Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова




НазваниеЛинден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова
страница7/27
Дата26.10.2012
Размер4.02 Mb.
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   27
47

Человек. Что еще? Уошо. Щекотать

У о ш о. Ты Человек. Что я? Уошо. Ты еще пить

Гарднеры обратили внимание на то, что, опуская в этих диалогах высказывания человека и выписывая подряд выска­зывания Уошо, можно обнаружить комбинации из двух слов, как, например, «еще щекотать» или «пожалуйста выпустить». Уошо говорит нечто, побуждающее ее собеседника задать на­водящий вопрос, отвечая на который обезьяна завершает исход­ное высказывание и тем самым устанавливает с помощью собе­седника некую связь между своей первой репликой и ответом на наводящий вопрос. Задача Гарднеров состояла в том, чтобы вы­яснить, существовала ли в действительности в этих конструк­циях из двух слов такая специальная связь.

Задача эта особенно сложна (как в отношении детей, так и в отношении шимпанзе), поскольку лингвист не может спросить собеседника, что он имеет в виду, произнося те или иные слова. В экспериментах и с детьми, и с шимпанзе исследователи лишь классифицируют и интерпретируют высказывания. Гарднеры понимали, что любые выводы, основанные на этом методе, нена­дежны, но они посчитали необходимым пользоваться именно этим методом, поскольку он применялся в экспериментах с детьми. Соответственно они построили схему конструкций, ко­торая, как они считали, могла отвечать комбинациям из двух слов, использовавшимся Уошо, и затем сопоставили эту схему с теми структурными отношениями, которые, по мнению Брау­на, характерны для первых высказываний детей (см. табл. 1) *.

* Далее следует обсуждение Гарднерами этого сопоставления. Оп­ределительный тип высказывания по Брауну включает в себя все комби­нации из прилагательного и существительного. Различие, которое мы делаем в приведенной таблице между объектом и субъектом действия, позволяет нам подразделить этот тип (Брауна) на два: описание объекта и описание субъекта. Притяжательный тип по Брауну очень близок к выделяемому нами типу «субъект — объект». Уошо использовала также притяжательные местоимения мое и твое. Соответствующие высказывания в таблице мы отнесли к определительным. Если выделить местоимения мое и твое из числа определений, то можно описать для Уошо еще один притяжательный тип, а именно «объект — свойство».

Тип Брауна «местоположение» (С+Г, т. е. существительное + гла­гол) близок нашему типу «действие — объект». Обсуждая конструкции детей, относящиеся к местоположению, Браун указывает, что в той вы­борке, которую он использовал при разработке своей схемы, предлоги в, из, на, с встречались редко. Поскольку Уошо пользовалась жестами для обозначения направления и местоположения, то мы смогли описать еще два типа конструкций, а именно «действие — место» и «объект — место». Второй тип конструкций, относящихся к местоположению по Брауну (С+С), образуется сочетанием двух существительных. У Уошо соче­тания двух знаков-существительных очень редко истолковывались как обозначающие местоположение, возможно потому, что для этой цели она

48

Основным в схеме Брауна является предположение о том, qio отношения в высказываниях в значительной степени неза­висимы от конкретных слов, из которых строятся фразы, а это в свою очередь подразумевает представление о том, что для вы­сказываний детей уже на этой ранней стадии характерна опре­деленная структура. Браун обнаружил, что на первом уровне языкового развития в схему укладывается около 75% выска­зываний детей. Гарднеры в свою очередь нашли, что в схему Брауна укладывается 78% из 294 использовавшихся Уошо двусловных комбинаций. В 1970 году они сочли, что Уошо об­наруживает способности, характерные по крайней мере для первого уровня развития языка. Однако они оставили открытым вопрос о том, является ли существование таких структур сви­детельством в пользу приоритета синтаксиса (как полагал Бра­ун) или же их присутствие не позволяет отрицать, что семанти­ческие структуры могут возникать раньше, чем синтаксические конструкции. Гарднеры считали, что этот вопрос одинаково важен как в отношении шимпанзе, так и в отношении детей. Возможно, что эти несовпадения в позициях Роджера Брауна и Гарднеров отражают всего лишь различия в их понимании тер­мина «сенсомоторный интеллект» у ребенка, но возможно также, что способность к высказыванию суждений (способность к пла­нированию) проявляется и у детей, и у шимпанзе позднее, в

пользовалась специальными жестами. Кроме того, комбинации, образо­ванные двумя знаками-существительными, могли использоваться для обозначения многих различных взаимоотношений в зависимости от кон­текста. Поэтому мы решили исключить все комбинации «объект — объект» и «субъект — субъект» из схемы четко оформленных типов.

Брауновские типы «субъект — действие» и «действие — объект» в нашей схеме имеют непосредственные параллели; для типа «субъект — объект» такая параллель отсутствует. Чтобы наилучшим образом понять причину этого явного пробела, следует обратить внимание на то, что ком­бинация мама обед дважды встречается в разных местах схемы Брауна. В притяжательной конструкции это сочетание интерпретируется как мамин обед, а в конструкции «субъект — объект» как мама (ест свой) обед. В нашей схеме мы избегаем такой неоднозначной интерпретации, приписывая знакам, аналогичным знаку обед (например, пить, еда), смысл и объектов, и действий. Соответственно брауновский тип «субъект— объект» в рамках нашей схемы оказывается излишним и может быть объ­единен с типом «субъект — действие». Следует также заметить, что пра­вила, использовавшиеся при классификации выборки из 294 двусловных высказываний Уошо, не допускали возможности, чтобы одному высказы­ванию было приписано два смысла, как это произошло с комбинацией «мама обед» в схеме Брауна (1970 г.). При нашем подходе каждая комби­нация в выборке учитывалась лишь однократно и только при первом наблюдении.

Наконец, в схеме Брауна существует неопределенность относительно места комбинаций, содержащих в себе призыв. Хотя их, вероятно, можно отнести к различным типам схемы, приписав иной смысл знакам-призы­вам, мы сочли, что комбинации типа «призыв — действие» и «призыв — объект» выражают специфические структурные взаимоотношения, сводя . вместе категории того же ранга, что и другие типы этой схемы. Поэтому мы включили их в нашу схему в качестве самостоятельных, четко оформ­ленных типов.

49

более зрелом возрасте, когда сенсомоторный интеллект и сопут­ствующие ему семантические категории уже не удовлетворяют потребностям в общении и обучении.

Подобно детям, Уошо быстро перешла от построения комби­наций из двух слов к более длинным комбинациям. Между апре­лем 1967 года и июнем 1969 года Гарднеры зарегистрировали 245 различных комбинаций, включающих три и более знаков. Около половины этих удлиненных комбинаций составлялось пос­редством добавления знака призыва, такого, как «пожалуйста», к комбинациям из двух слов вроде «Роджер щекотать», однако в новой комбинации этот первый добавочный знак содержал и дополнительную информацию. Иногда такого рода добавочный знак обозначал новый объект, как, например, в высказывании «ты я идти наружу»; в других случаях дополнительные знаки появлялись во фразах иных типов: например, в высказыва­ниях, содержащих имя, избыточно употребляемое вместе с местоимением («ты щекотать я Уошо»); в расширенных конст­рукциях из двух слов («ты я наружу смотреть») и просьбах о прощении («обнять я хорошо»), содержащих слова, которые обоз­начали действие, предмет и качество; и, наконец, во фразах, со­держащих одновременно и субъект, и объект действия, в таких, как «ты щекотать я».

«Ты щекотать я»

Браун считает, что врожденная предрасположенность ре­бенка к синтаксическим конструкциям становится особенно очевидной в высказываниях, состоящих из трех слов, анало­гичных «ты щекотать я». Короче говоря, он утверждает, что если ребенок хочет объяснить, кто, что именно и в отношении кого делает независимо от конкретной ситуации, в которой раз­ворачивается данное событие, он должен владеть зачатками син­таксиса.

В 1971 году Гарднеры еще не были готовы привить Уошо простейшие представления о синтаксисе в первую очередь потому, что в то время им еще казалось, будто употребле­ние слов в определенной последовательности в высказываниях шимпанзе пз трех слов можно объяснить как-либо иначе. Прежде всего они обратили внимание на то, что утверждения молодой самки шимпанзе были краткими, относительно про­стыми и однородными по содержанию, а кроме того, что на­иболее важно, Уошо была способна различать такие утвержде­ния, как «ты щекотать я» и «я щекотать ты» благодаря семанти­ческой роли порядка слов. Иными словами, Уошо могла разли­чать фразы, понимая, что они относятся к различным ситуаци­ям., но не понимая синтаксических правил, обусловливающих это различие. Уошо обожала щекотать своих друзей и иногда подавала знаки «я щекотать», прежде чем приняться за кого-

50

нибудь, однако гораздо чаще щекотали ее. Друзья были готовы щекотать ее независимо от того, как она формулировала свою просьбу, и это заставило Гарднеров заинтересоваться тем, по­чему Уошо включает в свою фразу субъект и объект действия, тогда как для достижения желаемого результата ей было бы достаточно сказать одно слово «щекотать». Появление синтак­сиса требует, чтобы субъект и объект были точно указаны не­зависимо от того, необходимо ли такое уточнение с точки зрения семантики. Однако возможно также, что Уошо просто имити­ровала своих собеседников-людей или же старалась им угодить.

Итак, Браун утверждает, что факт предпочтения детьми определенного порядка слов несомненно свидетельствует о за­рождении синтаксиса. Пока велся сбор данных об Уошо, она перестала помещать и субъект, и объект перед глаголом, как делала это раньше (например, во фразе «ты я наружу»), и начала ставить глагол между субъектом и объектом, например «ты ще­котать я». В результате порядок слов в предложениях Уошо сдви­нулся в направлении более правильного, принятого в англий­ском языке, но поскольку этот процесс совпал с периодом сбора данных о языке Уошо, то соответственно может сложиться впе­чатление, что она выстраивала слова в случайном порядке. И все же почти в 90% своих комбинаций из нескольких слов Уошо помещала субъект перед глаголом и, очевидно, делала это не случайно. Тем не менее Гарднеры отказывались объяснять эту тенденцию зарождением синтаксиса. Они полагали, что та­кое предпочтение может быть просто результатом хитрой ими­тации поведения окружающих людей или же объясняется неко­торым не имеющим отношения к синтаксису сходством фраз (включающих в себя субъект, действие и объект), которыми Уо­шо постоянно пользовалась.

Возможно, Гарднеры проявили излишний консерватизм. Если бы они в то время имели доступ к данным, только что полу­ченным в Институте по изучению приматов по другим шимпанзе, умеющим пользоваться амсленом, они были бы вынуждены признать за Уошо некоторые синтаксические способности. Но в то время, когда они публиковали свой отчет о первых трех годах обучения шимпанзе языку, им казалось, что они исчерпали все возможности такого обучения.

Уошо было всего четыре года, когда ее перестали учить. В естественных условиях шимпанзе в этом возрасте еще может продолжать сосать материнскую грудь; половой зрелости они достигают не раньше семи лет, а расти продолжают до шестнад­цати. Гарднеры не видели никаких оснований полагать, что Уо­шо не будет продолжать развиваться интеллектуально столь же успешно, как и раньше. К концу исходного эксперимента она легко заучивала новые знаки — доказательство того, что она «училась, чтобы учиться». Вскоре после этих тридцати шести

51

месяцев Уошо перебралась в Оклахому, так что теперь мы ни­когда не узнаем, какого уровня развития она могла бы достичь, если бы поддержка, оказанная ей в Рино, продолжалась и да­лее. Как ни разнообразны и богаты были условия, в которых выросла Уошо, они были все же крайне бедными в сравнении с тем, что окружает любого ребенка из средней семьи, и уж сов­сем жалкими, если сравнить их с условиями, в которых жили изучавшиеся Брауном Адам и Ева. Кроме того, Уошо был уже год, когда начался эксперимент, и ни один человек из ее окру­жения не умел бегло говорить на амслене. Это было похоже на то, как если бы кто-нибудь взялся обучить глухого и немого ребенка, только что спасенного из рабства, читать на иностран­ном языке, который учитель знает недостаточно хорошо. Итак, Уошо показала себя прекрасной ученицей и ни в чем не уступа­ла детям того же возраста. Гарднеры уверены, что в дальней­шем шимпанзе достигнут гораздо большего.

Гарднеры почти не делали попыток опровергнуть крити­ческие высказывания Роджера Брауна по поводу сравнения языковых способностей детей и шимпанзе. Вместо этого они перешли к обсуждению общих проблем, возникающих при срав­нении общения разных видов, в рамках сравнительной психоло­гии при таком двустороннем общении. Согласно точке зрения Гарднеров, наиболее срочного разрешения требуют проблеиы, которые встают в связи с невозможностью сопоставлять данные, получаемые при изучении коммуникации у людей и у животных. Каждый крик животных рассматривается как самостоятельное сообщение, тогда как у людей сообщение состоит из ряда дис­кретных, имеющих самостоятельное значение звуков. Суть дела в том, что данные, собранные подобным образом, неизбежно искажаются априорным представлением, что человек имеет язык, тогда как у животных его нет, и в результате такие дан­ные никоим образом не могут служить для оценки справедли­вости самого исходного предположения. Полученные на детях данные всесторонне отражают этот миф о языке. По мнению Гарднеров, настала необходимость в таком операциональном определении двустороннего общения, которое допускало бы сбор и сравнительный анализ данных, относящихся к сущест­вам, стоящим по разные стороны воображаемой пропасти, раз­деляющей животных и человека. Для того чтобы при изучении коммуникации была возможна плодотворная сравнительная работа, необходимо демифологизировать определение языка. Наибольшее препятствие этому Гарднеры видят в бытующем представлении о целенаправленности человеческого языка, якобы отличающей его от коммуникации животных. В своей работе с Уошо Гарднеры сделали лишь первый шаг в направ­лении операционального определения языка. Разработанная ими процедура двойного контроля, позволяющая анализировать

52

информацию безотносительно к намерениям Уошо, может быть, по их мнению, применена к исследованию многих различных видов. Исходя из этого, Гарднеры пытаются таким образом пе­ресмотреть и переосмыслить свои данные, чтобы они были по­лезны независимо от конкретных целей проекта, в рамках кото­рого были получены.

Если бы работа Гарднеров исчерпывалась содержанием опу­бликованных ими трудов, то переполох, вызванный в науках о поведении сравнением Уошо с детьми, мог бы показаться несо­поставимым со значимостью самого события. Но хотя Гарднеры не стремились приписать Уошо ничего, кроме некоторых огра­ниченных семантических способностей, критики сразу же по­чувствовали, что в действительности Уошо «сказала» много больше, чем содержится в отчете Гарднеров за 1971 год.

4. РЕАКЦИЯ НАУЧНОГО МИРА

«Подобно тому как прямохождение является ключевой осо­бенностью человека при рассмотрении его анатомического строения, а использование орудий труда — при рассмотрении его материальной культуры, так и язык — основная черта при изучении его психического развития и духовной культуры. Язык, кроме того, еще и наиболее специфическое свойство че­ловека: языком владеют все нормальные люди, в то время как никаким другим живым существам он не свойствен». Это слова ученого-эволюциониста Джорджа Гейлорда Симпсона. Пове­дение Уошо вызывающим образом противоречит подобному ут­верждению.

Хотя люди и не спешили признать в лице Уошо владеющего языком примата, сама обезьяна, нимало не сомневаясь, при­числяла себя к людскому роду, а других шимпанзе называла «четдыми тварями». Человеком себя считала и Вики, которая была объектом первой попытки научить шимпанзе разговаривать. Однажды, когда перед ней поставили задачу отделить фотогра­фии людей от фотографий животных, свое изображение она уверенно поместила к изображениям людей, положив его по­верх портрета Элеоноры Рузвельт; но когда ей дали фотографию ее волосатого и голого отца, она безжалостно отбросила ее к слонам и лошадям.

Однако такие ученые, как генетик Феодосии Добржанский, психолингвисты Эрик Ленненберг и Урсула Беллуджи, биолог Якоб Броновский, антрополог Шервуд Уошберн и Роджер Браун, к «черным тварям» причислили и саму Уошо. Все они публично выразили в печати свои сомнения в языковых спо­собностях Уошо.

Аргументы против Уошо основывались главным образом на критических высказываниях Брауна, Беллуджи и Броновского. Поскольку они рассмотрели работу Гарднеров в высшей степени детально, мы в этой главе разберем в основном их критические замечания, лишь упомянув об аргументах, выдвигавшихся другими учеными. Наша цель состоит в том, чтобы выделить основное в дискуссиях, которые ведутся вокруг использования Уошо амслена, что позволит нам понять, какие очередные за­щитные укрепления воздвигаются вокруг храма языка, дабы не допустить туда Уошо и сохранить в неприкосновенности наши представления о различиях между поведением человека

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   27

Похожие:

Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconНисбетт Р. Р 75 Человек и ситуация. Уроки социальной психологии/Пер с англ. В. В. Румынского под ред. Е. Н. Емельянова, B. C. Магу-на
В. В. Румынского под ред. Е. Н. Емельянова, B. C. Магу-на — М.: Аспект Пресс, 2000.— 429 с. Isbn 5-7567-0234-2
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconДжеффри М. Медицина неотложных состояний: пер с англ. / Дж. М. Катэрино, С. Кахан; пер с англ под ред. Д. А. Струтынского
...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconИздательский дом: учебники • книги • журналы 115230, Москва, Варшавское шоссе, д. 44а, тел.: (499) 611-24-16, 611-13-03
«Невидимая рука» рынка / под ред. Дж. Итуэлла, М. Милгейта, П. Ньюмена; пер с англ под науч ред. Р. М. Энтова, Н. А. Макашевой М.,...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconВып сентябрь 2008 Каф ботаники и зоологии Общей биологии и физиологии чел и жив
Язык науки / А. Азимов; [пер с англ. И. Э. Лалаянца под ред и с предисл. Б. Сергиевского; ил. А. Куташова]. Спб. Амфора, 2002. 375...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСписок литературы
Дейк Т. А. Язык. Познание. Коммуникация: Пер с англ. Сост. В. В. Петрова; Под ред. В. И. Герасимова; Вступ. Ст. Ю. Н. Караулова и...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconПрограмма к учебникам под редакцией М. В. Панова
Программа к учебникам под редакцией М. В. Панова «Русский язык» для 5–9 классов общеобразовательных учреждений / Л. Н. Булатова,...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСписок літератури Беллман Р. Введение в теорию матриц Пер с англ. Под ред. В. Б. Лидского. М.: Наука, 1969
Беллман Р. Введение в теорию матриц Пер с англ. Под ред. В. Б. Лидского. М.: Наука, 1969. – 368с
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСписок рекомендуемой литературы Гистология: Учебник /Ю. И. Афанасьев, Н. А. Юрина, Е. Ф. Котовский и др.; Под ред. Ю. И. Афанасьева, Н. А. Юриной. 5-е изд., перераб. И доп. М.: Медицина, 1999
Гистология: атлас: учеб пособие / Л. К. Жункейра, Ж. Карнейро; пер с англ под ред
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconБбк81. 2 П инкер Стивен Язык как инстинкт: Пер с англ. / Общ ред. В. Д. Мазо. М.: Едиториал
«Существуют ли грамматические гены?», «Способны ли шимпанзе выучить язык жестов?», «Контролирует ли наш язык наши мысли?» — вот лишь...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСправочник по маркетингу / Под. Ред. Эа уткина. М. Экмос, 1998. 464 с. Котлер Ф. Маркетинг от а до Я. 80 концепций, которые должен знать каждый менеджер / Пер с англ под ред. Т. Р. Тэор. Спб. Издательский Дом «Нева», 2003. 224 с
Афанасьев, М. П. маркетинг: стратегия и практика фирмы. – М. Финстатиформ, 1995. – 102 с
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница