания рассматривается как способ самоутверждения человека («зайди в дом, чтобы я человеком был»).

Таким образом, дом в процессе гоминизации играл роль одного из важных факторов обретения человеком собственного места вне природы. В дальнейшем неолитическая революция была связана с одомашниванием человека на своей земле, и люди идентифицировали себя с помощью такого признака как дом. Дом, как подчеркивал П.Слотердайк, сформировал новый тип пространства – «родина» и новый тип мышления – «земельное право».

Вторая проблема понимания Дома в философской антропологии связывает Дом с сущностью человека, о чем свидетельствуют теории и практики архитектуры, проанализированные под этим углом зрения О.А.Темниковой. Античная архитектура символизировала идею космической сущности человека; церковная архитектура средневековья (особенно готические соборы в Западной Европе) – идею божественной сущности человека; массовая индустриальная застройка жилья в архитектуре ХIХ – первой половины ХХвв. – идею общественной сущности человека и т.д. Многомерность сущности человека выражается в архитектурных сооружениях, удовлетворяющих разнообразные потребности человека: дома для людей разных возрастов, разного имущественного положения, дома для работы и досуга, духовные дома и т.д.

Третья проблема рассмотрения Дома в философской антропологии есть проблема его связи с существованием человека. Многочисленные этнографические исследования, которые проанализировал А.К.Байбурин, касающиеся строительства и содержания дома у древних народов (например, у восточных славян), свидетельствуют о мифологических и сакрально-магических смыслах различных локусов дома, указывающих на их связь с основополагающими феноменами человеческого существования: жизнь – смерть, свобода – судьба, счастье - несчастье, вера – безверие, смысл жизни – бессмысленность жизни. Поиск человеком своего дома становится сегодня особенно социально значимым из-за сокращения мест оседлости.

Три стратегии спасения человека, выделенные С.Ф.Денисовым, свидетельствуют о нахождении в Бездомье неподлинной жизни или обретении человеком Дома своей подлинной жизни. В стратегии когнитарности, представляющей опору человека на знания и науку, Дом рассматривается как Храм науки (школа Пифагора, Академия Платона, Ликей Аристотеля, сад Эпикура, Дом Соломона у Ф.Бэкона, современные национальные академии наук и т.д.).

Стратегия экзистенциальности характеризует понимание человеком неподлинности своего существования и различные формы его преодоления с помощью экзистирования, одной из которой является уход в мечту-проект. Дом-мечта, или «дом грез» («онирический дом») был описан представителем психоанализа Г.Башляром. Основой этого дома является родной дом, утраченный человеком и превратившийся в воспоминаниях в «дом абсолютной сокровенности». С каждой частью этого дома Башляр связывал различные бессознательные переживания: веры, надежды, глубинных страхов, несчастья. Башляр утверждал: «Мы не можем написать историю человеческого бессознательного, не написав историю дома». Другим свидетельством включенности Дома в стратегию экзистенциальности являются описанные Р.Кайуа различные табу, связанные с домом у первобытных народов, проживающих в разных частях света, среди которых отрицательно табуированные и обычные дома, наделялись признаками неподлинного существования. Эта древняя топография «несмешивания» сакрального и профанного сохраняется и в современных городах.

Стратегия трансцендентальности связана с осознанием человеком танатальности своего существования и переходом на дорогу жизни, поиском подлинных духовных ценностей. Славянофилы ХIХв. (К.С.Аксаков, И.В.Киреевский, А.С.Хомяков), которых считают первыми русскими теоретиками Дома, создали образ «Дом-гнездо», прототипом которого служил сельский дом-усадьба, характерный для патриархально-аграрного уклада жизни России ХIХв. Тексты работ славянофилов обнаруживают связь их понимания дома со стратегией трансцендентальности. Подчеркивая эту связь, В.Г.Щукин утверждал: «У всех славянофилов классической поры Дом означал прежде всего семью, круг людей, считающих себя родными не только по крови, но и по духу, обычаю. Семейное «теплое гнездо» было спасительным кровом. Оно спасало человека – и в житейском, и в религиозно-этическом смысле этого слова».

В третьем параграфе «Категориальный статус образов «Дом» и «Бездомье» в философии культуры» рассматривается терминологический философско-культурный статус понятий «Дом» и «Бездомье». В древнегреческом языке «дом» (δήμος, δãμος) и индоевропейских языках имеет множество коннотаций: земля, страна, край, область, население, народ, жилье, семья, очаг, владение, Вселенная, хозяйство, быт, наследство, иерархия, порядок.

В философии культуры базовыми понятиями, с которым соотносится «дом», являются «культурное пространство» и «граница». Культурное пространство, как подчеркивает В.А.Конев, конституирует области культурных значений в виде бинарных оппозиций «свое - чужое», «священное - обыденное», «свобода – зависимость», «исходное – производное». Структура культурного пространства описывается с помощью понятий «хронотоп», «локусы», «топосы», «центр», «периферия», «сферы». Дом представляет ту часть культурного пространства, которое обеспечивает безопасность человека, является границей, отделяющей его от природного пространства или пространства «чужого». Опираясь на идею А.М.Бахтызина о границе как архетипическом образовании, смыслы границы понимаются как смыслы Дома.

Бездомье (др. греч. άτοποξ – безместность) означает отсутствие жилья, духовность с оттенком неполноты, потери, разрушения, бесприютность, отсутствие семьи, домашнего очага, оседлого образа жизни. На уровне биологического знания бездомность есть несобственная для вида ниша, для гуманитарного знания – нахождение между культурами или вне культуры (отшельничество, культурный эскапизм, маргинализация), одиночество, насильственная изоляция от своей родины и культуры (эмиграция, лишение гражданства).

«Дом» может быть рассмотрен как онтологическая категория, характеризующая организованное человеком внешнее и внутреннее пространство его жизни (В.А.Конев); экзистенциалия, позволяющая человеку переживать себя как проблему (Л.Е.Моторина); сфера культурного пространства (П.Слотердайк), витальная, прагматическая и духовная ценность (С.М.Шалютин), культурный образец (Е.Д.Бляхер), модель (А.Ю.Большакова), архетип и символ (К.Г.Юнг). Концепция архетипов была разработана Юнгом, который под архетипом понимал образ коллективного бессознательного, тенденцию в виде базовой схемы представлений, структурную форму, орган дорациональной психики, форму интуиции, инстинкт, символ. К свойствам архетипов у Юнга относятся бессознательность, сверхличностность, биологическая наследуемость, устойчивость, единообразный и повторяющийся способ понимания, нахождение вне времени и пространства, универсальность, символическая окрашенность, априорность, воспринимаемость в форме доверия, широкая распространенность в мифологии, религиозных и художественных текстах. «Дом» и «Бездомье» относятся к числу архетипов, ибо 1) им присуще большинство базовых свойств архетипов, выделенных Юнгом; 2) они тесно связаны с юнговскими архетипами «Ребенок» и «Мать»; 3) они имеют одинаковые смыслы и регулярно повторяются в различных сферах духовной культуры.

В заключение «Дом» можно рассматривать как архетип, представляющий глубинный образ коллективного бессознательного человечества и этносов, который характеризует место человека в мире через его принадлежность к «своему» культурному пространству и границу, отделяющую его от природного или культурного пространства «чужого»; являющийся высоко значимой ценностью и культурным образцом для жизнедеятельности; выступающий в виде символов мифов, фольклора, религиозных и художественных текстов. «Бездомье» можно определить как архетип, обозначающий странничество в поисках идеального Дома, скитальчество, принадлежность человека к природному пространству или культурному пространству «чужого» и в силу этого характеризующий его неукорененность, безродность, разрыв с культурным наследием предков.

Во второй главе «Объективация архетипов «Дом» и «Бездомье» в духовной культуре» рассматривается понятие «объективация» и архетипы «Дом» и «Бездомье» исследуются в разных сферах духовной культуры. В первом параграфе «Архетипические образы «Дом» и «Бездомье» в мифологии и фольклоре» характеризуются такие исторические эпосы как древнегреческий «Илиада», древнеримский «Энеида», древнеанглийский «Беовульф», древненемецкий «Песнь о Нибелунгах» и делается вывод, что, несмотря на то, что в них идет речь о различных исторических героях и различных исторических событиях, все они используют архетип «Дом-отчизна (родина)», характерный для оседлых народов. Особняком находятся древнегреческий эпос «Одиссея» с архетипами «Дом-семья» и «Бездомье-возвращение домой» и калмыцкий эпос «Джангариада», где используется архетип «Бездомье», обозначающий путь кочевья в поисках счастливой страны. В русском героическом эпосе (былины) также присутствует архетип «Дом-отчизна (родина)», но здесь он получает этническую окраску «земля Русская», и его содержание проникнуто патриотическим архетипическим мотивом защиты родной земли и призыва к национальному единению. Архетипы «Дом» и «Бездомье» широко распространены в русском фольклоре: в сказках, свадебных причитаниях, загадках, пословицах и поговорках, русских колыбельных песнях, величальных песнях, родильном и похоронном фольклоре.

Содержанием второго параграфа «Архетипы «Дом» и «Бездомье» в текстах Священных Писаний мировых религий» является выделение основных смыслов архетипов «Дом» и «Бездомье» в текстах Библии, Корана и Трипитаки. «Дом» и «Бездомье» присутствуют в них двояко: самостоятельно, как образы, передаваемые традицией, и в составе мифологии, ибо многие богословы и культурологи признают, что христианство ассимилировало образы и сюжеты мифологии, например, как считал М.Элиаде, «в Евангелии много мифологии». Хотя Юнг не включал «Дом» в число выделенных им базовых архетипов, он отнес его к числу архетипических символов христианской церкви, определяя ее как «дом с рухнувшими стенами», критиковал протестантизм за то, что он вытолкнул человечество «за пределы охранительных стен», и констатировал, что европейцы «дали пасть построенному нашими отцами дому», разрушили этот духовный дом, а теперь обращаются к символам восточных религий.

В Ветхом Завете «Дом» понимается, во-первых, топологически как созданная Богом вся Вселенная, три этажа которой (небо, земля, вода) имели скрепление в виде мирового древа; земля, которую Бог отдал людям, чтобы они обладали ею и владычествовали над ней (строительство Космоса и земли Богом выступает как культурный образец, инвариант строительства жилья человеком); «своя» земля (место обетования израильского народа); государство, человеческие роды как кровные семьи (Дом Авраама, Ноя, Лота и т.д.); еврейский народ, именуемый Домом израилевым; города; еврейская религиозная община; а также сакральные места – рай, священные горы, где происходили важнейшие религиозные события, три храма. В Новом Завете преобладает спиритуалистическое понимание «Дома»: христианские страны, христианская церковь, христианская община, тело и душа христианина, христианское вероучение.

«Бездомье» в Ветхом Завете символически обозначает изгнание первых людей из рая, изгнание их потомков из Ханаанской земли, пребывание народа израилева в египетском плену, вторичное изгнание из Ханаанской земли не верящих в Бога, уход в пустыню древних иудеев, а также пророков для бесед с Богом, странствия пророков по городам Иудеи, а в загробном мире - ад для грешников. В Новом Завете «Бездомье» характеризуется как странствия с миссией спасения И.Христа и его апостолов по городам Иудеи, а также суеверия, язычество, замена веры обрядностью.

Архетип «Дом» обладает особой ценностью в исламе. В тексте Корана выделяются космический Дом, сотворенный Аллахом; сакральные дома (рай, Мекка, храм Кааба, мечети, могилы шейхов и марабутов), исламское вероучение; духовные исламские дома (умма, суфийские братства тарикаты); социальные дома, исламски маркированные (арабский Халифат, исламская семья, махалля, завия, исламские школы). Под «Бездомьем» понимаются хадж, или паломничество в Мекку (позитивный смысл), и ад, лишенность исламской веры, проживание вне территории исламских стран (негативный смысл).

Архетипы «Дом» и «Бездомье» в буддизме имеют свою специфику, что Юнг объяснял различием западной и восточной психологии. Человек находит спасение в буддизме в «Трех драгоценностях», именуемых «Три убежища»: Будда, дхарма, (учение Будды), сангха (монашеская община). Имеются восемь сакральных мест, первым из которых является Бодхи – «Дерево мудрости». Под «Бездомьем» понимается «верная срединная дорога» с восемью ступенями, представляющая путь к нирване (позитивный смысл) и «три яда» в духовном мире буддиста – жадность, ненависть, невежество (негативный смысл). Кроме того, в буддийской космологии имеется модель Дома-Вселенной.

Для реконструкции изначальных архетипических значений образов «Дом» и «Бездомье» в текстах Священных Писаний используется методика, разработанная и примененная Ю.В.Доманским к анализу национальных мифологий, в которой архетипами считаются одинаковые образы и сюжеты в культурах разных народов в разное историческое время, имеющие общий смысловой компонент. Во всех трех мировых религиях «Дом» включает такие семы как космический Дом в сакральной интерпретации, места обитания, сакральные места, община верующих, вероучение. Все эти семы можно свести в единый архетип: Дом – это место, Вселенная, где человек живет на «своей» земле, объединившись в общины верующих и руководствуясь тем или иным религиозным вероучением, изложенным в Священном Писании. Единый архетип «Бездомье» обозначает странствие, паломничество верующих к «святым местам», путь, ведущий к обретению религиозной веры (позитивное значение), и изгнание из религиозной общины или жизнь вне ее, утрата веры, безверие, сведение веры к обрядам (негативное значение).

В третьем параграфе «Архетипы «Дом» и «Бездомье» в русской художественной литературе» «Дом» и «Бездомье» рассматриваются как архетипические образы, сюжеты и мотивы. Всю русскую художественную литературу XIХ – ХХвв можно разделить на литературу с архетипами «Дом» или «Бездомье». Архетип «Бездомье» присутствует в «Горе от ума» А.С.Грибоедова (скитания Чацкого по Европе и духовная бесприютность в московском светском обществе); во многих произведениях М.Ю.Лермонтова, где создаются образы скитальцев (Демон, Беглец, Мцыри, Печорин) и сюжеты скитальчества по Кавказу.

У Ф.М.Достоевского обнаруживаются самые разнообразные образы и сюжеты архетипа «Бездомье»: бродяжничество (Версилов), пилигримство (Макар), метафизическое бездомье (Ставрогин, Шатов, Кириллов, Раскольников, Иван Карамазов), «бездомье-скитальчество» и социальное бездомье (Петр Верховенский, Шигалев, Лямшин), потеря Дома – «Дом без хозяев» («Идиот», «Преступление и наказание», «Братья Карамазовы»), «Дом-подполье» («Записки из подполья»). Богооставленность, безверие, человекобожие, отрыв от родной почвы, стремление к социальному хаосу, деструктивность, смерть – таковы значения архетипического образа «Бездомье» в романах Достоевского. В пьесах А.П.Чехова («Вишневый сад», «Чайка», «Три сестры», «Дядя Ваня») основными значениями архетипа «Бездомье» являются странствия в поисках подлинного Дома и скитальчество как лишенность своего места в мире, безверие и бессмысленность жизни.

Тоска скитальцев по справедливости, совершенству, стремление к свободе придает русской художественной классике гуманистический смысл. «Духовные странники, - писал Н.А.Бердяев, - все эти Раскольниковы, Мышкины, Ставрогины, Версиловы, и князь Андрей, и Пьер Безухов града своего не имеют, они града грядущего ищут». Тем самым в русской художественной литературе XIХ – ХХвв. архетип «Бездомье» содержит две основные семы – странничество и скитальчество, окрашенные трагическими экзистенциалами одиночества, тоски, непризванности, экзистенциальной фрустрации.

Не менее широко в русской художественной литературе ХIХв. используется архетип «Дом». В произведениях А.С.Пушкина этот архетип присутствует в «Маленьких трагедиях», где он иронически переосмыслен; в исторических произведениях, где разрабатываются основные архетипические темы: действие - противодействие, космос – хаос и мотивы чудесного, являющиеся частью логики мифа, и создается архетипический образ «Дом-отчизна (родина)»; в «Пиковой даме», где соединение элементов бытового реализма и мистики рождает архетипический образ «Картежный (Карточный) Дом»; в «Повестях Белкина», в которых имеется архетипический образ «Деревня».

Архетипы «Дом» и «Бездомье» присутствуют во многих произведениях Н.В.Гоголя: в малороссийских повестях в виде образов героев и сюжетов сказок о сказочном пространстве и происходящих в нем событиях; в «Тарасе Бульбе» - как архетипический образ «Дом-отчизна (родина)», в «Мертвых душах» - в виде архетипических образов - «Дом без семьи», «Картежный (Карточный) дом», «Дом-кладбище», символизирующих социальный хаос помещичьих усадеб и пустоту быта городских чиновников; «Бездомье» - в виде путешествия Чичикова по провинциальным российским городам (бытовой план), и в виде образа «Русь-Тройка» (сакрально-героический план).

В русской литературе ХIХв. был широко распространен архетип «Дом-гнездо» (повести Л.Н.Толстого, С.Т.Аксакова, В.М.Гаршина). В произведениях Л.Н.Толстого используются также архетипические образы «Дом-отчизна (родина)» и «Дом-поле битвы» («Война и мир»), «Дом-тюрьма» («Воскресение»). У Достоевского, который не был, по словам М.М.Бахтина, «усадебно-домашне-комнатно-квартирно-семейным писателем», во многих романах создается архетипический образ «Петербург» как символ холодного северного города, безжалостного и равнодушного по отношению к судьбам людей. Архетип «Деревня», обозначающий мир витального существования, лишенного духовных смыслов, присутствует в одноименных повестях Д.В.Григоровича и И.А.Бунина.

В литературе советского периода в силу идеологических причин архетип «Дом» стал обозначать социальную макросреду, а архетип «Бездомье» был вытеснен на периферию художественной литературы, находя выражение в жанрах фельетона, памфлета, сатиры. В произведениях М.А.Булгакова художественно воплощаются архетипические сюжеты гибели Дома («Белая гвардия», «Бег»), в романе «Мастер и Маргарита», повести «Собачье сердце» - многовариантные образы «Вечный Дом», «Бесовской Дом», «Коммунальный Дом», где черты бытового реализма сочетаются с чертами исторического и философского романа, мифологическими и фольклорными сюжетами и мотивами. В центре романе А.Платонова «Котлован» находится архетипический образ «Дом без фундамента» как символ утопических представлений о коммунизме.

В период и после Великой Отечественной войны появляется немало произведений, в которых тема Дом – Бездомье занимает важное место, и возрождаются архетипы «Дом-отчизна (родина)» и «Дом-поле битвы» (Ю.Бондарев, В.Быков, В.Некрасов, К.Симонов, И.Стаднюк, А.Т.Твардовский и другие). Твардовский создает архетипический образ «Дом у дороги» как символ народных бедствий в период войны. В деревенской прозе (Ф.Абрамов, В.П.Астафьев, В.М.Шукшин, В.Белов, В.Ф.Потанин, В.Г.Распутин,) используется архетипический образ «Деревня»; в городской прозе - «Город», в частности, в романах Ю.Трифонова «Дом на набережной» и А.Н.Рыбакова «Дети Арбата», описывающих Москву сталинского времени; в творчестве А.И.Солженицына – «Архипелаг Гулаг» о бездомье в советской России.

Разброс сем, характеризующих данные архетипы в русской художественной литературе является значительным, но, тем не менее, в жанрово-тематическом плане можно вычленить некоторые общие архетипические семы.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования.


СПИСОК ТРУДОВ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Статьи, опубликованные в научных изданиях, входящих в перечень ВАК для опубликования научных результатов диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук:

1. Шутова, Е.В. Дом и Бездомье: терминальный статус и формы бытия в культуре. /Е.В.Шутова // Вестник Волгоградского государственного университета. – Волгоград, 2011. –№ 1 (13) – С. 85 – 90.

Статьи, доклады, тезисы в других научных сборниках и журналах:

1. Шутова, Е.В. Терминальный статус «Дома» и «Бездомности» в языке /Е.В.Шутова // Сб. науч. трудов аспирантов и соискателей Курганского государственного университета. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2008. - С.48.

2. Шутова, Е.В. Мировоззренческий статус «Дома» и «Бездомья» / Е.В.Шутова // Философия ценностей: религия, право, мораль в современной России: Материалы IV международной конференции (Курган, 10-11 апреля 2008г.). – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2008. – С.40 – 41.

3. Шутова, Е.В. Дом как душевно-духовное убежище человека / Е.В.Шутова // Ценностные и социокультурные основы воспитания духовности и субъектности личности: Сб. науч. статей по материалам V Всероссийской научно-практической конференции (Екатеринбург, 10-11 декабря 2008г.). – Екатеринбург: ГОУ ВПО «Рос. гос. проф.-пед. ун-т», 2008 – С.99 - 104.

4. Шутова, Е.В. «Дом» и «Бездомье» в мифологии, эпосе и литературе / Е.В.Шутова // Вестник Курганского государственного университета. – Серия «Гуманитарные науки». – Вып.4. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2008. – С.121 – 124.

5. Шутова, Е.В. Экзистенциализм о духовной двудомности / Е.В. Шутова // Духовность, достоинство и свобода человека в современной России (философско-этические, религиозно-богословские и культурологические аспекты) – Пермь: Изд-во ПГИИК, 2009. – С. 146 – 148.

6. Шутова, Е.В. Архетипы «Дом» и «Бездомье» в Библии / Е.В.Шутова // Сб. науч. трудов аспирантов и соискателей Курганского государственного университета. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2009. – С. 52 – 54.

7. Шутова, Е.В. Архетипы «Дом» и «Бездомье» в мировых религиях / Е.В.Шутова // Вестник Курганского государственного университета. – Серия «Гуманитарные науки». – Вып.5. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2009. – С.51 – 54.

8. Шутова, Е.В. Бытие архетипов «Дом» и «Бездомье» в русской литературе / Е.В.Шутова // Вестник Курганского государственного университета. – Серия «Гуманитарные науки». – Вып.6. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2010. – С. 77 – 81.

9. Шутова, Е.В. Тоталитарная секта как «псевдо-Дом» / Е.В. Шутова // Сб. науч. трудов аспирантов и соискателей Курганского государственного университета. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2010. – С. 71 – 73.

11.Шутова, Е.В. Архетипы «Дом» и «Бездомье» в исламе / Е.В. Шутова // Сб. науч. трудов аспирантов и соискателей Курганского государственного университета. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2011. - С.51 – 54.

12. Шутова, Е.В. Архетипы «Дом» и «Бездомье» в истории философии / Е.В. Шутова // Социальные ценности и выбор времени: Материалы V Международной конференции, посвященной 90-летию со дня рождения доктора филос. наук, проф. Шалютина С.М.- Курган, 2011. - С. 94 – 97.


Подписано в печать Усл. печ.л. 1,6 п.л. Бумага тип. №1

Формат 60х84 1/16 Тираж 100 экз. Уч.-изд.л. 1,6

Заказ № Бесплатно

______________________________________________________


РИЦ Курганского государственного университета.

640669, г.Курган, ул. Гоголя, 25.

Курганский государственный университет



Похожие:

Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconКнига «Сущность женщины»
Сущность женщины: Её Сила, тайна, архетипы. Её Богиня / Перев с англ. — М.: Ооо издательский дом «София», 2006. — 224 с
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconТемы вашего учебного проекта
Продолжается формирование общего понятия о культуре как одной из важных составных частей материальной и духовной жизни общества;...
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconЦветкова Галина Ивановна Учитель начальных классов маоу гимназии №6 г. Новороссийска народные промыслы россии
Конец ХХ века обозначил рост интереса к духовной культуре нации. Люди пытаются глубже изучить историю своего народа, вникнуть в сущность...
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconТематический план изучения дисциплины
Введение: Место книжного искусства (дизайна книги) в культуре. Произведение духовной культуры
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconИдея преображения в русской духовной культуре
Работа выполнена на кафедре теории и истории культуры Государственной академии славянской культуры
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconТрадиционные ценности в духовной культуре бурятской национальной интеллигенции
...
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconА. Б. Пермиловская Крестьянский дом в культуре Русского Севера (XIX начало XX века). Архангельск, 2005. 312с.: 290 ил
А. Б. Пермиловская Крестьянский дом в культуре Русского Севера (XIX – начало XX века). – Архангельск, 2005. – 312с.: 290 ил
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconИсследование поддержано рффи №04-06-96025
Опубликовано: Традиции и новации в отечественной духовной культуре: Сборник материалов Второй Южно-Уральской межвузовской научно-практической...
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconМикропроцессорные вычислительные комплексы с архитектурой «эльбрус» иих программное обеспечение
Ю. Н. Парахин, д т н., проф. Ю. Х. Сахин, д т н., проф. С. В. Семенихин, М. В. Слесарев, к т н. В. М. Фельдман
Архетипы «дом» И«бездомье» иих объективация в духовной культуре iconПолотенце в традиционной культуре
Невидимые прочные нити связывают его и с духовной жизнью этноса. Исходя из всего этого можно с уверенностью утверждать, что данная...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница