Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса




НазваниеЛингвокогнитивное моделирование научного дискурса
страница4/6
Дата02.02.2013
Размер0.66 Mb.
ТипАвтореферат
1   2   3   4   5   6
Типология метафорических моделей, получающих реализацию в научном тексте, выстраивается на основе анализа их функционирования.

Анализ научных текстов позволяет говорить о нескольких уровнях функционирования в нем метафорических моделей, связанных с дискурсивной специализацией средств естественного языка, которая напрямую касается и отбора метафорических моделей, задействованных в моделировании ментального пространства той или иной научной сферы.

1. Уровень научного текста – любой дискурс воплощается как массив текстов, создаваемых на пересечении интеллектуальных интенций автора и дискурсивных параметров, поэтому научный текст включает метафорические модели, выстраивающие научный дискурс как ментальное пространство.

2. Уровень научной парадигмы – в рамках научной коммуникации гносеологическая модель, представленная в одном из научных текстов, приобретает интертекстуальный характер – заимствуется в качестве базовой или критикуемой (отвергаемой). Система научных текстов, реализующих подобные метафорические модели, образует парадигму. Одновременно с парадигмальной моделью формируется и терминологическая система, коррелирующая с парадигмальной метафорой.

3. Уровень научного дискурса – метафорические модели терминологического или парадигмального характера могут выходить за пределы дискурса отдельной научной дисциплины и оказываются востребованными в других сферах, оказывая, таким образом, влияние на модели представления объекта описания в рамках других дисциплин.

4. Интердискурсивный уровень – предполагает еще более существенное расширение сферы функционирования научных метафорических моделей, переход их в область культуры, образования, общих областей знания.

В третьей главе «Метафорическое моделирование пространства научной деятельности: дискурсивно-онтологическая метафора» описывается первый этап моделирования научного дискурса, начинающийся с оформления пространства научной деятельности, конструируемого на основе переноса физических способов действия в сферу абстрактного. В этой связи данный уровень моделирования может быть назван онтологическим, определяющим базовые параметры дальнейшего моделирования. Метафорические модели, функционирующие на этом уровне, представляют результат работы древних гносеологических механизмов, формируют для носителя языка онтологизированное знание – систему исходных представлений о реальности, в т.ч. и о реальности научной, репрезентируются в тексте «стершимися» языковыми метафорами. В силу того, что термин «онтологическая метафора» уже задействован в терминосистеме Дж. Лакоффа и М. Джонсона, в работе предлагается использовать для наименования модели этого уровня термин дискурсивно-онтологическая метафора, актуализируя роль моделей этого типа в онтологизации дискурса как отдельной ментальной области.

Функцию дискурсивно-онтологического моделирования обычно выполняют пространственные и онтологические метафорические модели, а также некоторые структурные.

Параграф 3.1. «Онтологическая и пространственная метафорическая модель как основа моделирования ментального пространства науки» посвящен исследованию роли пространственных и онтологических метафор в создании ментального пространства научного дискурса.

Осмысление науки в целом, отдельных дисциплин, направлений и научных школ реализуется прежде всего через пространственные метафоры и может быть обозначена как «наука – это физическое пространство»: научная область. В качестве отдельного пространства может быть осмыслен любой абстрактный феномен. При этом научные пространства не являются изолированными. В рамках пространства науки расположены объекты исследования, сам исследователь, его оппоненты, происходит научное взаимодействие и т.п. Сопоставление абстрактных феноменов может происходить как пространственное соотнесение. Например: Область идеологии совпадает с областью знаков (В.Н. Волошинов). Пространственное описание научной сферы в большей части связано с горизонтальным параметром: это области и границы между ними. Вертикальная ориентация выступает в качестве сферы-донора в связи с необходимостью качественной оценки. Вертикальное маркирование «надземного» пространства осуществляется с привлечением понятия «высокий/низкий уровень»: потребности «более высокого уровня» отступают на второй план (С.Г. Кара-Мурза). Вторая часть модели связана с объектами, расположенными ниже уровня опорного пространства, и, соответственно, основной параметр измерения в данном случае – это глубина. Подобные пространственные объекты интерпретируются как препятствие (глубокие различия), так как нахождение в «подземном» пространстве связано с трудностями восприятия и получения объектов любого типа. Достижение «скрытого в глубине» объекта – цель научного действия и условие успешного результата: Для того, чтобы разобраться в хитросплетении этих противоборствующих причин и следствий, необходимы разноплановые исследования и глубокий анализ исследуемых проблем (Е.В. Ковалевская).

Пространственная метафора в научном дискурсе пересекается с онтологической моделью вместилище, что характерно и для общекогнитивной сферы. Она основывается на значимом для когнитивной сферы европейцев параметре, отмеченном еще в работе Б.Уорфа, проявляющемся в том, что практически любая сущность физическая или абстрактная может быть осмыслена в терминах формы и содержания: Внутри самой области знаков, т.е. внутри идеологической сферы, существуют глубокие различия: ведь сюда входят и художественный образ, и религиозный символ, и научная формула, и правовая норма (В.Н. Волошинов). Пересечение моделей позволяет дифференцировать собственно онтологический и гносеологический аспекты: онтологические сущности представляют собой содержимое, а все, что связано с их категоризацией и классификацией, – вместилище.

О тесной взаимосвязи категории пространства и визуального восприятия свидетельствует целый ряд метафор, репрезентирующих модель «познание – видение». Основополагающий статус визуального восприятия отмечается многими исследователями. Активное вовлечение «принципа наглядности» в научный дискурс позволяет предположить, что с ним ассоциируется сам процесс познания и понимания (Рябцева 2005). Наличие в любом научном тексте значительного количества выражений Видимо…; Рассмотрим и отсутствие лексических маркеров других видов восприятия свидетельствует о том, что научное познание тесно связывается с визуальной информацией. Использование визуальной метафоры связано с интенцией автора сформировать у читателя текста представление о достоверности приводимых данных, приглашая его к совместному визуальному наблюдению объекта. Привлечение этой модели в научный дискурс позволяет смоделировать различные планы восприятия объектов и процессов, показать зависимость свойств наблюдаемого объекта от пространственной позиции наблюдателя (Такая точка зрения на алгоритмы позволяет увидеть неожиданные аналогии и постановки задач, заслуживающие обдумывания (Ю.И. Манин)). Здесь находит свое отражение еще один аспект опыта визуального восприятия многомерных объектов – невозможность одновременного видения всех сторон предмета. Абстрактная сущность осмысляется как многомерный, не плоскостной объект, а его исследование – как взгляд с одной из сторон. Для того, чтобы составить полное, объективное представление об объекте исследования, требуется всестороннее рассмотрение. При выборе объекта исследования значимым параметром выступает анатомо-физиологическая ограниченность восприятия углом зрения, поэтому объект исследования осмысляется как попавший/не попавший в поле зрения. Со сферой визуального восприятия связана бинарная модель «познание – свет, отсутствие познания – тьма». Данная модель базируется на особенностях устройства человеческого зрения. Свет выступает в качестве необходимого условия познания и поэтому процесс познания, его этапы, ассоциируется с процессом освещения и напротив: Навсегда темными остаются для нас те особенности нашей душевной жизни, которых мы не выразим никакими средствами (А.А. Потебня).

Вторая важнейшая базовая модель «нечто – объект/вещество» позволяет адаптировать для познания любые абстрактные сущности, оформляя их как объекты различной структуры и определить способы оперирования ими. Осмысление абстрактной сущности как вещества или объекта позволяет смоделировать такие ее параметры как дискретную/недискретную природу и способность к трансформации.

Онтологическая метафора «нечто – объект/вещество» является основой для образования практически любой структурной метафоры, моделирующей конкретные объекты с определенным набором свойств или характерные для науки виды действий. Например, если рассмотреть структурную метафору «метод – инструмент», то построение подобной модели возможно только на основе более глубинной онтологической метафоры «метод – физический объект». Подобное сворачивание информации в метафоре, своего рода структура «матрешки», наблюдается в большинстве текстовых метафор. В частности, это относится почти ко всем метафорическим терминам.

Понимание науки как ментального пространства определяет способы моделирования действий в нем – в первую очередь это движение: На примере счета ясно виден переход от подсчетов малых количеств предметов («человеческий масштаб») к масштабам экономики целого государ­ства (Ю.И. Манин). При этом движение не является хаотичным, а выстраивается на основе кинестетических моторных программ: источник – путь – цель; центр – периферия. Процесс познания осмысляется как путь, при этом в фокус метафоризации может попадать сам процесс движения; мы переходим к выводам; либо как маршрут, показывающий направление, правильное, позволяющее достигнуть цели, или неправильное, препятствующее достижению: Эти исследования велись в разных направлениях, и с различными целями (А.А.Залевская). В качестве цели движения выступает научная проблема. Образ-схема «центр – периферия» регулярно реализуется в научных текстах, выполняя ту же роль, что и в других типах дискурса, – определение значимости, важности явления, объекта. Данный тип ментального позиционирования связан со спецификой восприятия – человек лучше воспринимает то, что находится непосредственно перед его глазами (центр восприятия), периферийные же участки, воспринимаемые боковым зрением, не видны во всех подробностях, деталях: Опыт наук XVIII в. поставил в центре его внимания вопрос о закономерностях такого движения познающей мысли (М.К. Мамардашвили).

Второй значимый тип действия, осуществляемый по отношению к объектам науки – конструирование и деконструирование, что отвечает основным установкам научного познания: анализу объекта и синтезирования новой модели его представления. Познавательное мышление изначально метафорически осмыслялось как действие, вносящее дискретность в континуальность бытия, разделяющее это бытие на познанное, понятое, освоенное и неизвестное. В современном научном тексте для моделирования способов научного действия активно привлекаются глаголы деконструирования. Процесс анализа тесно связан с представлением деконструкции объекта: разделение, вычленение, выделение. При этом любой тип объекта, попадающий в сферу научного познания, изначально мыслится как конструктивный – поддающийся деконструкции без утраты основополагающих свойств. Это позволяет говорить о механистической доминанте даже в сфере наук естественных, имеющих дело с живыми объектами, способными утратить значимые свойства в результате деконструкции.

С другой стороны, синтез, создание новых наук, концепций понимается как конструирование. Доминантной сферой-донором выступает представление не о любом конструктивном объекте, а о здании, в большинстве случаев интерпретируемом как фундамент и собственно строение. Фундамент осмысляется как наиболее значимая часть, от которой зависит прочность и устойчивость здания. Именно эта метафорическая модель выступает в качестве базовой при квалификации наук и разделении их на фундаментальные и прикладные, а также при выделении в рамках каждой из дисциплин фундаментальной и прикладной части.

Абстрактная сущность, осмысляемая как физический объект, может быть наделена более конкретными чертами: растения, живого существа, человека. Метафорическая модель «нечто – растение» используется в научном дискурсе для представления абстрактных процессов как обладающих собственным жизненным циклом, автономным бытованием и, соответственно, независимо протекающих. Данная модель является одной из наиболее востребованных для отображения различного рода иерархий и представлений отношений зависимости или близости: Две науки, бывшие единой ветвью на дереве познания, к нашему времени далеко разошлись (Ю.И. Манин).

Анимационная метафора также основана на фундаментально значимом разграничении – способности отличать животное от растений и неживой природы. Понятийная сфера «животное», выступая в качестве исходной области метафорического моделирования, позволяет актуализировать ряд основополагающих признаков. Она позволяет перенести акцент с реального деятеля – ученого, исследователя – на модельный субъект. Эта замена служит для актуализации параметра объективности: ученый выступает не как активный субъект, действующий в пространстве науки, а как субъект-наблюдатель, лишь фиксирующий независимую от него реальность.

Из сферы живого/одушевленного в научный дискурс привлекаются представления о жизненном цикле живого существа. Это позволяет представить появление, образование абстрактной сущности, а также связь между различными сущностями как естественный процесс, происходящий без контроля человека. Именно поэтому из понятийной сферы живое/одушевленное привлекается фрейм «возникновение живого существа»: Объект – это то, на что направлен процесс познания, все то, что явно или неявно содержит социальное противоречие и порождает проблемную ситуацию (М.К. Мамардашвили). С различием между живым и неживым тесно связана актуализация той или иной научной проблематики. Противоположные состояния (жизнь – смерть) проецируются на наличие/отсутствие развития, функционирования. При этом выделяются фазы перехода из живого в неживое: от старости, конца жизненного цикла (отживающие теории) до полного перехода – смерти (мертвые теории). Однако нетождественность абстрактных сущностей и живых существ осознается вполне, что позволяет трансформировать исходную модель, нарушив правило необратимости смерти для живого, в этой новой модели мертвое может породить живое. В метафорическом отображении наблюдается симметрия.

Понятийная сфера «человек» задействована в структурировании представления об абстрактных сущностях научного дискурса, но избирательно: единственным репрезентантом «функциональной» анатомии человека в данной сфере является интеллектуальное орудие – мысль. При моделировании пространства научного дискурса в качестве исходной понятийной сферы чаще всего выступает область социальных отношений от наиболее древних моделей межличностного взаимодействия, связанных с осмыслением категорий принадлежности (Подынтегральное выражение в (12) может иметь интегрируемые особенности в точках s = 0,1(Е.В. Губкина)) и собственности (множество T невыразимо в языке LAr, если язык L достаточно
1   2   3   4   5   6

Похожие:

Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconЛингвокогнитивное обоснование характера ассимиляции и культурной экспансии рекламного дискурса

Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconМоделирование систем
Виды научного метода: теории, гипотезы, научные законы, научное моделирование, эксперименты, научные исследования, измерения
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconКогнитивное моделирование институционального делового дискурса
Охватывают отношения не только внутри организации, но и между организациями, а также между организациями и отдельными индивидами
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconКогнитивное моделирование институционального делового дискурса
Охватывают отношения не только внутри организации, но и между организациями, а также между организациями и отдельными индивидами
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconРегулятивная специфика медийного дискурса журналистского расследования
Работа выполнена в рамках совместного научного проекта кафедры журналистики Тверского государственного университета и кафедры теории...
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconМакаров М. Л. М15 Основы теории дискурса
М15 Основы теории дискурса. М.: Итдгк «Гнозис», 2003. 280 с. Isbn 5-94244-005-0
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconМакаров М. Л. М15 Основы теории дискурса
М15 Основы теории дискурса.— М.: Итдгк «Гнозис», 2003.— 280 с. Isbn 5-94244-005-0
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса icon511211 – Математическое моделирование. Математическая биология и биоинформатика
Актуальность развития инновационного научного направления и подготовки специалистов
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconСовременные теории дискурса мультидисциплинарный анализ
Современные теории дискурса: мультидисциплинарный анализ (Серия «Дискурсология»)– Екатеринбург: Издательский Дом «Дискурс-Пи», 2006,...
Лингвокогнитивное моделирование научного дискурса iconЭкологический дискурс в повседневной культуре (социально-философский анализ) A. N. Levushin
Для этого автор обосновывает понятия повседневного дискурса (показывая его противоречия и актуальность) и экологического дискурса....
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница