К. А. Соловьев C;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века




НазваниеК. А. Соловьев C;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века
страница10/22
Дата25.01.2013
Размер3.67 Mb.
ТипДокументы
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   22

ПУБЛИКАЦИИ

Л. Б. Красин. Письма жене и детям. 1917—1926


Милые мои маманя и родные дочери!

Стомоняков завтра утром летит в Берлин, и я с ним по воздуху посылаю это письмо. Вполне здоров, чувствую себя отлично, много работаю, но не до отказа. В воскресенье (с субботы вечера) был у Катерины, но, к сожалению, лил дождь, и, кроме осмотра высокогорья, ничего не удалось предпринять.

Кстати, не забыть: попросите Берзина от моего имени как-нибудь устроить визу Кате, а то обидно, Виктор побывает у вас в Лондоне, а она, уже доехав до Берлина, к вам не попадет.

Вчера Соня, Ася и Помзя (он ведь помощник зяблика) поехали на 3 недели к Гермаше на Шатуру в отпуск. Помзя, он же Гермаша, оча­ровательный стал мальчик, красавец писаный, точно с картины Рубенса или Тициана.

Из наших видел пока Асю и Бориса. Ася выглядит неважно, похудела и подурнела, а Борис даже лежит с ангиной. Митя поправился, но все еще на болоте. Авель уехал в отпуск к родным на Кавказ, на месяц. Из знакомых за недосугом никого не видал. На днях только был у меня Вашков, он наконец-то уезжает в Лондон, где будет представителем от ВСНХ. Запря­жем этого толстяка в работу по Аркосу и проч.

Ну, пока прощайте.

Обязательно мне напишите ваш адрес, как долго вы там пробудете и проч. Если я у Стомонякова по приезде в Берлин не найду подробного и точного письма от вас со всеми этими сведениями, я плюну на всякий отпуск и вернусь обратно в Москву.

№ 76. [10 августа 1923 года]

Милая маманя и родные мои девочки!

Что-то опять давненько нет от вас писем, последнее было от 16 июля, я несколько заскучал. Вы, пожалуй, теперь где-нибудь за городом и, может

№ 75.

26 июня 1923 года

Окончание. См. Вопросы истории, 2002, №№ 1—3.

быть, поэтому и не пишете, или причина тому хлопоты со сборами и переез­дом на другую квартиру? Не представляю, что у вас там делается. С Раков-ским, видимо, выходит осложнение, но я по вопросам внешней политики настолько разошелся со всей почтенной компанией, что ни за что и ни при каких условиях никакого поста и поручения за границу не приму и оставле­ние нами 54 Eton Avenue дело окончательно решенное. Я очень бы, мама-ничка, просил отдать в переплет все непереплетенные книги и вообще привести в порядок порядочную накопившуюся библиотеку: она нам, да и ребятам еще очень пригодится. Менее нужные книги можно уложить в ящики, оставить на хранение в Аркосе и впоследствии отправить их куда придется переезжать или прямо пароходом в Питер. Я все более и более убеждаюсь, скоро Россия будет наиболее покойной и удобной страной, в Европе черт знает что делается, и разрушение Германии не может пройти бесследно ни для Франции, ни для Англии, социальные противоречия и конфликты там будут все нарастать. Сейчас трудно найти спецов для работы в Германии, все указывают, что мы, мол, в 1918—1919 и у себя дома довольно натерпелись, чтобы нам еще в Берлин ехать. У нас же, хоть многое идет через пень-колоду и хотя власть имущие делают, кажется, все возможное, чтобы все шло навыворот и кое-как, объективное положение страны настолько благоприятно и ее внутренние жизненные силы столь заметно восстанавливаются, что Россия, пережившая варягов, монгольское иго и Романовых, несомненно без большого урона переживет и Нарком-фина, и стабилизацию рубля 1, и литвиновскую внешнюю политику 2. Кара­кули государственных деятелей какая-то невидимая рука выпрямляет в под­линные письмена истории, и как мы ни ошибаемся и как ни куролесим, выходит все ладно: вот что значит плыть в одном направлении с великим историческим потоком.

Я живу по-старому. Работы немного стало поменьше и на воск[ресенье] и понед[ельник] этой недели я ездил к Классону на Электропередачу. К сожалению, оба дня лил проливной дождь, и мы, походив, наподобие мокрых куриц, по болоту, должны были убраться восвояси и засесть за канцелярскую работу или за чтение. Лето из рук вон плохое. Подгоняю к нач[алу] сентября уехать в отпуск, но дня определенно назначить еще не могу, гл[авным] образом из-за Фрумкина, до возвращения которого мне отсюда нельзя уехать. Мне, конечно, страшно хотелось бы ускорить отъезд, чтобы не пропустить еще у вас там теплого времени. Ну, я думаю все-таки, что весь сентябрь еще должен быть теплый. Соня, Ася и Помзя сейчас на Шатуре у Гермаши, и я должно быть завтра с Гермашей туда поеду на субб[оту] и воскресенье. Как видите, это вот уже мой третий weekend 3, только погода подгуляла.

Ну, пока до свидания.

Крепко вас всех, мои милые и родные, целую и обнимаю. Будьте благополучны и пишите. Ваш папаня.

№ 77. 19 августа 1923 года

Милая моя Маманя!

Очень мне больно было читать из писем и слышать от Маринушкина, что здоровье твое плохо. Горюю об этом и за тебя, и за ребят, и еще больше за себя, потому что чувствую и твой и их укор мне,

да и действительно выходит, ничего, кроме обид и огорчений, я тебе за всю жизнь с тобой не принес. Худого тебе судьба послала мужа, и, верь мне, мне очень горько и тяжело, что я не мог и не могу сделаться таким, какого тебе надо.

А тут еще сваливается на тебя болезнь Анд рюши! По сообщениям из Берлина, болезнь его не считается опасной, и надеюсь на скорое выздоров­ление, но как бы то ни было, тебя вся эта передряга, очевидно, встревожит и много возьмет у тебя сил. Вера Ивановна мне говорила, что в Берлин поехала Нина, что, по-моему, правильно, лучше пусть она его привезет в Лонд[он], если лечение не потребуется продолжительное, чем тебе самой ездить и рисковать расхвораться в конец самой, особенно учитывая трудно­сти путешествия и тяжелое положение в Германии, где вот-вот может начаться такое, чего еще свет не видел.

Вера Ивановна тоже поехала в Берлин и, так как она чрезвычайно проворный и оборотистый человек и, как видно, очень Андрея любит, то, я думаю, сделает там все что только может. Что болезнь застала А[ндрея] в Германии, тоже в конце концов лучше,— в Турции или по дороге это было б совсем ужасно, в Берлине же он с самого начала попадет в руки лучших врачей и в хорошую лечебницу. Здешние врачи по симптомам, сообщенным из Берлина, делают успокаивающий прогноз, и я надеюсь к моему приезду в Л[ондон] застать Андрюшу уже у вас.

Я собираюсь выехать в начале сентября, но точной даты еще не решил, так как должен ждать возвращения Фрумкина, который в Бадене.

Если Фр[умкин] вернется без опоздания, то я выеду числа 7-10 сент[ября] через Кенигсберг. А может быть, придется заехать в Ригу в связи с хлебоэкспортом, тогда поеду по железной дороге.

У нас льют отчаянные дожди, а вчера был град величиной с голубиное яйцо. Сено чернеет, рожь уже полегла, и, пожалуй, под Москвой и на севере урожай будет неважный. Но в среднем он будет все же неплохой, и мы сейчас успешно готовимся к экспорту хлеба.

Ну, вы имеете о нас свежие сведения от Маринушкина. Вероятно, ко времени получения этого письма он уже выедет обратно. Надеюсь, вы не забудете послать мне с ним альбом фото, оставленный мною под скамьей, быть может, у подножья лестницы.

Был прошлое воскресенье у Гермаши, на Шатуре, куда 3 недели назад уехали Сонечка с Асей и Помзей, прихватил и понедельник, но оба дня выдались дождливыми, и мы все время просидели на террасе или в комнате.

Помзя очень хороший мальчик, выглядит точно годовалый, но зато и высосал этот подлец Асю основательно. Сонечка что-то все похварывает, переутомляется работой, видно. Гермаша зато выглядит хорошо, очень бодр и с большой энергией занимается своими торфяными машинами. Кажется, дело пойдет, и испытания ближайших 3-4 недель покажут оконча­тельный результат,— а он сводится чуть ли не к удвоению производства. Все это довольно интересно, но довольно серо, и надо в это втянуться, чтобы чувствовать себя хорошо. Имею в виду вас, привыкших к загранице, я все стараюсь себе представить, как вы здесь себя будете чувствовать. По поводу переезда будем решать по моем возвращении. Я постараюсь навес­ти справки о возможной квартире у Авеля. На зиму глядя, едва ли, впрочем, стоит это предпринимать, и до будущей весны, пожалуй, лучше [жить] в Англии. Обо всем этом поговорим. Что касается совета уйти от работы,

то как ни противны и ни возмутительны даже некоторые колена, которые тут время от времени по моему адресу откалывают, уйти нет никакой возможности ни по личным, ни по общественным причинам. Я иногда на эту тему думаю, но прихожу всегда к одному выводу. Да и работы сейчас на частном [рынке] нельзя найти сколько-нибудь отвечающей те­перешнему [моему положению] 4, а без работы я так же мало смогу существовать, как волчок... 5 вертевшись.

Пишу утром. Сегодня мы открывали Всесоюзную сельскохозяйствен­ную] выставку 6. Вышел целый город на берегу Москва-реки. Было очень интересно, торжественно и эффектно. Пришлось держать речь на площади перед 10 ООО человек слушателей; я сперва не знал, каким голосом начать речь в такой аудитории, а потом вспомнил, как в Сибири вызывают паром с другого берега реки, и закричал благим матом. Вышло, говорят, хорошо.

Ну, пока, до свидания, крепко целую тебя, милый мой Любан, не сердись же на меня, взгляни поласковее. Твой Красин.

№ 78. 26 сентября [1923 года]

Милый мой Любан!

Не сердись на меня, что я мало пишу, ей Богу, нет минуты свободной. Когда меня не тормошат разговорами или нет заседаний, надо думать так много и такие все интересные и полезные вещи, что я не могу себе этого запретить. Во сколько тысяч раз полезнее здесь каждый день моей работы против заграничного прозябания. А главное, приятно видеть, как все это растет и ширится. Вот сейчас были люди от Совторгфлота. Мы взяли год назад это дефицитное предприятие с убытком [в] 4 млн рублей, а в этом году они уже свели концы с концами, а с будущего года начнут давать прибыль.

Получил твои письма. На многие темы не хочу отвечать, чтобы не вступать в полемику.

Но это мне не мешает очень тебя любить, я тебя никогда не разлюблю и всегда буду с тобой жить.

Целую крепко тебя и родных моих девочек.

Твой Красин.

№ 79. 13 октября 1923 года

Милая моя мамоничка и дорогие мои дочери!

Как я жалею, что вас нет здесь сейчас со мной: стоит такая чудная и красивая осень, что, право, стоит Италии! Я вчера пошел к Сонечке, посидел с ними часа два на 1-м Ильинском, а потом вышел на берег Москва-реки, и так меня увлекла необыкновенная красота безветренного солнечного осеннего дня, что я взял маленькую лодку и часа полтора провел на воде, доехав почти до Ленинских (Воробьевых) гор7. Как раз в это время где-то в Сокольниках началось состязание воздушных шаров, и три или четыре аэростата медленно, точно в задумчивости, поднялись и остановились над городом. За полтора часа моей прогулки их только чуть-чуть отнесло, м[ожет] б[ыть] на полторы-две версты— такая тишь была в воздухе.

Писем от вас, миланчики, нету, если не считать отправленного из Милана в день отъезда. Так я и не знаю, где вы и что с вами, доехали ли вы уже до Лондона или все еще странствуете, и как вы устраиваетесь, и когда

мне ожидать здесь мамоничку и Катабрашного. Я, конечно, тоже не злоупотребляю писанием, но одно письмо через Бул. обстоятельное я вам, впрочем, послал. А потом, я один, а вас много, и я занят сверх всякого естества.

Ну, буду писать по порядку. Чувствую себя очень хорошо, несомненно, отдых пошел на пользу. Чтобы не толстеть (о, ликование среди старшей и старше-старшей дочерей!), я по вечерам ужинаю только холодное, ветчину или еще что, благо «Арменторг» прислал мне «на пробу» 5-фунтовую банку малосольной икры. Загар мой, конечно, уже сходит, особенно с лица. Работы много, и, если не считать вчерашней прогулки, на воздухе я бываю не очень много. В доме все в порядке. На этой неделе, вероятно, начнем ставить двери и доканчивать недоделки по части освещения. Словом, готовимся вас встречать. Если еще день-два не будет писем, придется вам телеграфировать. Наши все здоровы, виделись из-за нагрузки редко, Бориса даже еще не видал.

Крепко вас, родные мои, целую. Писать пока больше некогда. Мамонич-ка, ты насчет сердца не беспокойся, вылечимся, а в случае чего по Богданову будем ремонтироваться в. Я вчера к ним заходил: он выглядит великолепно, и, по-видимому, операция действительно сильно его поправила.

Целую всех вас. Красин.

№ 80. 17 октября 1923 года

Миланчики вы мои!

Наконец-то после чуть ли не двух недель перерыва письмо маманички от 11 октября. Где вы, шалуньи мои, были, я даже этого не знаю: не то в Италии, не то под Биаррицем 9.

Любаша, [ты] пишешь насчет больших неприятностей и т. п. Кто это тебе все набрехал? Напротив, несмотря на жестокие атаки нэпа на монопо­лию внешней торговли, настроение в отношении меня сугубо благожелатель­ное и благоприятное, а так как к этому присоединились еще весьма удачные тактические выступления, то в общем и целом, несмотря на объективные трудности (омужичение, в том числе и мозгов), мы отстояли свои позиции вполне и имеем передышку, в общем, вероятно, не менее, чем на год. Всякие беспокойства в связи с россказнями разных кумушек надо оставить. Я со времен Владимира] Ильича 10 не чувствовал себя в такой степени господи­ном положения в своей сфере работы, как сегодня. Если твое осведомление идет от Нетте и, то это доказывает лишь, что он такой же ловкач по части осведомления о внутреннем положении, как и мастер по части перевозки икры. Этакая балда! Ну да и Чернышов тоже хорош! г...ные коммунисты. Вот за такое головотяпство действительно стоит чистить из п[арт]ии.

Завтра я еду в Харьков на сессию ВУЦИКа 12 и для прочтения докла­дов. Это последнее настоятельно необходимо, и питерцы меня тоже с этим ожидают. Вообще все люди в один голос уговаривают поездить по России и показаться провинции, и в этом, конечно, много справедливого. Того же мнения держится и толстый Авель, у которого я был как раз сегодня. Он ярый сторонник переезда сюда и девочек и уверяет, что и в отношении учения и науки, и в отношении работы, и в отношении удовольствий и природы здесь жизнь будет богаче и разнообразнее, чем за границей.

Погода у нас портится и насчет природы сейчас плоховато. «Испано [Суизой]» 13 я очень доволен, он какой-то особенно проворный, черт,

в смысле быстроты перехода от нулевых скоростей до 60-80 км, и в силу этого езда на нем по городу сильно отличается от других машин. Сам я за руль, впрочем, ни разу не садился, не до того сейчас, из-за опасения себе простудить бок я езжу уже на закрытой машине, хотя она смахивает уже на Ноев ковчег.

Ну, миланчики мои, пока до свидания. Надеюсь к вам вернуться к ноябрю, к годовщине революции, если не будет каких-либо задержек. Собственно французские дела как будто не вызывают особой спешки, здесь же я за день делаю больше, чем там в полгода.

Пишите почаще и вы, детеныши мои, тоже, Людмильчик, и Катабра-ша, и Любан! Ведь уж не так трудно раз в неделю черкнуть пару строчек. Целую вас всех крепко, смотрите, чтоб маманя не бегала нагишом по нетопленному дому, одевайте ее в фуфайки без всякого сожаления. Целую крепко всех, тоже Анечку и Лялю.

Ваш папаня.

№ 81. 8 ноября [1923 года]

Милый мой Люб анаша!

Я очень огорчился сегодня, узнав от своего великолепного секретаря, что телеграмма тебе не была послана до сегодняшнего дня.

Вероятно, ты был очень этим недоволен, а я, конечно, виноват, глав­ным образом в том, что не усмотрел за своим секретарем, что, впрочем, случается со мной и в других делах: за всем не усмотришь.

В Берлин приехал 6 вечером, а на другой день по случаю советского праздника мне уже с утра почти пришлось участвовать в официальных приемах и торжествах 14. Днем было собрание и концерт в филармонии, и с той самой кафедры, на которой когда-то дирижировал Никит15, Крестинский 16 произносил обычную приветственную речь, а затем оркестр филармонии исполнил «Интернационал» и 9 симфонию 11. Все было чинно и довольно импозантно. Но все это было ничто по сравнению с вечерним раутом в посольстве, где собралось до 500 человек представителей дип­ломатического корпуса, чиновников министерств, промышленников, бан­киров и всякой «знати», и тут же коммунисты наши и немецкие. Не думаю, чтобы когда-либо в залах посольства собиралась столь разношерстная компания. Со мной же чуть не вышел скандал в том отношении, что, отложив по обыкновению переодевание до самого вечера, я, начав напяли­вать на себя смокинг, к большому удивлению констатировал в своих чемоданах отсутствие рубашек, кроме полосатых и пестрых. По дневному концерту публика знала о моем приезде, и отсутствие мое на вечере было совершенно невозможно, пойти же в пестрой сорочке тоже было нельзя. Выход из трагикомического положения был найден только после тщатель­ного обыска моего берлинского чемодана, в котором на дне, по счастью, оказалась одна сорочка, хотя и не безукоризненной свежести. Впопыхах Ляля сорочек мне не положила.
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   22

Похожие:

К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconРусь Древняя и Удельная Библиографический указатель
Киевской Руси (09–xi в.), а также период феодальной раздробленности страны (xii–xiv в.). Представлены книги по истории, философии,...
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconАрхитектура Руси X xii в в
Цель и задачи урока: Познакомить учащихся с архитектурой Руси X-XII в в., ее основными чертами
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconВопросы для экзамена по истории отечества
Возникновение государства. Правления киевских князей с Рюрика по Владимира Мономаха. Социально-экономические отношения на Руси. Внешняя...
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconЗадания 1-10: за каждый правильный ответ присуждается 1 балл
Основным внешнеполитическим противником Древней Руси со второй половины XI века стали
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconБиблиография по истории древней руси
Алексеев Ю. Г. Псковская Судная грамота и ее время: развитие феодальных отношений на Руси XIV – xviвв
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconУрок, тема: Культура Киевской Руси в IX-XIII веках
Ознакомления учащихся с достижениями культуры Древней Руси в различных ее отраслях
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconУрок-путешествие Оборудование: карта «Киевская Русь в IХ хi вв.; иллюстрации «Буквицы древнерусского письма»
Цель: показать, что в начале XII века культура Киевской Руси достигла высшего расцвета
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconРазработка урока истории в 6 класе Тема: Культура Древней Руси
Цель: формирование у учащихся целостного представления о Киевской Руси; ее значении в системе европейских и восточных государств
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconВеликое княжество Литовское
В течение столетия после Батыева нашествия на десятков земель и княжество Древней Руси выросли два мощных государства, две новые...
К. А. Соловьев \ZC;lb a2obke >@8A0 8 ;510 во властных отношениях древней Руси XI нача­ла XII века iconПлан работы: Введение Древнерусское государство когда и как Духовная культура
Древней Руси можно считать IX век. Я решил описать культуру Киевской Руси до 1236 года начала татаро-моногольского ига. После этого,...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница