Учебник для вузов международный




НазваниеУчебник для вузов международный
страница3/42
Дата31.12.2012
Размер3.04 Mb.
ТипУчебник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   42

Значение эры коммерции для международного менеджмента


Суммируя все отмеченное выше, можно сказать, что эра коммерции впервые высветила и поставила перед предпринимателями развитых европей­ских государств следующие ключевые вопросы международного менеджмента (как системы управления международным биз­несом):

• есть ли экономический смысл переносить предпринимательскую актив­ность и риски из внутристрановой среды за рубежи государства и могут ли соответствующие выгоды и/или потери быть оценены заранее?

• от каких основных факторов реально зависит принятие такого рода реше­ний?

• насколько свободен бизнес в своих решениях и действиях от политики сво­его государства, может ли он рассчитывать на его поддержку (или должен учитывать противодействие)?

• что следует учитывать, предвидеть и предпринимать, ведя деловые опера­ции на «чужой территории», в интересах обеспечения долговременной при­быльности этих операций и безопасности их ведения?2

2Тот факт, что на заре «коммерческой эры» эти операции были просто грабежом беззащитных туземцев и лишь много позже эти процессы приобрели хоть какие-то черты нормального бизнеса, ничего не меняет в сути вопроса. Государство решает и свои проблемы за счет международного бизнеса.


2. Эра экспансии (1850-1914 гг.)

Предпосылки эры экспансии

В указанный период идет окончательное оформление и структуризация колониальных империй на фоне бурного индустриального развития европей­ских стран, а позднее США, вызванного промышленной революцией начала XIX в. и последующими достижениями технологического развития.

Как справедливо отмечает Робинсон, именно эти достижения и массовое инду­стриальное производство повернули развитые страны от вывоза экзотических за­морских товаров к добыче сырья и систематическому плантационному хозяйству

в колониальных регионах как к более выгодным и экономически перспективным сферам зарубежного бизнеса.

Здесь важно отметить, однако, следующее обстоятельство. Коренное измене­ние характера «полезности» колоний в свою очередь повело к резкому росту их значимости для индустриального развития Европы. Значительную часть своих конкурентных преимуществ развитые европейские страны, и в первую очередь Англия и Франция, черпали именно в дешевом сырье, производимом в их колони­ях. Но это в свою очередь требовало инвестиций уже в развитие колониальной сырьепроизводящей индустрии. Одновременно росла и роль государственного колониального управления: защита колоний от внешней угрозы и сохранение са­мого колониального режима требовали от метрополий согласованных действий власти и национального бизнеса на территории колонии. Поскольку же в него уже начали вовлекаться массы работников-туземцев, а вывоз в колонии квалифици­рованной рабочей силы из метрополий был экономически невыгоден, то со всей остротой встали вопросы учета местных культурных особенностей, образования и социальных проблем местного населения. Понятно, что для простого грабежа местного населения и ресурсов ничего такого не требуется, но коль скоро речь идет о развитии местной промышленности и сельского хозяйства с использовани­ем туземной рабочей силы, то колониальные власти и бизнесмены метрополии, ведущие дела в колониях, волей-неволей должны были начинать об этом думать. Именно начинать, поскольку к началу Первой мировой войны (то есть к концу эры экспансии) эти вопросы еще только-только вставали перед наиболее продви­нутыми администраторами и предпринимателями в колониях.

Следует особо остановиться и на той части развития международного бизнеса, которая никак не затрагивается в структуре Робинсона, но исключительно важна для целей нашей книги. Речь идет об интенсивном развитии внутриевропейского международного бизнеса, также инициированном промышленной революцией и эпохой массового производства. Именно разные темпы развития европейских го­сударств в этот период, различия в обеспеченности природными ресурсами, раз­ный уровень образованности населения и другие факторы того же рода предопре­делили целесообразность и выгодность того, что лишь с известной долей условности можно назвать международным разделением труда. Скорее следует различать своего рода страны-производители промышленной продукции и стра­ны-рынки для этой продукции (справедливости ради надо признать, что последние во многих случаях производили дешевую сельскохозяйственную продукцию).

Если сегодня достаточно много говорится по поводу торговых войн между странами, то следует помнить, что уже конец XVIII в., и тем более XIX в., — это эпоха почти непрерывных конфликтов такого рода. Для примера напомним, что именно в итоге такого рода конфликтов Россия добилась режима наибольшего благоприятствования в торговле с ведущими европейскими странами в последнем десятилетии прошлого века (причем переговоры по этим вопросам были очень трудными и велись зачастую — как в случае с Германией — несколько лет). Инте­ресным следствием всего этого стало развитие производственных предприятий и филиалов фирм за рубежом. Развивался и международный финансовый сервис (интересно отметить, что известный банк Credit Lyonnais открыл свой филиал в России еще в 1879 г.), международный транспорт и т. д.


Значение эры экспансии для международного бизнеса

Все это позволяет констатировать, что собственно международный бизнес уже во второй (по Робинсону) эре своего развития очень точно нащупал все главные мотивы своего существования и развития, сохранившиеся и до наших дней:

• использование более эффективных ресурсов (сырьевых, природных, энергетических);

• расширение рынков сбыта;

• новые поля приложения свободных финансовых ресурсов;

• использование выгодных возможностей местного законодательства (нало­гового, таможенного и т. д.).

3. Эра концессий (1914-1945 гг.)

Характеристика эры концессий

Робинсон справедливо отмечает ту важнейшую особенность исторического периода между двумя войнами, когда качественно изменилась роль крупнейших компаний, оперировавших на коло­ниальных рынках. Вне зависимости от того, идет ли речь о знаменитой United Fruit, бельгийцах в Конго или первых нефтяных концессиях на Среднем Востоке, везде соответствующие компании-концессионеры превращаются в своего рода ав­тономные экономические государства, осуществляющие производственные, тор­говые, образовательные, медицинские, транспортные, а нередко и полицейские функции не только для своих работников, но зачастую и для всех жителей приле­жащих к их концессиям районов.

Особый интерес в контексте нашего рассмотрения представляет формирова­ние на концессионных предприятиях значительного слоя туземных менеджеров среднего звена, которых специально обучали, нередко — на предприятиях и в учеб­ных заведениях самой метрополии. Одновременно росло и национальное самосоз­нание колониальных народов. И местным администрациям, и самим фирмам-кон­цессионерам приходилось так или иначе учитывать эти процессы. Заметим в этой связи, что будущие политические лидеры независимых национальных государств рекрутировались отчасти из тех, кто вначале прошел менеджерскую школу на концессионных предприятиях бывших колоний.

В отношении международного бизнеса в неколониальной сфере следует отме­тить несколько наиболее характерных моментов. Первый — поражение Германии в Первой мировой войне и, естественно, последовавший за этим передел мировых рынков. Второй — Великая депрессия 1929-1932 гг.: она со всей остротой постави­ла вопрос об эффективности международного бизнеса в соотношении с внутристрановым, и интернационализация использования людских ресурсов (столь ха­рактерная для эры глобализации) впервые заявила о себе именно в эти годы. Именно тогда отмечены первые массовые появления рабочих из Азии, Африки и Латинской Америки на предприятиях стран Запада. Наконец, возникновение двух мощных тоталитарных режимов (в СССР и Германии) показывало доста­точно ясно значительные возможности государственного управления внешнеэко­номической деятельностью, но одновременно и все слабости государства как «международного предпринимателя». И дело здесь вовсе не в тоталитарных ре­жимах как таковых (опыт показывает, что в некоторых отношениях они иногда эффективнее традиционных демократий), а просто в том, что государство в прин­ципе — неэффективный собственник и это доказано многократно и на примерах самых разных политических режимов.

Значение эры концессий для международного бизнеса

Таким образом, концессионная эра подготовила почву для самоопределения колониальных и полуколониальных стран в экономическом плане, а Вторая мировая война дала мощный политический импульс этим процессам. С другой стороны, такие явления, как интернационали­зация мирового рынка рабочей силы и обостряющееся соперничество на мировых рынках сырья, полуфабрикатов и готовых изделий, главные участники которого стараются приобрести конкурентные преимущества, используя возможности все более сложной структуры международного бизнеса, означали продвижение не только к следующей эре национальных государств, но и в известном смысле к гло­бализации бизнеса в целом.

4. Эра национальных государств (1945-1970 гг.)

Особенности развития международного бизнеса

Два главных направления развития международного бизнеса должны привлечь внимание при анализе этого периода его развития. Это, во-первых, становление и бурное развитие десятков новых национальных го­сударств, получивших в наследие от концессионной эры до известной степени раз­витый экономический базис и некоторую кадрово-технологическую структуру. С другой же стороны — и все пороки колониального хозяйственного развития: от монопродуктовых экономик до тяжелейших финансовых проблем.

При всех издержках, а нередко и драматичных поворотах этого развития имен­но оно дало первоначальный толчок невиданному взрывному расширению меж­дународного бизнеса: ведь относительно закрытые для внешнеэкономической де­ятельности колониальные империи в исторически кратчайший срок превратились во множество самостоятельных игроков на внешнем рынке, активно ищущих рын­ки сбыта традиционных продуктов своего экспорта и столь же активных реципи­ентов для любого рода инвестиционных вливаний. Поскольку же активные акции на внешнем рынке требовали сами по себе значительной финансовой поддержки, то этот неадекватный спрос на финансовые услуги резко подтолкнул развитие международных рынков капиталов, появление и развитие ряда новых финансо­вых инструментов, рост сферы международного аудита и консалтинга.

С другой стороны, наиболее мощные американские корпорации, используя все преимущества доминирующего положения США в послевоенном мире, впервые практически осуществили прорыв к мультинациональному бизнесу, то есть к каче­ственно новой ступени развития международного бизнеса фирмы, когда весь мир становится, по существу, ареной ее конкурентной борьбы и сферой фирменных интересов. Уже в 60-е, а особенно в 70-е гг., американских пионеров мультинаци-онального бизнеса догнали, а во многом и перегнали их европейские и в еще боль­шей степени японские соперники. Возникла сложнейшая трехслойная структура международного бизнеса, в рамках которой идет конкурентная борьба фирмы на некоем страновом рынке с местными фирмами, ее же борьба с работающими здесь мультинациональными корпорациями и, наконец, борьба этих последних между собой. Важно отметить, что завоевание рынков товаров и услуг всегда опосредуется и в свою очередь опосредует еще более ожесточенную борьбу тех же соперни­ков на международных, региональных и страновых рынках капиталов, техноло­гий, рабочей силы, информации и т. д. В этой связи мы полностью разделяем точку зрения С. Ронена3 на роль и значение так называемого «пакета развития»; на этом вопросе следует остановиться особо, так как он имеет исключительно важ­ное значение в работе международного менеджера и сегодня.

3S.Ronen. Comparative and Multinational Management. John Wiley & Sons, 1986.


Речь идет о том, что реальное продвижение национальной экономики к эффек­тивному производству и сфере услуг требует как раз того комплекса, речь о кото­ром шла выше: технологии, капитала, информации, квалификации и компетент­ности персонала, консалтинговой поддержки и т. д. Но получить это «сразу и вместе», скажем в 70-е гг., было крайне проблематичным, поэтому развивающие­ся страны и их фирмы брали разные элементы пакета в разных странах и у раз­ных фирм4, делая его «оптимальным для себя». Поскольку же для реального мультинационального бизнеса весь мир — поле его деловой игры, то формирование такого рода пакетов для собственных целей или в интересах партнеров здесь мож­но осуществлять наиболее эффективно.

4С. Ронен вообще полагает, что падение роли американских фирм в 70-80-е гг. в международном бизнесе связано с этими обстоятельствами.


Начало глобализации международного бизнеса

Дальнейшее развитие мультинациональности в международном бизнесе шло, с чисто внешней точки зрения просто по пути возрастания числа МНК, хотя уже 70-е, и тем более 80-е гг., здесь наблюдается ин­тересный качественный прорыв: в число крупнейших МНК входят фирмы разви­вающихся стран, причем находящихся на различных ступенях своего развития: Южной Кореи, Филиппин, Индии, Тайваня и т. д. Но внутреннее содержание это­го процесса как раз и подготовило переход международного бизнеса к наиболее высокой (на данный момент) точке его развития — глобализации.

Речь идет о том, что если в прошлом МНК решали относительно простые зада­чи производства и дистрибьюции товаров, то в последние десятилетия они (точ­нее — сообщество МНК) стали решать куда более сложные и глобальные задачи: С. Ронен определяет их как создание и задействование сети мультинационального обслуживания, включающей банки, рекламные агентства, консалтинговые фир­мы, университеты, учреждения здравоохранения и т. д. и опирающейся на гло­бальную компьютеризацию. В данном случае не имеет значения, к какой стране принадлежит тот или иной элемент сервиса — мультинациональность не потому космополитична, что у нее «нет отечества» (в конце концов Intel все-таки амери­канская фирма, как Sony японская, a Siemens немецкая), а потому, что она не может себе позволить (при прочих равных!) заменить эффективность патрио­тизмом.

Формируя собственную сеть мультинационального обслуживания, каждая МНК рассматривает ее как свою гарантию эффективности бизнеса, а тот факт, что в конечном итоге эти сети сливаются в некую глобальную сеть такого рода, просто увеличивает эффективность систем в целом. Не потому МНК стали в массовом порядке выносить различные производства в менее развитые страны, что они хотели способствовать развитию последних или ими двигали иные соци­альные мотивы того же рода; не отрицая у лучших из них ярко выраженного моти­ва социальной ответственности, будем, однако, объективны: все та же погоня за эффективностью — вот главный мотив.


Особенности развития международного бизнеса

Если суммировать главные тенденции развития международного бизнеса за три-четыре последних десятилетия, то что же следует признать главной и определяющей тенденцией этого развития? Или более локально: какой вопрос, поставленный этим развитием, следует признать центральным, определяющим для понимания перспектив международного бизнеса? По нашему мнению, его следовало бы сформулировать так: Каковы пределы и возможности эффективного использования национальной модели менеджмента с точки зрения эффективности международного биз­неса вообще и его высшей формы — мультинационального бизнеса — в особен­ности?

Эта формулировка может показаться на первый взгляд слабо связанной с предше­ствующим материалом, но при более внимательном рассмотрении она очень чет­ко именно из него и следует.

Действительно, коль скоро на арену международного бизнеса быстро и разно­сторонне вышли десятки новых национальных государств, то, вообще говоря, единственной более или менее понятной им моделью менеджмента была та, что в «эру концессий» и после нее насаждалась концессионерами из соответствующей метрополии. Была ли это британская модель в кенийском исполнении или гол­ландская — в индонезийском, для целей данного обсуждения непринципиально. Гораздо важнее тот факт, что вне зависимости от географического фактора мо­дель эта всегда несла в себе очень мощную составляющую, образно говоря, коло­ниального воздействия. Под этим термином понимается воздействие не только че­рез обычные инструменты менеджмента, используемые в демократических странах, но и в значительной мере через абсолютную зависимость колонии в це­лом от метрополии и туземных работников от зарубежных владельцев предприя­тия и нанятых ими же зарубежных менеджеров. Попросту говоря, ни английско­му, ни французскому, ни голландскому менеджеру не было никакой нужды ломать стереотипы своего поведения и привычные методы работы ради учета ме­стных особенностей. Их национальная модель автоматически превращается в международную в данной колонии просто «сменой вывески»!

Конечно, здесь есть известное упрощение: умные и образованные менедже­ры-европейцы хорошо знали и ценили умение адаптировать свое управление к местным культурным реалиям. Более того, часто упоминаемый в литературе по менеджменту уникальный пример Британии, которая сумела обеспечить долго­временную стабильность и устойчивость своего управления в колониях, опира­ясь на относительно малочисленный административный аппарат, — почти клас­сический образец такого рода подхода.5 . Но если брать именно менеджмент как таковой, то есть собственно сферу делового управления, то положение о более или менее полном перенесении национальной модели на туземную почву в ос­новном отражает реалии и концессионной эры, и начала эры национальных го­сударств.

5Нет сомнения в том, что, если бы зарубежным исследователям была известна история развития административного управления в национальных областях дореволюционной России, там нашлось бы немало подобных примеров. (см.: М. Туган-Барановский. Политическая экономия. СПб: Изд. «Книга»)


Положение коренным образом меняется именно в ходе этой последней эры, когда колонии становятся независимыми государствами, а концессионные пред­приятия переходят либо в собственность этих государств, либо в совместную соб­ственность. Колониальный фон перестает действовать и, более того, очень жестко начинает проявляться то, что можно назвать комплексом бывшей колонии: стрем­ление и туземных работников, и менеджеров, и тем более местных властей всяче­ски показать бывшим владельцам и их менеджерам, «кто здесь главный». Часто цитируемая строка Иосифа Бродского: «Как будто жизнь, качнувшись вправо, качнется влево» — здесь как нельзя более уместна.


Новый стиль международного менеджмента

Болезненный период нащупывания пути эффективного взаимодействия в бизнесе в паре «бывшая колония—бывшая метрополия» (если, конечно, оно оставалось) в конце концов привел к пониманию двух главных истин, которые можно считать естественными основаниями международного бизнеса в эпоху на­циональных государств и, что называется, на все последующее время.

Первая из них состояла в том, что только тщательный учет взаимных выгод и постоянное следование соответствующим выводам есть самая верная стратегия для эффективного взаимодействия в тандеме «бывшая колония—бывшая метро­полия». Банальность этой истины с точки зрения бизнеса вообще очевидна — она исторически насчитывает ровно столько же тысяч лет, сколько человечество во­обще ведет какие-то экономические операции типа обмена. Но новое содержание ей придается уже в эпоху национальных государств следующим обстоятельством: если «туземцы» готовы были в угоду оскорбленному самолюбию жертвовать эко­номической выгодой или то же самое ради собственных амбиций готовы были де­лать бывшие владельцы или менеджеры-экспаты6, то и те и другие сразу проигры­вали в конкурентной борьбе некой третьей стороне. Ситуационно это могло выглядеть по-разному: в этом смысле покинувшие туземное производство зару­бежные специалисты и менеджеры, которых чисто по-человечески не устраивало откровенное хамство новых хозяев или даже угрозы их безопасности, делали это производство изначально неконкурентоспособным; но если то же самое они про­делывали, не желая менять стиль и методы своего прежнего управления с уче­том новых реалий, то на их место достаточно быстро находились предпринимате­ли и менеджеры из других стран и т. д. И какой бы ни была ситуация, каждый раз виновные наказывались чисто экономически.

6Термином «экспат» в деловой практике определяют лицо, работающее по контракту в другой стране (в стране пребывания фирмы).


Именно на основе этой первой истины и появляется вторая, которую можно считать реальным основанием возникновения настоящего международного ме­неджмента в рассматриваемый период: предприниматели и менеджеры из разных стран четко понимают, что серьезный учет культуры и национальных стереоти­пов поведения туземных партнеров делает их бизнес не только экономически бо­лее эффективным в данный момент, но и дает ему интересные перспективы, суще­ственно обогащает его потенциал и в конечном итоге создает, употребляя терминологию М. Портера7, конкурентные преимущества существенно более вы­соких порядков. Этот момент следует отметить особо, но здесь необходима важ­ная оговорка.

7М.Портер. Международная конкуренция.: Пер. с англ. М.: Международные отношения, 1993.


С точки зрения строгой логики изложения может представляться явно несво­евременным обсуждение этого предмета, поскольку мы пока не только не анализируем теорию М. Портера, но даже не дали методологических основ самого меж­дународного менеджмента. Но более углубленный взгляд на предмет показывает, что поскольку международный менеджмент органически формируется и развива­ется как система управления международным бизнесом фирмы, то и все его сущностные черты и характерные особенности суть продолжение тех же черт и осо­бенностей самого бизнеса. Или иначе: в фирменном менеджменте должно быть ровно столько же «международности», сколько в бизнесе фирмы.


Факторы развития международного бизнеса

В развитие предыдущей мысли отметим, что фирменный бизнес требует разных уровней международности в зависимости от двух главных факторов, если рассмот­реть бизнес фирмы из страны А в стране Б, то фактор­ная структура выглядит следующим образом.

Во-первых, уровень международности бизнеса фирмы зависит от глубины ее вовлеченности в бизнес в стране Б. Если речь идет о разовых продажах товара че­рез экспортно-импортную фирму самой страны А, то этот низший уровень вовле­ченности практически не рождает никакой потребности в международной состав­ляющей бизнеса (и, естественно, ни о каком международном менеджменте речи нет) — ведь такого рода операции ничем не отличаются от продаж и расчетов с другими фирмами, а вся международная составляющая имеет место в офисе экс­портно-импортной фирмы и даже просто скрыта от глаз производителя.

Совсем иное дело, когда фирма развернула производство в стране Б, наняла местный персонал, развернула дистрибьюторскую сеть (или вступила в сотруд­ничество) и т. д. Вот здесь она, что называется, обеими ногами стоит в междуна­родном бизнесе: от языковых вопросов до местного налогового законодательства и от репатриации валютной прибыли до участия в местных социальных акциях. Понятно, что между этими двумя полюсами лежит целый ряд последовательных ступеней развития международности, и к ним мы еще подробнее вернемся.

Во-вторых, международность зависит от уровня культурной схожести стран А и Б. Понятно, что если А — это Франция, а Б — Италия, то даже сама принадлеж­ность обеих стран не просто к Европе, а к одному кластеру европейских романс­ких (латинских) стран уже говорит сама за себя. Никак не умаляя своеобразия и особенностей каждой из этих великих культур, мы все же должны признать, что уровень их взаимопонимания настолько высок, что международная адаптация со­ответствующего менеджмента в культурном (самом сложном) плане будет доста­точно простой. Но уже если А — это Франция, а Б — Россия, то дело выглядит существенно сложнее (хотя европейская принадлежность в известной мере помо­гает и здесь). И, по-видимому, совсем высокий уровень международности требу­ется в паре «Франция—Япония», если принимать во внимание чисто культурные различия как таковые.

Разумеется, проведенные выше обзоры и сам парный подход — не более чем грубая иллюстративная схема. А существенно обогащать и усложнять ее будут самые разные соображения: например, пойдет ли в первом случае речь о субкуль­туре итальянского севера или юга; далее: идет ли речь о сотрудничестве с москов­ской фирмой или это бизнесмены из глубинной Якутии; в третьем же случае: не окажет ли французской фирме помощь тот важнейший факт, что ряд ее сотрудни­ков имеют серьезный опыт работы в бывших французских колониях в Юго-Восточной Азии. Таких моментов может быть очень много — реальный международ­ный бизнес сложнее всякого рода схем. Тем не менее главный вывод остается не­изменным: своего рода вторая ось развития требований международности, конеч­но же, лежит в сфере сходства и различий культурных особенностей.


Роль эры национальных государств

Подытожим этот раздел нашего обсуждения. «Эра национальных государств», дав мощный толчок развитию международного бизнеса и сделав его сферой весь мир, в котором перестали существовать закрытые системы типа «метрополия—колония», одновременно впервые поставила вопрос о том, что меж­дународный бизнес вышел на качественно новый уровень развития и в этом своем новом качестве он нуждается в столь же качественно новой системе управления.

Чем шире оперирует бизнес по всему миру, тем все более и более прежняя форму­ла «управление зарубежными операциями», или «управление внешнеэкономической деятельностью», становится неадекватной требованиям глобальной эффективности фирменного бизнеса и должна быть заменена формулой «международный менедж­мент». А тот факт, что самыми первыми это поняли мультинациональные корпора­ции, очень естественно вытекает из обсуждавшихся ранее двух истин эры нацио­нальных государств: ведь именно МНК первыми вышли на самый высокий уровень международности и по глубине вовлеченности, и по культурному фактору по той про­стой причине, что глобальная эффективность фирмы (а она и есть их главная цель) требует абсолютной свободы выбора форм деятельности в любой стране (первый фактор) и столь же абсолютной свободы выбора самой страны (второй фактор).
Эра глобализации (начиная с 70-х гг. XX в.) *

*Введена С. Роненом в развитии идеи Р.Робинсона


Этот период развития цивилизации вообще и международного бизнеса в частности проходит под знаком революционных технологических изменений, вслед за кото­рыми, естественно, идут экономические, социальные и политические перемены. Компьютерная революция и мощное развитие телекоммуникаций практически не­узнаваемо изменили лицо всех традиционных технологий, выведя их на качествен­но новый уровень, и понятно, что первые и самые главные плоды этого процесса пожали и пожинают промышленно развитые страны. К сожалению, во многих слу­чаях разрыв между ними и более отсталыми странами увеличивается и соответ­ственно растет напряженность в отношениях. Не выдержав научно-технического соревнования с развитыми странами, рухнула мировая коммунистическая система, а единственный ее оставшийся крупный бастион — Китай — выжил и развивается только потому, что это обеспечивает симбиоз рынка и социализма при мощной под­держке Запада и Японии, которым коммунистический режим гарантирует стабиль­ность и безопасность их инвестиций и доходов. Что же касается остального комму­нистического сообщества, то оно (за самым малым исключением) дружно вышло в сферу свободного (а значит, и международного) рынка, увеличив территорию сво­бодного международного бизнеса на 15-20% и население, им охватываемое, почти на 300 млн. чел. Сегодня на Земле практически не осталось закрытых для междуна­родного бизнеса зон и тем. Тем важнее более внимательно проанализировать харак­терные черты этого периода развития.

Реальная глобализация в конечном итоге характеризуется тем, что междуна­родные экономические связи охватили практически все страны планеты и каждая из них в той или иной мере зависит от международного бизнеса. Последствия это­го двояки: с одной стороны, страна может пользоваться всеми его благами, не ис­пытывая отрицательных последствий отсутствия в ней тех или иных ресурсов, возможностей и т. д. Но, с другой стороны, естественной платой за это становится и существенная зависимость страны от состояния мировых рынков в целом: нельзя пользоваться только благами интеграции в мировую экономику, приходит­ся одновременно нести и риски этого процесса (что в полной мере почувствовала на себе Россия в период кризиса 1998 г.: каковы бы ни были ошибки правитель­ства в период реформ, но было бы несправедливым отрицать и роль мирового фи­нансового кризиса в том, что произошло с российской экономикой летом 1998 г.).
ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ СОВРЕМЕННОГО БИЗНЕСА

Будучи мощным инструментом экономической интеграции страны в мировую экономику, а следовательно — инструментом глобализации как таковой, между­народный бизнес в современных условиях определяется следующими характер­ными чертами:

1. Доступность и всеобщность. Хотя международный бизнес и регулируется соответствующими законодательствами стран, он все больше и больше пре­вращается в своего рода неотъемлемую возможность практически для лю­бой фирмы почти каждой страны, принципиально изменяя стратегические и тактические перспективы фирм и открывая перед ними невиданные ранее потенциальные поля деловой активности. В то же время здесь есть, конеч­но, и свои ограничения.

2. Ступенчатость развития. Речь идет о том, что вхождение фирмы в меж­дународный бизнес, по существу и как правило, начинается с простейших форм (см. выше) обычной зарубежной торговли и по мере развития дости­гает высшей формы — мультинациональной корпорации. Суть этой осо­бенности не сводится к естественному требованию накопления опыта и наращивания потенциала — и само вхождение в международный бизнес, и дальнейшие достижения в нем будут заставлять фирму преодолевать сво­его рода пороги: если на начальном этапе это как минимум — порог, на­пример, качественного уровня товаров фирмы и рациональности ее издер­жек, позволяющий более или менее нормально продавать товары за границей, то по мере ее развития это и вопросы грамотного развития дистрибьюции, эффективного использования международных рынков капи­талов и рабочей силы, грамотной работы с международными транспорт­ными сетями и т. д.

На все это можно возразить следующее: в конце концов, в той или иной мере ступенчатость наблюдалась и до эпохи глобализации. Что нового сегодня? Ответ очевиден: иная, принципиально новая технологическая основа.

3. Технологическая глобализация. Возможности компьютеризации, информа­тизации и телекоммуникаций принципиально изменили характер международного бизнеса, который в современных условиях приобрел три прин­ципиально новые черты:

• он может эффективно осуществляться «не выходя из офиса»8;

• он может осуществляться в режиме реального времени;

• он может с помощью телекоммуникаций охватывать все интересующие бизнес рынки товаров, капиталов, рабочей силы, информации и т. д.

8Конечно , это преувеличение, деловые люди и сегодня много перемещаются по миру, но в данном случае речь идет о принципе работы.


4. «Финансиаризация». Этот термин был введен в оборот Ж.-П. Серван-Шрайбером9. и очень точно отражает важнейшую черту «глобализированного» международного бизнеса: финансовое содержание междуна­родных деловых операций, начиная от их замысла и кончая реальным результатом, становится сердцевиной международного бизнеса, тем свое­образным центром, вокруг которого вращаются все интересы, решения, стратегии.

9Ж.-П.Серван-Шрайбер. Ремесло предпринимателя. Пер. с франц. М.: Экономика, 1994

Конечно, и до эпохи глобализации прибыль (а это, в конце концов, — финансо­вая категория) была главной целью международного бизнеса, но существо нового периода заключается в том, что поиск и использование международных кон­курентных преимуществ теперь стали жестко опираться на достижения финан­сового менеджмента, новейшие и многочисленные финансовые инструменты, вырастающие из гигантских возможностей мирового финансового рынка. Накладываясь на уникальные возможности компьютеризации и телекоммуникаций, финансиаризация стала, по существу, мерилом совершенства любого междуна­родного бизнеса.

5. Сложное взаимодействие национального и интернационального. Возможно, ни по одному вопросу международного бизнеса не возникало столько спо­ров и исследователей, и практиков, как по вопросу о влиянии на деловую жизнь планеты конвергентных и дивергентных процессов в сфере нацио­нальных культур.

С одной стороны, глобализация явно вела и ведет к чисто конвергентным про­цессам: начиная от джинсов, телевизоров и гамбургеров до формирования некоей мультинациональной деловой культуры, определенные принципы и правила кото­рой разделяются практически большинством серьезных бизнесменов мира. Но, с другой стороны, нарастает национальная и культурная дифференциация, которая в крайних формах национализма и/или религиозной нетерпимости проявляется в тяжелых конфликтных формах; очевидно совершенно естественное стремление народов и этнических общностей сохранить свои культурные и национальные цен­ности, установки, стереотипы поведения, защитить их от размывающего влияния некоей «усредненной» (в основном, конечно, американской) массовой культуры. Зачастую это стремление принимает формы разного рода ограничений и запретов именно на международную экономическую деятельность в той или иной стране. И наконец, профессионалы в системе международного бизнеса постоянно убежда­ются в том, что если обостренные национальные чувства и несут в себе немало про­блем для их работы, то одновременно они же дают и интереснейшее поле новых достижений и мощного роста эффективности межстрановых деловых операций, если правильно учитывается и грамотно используется национально-культурный момент.

Сегодня вряд ли можно однозначно ответить на вопрос о том, чего больше в современном международном бизнесе — конвергентного или дивергентного, но и у практиков, и у теоретиков не вызывает сомнения главное: эффективная страте­гия любой фирмы (за редким исключением) в эпоху глобализации должна соче­тать в себе максимальное использование национального везде, где это можно.10 Отнюдь не случаен тот факт, что во всех крупнейших и даже средних центрах биз­нес-подготовки в мире столь большое внимание уделяется сегодня дисциплинам страноведческого и национально-культурного циклов11. Эти знания востребова­ны сегодня передовой практикой международного бизнеса, а она-то и является в этом смысле наиболее объективным критерием и существования самой пробле­мы, и ее реальной значимости.

10Небольшой пример, приведенный ниже. - не более чем иллюстрация, но по-своему показательная. Одно из российских оборонных предприятий выпускало медные шкатулки, украшенные орнаментом. Когда заводские дизайнеры создали искусную имитацию восточного орнамента, изделие имело столь значительный успех в ближне- и средневосточных странах , что превзошло по объемам продаж другие, более сложные изделия предприятия.

11См., например: S.Ronen. Comparative and Multinational Management. John Wiley & Sons, 1986. Р.29.


РОЛЬ ЗНАНИЙ В ЭФФЕКТИВНОСТИ МЕЖДУНАРОДНОГО БИЗНЕСА

Знания как условие развития международного бизнеса


Анализ международного бизнеса был бы явно неполным, если бы мы не обратили внимание на еще одну его важнейшую черту, а именно — значение знаний и компе­тентности в его эффективности.

Действительно, какую бы из характерных черт рассматриваемой категории мы ни взяли, каждая их них решающим образом зависит именно от того, насколько персонал фирмы реально имеет и, что еще важнее, умеет практически использо­вать всю ту сумму знаний, умений и навыков, без которой вхождение в любую сферу международного бизнеса не то что неэффективно, но зачастую просто не­возможно. Еще раз просмотрим под этим углом зрения главные выводы нашего анализа.

Доступность и всеобщность международного бизнеса в известном смысле — провоцирующий фактор, поскольку внешне делает вхождение в него достаточно легким. Но известный лозунг «Не лезьте в международный бизнес, не добившись успеха у себя дома» служит здесь своего рода предохранителем: бизнесмены, про­шедшие серьезную деловую школу у себя дома, будут, безусловно, достаточно ос­мотрительны в своих первых шагах за рубежом. И в этом отношении ступенча­тость развития — естественная стратегическая линия именно накопления знаний. При этом не особенно важно, будут ли это знания технологические, правовые и т. д., — речь идет именно о том, что переход на каждую последующую ступеньку возможен только с соответствующим «багажом» у всего персонала фирмы, так или иначе задействованного в этих процессах.

Что же касается технологической глобализации и тем более финансиаризации, то это уже своего рода высший пилотаж в смысле уровня знаний, которыми обла­дает персонал фирмы в этих сложнейших сферах. Эти знания и умение их исполь­зовать вводят фирму в элиту международного бизнеса, в тот относительно неболь­шой круг корпораций, которые, опираясь на соединение компьютеризации, телекоммуникаций и возможностей финансовых рынков и управляя этой триа­дой посредством компетентности персонала, достигают главных высот эффектив­ности и максимума отдачи на вложенные в международный бизнес ресурсы. Не­посредственно ко всему этому примыкает область наиболее тонкого и наименее формализованного знания: знания культурно-национальных особенностей зару­бежного бизнеса и умения использовать эти знания не только для роста эффек­тивности зарубежных операций фирмы, но и для получения долговременных об­щественных, политических, психологических и иных позитивных эффектов деятельности в странах пребывания, без которых не может быть современного бизнеса, осознающего свою социальную ответственность перед своей и перед дру­гими странами.

Взаимосвязь накопления знаний и глобализации бизнеса


Обобщая, можно сказать, что современный процесс международной эко­номической интеграции объективно сам является продуктом интеграции зна­ний — и не просто знаний, а суперсовременных и очень динамично обновляемых знаний. Эта система знаний во все большей мере порождается международной бизнес-практикой12 и глобальна по самой своей природе. Это последнее замеча­ние исключительно важно, поскольку эффект глобализации, то есть тот факт, что эта система знаний максимально эффективна именно на мировом поле бизнеса, как раз и определяет главную отличительную черту современности. Если пойти несколько дальше, то можно с уверенностью констатировать: неучастие фирмы (тем более страны) в международном бизнесе сегодня сразу и резко ограничивает эффективность бизнеса (потенциальную и реальную) по той очевидной причине, что не может использовать не просто возможности международного бизнеса, но, что гораздо значимее и весомее — глобального международного бизнеса. При этом восхождение на каждую следующую ступеньку имеет жестко взаимосвязанные и постоянно меняющиеся местами предпосылки и следствия, а именно:

• только накопление соответствующей критической массы знаний и компе­тентности позволяет фирме перейти на следующий уровень глобальности в международном бизнесе и соответственно потенциально получить все эф­фекты этого уровня;

• с другой же стороны, один из наиболее важных эффектов этого (нового) уровня глобализма — новое накопление знаний и компетентности для даль­нейшего продвижения. Эта диалектическая взаимосвязь нуждается, одна­ко, в одном уточнении.

12Никак не умаляя роль науки, следует все же признать «локомотивную» роль практики в современном международном бизнесе.


Мы далеки от мысли о некоем автоматизме и предопределенности этих перехо­дов: десятки причин могут его замедлить, ускорить, вообще заблокировать или даже повернуть вспять — здесь и действия конкурентов, и динамика рынка, и об­щая экономическая конъюнктура, и политические и социальные сдвиги. Многие из этих факторов экзогенны относительно фирмы и не поддаются сколько-нибудь существенному контролю. Тем не менее если глубже всмотреться в существо ана­лизируемого феномена, то мы приходим к двум достаточно объективным выводам.

Во-первых, даже экзогенность факторов отнюдь не снижает роли компетент­ности (скажем, фирма не разглядела вовремя меняющуюся конъюнктуру рынка — но ведь это во многом уровень компетентности ее маркетологов; ухудшилась об­щеэкономическая обстановка, а фирма не сумела эффективно сжать свой бизнес в наиболее рисковых регионах — но ведь это опять-таки вопрос уровня компетент­ности ее менеджеров).

Во-вторых, направленность и интенсивность перехода все же во многом опре­деляются стратегией и политическими решениями владельцев и руководства фирмы и в этом смысле хоть и не автоматичны, но все же до известной степени управляемы.

Таковы в основных чертах те важные моменты, которые делают особенно акту­альными именно для международного бизнеса часто цитируемые слова М. Пилдича: «Фирме необходимо стать организацией, ориентированной на знания»13. Возможно, единственное уточнение к этой фундаментальной мысли, адаптиру­ющее ее к международному бизнесу сегодня, — «ориентированной на интегри­рованные знания», поскольку именно интегративный характер и постоянное обновление и составляют основу эффективности использования знаний в меж­дународном бизнесе в эпоху глобализации.

13М.Пилдич. Как товар приходит к покупателю. Пер. с англ. М.: Прогресс, 1994.С.98


В этой связи полезно и важно помнить о том, что ступенчатость развития фир­мы в сфере международных деловых операций, в свою очередь, испытывает серь­езное влияние ступенчатости странового развития. Ж.-П. Серван-Шрайбер цити­рует интересную мысль одного из крупнейших итальянских предпринимателей Карло де Бенедетти: «Турция — это Испания двадцатилетней давности и Италия сорокалетней давности»14. В этом смысле турецкая фирма, оперирующая на меж­дународном рынке, должна иметь знания и бизнес-компетенцию персонала, опе­режающие на 20-40 лет реальную обстановку ее собственной страны! При всей арифметической условности примера он показателен вот в каком отношении: фирма, работающая в международном бизнесе, сама себе задает планку знаний и компетентности персонала, когда выбирает страну проникновения, — и при этом понимает, что известная отсталость страны может по разным причинам быть ис­точником дополнительных прибылей и сегодня, и в перспективе. Не случайно окончание приведенной выше мысли Карло де Бенедетти о Турции звучит так: «В один прекрасный день она придет в Европу. А сегодня мы платим за Турцию ничтожную цену».15

14СМ.: Ж.-П. Серван-Шрайбер. Ремесло предпринимателя. Пер. с франц. М.: Экономика, 1994.С.189. Единства взглядов по вопросу о критериях и характерных чертах «продвинутости» и «отсталости» стран нет. Так, известный французский экономист А.Бабо считает, что США опережают на 15 лет Францию, а та – на такой же срок Испанию, и объясняет это снижением веса аграрного сектора в доходах нации и «уровнем акционированности» капитала (А.Бабо.Прибыль. Пер. с франц. М.:АО Издательская группа «Прогресс», «Юниверс»,1993.С.35).

15 СМ.: Ж.-П. Серван-Шрайбер. Ремесло предпринимателя. Пер. с франц. М.: Экономика, 1994.С.189


Этим замечанием мы завершим основное рассмотрение категории «междуна­родный бизнес», хотя в дальнейшем будем постоянно возвращаться к отдельным его частям и характеристикам, углубляя и расширяя понимание категории приме­нительно к задачам нашей книги. Однако результаты основного рассмотрения вполне достаточны для того, чтобы перейти к теоретическому анализу централь­ной категории учебника — категории «международный менеджмент».

Но сам этот переход, естественно, требует итоговой систематизации тех харак­терных черт, которыми обладает категория «международный бизнес» и исследо­вание которых, собственно, и является предметом изучения в первом разделе.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   42

Похожие:

Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов. Спб.: Питер, 2008. 583 с: ил. Серия «Учебник для вузов»
...
Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов
...
Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов
Способы автономного выживания человека в природе. Учебник для вузов Под ред. Л. А. Михайлова
Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов
Философия: Учебник для вузов / Под общ ред. В. В. Миронова. — М.: Норма, 2005. — 928 с
Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов
Архитектура и строительные конструкции : учебник для вузов / под ред. П. Л. Еременок. – М. Изд-во литературы по строительству, 1971....
Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов
Информатика: Учебник для вузов. / Под ред. С. В. Симоновича. – Спб.: Питер, 2001
Учебник для вузов международный iconУчебник для вузов. Том. 2 и др. Физиология человека. Compen-»- санкт-Петербург, 26,5п л. Б. И. Ткаченко, dium. Учебник для вузов. 1996. В. Ф. Пятин и Основы физиологии человека.»- москва, «Литера»
Физиология человека. Учебник печат. Алма-Ата, 1992 192 Л. З. Тель для мединститутов. Г. Ф. Коротько
Учебник для вузов международный iconНовые книги, поступившие в библиотеку тгэу в декабре 2009 года
И74 Информатика для юристов и экономистов: учебник для вузов / под ред. С. В. Симоновича.— Спб.: Питер, 2006.— 688c.: ил. — (Учебник...
Учебник для вузов международный iconАнисимов Б. В., Голубкин В. Н., Петраков С. В. «Аналоговые и гибридные эвм» учебник для вузов
Ларионов А. М., Майоров С. А., Новиков Г. И. «Вычислительные комплексы, системы и сети» Учебник для вузов. Л. Энергоатомиздат. Ленингр...
Учебник для вузов международный iconФизическая культура и спорт
Дубровский, В. И. Спортивная медицина : учебник для студ вузов / В. И. Дубровский. – 3-е изд., доп. – М. Владос, 2005. – 528 с ил....
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница