Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы




НазваниеБелоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы
страница6/30
Дата06.12.2012
Размер4.3 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30
характеризуют определенный этап в истории казачества, тесно связаны с первичным денотатом, что лишает их способности к дальнейшему абстрагированию и переосмыслению. В связи с этим представляется возможным рассматривать их как фразеологические историзмы.

В то же время часть поговорок и фразеологических единиц, несущих этнокультурную информацию, оказались способными к дальнейшему обобщению своей семантики, что позволило им обрести вторичные денотаты и в связи с этим продолжать активно функционировать в современном говоре. Так, фразеологизм биться как печенег в донском говоре имеет значение ‘трудиться без устали’, одна чашка-ложка означает неразлучность (первоначальное значение характеризовало близкие, товарищеские отношения между друзьями-однополчанами). Абстрагирование от конкретного сюжета в результате концентрации мысли не на самом событии, а на его свойствах и признаках послужило причиной изменения денотативной сферы данных фразеологических единиц.

В центре диалектной фразеологии, как, впрочем, и литературной, стоит человек – его внешний облик и физические данные, поведение, социальное положение, взаимоотношения с другими людьми и т.д. Языковая личность, являясь продуктом общественно-исторического развития, производна от социальной среды, ибо формируется в ней, оказываясь своеобразным фокусом, в котором проявляются многочисленные противоречивые воздействия классово-имущественных, профессиональных, социально-групповых, половых, возрастных, рассовых и этнических, конфессиональных, территориальных и т.п. отношений.

Человек в диалектной фразеологии характеризуется с разных сторон. Наиболее частотные семантические поля тематического ряда «Человек» представляют «излюбленные» разговорные темы: Внешность. Черты характера. Поведение. Удовольствие. Успех-неудача. Интеллект. Материальное состояние и нек.др.

В характеристике внешнего облика человека находят отражение и его умение (неумение) одеваться (дунь-полети; снарядиться как на воздухи – о нарядно одетых людях; из-под пятницы суббота – о небрежности в одежде), и его прическа (лохматая куделя; как совы в голове толклись – о непричесанном, лохматом человеке), и его физические данные – рост (кованый кот не перепрянет; три бабайки в гору – о людях очень высокого роста; свинячий подставок – маленький, незаметный человек), вес (баглай ожерелистый – о толстом, неповоротливом, ленивом человеке; что поставь что положи – о людях с «квадратной» фигурой; морду за день не объедешь – о толстом человеке, «наедающем фигуру»; как успенская селедка; сохнуть на балык; кожа на шесту, бока завалились – так охарактеризуют на Дону чрезмерно худого человека) и др.

Социальное положение людей, их способность общаться между собой, учитывая общепринятые нормы поведения, их умение (или неумение) налаживать межличностные контакты находят яркое выражение во фразеологии: мордить губы - зазнаваться, воображать; насупурить брови - нахмуриться; мыша не раздавит; тихое лето; бояться тележного скрыпу; куры загребут кого – о сверх меры робких, застенчивых людях. О смелых, отчаянных говорят на Дону имеет казачью развязку; из-под пят кожу рвёт; не слабого десятку или с явно выраженной пейоративностью – отрывок от чёрта. Многоопытность, пронырство, нахальство отражены в значениях таких фразеологических единиц, как переться на ломок - действовать очень энергично, идти, рваться напролом; залезть за борозду - вести себя нахально, переступить порог дозволенного; всякой дыре гвоздь - о вездесущем человеке и мн.др.

Отсутствие нравственных принципов или их недопустимое игнорирование клеймятся у у казаков фразеологизмами мотать мотки - вести распутную жизнь; сбиться с ноги - сойти с истинного пути; превзойти ни во что, выйти из колеи - морально опуститься и др.

Особое отношение в народе к трудовой деятельности проявилось в активном функционировании в диалектной среде фразеологических единиц на данную тему. Труд во все времена был мерилом человеческих ценностей, определяющим не только уровень благосостояния семьи, но и нравственный потенциал каждого ее члена. При этом выражений, клеймящих лень и безделье, преобладающее число, ср.: быкам хвосты крутить; бить лягушек; на собаках шерсть бить; лежать на печи – тереть кирпичи; не браться ни за сухую порошину; мышей (мух) не ловить; дворы считать. Эти и многие другие фразеологические единицы, употребляемые носителями донского казачьего диалекта, отражают негативное отношение народа к тем, кто живет за счет других, предпочитая легкое удовольствие очищающей силе труда.

Постоянные спутники человеческого существования – богатство и бедность, достаток и нищета, сытость и голод ярко и полно репрезентированы во фразеологических единицах данного тематического ряда, где сложным образом переплетаются всевозможные виды оценок, различные семантические поля. Социальное расслоение казачества, обнищание одних и благоустройство других представлено в поговорках и фразеологизмах слава казачья, да жизнь собачья; именье – одни каменья; ни сохи ни бороны ни кобылы вороны; держать вошь на цепи да блоху на аркане; две волосины – и те переносились; с другой стороны – черти яйца несут кому (во всем удача, достаток); запирать ворота пирогами; есть хлебушко обдутый (иметь достаток в доме) и др. В бедных казачьих семьях питались чем Бог пошлет, ели печерики с долотом ( то есть голодали), топор варили; пища бедноты – ни пойка ни едка; на собаку вылей – облезет. В богатых домах наливали с краями наравне (что тоже служило своеобразной мерой достатка), в супах жир лопатой не прогрести, и наедались досыта – так, что хвоста не прижать.

Как показывает исследование, в диалектной фразеологии находят отражение практически все стороны жизни казачества – одни представлены большим количеством единиц (в первую очередь, это фразеологизмы тематических групп «Внешность», «Поведение», «Трудовая деятельность», «Ум», «Речевое поведение»), другие меньшим (тематические группы «Дружба/вражда», «Черты характера», «Общение», «Природа»), но для всех диалектных фразеологизмов характерно то, что они являются эмоционально-оценочными откликами на те или иные факты повседневности, социально-общественное поведение членов единого казачьего коллектива, культурно-исторические, военные, политические события в жизни казаков. Диалектные фразеологизмы, будучи экспрессивными наименованиями предметов, признаков и явлений окружающего мира, несут в себе еще и культурно-значимую информацию, анализ которой позволяет выявить те жизненные ценности, которые постулируются в казачьей среде.

Литература

  1. Бельчиков Ю.А. О культурном коннотативном компоненте лексики // Язык: система и функционирование.М., 1988.

  2. Брысина Е.В. Этнокультурная идиоматика донского казачества. – Волгоград: Перемена, 2003.

  3. Верещагин Е.М.,. Костомаров В.Г. Лингвострановедческая теория слова.м., 1980.

  4. Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Национально-культурная семантика русских фразеологизмов // Словари и лингвострановедение.М., 1982.

  5. Комлев Н.Г. Компоненты содержательной структуры слова. М., 1969.

  6. Федоров А.Н. Русская фразеология и ее изучение по источникам. Дис. …докт. филол. наук. Новосибирск, 1972.



Вологодский О. Ю.

Забайкальский край, г. Чита

О КАЗАЧЬЕМ РОДЕ ВОЛОГОДСКИХ

«Суровая, угрюмая, седая, медведицей за Камнем разлеглась…»… Как только не описывали Сибирь поэты и писатели России. Только как- то не принято было в советское время связывать Сибирь с казаками. А ведь именно им принадлежит слава освоения, заселения и защиты бескрайних просторов Сибири и Дальнего Востока, от Урала и до Тихого Океана. Это они, удалое и терпеливое племя, неотъемлемая часть народа, построившего и отстоявшего Россию, ценой своей крови и жизни присоединили к ней огромнейшую и богатейшую территорию, на которую издавна(а сейчас, наверное, еще больше) с завистью заглядываются соседи(и не только), права на которую до сих пор пытаются предъявить. Да кто ж виноват Вам, что только у русского народа хватило смелости, воли и сил совершить этот подвиг! Что казачий народ назвал Отечеством своим Великую Россию, своими трудами великими, на благо ее и свое, сделавшим ее Великой. И награда была им дана не менее великая - практически полное уничтожение, и не менее полное принудительное, под страхом смерти, забвение их великих трудов. Забвение на земле, засеянной костями и политой кровью многих поколений казаков.

Де- юре присоединение Сибири к России берет свое начало от письма казачьего атамана Ермака Тимофеевича к Ивану Грозному. Но об этом в истории сказано немало. А де- факто- прошло еще немало времени, и немало было пролито крови казачьей прежде, чем это случилось на самом деле. Имена атамана Ермака Тимофеевича и его ближайших сподвижников истории хорошо известны. А вот имена тех, кто начало войску своему ведет от него, кто ежедневным, кропотливым трудом, подвигами ратными, совершаемыми как само собой разумеющееся дело, незаслуженно забыты. Так не пора ли воздать им заслуженную честь, вспомнить всех их поименно.

Один в поле не воин, но если за тобой стоит весь твой род, если в крови твоей звучат голоса предков твоих- разве ты один! Неисчислимая рать, верой и правдой послужившая России, стоит за твоими плечами. В сердце Тиля Уленшпигеля стучался пепел одного Клааса, призывая к отмщению. Но нам некому мстить, ибо мстить придется самим себе. Наши сердца пепел многих пращуров просит о памяти. Узнать самим- и передать потомкам о том, кто были их предки, чтобы вели себя достойно их славы и трудов, и подтверждали свою принадлежность в казачьему роду трудами во имя и на благо России.

Раньше, будучи ребенком, я даже не задумывался о том, кто я. Мне казалось, что того, что я о себе знаю, мне вполне хватает. Не скрою, что мне даже в то время очень нравилась моя фамилия. Красивая, певучая, русская, потому что город Вологда есть только в России, на ее Севере. Мне очень нравилась песня «Вологда» в исполнении «Песняров», и не только потому, что это действительно красивая песня, но, главным образом, что в ней поется о городе, о родстве с которым говорит моя фамилия. Нравилось, что это замечают и другие. Позже, будучи студентом филологического факультета Петропавловского педагогического института им. К.Д. Ушинского, я узнал, что такое топонимика. Изучение этого раздела филологии не только укрепило мое мнение о происхождении своей фамилии, но и поставило передо мной, в свою очередь, другой вопрос: откуда же в Великой Степи, так далеко находящейся от Вологды, появилась она? Задавать вопросы по этому поводу в нашей семье как- то не было принято. Могу сказать больше- это было своего рода табу, по непонятным для меня причинам. Все началось с того, что в 1971 году, когда мне было 10 лет, в гости из Алма- Аты приехал дед Георгий, о существовании которого я даже не подозревал. О своем деде, Владимире Иосифовиче Вологодском, я знал то, что он сирота. Вырастила его семья Логиновских, проживавшая в Петропавловске. Дед вырос, стал одним из первых механиков Казахстана. В дальнейшем он так и работал по этой линии, вступил в ряды КПСС, стал директором Соколовской МТС(затем РТС). И вот на этом фоне появляется дед Георгий, родной старший брат моего деда. Как сейчас помню, что для меня это событие связалось с алма- атинским апортом. Это такой сорт яблок, который растет только в том регионе, и вкус которого невозможно спутать более ни с чем. Потом долгое время, практически до смерти деда Георгия, несколько раз в год, нам приходили посылки с апортом, заставляющие нас, ребятишек, возноситься на седьмое небо вместе с ароматом, который они источали.

Деды часто разговаривали между собой, не допуская в свои беседы никого. Если кто- нибудь приходил, все равно кто- тема беседы сразу менялась. О чем они говорили вполголоса- уже не узнать никому. Может быть, если бы мне в ту пору было больше лет, я бы и завел разговор о, том, кто мы. Возможно, что мне удалось пролить свет на историю рода, но увы… О том времени мне напоминает только книга писателя Юрия Рытхэу «Айвангу», подаренная на память дедом Георгием, потому что уже в то время я был действительно запойным читателем. И запомнил слова деда Георгия: «Олежка, здесь написано о том, что надо жить, не смотря ни на что. А еще надо Отечество свое любить, служить ему верой и правдой». Так и получилось в моей жизни: сначала срочная служба в спец. части МВД СССР, затем служба в милиции, и, наконец, военная служба в Вооруженных Силах Российской Федерации. Сейчас я военный пенсионер, подполковник запаса ВС РФ. Мои друзья меня часто спрашивали, почему у меня все не так, как у них? Живи, как мы, подними свое дело, а у тебя вечно не как у людей: то в милицию, то в армию. Десять лет назад я узнал от отца, что ему рассказал перед смертью дед. Оказывается, что род Вологодских- старинный казачий род, верой и правдой служивший России с незапамятных времен. Вот тут и мне, и моим друзьям стало ясно, что предопределило мою жизнь. Кровь предков вела меня по ней, определяя принципы и поступки. Вот тогда, выслушав отца, я и решил заняться восстановлением истории рода Вологодских.

Спасибо, что в нашей жизни появилась такая нужная вещь, как интернет. Конечно, по Вологодским и там данных- кот наплакал, но все же кое- что я накропал. Пользуясь случаем, выражаю огромную благодарность всем людям, которых я встретил на пути своих поисков, и которые помогли мне. А начал я с того, что восстановил портрет прадеда- войскового старшины Сибирского казачьего войска Вологодского Иосифа Николаевича, единственную фотографию в семейном альбоме, привезенную сестрой отца из поездки в Алма- Ату. Достался он мне в плачевном состоянии. Обрезанное под самый подбородок лицо(чтобы не было видно казачьей военной формы)лишь подтвердило тот страх за свою жизнь и жизнь своих детей наших дедов. Что им довелось пережить- не дай Бог никому!

Войсковой старшина СКВ Вологодский Иосиф Николаевич родился в станице Ново- Никольской Петропавловского уезда Акмолинской области . Военную службу проходил в Усть- Каменогорской крепости. Там же родились все его восемь детей: Виктор(1900), Георгий(1901), Зинаида(1903), Надежда(1904), Павел(1906), Владимир(1907(мой дед)), Федор(1909), Вера(1911). Прабабушка моя, Вологодская Александра Александровна, в девичестве была Фролова. Эта фамилия тоже относится к старинному казачьему роду, берущему свое начало от казачьего атамана Всевеликого Войска Донского Фрола Минаева и его сыновей. Род знаменит не только военными, но и горными инженерами, принимавшими самое активное участие в становлении и развитии горнорудного дела на Алтае.

Известно, что в то время в семьях рождались дети по принципу «сколь Бог даст». Но суровые условия жизни, болезни, особенно свирепствовавшие в годы людских бедствий, сопутствующий им голод, а также скудная медицина, давали мало шансов выжить всем. Выживали лишь обладающие сильной иммунной системой. Не стала исключением и семья Вологодских. В частности, нет никаких данных о старшему сыну, Виктору, что дает основания предполагать, что он умер во младенчестве. Зинаида(по скудным семейным данным) умерла в Петропавловске, практически вместе с родителями, во время одной из эпидемий в 1914 году. Похоронены они были на кладбище возле церкви Всех Святых на горе (крепостная церковь), которое в советское время было снесено, а на его месте был разбит сквер для гуляний трудящихся. Нет также сведений о Федоре и о Вере. Остается также предполагать, что они умерли.

Совсем другая судьба ожидала других, оставшихся жить. Георгий, старший из живых, закончил Омский кадетский корпус, воевал в Белой армии на восточном фронте. После того, как адмирал Колчак принял решение прекратить боевые действия, он(скорее всего) дезертировал. Вернувшись в Петропавловск, он оставил Владимира у Логиновских, а сам с женой ушел в неизвестность. Как я уже говорил, объявился он только в 1971 году. Понятно, что взять с собой младшего брата он не мог, ведь было абсолютно неизвестно, что их самих ждало на их пути. Еще один брат, Павел, в это время учился в Омском кадетском корпусе, и разделил с кадетами его все тяготы и невзгоды, выпавшие на их долю, до конца. По данным, найденным с великим трудом в интернете, можно увидеть, что Павел в составе корпуса ушел за границу. Был в эмиграции в Шанхае, а 6 ноября 1924 года прибыл в Югославию. Больше о Павле никаких сведений нет. Но в семейных разговорах я узнал, что после Великой Отечественной войны приходило письмо из-за границы, в котором, якобы, Павел разыскивал своих родных. Деда вызвали в Обком партии, в Петропавловск, где сотрудники КГБ и предъявили ему это письмо. Дед был крайне напуган, и, инстинктивно чувствуя, чем признание родства грозит ему и его семье, сказал, что он сирота(что было абсолютной правдой), и не помнит ровным счетом ничего о своих родных. Его отпустили с миром, наказав держать язык за зубами, чтоб ничего не случилось. Сейчас, зная правду о произошедшем так далеко от Петропавловска, в австрийском Лиенце, и я могу предполагать, что бы могло случиться, поступи он по другому. Письмо ему читать не давали, показывали издали.

Есть также данные(тоже по семейным разговорам), что Надежду, после смерти родителей, забрали родственники из Томска (не знаю, по линии Фроловых или Вологодских). Якобы, как то раз к деду приезжала ее, уже взрослая, дочь, а оттуда она поехала в Алма-Ату. Никаких данных о ней, к сожалению, не осталось. Возможно, их семейный архив хранит более полные сведения о семье Вологодских.

Кто они, наши далекие предки, пришедшие в Сибирь, поменявшие Вологду на Тару, север на степь, отдавшие служению России силы и жизнь, и испившие на этом пути чашу горя и лишений до самого донышка? Гражданская война, уничтожение казачества прошлись по роду Вологодских таким катком, после которого не должно было остаться ничего. Но род выжил. И сегодня мы хотим знать о нем все, что только возможно. Что- то удалось найти, еще больше предстоит. Но умереть, не передав своим детям и внукам знаний о роде, я не хочу.

И еще: есть огромное желание создать мемориал, посвященный памяти Сибирского казачьего войска. Я вижу это так. На Горькой линии есть возможность восстановить одну из многих казачьих крепостей со всей инфраструктурой, по старым чертежам, каковые, я думаю, можно найти. В центре крепости(или неподалеку) установить памятник «Казачий крест». Большой православный крест, а перед ним фигура казака на коне с пикой. Прообразом можно взять одну из фигурок, подаренных Императору Николаю II от Сибирского казачьего войска во время его визита в Омск. Внутри крепости по стенам(либо, если памятник поставить неподалеку от крепости, то вокруг него) установить каменные доски с фамилиями всех казаков Сибирского казачьего войска, начиная от Атамана Ермака Тимофеевича. А возле мемориала заложить казачью станицу, в которой могли бы поселиться потомки сибирских казаков(вплоть до проживающих на сегодняшний день в ближнем и дальнем зарубежье), имеющих желание жить по укладу казачьему. Я думаю, что подобное дело только поможет казачеству сплотиться, а России - воспитать поколение, которое будет служить ей верой и правдой, как их славные предки.


В.А. Воропанов

Челябинский институт

Уральской академии государственной службы

г. Челябинск

ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ЮРИСДИКЦИИ В ОТНОШЕНИИ КАЗАЧЬЕГО НАСЕЛЕНИЯ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.

Остатки суверенитета казачьих сообществ, стихийно сложившихся на исторических землях России в XVI–XVII вв., были сломлены в царствование Екатерины II. Верховная власть нуждалась в силе иррегулярных войск, передав общее руководство казачеством Российской империи вице-президенту Военной коллегии, регламентируя жизнь служилого населения, апробируя новые типы управления в отдельных пограничных областях. В Западной Сибири продолжалось формирование Сибирского линейного казачьего войска, пополнявшегося выходцами из Запорожья, донских, башкирских, мещерякских команд, отставными солдатами, ссыльнопоселенцами. Жители войска, расселенные на пространстве свыше 2000 верст, находились в ведении канцелярии в составе атамана, двух его товарищей и писаря, а также в распоряжении своих «старшин» [1].

В начале XIX в. опыт преобразования казачьих структур правительство распространило на Западную Сибирь. В 1808 г. Сибирское линейное казачье войско получило штатное расписание. В состав его канцелярии вошли 2 постоянных члена и 2 асессора, сменявшихся через 3 года. В обязанности канцелярии входило удовлетворение имущественных претензий казачьего населения («судная часть»). При избрании кандидатов в асессоры законодатель рекомендовал удостаивать лиц, которые «могут по приобретенной опытности с большею еще пользою быть судьями». Мелкие конфликты и споры казаков поручались начальству крепостей [2]. Уголовные преступления военнослужащих карались скорым производством военного суда. В утверждении приговоров по «маловажным» преступлениям рядового состава с 1778 г. участвовали губернаторы и обер-коменданты [3].

Малочисленность и разобщенность городовых казачьих частей облегчили гражданскому и военному начальству сужение в XVIII в. традиционной автономии служилых людей в решении частных и обществен­ных вопросов. Однако с 1797 г. городовые казаки находились в гражданском ведомстве и подлежали за совершение уголовных преступлений юрисдикции общих судебных мест [4, Ивонин, 1996: с. 48–50, 52, 68–71].

С 1822 г. коронная администрация занималась введением в Сибири особой региональной системы управления, повлекшей оптимизацию местного судоустройства. Несмотря на исключение представителей крестьянства из состава судейских коллегий первой инстанции, в Бийский, Ишимский, Курганский и Омский окружные суды законодатель допустил депутатов от Сибирского казачьего войска как организованного сословия. Казачьи офицеры участвовали в замещении вакансий окружной полицейской администрации. За должностные преступления, совершенные на гражданской службе, казачьим представителям грозило предание военному суду. С упразднением в 1838 г. Омской области краевые власти обязались назначать в окружные и земские суды вышеуказанных центров «по одному заседателю из казачьего сословия» [5]. Устав 1822 г. учел социальную иерархию, сложившуюся в частях городового казачества. После сбора при участии сословного депутата следственных материалов дела о рядо­вых городовых казаках и урядниках поступали в окружные суды, об офицерах – в губернские инстанции с правом последующей апелляции в Сенат [6].

В 1827 г. с присвоением наследнику российского престола статуса атамана всех казачьих войск действующие атаманы получили звание наказных. В 1832 г. общее управление казачеством перешло к Департаменту военных поселений. Правительственная деятельность в сфере регулирования правового положения служилых сословий первой трети XIX в. позволила в 1834–1835 гг. произвести реорганизации, усилившие административный контроль над повседневной жизнью войсковых жителей. Очередные проекты законов и инструкций учитывали исторические, этнокультурные и религиозные особенности казачьих войск Юга России и Северного Кавказа, Поволжья и Урала. Закономерное развитие получили органы административной юстиции иррегулярных вооруженных сил.

Вследствие оценки исторического опыта, переосмысления специфических задач, поставленных перед сословием, состоялись реорганизации в Сибирском линейном казачьем войске, выключенном из ведения гражданской губернской администрации. Положение 1846 г. сохранило общую гражданскую подсудность сибирского казачества. Имущественные иски на сумму более 15 руб. серебром, а также преступления женщин сословия рассматривались в судах Тобольской и Томской губерний или окружных приказах Области сибирских киргизов при временно назначаемых сословных депутатах. В имущественных спорах и личных конфликтах между собой и с посторонними людьми казаки могли обращаться «к примирительным разбирательствам» при участии полковых командиров. Мелкие материальные претензии удовлетворя­лись полковыми начальниками «полицейским порядком». «В наложении исправительных наказаний на офицеров и нижних чинов за пороки и другие проступки» военная администрация руководствовалось правилами, изданными для войска Донского. «Местная исполнительная власть» в лице станичных начальников, в частности, обязалась ограждать станичное имущество и границы «от повреждения и захвата», а также охранять «личное право» каждого жителя станицы на «поземельные довольствия» [7].

Проект нового Положения, основанный на практике казачьего управления, устоявшейся в 1840–1850-х гг. в западных областях России и Южном Приуралье, сибирская администрация подготовила лишь к 1861 г. Положение было утверждено монархом в качестве временного документа, регулировавшего гражданскую и военную жизнь казаков до проведения общей модернизации законодательства [8]. В состав Сибирского казачьего войска были включены казачьи Тобольские пеший батальон и конный полк, а также Томский городовой полк, переведенный в военное ведомство. Казачья территория разбивалась на 12 округов. Впервые в истории войска были выделены функции гражданского управления.

Предварительный выбор кандидатов в члены войсковой администрации, утверждавшихся в должностях на 3 года монархом (старший член) и генерал-губернатором (трое асессоров) предоставлялся войсковым чиновникам. Кандидаты в окружные начальники отбирались наказным атаманом и утверждались главой администрации Западной Сибири. Заседатели окружных правлений избирались на 3 года: трое из обер-офицеров, один из казаков. Окружные правления исполняли роль первой инстанции сословного суда. Апелляционные прошения по имущественным искам к казакам, материалы дел о преступлениях женщин войска поступали в судебно-гражданскую экспедицию войскового правления. Казачьи органы согласовывали ведение дел с общими судами и казахскими окружными приказами. Решение по уголовному делу, не поддержанное наказным атаманом, передавалось в Главное управление Западной Сибири. Высшей инстанцией являлся Сенат.

Создание при окружных правлениях словесных судов имело целью «законное ограждение прав личности и по имуществу каждого, от произвола и насилия, и скорое доставление правосудия жительствующим в округах казакам». При добровольном определении сторонами посредника словесный суд приобретал статус третейского с правом принятия окончательного решения. Наконец, «для облегчения обязанностей по управлению станицами» в войске учреждались станичные «судьи», компетентные налагать административные взыскания, включая лишение прав активного участия в сходах и избрания в должности, а также присуждать к телесным наказаниям до 25 ударов розгами за мелкие правонарушения [9].

Уголовные дела казаков традиционно рассматривались военными судами при Сибирских линейных батальонах. Военно-судные вопросы входили в круг обязанностей особого стола войскового дежурства, чиновники которого следили за изменениями в военно-уголовном законодательстве, обеспечивали организацию следственных действий, вели переписку, передавали дела в комиссии военного суда, готовили доклады атаману, представления корпусному командиру, отсылали материалы делопроизводства в Военное министерство, наконец, контролировали исполнение приговоров Военно-судное отделение функционировало при штабе Отдельного Сибирского корпуса [10].

Итак, в первой половине XIX в. казачье население Западной Сибири поступательно инкорпорировалось в общественный строй империи. В условиях развития сословной организации последовательно эволюционировал статус казачества, требовавший пересмотра форм и способов его правовой защиты. Правила осуществления юрисдикции в отношении казачьего населения подвергались изменениям в процессе поиска правительством оптимальной модели организации управления Сибирью. Если указ 1808 г. зафиксировал традиционную ведомственную подсудность обывателей войсковой канцелярии и комендантам, свойственную казачьим формированиям, учрежденным государством в XVIII в., то уже в 1822 г. законодатель санкционировал сословное представительство войска в окружных судах и окружной полицейской администрации (земских судах) региона. В 1846 г. ограничение судебной компетенции полкового начальства было юридически закреплено.

Обновление регламентации быта и служб казачества, окончательно адаптированного в систему империи, сопровождалось введением судебно-административной автономии войска, наделением его присутственных мест функциями губернских и уездных учреждений с учетом географических условий, исторических и этнокультурных особенностей сословия. Порядок укомплектования войсковых присутствий учитывал исторический опыт взаимоотношений государственной власти и служилого сообщества на периферии Российской империи. Смешение судебных и исполнительных полномочий в органах казачьего управления, сократившее зависимость обывателей от судов общей юрисдикции, законодатель компенсировал выделением специализированных отделов, курировавших вопросы правоприменения и судебного делопроизводства. Правовое регулирование статуса «казачьего сословия Сибирского войска» продолжалось во второй половине XIX в..

Литература

1. ПСЗ-I. Т. 30. № 23239.

2. ПСЗ-I. Т. 30. № 23301; Центр хранения архивного фонда Алтайского края. Ф. 1. Оп. 2. Д. 74. Л. 5–12.

3. ПСЗ-I. Т. 20. № 14889; Т. 29. № 22322.

4. Ивонин А.Р. Городовое казачество Западной Сибири в XVIII – первой четверти XIX в. Барнаул, 1996.

5. ПСЗ-II. Т. 1. № 691, 698; Т. 13. № 11122. П. 6.

6. ПСЗ-I. Т. 38. № 29131. Ст. 124, 126, 127; Государственный архив Томской области. Ф. 1. Оп. 1. Д. 811. Л. 10 об.

7. ПСЗ-II. Т. 21. № 20671. § 223, 226, 279–282, 285.

8. ПСЗ-II. Т. 36. № 36730.


Гучко И.В.

ГОУ СПО ЯНАО «Ямальский многопрофильный колледж»

г. Салехард

ПЕСЕННЫЙ ФОЛЬКЛОР КАК ОТРАЖЕНИЕ ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ КАЗАЧЕСТВА

Интерес к культуре в наши дни определяется многими обстоятельствами. Современная цивилизация стремительно преображает окружающую среду, социальные институты, бытовой уклад. В связи с этим культура оценивается как фактор творческого жизнеустроения, неиссякаемый источник общественных нововведений.

Традиционная культура – явление удивительно сложное и в то же время феноменальное. Трудно выделить какую-либо сферу человеческой жизни, которая не имела бы этнических особенностей, восходящих в той или иной степени к традиционной культуре.

К традиционной духовной культуре относится вся система производственных навыков, народных знаний, традиций и обычай, различные виды искусств, народное творчество, основанные на верованиях и религиозных представлениях. Её можно назвать живой связующей нитью между поколениями, которая как древо жизни объединяет прошлое, настоящее и будущее (передавая от поколения к поколению как обязательную информацию через рассказ, показ, через существующие формы воспитания).

Примером отражения традиционной культуры можно назвать песню. Песенные жанры сибирского казачества принято дифференцировать на две группы соответственно их жизненному назначению:

Жанры «внешнего быта», условия исполнения и содержания поэтических текстов связаны с воинской службой казаков и представляют область мужского песнетворчества; жанры «внутреннего быта»: в них отражаются особенности мирной жизни и деятельности казачьей общины. Эти песни могут исполняться мужчинами и женщинами отдельно, а также «гуртом» - смешанными ансамблями (1, с.22).

По содержанию поэтических текстов это мужские исторические, лирические, военно-бытовые песни, былины, баллады, а также песни с текстами литературного происхождения.

Огромный интерес представляют собой свадебные песни сибирских казаков. Они по существу, ничем не отличаются от песен, бытовавших у крестьян неказаков. Главная характерная черта свадебных казачьих песен -это прославление удалого доброго молодца. Гораздо меньше встречается песен, в которых поется о злопамятной свекрови, свёкре, теще или нерадивом зяте (2, с.14).

Очень часто встречаются свадебные песни, приуроченные к различным периодам свадебного действа, начиная со сватовства. Так, например, после рукобитья свахи пели: «Черна ягода смородина», «Во саду ли виноград поспел». В некоторых местах эту величальную песню исполняли во время девишника. А невеста-сирота, выходившая за ворота «на зорю» голосить, пела причет «Подымитеся, ветры буйные» (3, с. 11-12). Существовали песни, которые пелись гостям - «боярам» при встрече свадебного поезда: величальные дружке, крёстной невесты, величальные жениху и невесте, песни во время одевания невесты к венцу, а также песни, исполнявшиеся во время свадебного пира (4, с.109).

Величальные в паре с причитаниями в системе ритуала образуют противоположные полюса: «оплакивание - прославление». Своими корнями уходящие в глубокую древность, величальные песни выполняли магическую роль и были связаны в земледельческих культах с задабриванием божеств плодородия. В системе свадебной обрядности магическая функция песни была направлена на обеспечение здоровья, красивого и сильного потомства, а также благополучия семейной жизни. С течением времени в результате утраты мифологических представлений о магической силе песни последние приобрели поздравительно-игровой характер благопожеланий новобрачным и всем участникам свадьбы.

Таким образом, казачество, контактировавшее с другими этносами, переселенными из различных регионов европейской части России, усваивало и создавало новые образцы песенного творчества, опираясь на знакомую им традицию. Непрерывно шел живой процесс взаимовлияния и взаимопроникновения песенных традиций.

Литература

  1. Листопадов A.M. Песни донских казаков / Под ред. Г. Сердюченко. -В 4 т. –М., 1949. Т. 1.4. 1.С. 6-22.

  2. Фольклор казаков Сибири: Сб. / Сост. Л.Е. Элиасов, И.З. Ярневский Под ред. Л.Е. Элиасова - Улан Удэ, 1969. - 364 с.

  3. Плахотнюк М.А. Фольклорное наследие сибирских казаков: Сб.   науч. тр.   //   Народная   культура:    Материалы   4-го   науч.-практич.   семинара Сибирского регионального вузовского центра по фольклору / Под ред. Н.А. Томилова. - Омск: Ом ГПУ, 1997.- 91 с.

  4. Календарные обычаи и обряды народов Юго-Восточной Азии. Годовой цикл / Под ред. В.Н. Маркина - М.: Наука, 1993.- 168 с.



Демина Л.В.

Тюменская государственная академия культуры,

искусств и социальных технологий

г. Тюмень

ЖАНРЫ ЗИМНЕГО КАЛЕНДАРНОГО ОБРЯДОВОГО ФОЛЬКЛОРА КАЗАКОВ ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ЗАУРАЛЬЯ

В данной статье автор придерживается мнения, высказываемого многими исследователями, что западносибирские казаки представляют собой этносословную группу в составе русского этноса, формирующуюся вместе с освоением Западной Сибири и военными походами под предводительством казачьего атамана Ермака Тимофеевича (1580-е годы). Несмотря на неоднородный этнический и социальный состав, ядро западносибирского казачества составляли русские.

В современной жанровой системе западносибирских казаков жанры обрядового фольклора (относятся к системе жанров «внутреннего» быта), играющие основополагающую роль во многих локальных певческих традициях раннего и позднего формирования, занимают периферийное положение. Традиционный календарь как целостный годовой фольклорно-этнографический цикл восстановить не удалось. Записи фольклорного материала от носителей казачьей традиции Западно-Сибирского Зауралья датируются второй половиной XX века, но зафиксированы лишь отдельные сведения об отдельных календарных праздниках, фрагменты обрядовых действий, в целом совпадающие с фактами западносибирской старожильческой культуры.

Зимние святки открывались поздравительным обходом дворов, отмечавшим канун Рождества, и включали исполнение песнопений православного богослужения, элементы колядования («славления», «ходили славили»). Обходчики исполняли рождественский тропарь, известный во всей России, за что им и подавали угощение:

«Рождество твое, Христе - Боже наш,

Воссия миру и свет разума.

Небо со звездой служащийся

И звездою учахуйся.

Тебе кланяемся, солнцу правды,

И тебя видится с высоты Востока.

Господи! Слава тебе и святому Духу! Аминь!

Дева днесь Пресущественного рождает,

И земля – вертеп неприступному приносит,

Ангелы с пастырями славословят,

Волхвы со звездою путешествуют.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30

Похожие:

Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconИзобразительное искусство эпохи Возрождения
Возрождения стран Западной Европы; развивать умение анализировать произведения изобразительного искусства, отмечая особенности композиции,...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconМонография Вид урока: презентация Ход урока Организационный момент. Приветствие. Проверка готовности учащихся к уроку. Сообщение темы урока. Слайд 1 Термин «человек Возрождения»
Возрождения Леонардо да Винчи; развивать умение анализировать художественные произведения; учить выявлять особенности композиции,...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconНоосферная научная школа в России: итоги и перспективы
Субетто Александр Иванович Ноосферная научная школа в России: итоги и перспективы.© Субетто Александр Иванович, С. Петербург, 2012-Ноосферная...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconЭпоха возрождения улезько И. Н. Данный
Актуальность объясняется ориентиром на ценности эпохи Возрождения как мировые культурные образцы. Творчество нидерландских и немецких...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconИтоги и перспективы
Обсудить интересующие вопросы собрались студенты, магистранты, аспиранты и преподаватели из вузов Нижнего Новгорода: ннгу им. Н....
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconИтоги и перспективы энциклопедических исследований сборник статей итоговой научно-практической конференции 11-12 марта 2010 г
История России и Татарстана: итоги и перспективы энциклопедических исследований: сборник статей итоговой научно-практической конференции...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconИтоги и перспективы энциклопедических исследований сборник статей итоговой научно-практической конференции 26-27 февраля 2009 г
История России и Татарстана: итоги и перспективы энциклопедических исследований: сборник статей итоговой научно-практической конференции...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconПрограмма изучения и освоения углеводородных ресурсов восточной сибири и республики саха (якутия) итоги и перспективы аркадий Сергеевич Ефимов
Программа изучения и освоения углеводородных ресурсов восточной сибири и республики саха (якутия) – итоги и перспективы
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconРекомендации по организации библиотечного обслуживания населения в связи с введением в действие федерального закона
Архангельской области «Муниципальные библиотеки Архангельской области: итоги, проблемы, перспективы развития». В ходе совещания были...
Белоногов И. А. Вопросы возрождения: итоги и перспективы iconСемінар Естетика Відродження, Просвітництва
Лосев А. Ф. Общая характеристика эстетики возрождения // Эстетика Возрождения. М., 1978
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница