Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса




НазваниеЛингвокогнитивное моделирование научного дискурса
страница5/6
Дата02.02.2013
Размер0.66 Mb.
ТипАвтореферат
1   2   3   4   5   6
богат (В.Е. Федюкович)), до вербальной коммуникации как наиболее совершенной формы коммуникативного взаимодействия (Об этом говорят объективные показатели, не зависящие от идеологических оценок (С.Г. Кара-Мурза)).

В научном дискурсе получают переосмысление иерархические социальные отношения (…почему оказалось, что паскалевский «порядок» управляет нашей символической деятельностью, и действительно ли она «бесполезна при всей своей глубине» (Ю.И. Манин)), а также первичные варианты культурного взаимодействия: игра и картина. В качестве наиболее древних и традиционных способов моделирования реальности давно осмысляются ритуал и изображение – вторичные моделирующие системы, формирующие динамическую и статическую модели мира. Ритуал тесно связан с понятием игры и трансформируется далее в целый ряд игровых действий. В фокус метафоризации попадают различные аспекты, связанные с неоднозначной интерпретацией феномена игры. В научном дискурсе могут быть актуализированы условия протекания игры – наличие правил, определяющих поведение участников в рамках этой деятельности. Попадает в сферу рефлексии и особая черта феномена игры – модельный характер, или то, что принято называть «условностью». Игра, даже самая серьезная – это всегда некоторое условное действие, творящее свою виртуальную реальность: Реальная историяпродукт этого притворства, этой условной игры (М.К. Мамардашвили). Наиболее последовательно реализуется понимание функции элемента как его театральной роли, что позволяет уточнить параметры функционирования: смоделировать некоторый феномен как отдельное пространство (сознаниеиграет роль на арене бытия (М.К. Мамардашвили); указать на функцию и ее определяющий характер относительно действий актера, собственно роль (роль публичного ключа проверки, Институциональное общение – это коммуникация в своеобразных масках (В.И. Карасик)); указать на ранг, статус функции в этой смоделированной иерархической системе (…использование приведенных: высказываний вовсе не имело целью умалить роль вербального кода (А.А. Залевская)). При этом значимой представляется и позиция исследователя как зрителя – наблюдателя, определяющего все эти параметры смоделированной системы.

Сложившееся положение дел, общее представление, детали отдельные аспекты интерпретируются как картина, при этом может быть актуализирован ее модельный характер. Однако можно говорить об амбивалентности данной модели. С одной стороны фокусируется аспект наблюдателя, воспринимающего визуальную реальность в непосредственной данности. Это позволяет представить некоторое состояние как объективно протекающее, находящееся вне сферы влияния наблюдателя: То, что мы получили в результате этих исследований, представ­ляет собой высокотехническую картину взаимосвязей (Ю.И. Манин). С другой стороны, когнитивная модель «картина» предполагает наличие не только наблюдателя, но и автора, что позволяет смоделировать ситуацию «ментальное пространство внутри ментального пространства» и указать на то, что автор, создающий картину, избирательно относится к действительности, включает в свою модель не все ее свойства: Столь незначительный вклад этого фактора в общую картину объяс­няется равномерным характером увлажнения всей территории (И.А. Бех, А.М. Данченко). Важна информационная значимость картины, связанная с ее семиотической природой. Картина может быть проинтерпретирована как сообщение, несущее более или менее достоверную информацию.

Четвертая глава «Метафорическое моделирование научного феномена: гносеологическая метафора» посвящена описанию функционирования гносеологической научной метафоры.

Анализ специфики формирования внутритекстовой метафорической системы, отражающей модель объекта исследования, показал, что в различных гуманитарных сферах этот процесс осуществляется подобным образом. Специфичными параметрами являются меньшая определенность объекта описания в философском дискурсе и, в связи с этим, меньшая научная строгость текста, что влечет за собой апелляцию к моделям аксиологического типа. Например, в статье «Язык и смерть» В.П. Руднев, чтобы охарактеризовать современное состояние лингвистики и философии языка, обращается к парадигмальным моделям, определяющим развитие этих гуманитарных наук в XX в. (Язык – это деятельность; Язык – это структура) и встраивает их в аксиологическую шкалу архетипической модели «жизнь – смерть», где жизнь оценивается положительно, а смерть – отрицательно. Таким образом автор дает косвенную оценку конкурирующим концепциям и видит выход из кризисного состояния, обусловленного подходом к языку как «мертвому» объекту, в признании ведущей роли психоаналитической модели, рассматривающей язык как действие, как ассоциативный механизм.

Исторический текст моделируется как целостный образ прошедшего, но с обязательным включением фактографической информации, что не исключает его метафоричности. При моделировании в историческом тексте также возможно обращение к аксиологически ориентированным архетипическим моделям. Например, в работе С.Г. Кара-Мурзы «Гражданская война (1918–1921). Урок для XXI века» гносеологическая модель, выстраиваемая системой текстовых метафор, по-новому представляет цепь исторических событий 1917–1918 гг. и формирует отличный от сформированных ранее образ ситуации. Естественное развитие русской государственности было нарушено насильственным воздействием представителей государственности западного типа (Февральская революция 1917 г.), но эта государственная система была отвергнута, так как не являлась органичной для русского народа, что повлекло за собой резкое обострение ситуации и войну, однако в этом конфликте государственность–агрессор (буржуазно-либеральная) была отвергнута окончательно – народ выбрал большевиков и Советское государство как новое воплощение традиционного типа государственности. Имплицитная оценочность реализуется за счет апелляции к моделям, реализующим культурно закрепленные оценочные смыслы: «свой – чужой», «креативность – деструкция».

Для научного дискурса особую значимость имеют интертекстуальные и интердискурсивные связи, обеспечивающие взаимосвязность и целостность познавательной деятельности. Интертекстуальность реализуется, в том числе, в форме вовлечения в текст метафорической модели представления объекта исследования. Гносеологическая метафорическая модель, созданная в отдельном тексте, выходит за его пределы и занимает позицию интертекстуального компонента, выступая в качестве негативного или позитивного образца. Модель, избранная в качестве позитивной, детализируется и подвергается трансформации в процессе поиска новых свойств объекта. Но в связи с тем, что ни одна эпистемологическая модель, даже парадигмальная, не является полностью адекватной объекту исследования, наступает момент, когда эмпирические данные об объекте исследования не укладываются в рамки этой модели и происходит ее замена. Процесс выбора опорной модели в разных научных областях осуществляется подобным образом. В работе подробно рассматривается механизм выбора опорной модели в работе А.А. Потебни «Мысль и язык».

Метафорическая модель, успешность которой проявляется в наиболее частом заимствовании ее в качестве опорной, становится парадигмальной и формирует доминирующие способы видения объекта. Исследованию подобных моделей посвящена работа Ю.С. Степанова «Изменчивый «образ языка» в науке XX века», в которой представлен ретроспективный ряд научных «образов языка». В последнее время все больше исследований посвящается описанию парадигмальных метафор в различных научных областях, например, парадигмальные метафорические модели генетики описаны в работе А.Е. Седова.

Результаты проведенного анализа показывают, что отдельные научные области не являются изолированными, а взаимопроникновение концепций и терминов из одной области в другую приводит к формированию общедискурсивного пространства науки, где обнаруживаются свои «линии метафоричности» (Резанова 2007). Анализ метафорических терминосистем позволяет говорить о том, что гносеологическая (парадигмальная) метафора, задающая рассмотрение объекта исследования, влечет за собой целый спектр единиц, репрезентирующих эту модель и тесно с ней связанных. Исследование лингвистического дискурса в этом аспекте дает интересные результаты. Сравнительно-историческое языкознание, выдвигая в качестве базовой анимационную модель, разворачивает ее в целом спектре терминов-метафор: гнездо, ветвь, древо, семейство. Структуральная концепция языка привносит целый спектр метафорических терминов, основанных на осмыслении категории пространства: позиция, оппозиция, пртивопоставление, ряд, место в системе, уровень, сторона, движение и т.п. Кибернетическая концепция Н. Хомского – «порождающая грамматика», – основанная на анимационной метафоре, также повлекла за собой формирование терминологической группы: порождение речи, порождение высказывания. Эта базовая метафора, в свою очередь, послужила основой для формирования терминологических метафор в психолингвистике: …в лексиконе перечисляются только непроизводные единицы, к которым далее применяются некоторые правила порождения других единиц; часть устройства для порождения предложений (А.А. Залевская).

Выход научной метафоры в сферу общекогнитивную приводит к возрастанию уровня абстрактности мышления при сохранении его глубинных «телесных» оснований. Семантические сдвиги, обусловленные научным видением мира, также получают закрепление в языковой картине мира и расширяют понятийную сферу носителей языка в целом.

Отдельный параграф в работе посвящен метафоричности терминов и терминосистем. Терминологические системы предположительно являются семантически устойчивыми и однозначными, но результаты их анализа с точки зрения метафоричности показывают, что они подчиняются законам, по которым существует лексикон в целом. При формировании терминосистем активно действуют метафорические механизмы, и при этом метафорическая внутренняя форма термина осознается как «живая» метафора и помогает усваивать значение термина. Модели этого вида могут быть названы частнонаучными, так как обычно являются специфичными для той или иной научной области. Например, в астрономии – черная дыра; в генетике –митотическое веретено; в медицине – яродолъные гребешки; в физике –квантовые суперструны; в теории вероятности – волна вероятности; в лингвистике – словообразовательное гнездо; в философии – чистое самосознание. Вопрос о степени образности метафорического термина также активно исследуется. Метафорические термины, давно функционирующие в науке, утрачивают свою «живую» метафоричность, но при этом переходят на уровень онтологизированного знания, включаясь в систему моделей глубинного, онтологического уровня. Функционирование уже готовой терминологической единицы, даже заимствованной из другого языка и поэтому не имеющей очевидной для носителя русского языка внутренней формы, часто связано с возникновением новых семантических оттенков и значений – также предполагает метафорическое переосмысление.

Внутринаучное метафорическое взаимодействие происходит прежде всего между близкими научными областями. Такова, например, история функционирования некоторых метафорических терминов гуманитарной сферы, таких как картина мира, пропозиция, референция, дискурс, играющих значительную роль в современной философии, лингвистике, литературоведении, культурологии, истории, социологии.

Интердискурсивность может проявляться в привлечении в дискурс отдельной научной области целостной модели, фрейма из какой-либо области знания. В работе рассматривается модель, связанная с концептом «деньги», заимствованная из экономики и получающая различное преломление в работах лингвистов в зависимости от их видения основного объекта описания. Актуализируя различные аспекты понятия «деньги» и избирая их в качестве опорных, ученые моделируют значимые для них аспекты языка. Для А.А. Потебни важно объяснить, почему значимое для него понятие внутренней формы слова нивелируется во многих языковых единицах. Ф. де Соссюр акцентирует внимание на системном статусе языкового знака, на его зависимости от других знаков и потому в фокус метафорического переосмысления попадает номинал денежного знака. Для С.К. Шаумяна оказывается важным поиск формальных моделей в языке, и он актуализирует другой аспект: «деньги – эталон стоимости» и подобно им формальная языковая модель – эталон значения.

Результаты исследования метафорического моделирования в науке показывают, что мышление, пытаясь решить проблему адаптации нового знания, обращается ко всем индивидуальным информационным ресурсам: знаниям, личному опыту.

Активное функционирование отдельных метафорических моделей в различных научных областях и общедискурсивной сфере в целом приводит к формированию метафорических архетипов научного дискурса. От метафорических моделей дискурсивно-онтологического типа они отличаются тем, что регулярно используются именно в гносеологической функции и на этом основании могут быть названы гносеологическими универсалиями.

Результаты анализа позволяют говорить о том, что к подобным универсалиям относятся представления об объектах природной сферы: дерево, поле, вершина, поток, а также область человека в его телесном проявлении. Фитоморфная метафора отличается тем, что при гносеологическом моделировании в качестве базового фрагмента исходной понятийной области избирается структурный аспект: генеалогическое древо, квадратный корень, земная кора.

Ландшафтная метафора вовлекает в процессы метафоризации представления об устройстве окружающего мира. Ключевыми являются два типа ландшафта: 1) свободное, открытое пространство значительного размера, но при этом ограниченное, заполненное однородными объектами (феноменальное поле; векторное поле скоростей); 2) пространство, находящееся на значительной высоте (вершина иерархии, вершина графа.).

Метафорическая модель «нечто – поток» позволяет представить любую абстрактную сущность, процесс как движущуюся в ограниченном с двух сторон пространстве воду: поток ассоциаций, поток частиц, поток генов.

Активно задействована в процессах формирования гносеологических универсалий представление о биологических аспектах человека: 1) «нечто – это тело»: тело знака; мозолистое тело; 2) модель «нечто – сила»: сжимающая сила; теория сильных взаимодействий.

Второй фокус метафорической концептуализации – наиболее ранний способ социальной организации: род, семейство, семья. При группировке объектов на основе какого-либо сходного признака или связанных причинно-следственными отношениями, используется именно эта модель: языковая семья; семейства множеств без перекрытий.

Многие исследователи (М. Арбиб, С.С. Гусев, Ю.И. Манин, С.Е. Никитина, В.Н. Прохорова, А.И. Седов) отмечают, что «антропоморфная» метафора вновь актуализируется в современной науке, приходя на смену «машинной». Расширением сферы человека может выступать область артефактов как результатов человеческой деятельности, получающая метафорическое отображение в области научного дискурса.

Метафора «нечто – ткань» характерна для целого ряда научных областей: ткань произведения, ткань. Вариантом «тканевой» метафоры выступает метафора «нечто – сеть». Сеть связывает в единое целое различные объекты, создавая структуру и «не выпуская» их за пределы этой структуры. Не случайно эта модель появляется в лингвистике в структуралистских текстах:
1   2   3   4   5   6

Похожие:

Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconЛингвокогнитивное обоснование характера ассимиляции и культурной экспансии рекламного дискурса

Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconМоделирование систем
Виды научного метода: теории, гипотезы, научные законы, научное моделирование, эксперименты, научные исследования, измерения
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconКогнитивное моделирование институционального делового дискурса
Охватывают отношения не только внутри организации, но и между организациями, а также между организациями и отдельными индивидами
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconКогнитивное моделирование институционального делового дискурса
Охватывают отношения не только внутри организации, но и между организациями, а также между организациями и отдельными индивидами
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconРегулятивная специфика медийного дискурса журналистского расследования
Работа выполнена в рамках совместного научного проекта кафедры журналистики Тверского государственного университета и кафедры теории...
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconМакаров М. Л. М15 Основы теории дискурса
М15 Основы теории дискурса. М.: Итдгк «Гнозис», 2003. 280 с. Isbn 5-94244-005-0
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconМакаров М. Л. М15 Основы теории дискурса
М15 Основы теории дискурса.— М.: Итдгк «Гнозис», 2003.— 280 с. Isbn 5-94244-005-0
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса icon511211 – Математическое моделирование. Математическая биология и биоинформатика
Актуальность развития инновационного научного направления и подготовки специалистов
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconСовременные теории дискурса мультидисциплинарный анализ
Современные теории дискурса: мультидисциплинарный анализ (Серия «Дискурсология»)– Екатеринбург: Издательский Дом «Дискурс-Пи», 2006,...
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconЭкологический дискурс в повседневной культуре (социально-философский анализ) A. N. Levushin
Для этого автор обосновывает понятия повседневного дискурса (показывая его противоречия и актуальность) и экологического дискурса....
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница