Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве




Скачать 88.99 Kb.
НазваниеВладимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве
Дата31.01.2013
Размер88.99 Kb.
ТипКонспект
Владимир Вейдле


Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве


“Искусство” — обманчивое слово (“искусный слесарь”, “искусный ле­карь”, the gentle art of making enemies [“Изящное искусство создавать врагов”. Книга живописца Джеймса Эббога Мак-Нейла Уистлера (Whistler, 1834—1903), посвященная его полемике с викториан­ской художественной критикой, в частности, продолжающая спор с Джоном Рёскиным, который был начат судебным процессом 1874 года]). Произнося его, нынче почти всегда разумеют изготовление произведений, призывающих эстетическую оценку и признанных ею приемлемыми; а также совокупность таких произведений. Говорят: “произведение искусства”, а разумеют эстетический объект.

Противополагаю этому три положения:

1. Уже до того, как произведение изготовлено, искусство налицо. (Оттого мы и усматриваем его в незаконченных произведениях, набросках, фраг­ментах.)

2. Произведение искусства не совпадает с эстетическим объектом и не может отождествляться с ним. Эстетическим объектом, при известных усло­виях, может стать что угодно (вовсе человеком и не сделанное), а художест­венного произведения не получится из одного намерения изготовить эсте­тический объект. Оно шире и глубже, чем этот объект; сплошь и рядом тот плохо на нем “сидит”, а захватывает лишь часть его или тоненькую, удовле­творяет — или щекочет — нас (эстетически) вовсе предмета не исчерпав [Понятие “эстетического объекта” Вейдле сформулировал, выступая на IV меж­дународном конгрессе по эстетике в Афинах: W. Weidlé. L’œevre d’art et 1’objet esthéique // W. Weidle. Gestalt und Sprache des Kunstwerks. S. 89—91; ср.: В.Вейдле. Рос­сия. Революция. Религия: (Фрагменты книги) // Русская литература. 1996. № 1. С. 111, 114—115 (примечания)].

3. Эстетическая оценка, в чистом виде, есть “да” или “нет”, не знает ран­гов, иерархий, не отличает низкого от высокого и легко сводится поэтому к требованиям минимальным (в наше время всего чаще к требованиям новиз­ны). Произведение искусства, хоть такой оценке и подлежит, лишь через нее и делается для нас, оценщиков, произведением искусства, требует все же — по существу своему требует — понимания, которому оценка наша не­редко предшествует (в этом беды еще нет), но которое важнее ее и перерас­тает ее. Разница между приемлемым и неприемлемым произведением менее существенна, чем разница между произведением великим и всего навсего приемлемым.

Понимание это — не причинное или целевое, а структурное и, главней­шим образом (структурное — лишь путь к нему), смысловое. Смысловое по­нимание (естествознанию совершенно не свойственное) относится к области речи, слова, языка, выражения, изображения, знака, символа. Я обращаюсь поэтому к другому понятию, способному быть обозначенным словом “искусство”, — не исключающему только что рассмотренное, но подчиняю­щему его себе.

Любое искусство есть прежде всего речь, или “речевая деятельность”, как выражаются советские языковеды, когда, по словам Соссюра, противо­полагают языку и системе языка (langue) дарованное всем людям независи­мо от различия языков слово (parole, langage), благодаря которому осущест­вляется (при помощи различных знаков) общение между людьми. Общение это, как видно на примере словесной разновидности его, — двоякого рода: служащее для передачи сведений, волеизъявлений и т. д. посредством обо­значающих знаков и служащее для передачи сообщения или всего того, что обозначению не поддается (остается предметом “коммуникации”, но не мо­жет стать предметом “информации”). Все это в словесном общении переда­ется хоть и теми же словами (плюс не учитываемые лингвистикой интона­ции, скорости и ритмы), но в другой их функции, не обозначающей, а выра­жающей. Выражение это — не случайное и не вольное, а преднамеренное, и притом неразрывно связанное с изображением выраженного. Слова и словосочетания в этой их функции я продолжаю называть знаками, но это миметические знаки. (“Мимесис” в моем и, как я полагаю, первоначальном грече­ском понимании, не “подражание”, а изображающее выражение или выра­жающее изображение.) При обособлении этой функции от другой возникает поэтическая речь, либо порождающая, либо не порождающая поэтические произведения, и которую в обоих случаях мы вправе называть искусством слова. Но мы называем так и другое искусство, чаще всего сплетенное с ним, но вполне от него отличное. Я называю его искусством вымысла, так как его “речь” состоит не из слов, а из воображенных лиц, событий и положений, словесною речью лишь передаваемых нам и нередко способных быть пере­данными другой речью: изобразительного искусства, пантомимы, немого кинематографа, чуть-чуть говорящей (заглавиями, например), а то и вовсе не говорящей музыки.

Таким образом, уже в области речевой деятельности, пользующейся сло­вами, сосуществуют с не-искусством два искусства, из коих одно “пользуется” ими на свой лад, воплощается в них, вместо того чтобы ими обозначать, а другое может пользоваться ими и так и этак, изображая и выражая нечто находящееся или помещаемое по ту сторону слов, всё равно, идет ли эта “речь” о подлинном или мнимом бытии.

Отсюда нетруден шаг и к пониманию остальных искусств как речи, опе­рирующей каждый раз другими “языковыми” средствами, иногда образую­щими нечто вроде систем, т. е. языков (стили архитектуры и всех изобрази­тельных, как и “прикладных”, искусств, синтаксическая и отчасти даже семантическая система европейской музыки), но в разработанности своей ни­когда не доходящих (особенно со стороны словарной) до систем, изучаемых лингвистами; что и вполне понятно: эти разновидности речи, как и речь по­этическая (с языком обращаясь по-своему) или речь вымысла, для обозначе­ния и для информации не созданы. Музыка непереводима, но и поэзия не­переводима. Поэзия, даже лирическая, не обходится без изображения, но и музыка изображает — внутренний и лишь в ничтожной мере внешний мир. Изобразительно выражает свое назначение и архитектура, этим и отличаясь от чистоутилитарного строительства. Во всех искусствах господствует миметический принцип. Всякое искусство — миметическая речь.

Что же до произведения искусства, то оно — не просто речь, а речь с во­время или там, где нужно, поставленною точкой. Мимесис относится к се­мантической стороне речи, но есть у нее, конечно, и структурная сторона: структура ткани (или микроструктура), к которой в произведении присое­диняется структура целого. Структурой руководит, в искусстве, уже не миметический принцип, а организмический (подражание цельности, артикулированности и жизнеспособности живого организма). Речь, однако, от это­го не умолкает. Произведение живет, радует нас этой жизнью, но и обраща­ется к нам, говорит, требует ответа.

В. В. Вейдле

Париж. 1. III. 1972


Комментарии


Публикуется впервые по тексту, находящемуся в фонде Ю. П. Иваска в Amherst College Center for Russian Culture (Amherst, MA).

Очевидно, в конце 1971 года у Ю. П. Иваска родилась идея статьи или доклада на английском языке, посвященных творчеству Вейдле. Предполагалось, что с ними вы­ступит один из друзей Иваска. Вейдле, дороживший немногочисленными откликами на свои труды, ответил согласием: “Дорогой Юрий Павлович, скоро Вам пришлю, <...> “тезисы” или нечто вроде тезисов (не очень-то легко четко их формулиро­вать!)...” (Письмо от 3 января 1972, Париж. — Amherst. Box 6). В планируемой работе речь должна была идти об “эстетике” Вейдле, и это обстоятельство вызвало у него недоумение: “Сам он [предполагаемый автор.—И.Д.], конечно, эти взгляды знает плохо, раз называет их эстетикой. Но и Вам обозреть их и установить связь между ними будет трудно: изложены они в разбросанном виде, на разных языках. Я поэто­му Вам помогу. Составлю сам некий краткий их перечень — тезисы, которые Вам in due time [в свое время (англ.). И. Д.] перешлю. Их можно будет просто-напросто в тексте привести (перевод их прислав мне на просмотр), но с обязательной ссылкой на то, что они составлены мною (скажем: “по просьбе автора”). Сделаю эту работу охот­но. Она для меня самого будет полезна” (Письмо Ю. П. Иваску от 12 января 1972-го — Ibid). 1 марта 1972-го тезисы были отправлены в Америку, а 5 марта их автор писал; “...95 тезисов моих [31 октября 1517 года Мартин Лютер выставил 95 тезисов у дверей церкви в Виттенберге и вызвал на диспут представителя архиепископа Майнца. Это событие знаменовало начало Реформации в Европе.] уже, вероятно, у Вас в руках. Не нумерованы они. И младенец вообще легонький, хоть раскусывается (Боже мой, как быстро скачут мои метафоры!) не без труда” (Ibid.).

Получив конспект, Иваск писал: “...спасибо за Ваши авто-тезисы. Обдумаю. Мысли знакомые. Мимесис — как выражение. Как будто у меня есть Ваша статья об этом. А воображение: это “Пчелы Аристея” + “Умирание искусства”. Добавить Вашу статью против т. н. формализма. Может быть, кое-что и получится, но, конечно, нуж­но будет Ваше милостивое одобрение.

Еще Ваша “интуиция” — надо бы это слово чем-нибудь заменить, но не вживанием. Не чутьем. Лучше, но не то же самое, наитие в понимании. Почувствовал, что во­обще как-то Вас понимаю и Вы дали прекрасное руководство...” (Письмо от 7 марта 1972. — ВА. Weidle. Box 2). Вейдле, однако, поймал своего собеседника на невнима­тельности: “Где это Вы об “интуиции” у меня вычитали? Разве вкралась она в мои три странички? Избегаю опасного этого слова. Бергсона боюсь, да и вообще ложной мис­тики “интуитивизма” (так Лосский одно время называл свою философию). Вот если бы Anschauung... “Intuitio” (лат.) — это ведь ее перевод... (а не наоборот...)” (Письмо от 21 марта 1972. —Amherst. Box 6).

Присланный текст, однако, использован не был, так как Иваск стремился к до­ходчивости работы, в подготовке которой принимал самое деятельное участие: “Ва­ши тезисы, увы, не помогли. Я их понял, но ни наш друг А., ни его слушатели на конференции ни черта не поймут! Решил Вас подать иначе. Проще. Кое-что перечи­тал. Текст ориентирован на живую речь, поэтому повторяются те же слова. Потом придется укоротить нек<оторые> фразы. Кое-что встав<лю> для пояснения и как будто в Вашем духе. Вероятно, немало неточностей, но только не было бы неясностей.

Я с Вами почти всегда солидаризируюсь, люблю Ваши статьи, но не в восторге от Вашего теоретизирования. Взял “Эстетику” Шеллинга: он-то умеет философствовать и даже, что неожиданно, ясно, не трудно, как Гегель” (Приписка 26 марта к письму от 23 марта 1972. — ВА. Weidle. Box 20). Судя по наброску письма, хранящемуся в архи­ве вместе с “Конспектом...” Вейдле, реальное отношение Иваска к полученному тек­сту было более жестким: “Посылаю и его тезисы о себе: очень неясные. Это теорети­зирование всем наскучит. Я разобрался в его тезисах, но не без труда” (датировано: 27 марта 1972. —Amherst. Box 6).

Иваск, очевидно, так и не использовал полученные заметки должным образом. Между тем, год спустя к ним возвратился сам Вейдле. Работая над продолжением статьи “Звучащие смыслы”, публикация которой началась в сто десятом номере “Нового журнала”, он спрашивал Иваска: “Напишите мне, что Вы думаете о моих мудрствованиях в 110-й книге. В <1>11-й думаю использовать тот трехстраничный текст (“Кратчайший конспект...”), что я послал Вам год назад” (Письмо от 29 марта 1973. — Amherst. Box 6). В 111 номере, однако, появилось эссе “Пикассиана”, преры­вавшее серию статей о фоносемантике. Идея же сопроводить публикацию своих со­чинений сжатым изложением своих взглядов на искусство была частично реализова­на в отдельном издании “Эмбриологии поэзии”, где появилось краткое послесловие автора на русском и французском языках (с. 291—293).

Комментарии и примечания И.А.Доронченкова


Текст дается по изданию:

Вейдле В. Эмбриология поэзии. Статьи по поэтике и теории искусства. М.: Языки славянской культуры , 2002, с. 414-418

Похожие:

Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconВладимир Вейдле Об иллюзорности эстетики и о жизненной полноте искусства [Впервые: Опыты, 1953. № С. 41-62] 1
Размышления об искусстве приводят к сомнениям относительно искусства. С этих сомнений и начинается настоящее размышление о нем
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconХ. Л. Борхес Как писал Владимир Вейдле, “поэзия рождается из слова, через слова, в словах, из слов. Из услышанной музыки их зву­ков, смыслов, звукосмыслов” [ Вейдле В. В
Как писал Владимир Вейдле, “поэзия рождается из слова, через слова, в словах, из слов. Из услышанной музыки их зву­ков, смыслов,...
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconМаксима Вараева «Искусство как язык религии в эстетической теории В. В. Вейдле»
Данная полемика имела значение не только сама по себе, но и как средство обоснования собственной эстетической теории Вейдле — его...
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconВладимир Вейдле Биология искусства исходные установления и первоначальная ориентация
Впервые: Biоlogie de 1'art. Constatations initiales et premiere orientation // Diogéne №18. P. 6—23.]
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconВладимир Вейдле Эмбриология поэзии Введение в фоносемантику поэтической речи
Впервые: Новый журнал. 1972. Кн. 108. С. 96—123; Кн. 109. С. 99—132. Также: Эмбриология поэзии. С. 75—130]
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconБ сочинение в вступление
Вопрос: в споре каждая сторона преследует три цели: оправдание своих мыслей, опровержение мыслей оппонента и…
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconОдоевский Владимир Федорович пестрые сказки какова история. В иной залетишь за тридевять земель в тридесятое царство. Фонвизин в «Недоросле»
Итак, волею или неволею слушайте: а если вам рассказ мой понравится, то мне мыслей не занимать стать, я с вами буду говорить до скончания...
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconКонспект лекций по Истории философии III курс 1-е полугодие проф прот. Владимир Мустафин 08. 09 98
Конспект лекций по Истории философии III курс 1-е полугодие проф прот. Владимир Мустафин
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconКонспект урока изобразительного искусства в 5 классе (с презентацией)
Цель урока: формирование представления учащихся искусстве Городца, как народном промысле
Владимир Вейдле Кратчайший конспект моих основных мыслей об искусстве iconСтруктура научных революций
К моему полному удивлению, это знакомство со старыми научными теориями и самой практикой научного исследования в корне подорвало...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница