Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова




НазваниеЛинден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова
страница5/27
Дата26.10.2012
Размер4.02 Mb.
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27
Сбор данных

Почти все, что Уошо сказала за пять лет, проведенных ею в Рино, было запротоколировано в специальном журнале или зарегистрировано каким-либо другим способом. Гарднеры сор­тировали ее высказывания по степени достоверности — в за­висимости от того, был ли требуемый жест сделан самостоятель­но или с некоторой подсказкой. Для полной достоверности было необходимо, чтобы слово употреблялось нужным образом и самостоятельно по крайней мере раз в день на протяжении пят­надцати дней подряд. К концу третьего года Уошо уверенно знала восемьдесят пять знаков и регулярно пользовалась ком­бинациями из трех и более слов.

Помимо записей каждодневной «болтовни» Уошо наблюдате­ли с магнитофонами должны были все время шепотом вести ре­портаж о том, какие сигналы она подавала в особых случаях, например во время еды или игр. Разумеется, во время еды Уошо чаще пользовалась словами, означающими различные виды пи­щи, а во время игры — словами «щекотать», «иди», «ку-ку».

33

Такими местоимениями, как «ты» и «я», она тоже гораздо чаще пользовалась во время игры, чем за едой. Дети знают, как важ­но во время игры точно условиться, кто и что должен делать. Очевидно, Уошо тоже это знала.

Способ тестирования и регистрации, который, по-видимому, был для Уошо наиболее интересным, включал в себя набор методик с дополнительным контролем, использовавшихся для стандартного анализа ее словаря. Первый из этих тестов прово­дился следующим образом: Уошо усаживали перед ящиком, и один из сотрудников время от времени открывал этот ящик и спрашивал ее, что там находится. Быть может, Уошо и удивля­лась, что человек не может сам заглянуть в ящик, чтобы уз­нать, что в нем, тем не менее послушно отвечала, и наблюдатель каждый раз записывал первый знак, который она делала при этом. Основная трудность этой процедуры заключалась в том, чтобы помешать сотруднику, ведущему запись, неумышленно подсказать Уошо, какой предмет кладут в ящик. Поэтому пред­меты клал другой сотрудник, который не мог видеть ни Обезья­ны, ни записывающего. Уошо, видимо, была не против того, чтобы без конца называть своему тупице-компаньону то, что и так очевидно. Во всяком случае, она подолгу ждала, пока сме­нят предмет. Правда, если в ящике оказывалась кока-кола, она могла внезапно, прервать игру, заграбастать бутылку и удрать с нею на дерево.

Гарднеры учли развивающуюся у Уошо неприязнь к описан­ной процедуре и предложили методику, которая в большей сте­пени удовлетворяла желанию шимпанзе увидеть, что же нахо­дится в ящике. Кроме того, они решили пресечь воровские на­клонности Уошо и начали показывать вместо самих предметов диапозитивы с их изображением. В результате Уошо очутилась перед камерой для рассматривания диапозитивов размером 95x52x65 сантиметров. Один из сотрудников, присев возле камеры, регистрировал ответы, а другой, находившийся за пределами помещения, где шло испытание, наблюдал за проис­ходящим сквозь окошко с односторонней видимостью. Уошо принималась за дело, открывая дверцу камеры, а когда, на­смотревшись, отпускала ее и та захлопывалась, диапозитив менялся. Таким способом Гарднеры убедились, что знаки, ко­торые Уошо делала во время классического тестирования, были реакцией на увиденные ею предметы, а не на подсказку наблю­дателя и никак не могли быть результатом запоминания после­довательности тестов (поскольку порядок предметов был слу­чайным).

Хотя вначале Уошо иногда и ошибалась, тем не менее она справлялась с заданием удивительно хорошо. Гарднеры рас­сказывали, что, даже когда она ошибалась, неверный ответ в большинстве случаев относился к близкому кругу понятий. К примеру, Уошо могла спутать такие предметы, как щетка и расческа, но даже ошибочный ответ тем не менее означал пред-

U

мет, тоже применяющийся для причесывания. Иногда она пу­тала изображения животных; так, кошку она однажды назвала Роджером.

С другой стороны, Уошо правильно идентифицировала предметы даже в тех ситуациях, когда условия проведения эк­сперимента могли способствовать ошибке. Например, она де­лала различие между детенышем и взрослым животным или че­ловеком, даже когда видела маленькое изображение на диапо­зитиве. По мере проведения тренировок ее умение все возраста­ло.

Комбинирование знаков

Впервые Уошо прибегла к комбинированию слов в апреле 1967 года, через десять месяцев после начала обучения языку. Она сказала: «Дай сладкий» и затем: «Подойди открой». В то время ей было что-то между полутора.и двумя годами, то есть она достигла как раз того возраста, в котором дети начинают строить фразы из двух слов.

Когда Уошо стала объединять по нескольку знаков, напри­мер «ты щекотать я», Гарднеры занялись сравнением этих фраз из двух, трех, четырех и пяти слов с первыми предложениями, которые произносят дети.

Главный вопрос заключался в том, что представляют собой эти комбинация — случайный набор слов или же слова, рас­положенные в каком-то конкретном порядке, определяемом грамматикой языка. Большинство дверей, шкафчиков и буфетов б прицепе Уошо были заперты. Это делалось для того, чтобы она, если ей вздумается исследовать содержимое одного из них, должна была попросить отпереть дверцу. Футе и Гарднеры об­ратили внимание на то, что в своих просьбах открыть ей доступ к желаемому Уошо придерживалась вполне определенного по­рядка слов. Когда она хотела залезть в холодильник, то обычно нроспла: «Открой ключ пища»; когда ей нужно было мыло: 'Открой ключ чистый», а когда нуждалась в одеяле: «Открой ключ одеяло». Обращаясь к людям с просьбой выпустить ее наружу нлп обнять, Уошо в 90% случаев ставила местоиме­ние «ты» перед «я». Помимо этого, за время испытаний оба место­имения — «ты» и «я» — в 60% случаев она помещала перед гла­голом, означавшим действие, во фразах «ты я выпустить», а* в 40% случаев «я» шло после глагола, например: «ты щекотать я». Как считает Футе, эти различия в структуре фраз знаменуют собой сдвиги, которые происходили с Уошо в период, пока про­водились испытания; ибо, когда они закончились, она, стала пользоваться стандартным порядком слов, неизменно разделяя местоимения «ты» и «я» глаголом действия. Начав строить со-' стоящие из нескольких слов конструкции, она постепенно при­ближалась к их построению по законам английской грамматики,

35



Люси: «ключ»

причем предпочтение такого порядка слов она привила и другим шимпанзе, живущим в оклахомском институте.

Во время нашей автомобильной прогулки, уже на обратном пути к институту, мы остановились, чтобы утолить жажду. Пока Роджер ублажал в машине Уошо, я принес ей из малень­кого магазинчика угощение. Итак, если не считать рассказов Роджера о прошлом Уошо, наша поездка была в высшей сте­пени обыденной. Уошо, казалось, была счастлива сидеть за спиной своего старого друга. Мы как раз начали обсуждать детали проведенного Гарднерами сравнения между развитием Уошо и ребенка, когда в поле зрения появился институт и Уошо стало ясно, что прогулка уже подходит к концу. Хотя мысль о возвращении в клетку явно приводила ее в отчаяние, она не стала сетовать и, пройдясь с нами напоследок по парку, вошла в свое временное жилище. Когда Роджер запирал дверь, она мол-ча печально глядела на него, подавленная тем, что вновь ока­залась в столь грустном положении. Роджеру гораздо труднее было снести такую реакцию, чем любой открытый бунт. «Право ясе, хорошая она девочка»,— сказал он, когда мы вышли.

3. ОПЫТ СРАВНЕНИЯ ДЕТЕЙ И ШИМПАНЗЕ

В своей работе в Рино Гарднеры возлагали большие надежды на сравнение данных, собранных при изучении языковых спо­собностей Уошо, с аналогичными данными для детей. Если что и создавало атмосферу горячего энтузиазма, вызванного опы­тами Гарднеров, то это была не столько сама идея попытки обу­чить пВимпанзе языку, сколько те результаты, которых они до-билйвь^тй то сопоставление способностей шимпанзе и детей, которое они собирались провести. Вместо того чтобы испытать восторг от сознания, что отныне цивилизованный.человек может беседовать с животным, общественность — и особенно ученые мужи,— казалось, были шокированы тем, что языковые спо­собности человека и животных вообще можно сравнивать. Когда Гарднеры сообщили о своем намерении сравнить языковые способности детей и шимпанзе, они тем самым наступили на "любимые мозоли сразу многим знаменитостям.

Задуманное Гарднерами сравнение детей и шимпанзе и ре­акция, которую вызвало это намерение, впервые породили проблему, как далеко способна Уошо вторгнуться в область, всегда считавшуюся принадлежащей исключительно челове­ку,— в область психики.

Уошо подвергли исцытаниям, и уже первая реакция на по­лученные результаты задала тот уровень серьезности, с кото­рой в дальнейшем оценивались ее языковые способности. По­началу выявилось стремление приписать ее умение общаться с помощью жестов своего рода трюкачеству — чисто механи­ческому, бессознательному повторению того, что делает человек. Но Уошо легко пережила такую критику. И в самом деле, она сурово разделалась и с теоретическими, и с эмпирическими по­пытками критиковать ее. Основные проблемы, вставшие перед Гарднерами при сравнении своих данных с данными, получен­ными на детях, были связаны с пробелами и недоказанными, предположениями, которые обнаружились и при анализе бы­тующих представлений о средствах общения у людей, и в при­менявшихся ранее методах сравнения способов общения у животных и человека. Казалось, Уошо не только совершенно свободно разговаривала (в буквальном смысле этого слова), но сверх того она, фигурально выражаясь, много поведала нам о природе наук о поведении, в традициях которых были воспи­таны ее учителя.

37

При любом сравнении ребенка с шимпанзе и дилетант, и специалист задаются стандартным вопросом: «До какого уровня „человеческого" развития способны продвинуться шимпанзе в освоении языка?» На первый взгляд кажется, что ответ можно найти путем простого сравнения возраста, в котором начинают проявляться различные способности. Но, к сожалению, как показали Гарднеры, любое сравнение затруднено из-за ряда об­стоятельств, связанных со сбором и оценкой самих данных.

Вначале Гарднеры проявили крайнюю консервативность в оценке действий Уошо. В тех случаях, когда ее поведение до­пускало двоякое толкование, они выбирали более скромный (традиционный) вариант. Если они могли объяснить возникно­вение комбинаций из нескольких слов простой имитацией, а не проявлением развивающихся лингвистических способностей, они выбирали первое объяснение. И если они вообще поверили в какие бы то ни было языковые способности Уошо, то лишь потому, что полученные ими результаты и тщательный анализ других толкований не оставлял им альтернативных возможнос­тей. Опубликованные Гарднерами отчеты о действиях Уошо создают впечатление, что они прибегали к всевозможным улов­кам, чтобы объяснить в привычных терминах то, что можно было принять за чудо. Многие ученые считали, что Гарднеры могли бы претендовать на гораздо более полное признание заслуг Уошо, однако самих Гарднеров больше занимал вопрос, как сде­лать, чтобы их результаты были безупречными. Эти результаты должны были говорить сами за себя, и Гарднеры знали, что только другие эксперименты с другими шимпанзе помогут отве­тить на огромное количество вопросов, которые возникли после того, как Уошо однажды продемонстрировала свои возможности.

Вторая проблема в оценке действий Уошо была связана с тем, что до сих пор не существует единого определения языка. Гарднеры подчеркивают, что некоторые определения позволяют им считать, что Уошо владела языком уже через год после на­чала эксперимента, тогда как, согласно другим определениям, Уошо вообще никогда не сможет освоить язык. Но каким бы определением ни пользоваться, вопрос о том, владеет Уошо языком или нет, все время мучил Гарднеров.

Если есть великое множество определений языка, то неудиви­тельно, что существует и множество теорий, как ребенок овла­девает языком. Гарднеры отмечают, что вопрос, когда именно о ребенке можно сказать, что он умеет говорить, остается откры­тым. Как все хорошо знают, дети не рождаются со знанием язы­ка, и существуют данные о том, что в течение первых месяцев после рождения мозг ребенка еще не созрел настолько, чтобы дитя могло говорить и понимать человеческую речь. Таких данных очень немного, и лишь совсем недавно ими воспользо­вались, чтобы похоронить концепцию, известную под назва­нием «теория лепета». Известно также, что ребенок вначале произносит отдельные слова, затем — предложения из двух

38

слов и лишь потом — комбинации из многих слов, которые, по-видимому, постепенно формируются в соответствии с теми образцами синтаксически правильных моделей, которые пред­лагают ребенку родители. Но все-таки в какой момент можно сказать, что ребенок овладел языком? Когда он в полтора года говорит: «Корова домой»? Когда в три года заявляет: «Корова пошла домой»? Или еще позже, когда он уже может сказать: «Корова Джека пошла к себе домой»? Гарднеры считают, что до тех пор, пока сами лингвисты не смогут четко определить, когда именно ребенок приобретает способность говорить, было бы несправедливо возлагать на Уошо бремя доказательства того, что она действительно овладела языком. Эта неопределен­ность подводит нас к последней проблеме, касающейся оценки достижений Уошо,— к сравнению их с теми данными о детях, которыми пользовались Гарднеры.

Удивительно то, что попытки собрать данные о последова­тельных стадиях овладения языком у детей лишь на несколько лет опередили попытки по сбору аналогичных данных относи­тельно шимпанзе. До этого времени лингвистика детской речи была наукой более схоластической, нежели эмпирической. Ис­следователи, изучающие усвоение языка детьми, исходят из естественного предположения, что рано или поздно дети все равно научатся говорить, и это приводит при сборе и классифи­кации соответствующих данных к тенденции, которая может быть названа «эмпирической снисходительностью». Гарднеры часто замечали, что психолингвисты готовы считать осмыслен­ными такие фразы детей, которые, если бы их «произнесла» Уошо, были бы отвергнуты как лишенные всякого смысла. Зная, что ребенок со временем научится образовывать синтак­сические конструкции вроде «корова пошла домой», психолинг­висты склонны усматривать зачатки таких грамматических конструкций в самых первых «высказываниях» детей, тогда как Гарднерам по-прежнему было не ясно, действительно ли ребенок к данному времени уже овладел синтаксисом. При этом в отношении Уошо Гарднеры претендовали на очень не­многое; они всячески избегали любых обсуждений вопроса: владеет ли Уошо языком? В тех случаях, когда они отстаивали за своим шимпанзе обладание некоторыми лингвистическими способностями, они делали это, лишь когда были убеждены, что к тому их вынуждают сами экспериментальные данные. И их первое сравнение детей и шимпанзе ни в коей мере не ре­шает вопроса о том, какой ступени человеческого развития при овладении языком могут достичь шимпанзе.

39

Проблема развития языка у детей

Общеизвестно, что ребенок не рождается умеющим говорить. Кроме того, было обнаружено, что если младенец в детстве не общается со взрослыми или с другими, уже умеющими говорить детьми, то он так и не сможет овладеть речью, даже если впос­ледствии окажется в окружении нормально говорящих людей. Если бы, к примеру, Уильям Батлер Йетс вырос среди шимпан­зе, он бы никогда не сказал ни слова и уж тем более не был бы поэтом. Однако, слыша вокруг себя речь, ребенок быстро овла­девает ею. Это позволяет предположить, что в детстве люди предрасположены к усвоению языка, но такая предрасположен­ность может быть реализована лишь в соответствующих усло­виях. Если этого не происходит, то специальные «дверцы», открытые только в детстве, сквозь которые язык как бы прони­кает в мозг, могут оказаться уже закрытыми. Научная дисцип­лина, более других интересующаяся «открыванием» и «закры­ванием» таких дверок, называется психолингвистикой.

Действительно, американская психолингвистика — это комплексная дисциплина, зародившаяся в 1953 году, когда группа психологов и лингвистов собралась по инициативе Со­вета научных социальных исследований. Среди специалистов был доктор Роджер Браун; вскоре после этого он провел в Гар­варде первые работы по сбору и классификации данных об ус­воении языка детьми. Браун считал, что при слиянии психологии и лингвистики важно, чтобы именно лингвистика сохранила свою целостность внутри психологии, а не наоборот. Число психоло­гов раз в шесть превосходит число лингвистов, и в связи с этим лингвисты должны проявлять особое единство в отношении общ­ности проблем, методов и решений. После 1953 года это едино­душие было дважды нарушено, и первое из этих потрясений получило название «революции Хомского», начавшейся с опуб­ликования американским языковедом Ноамом Хомским его книги «Система синтаксического анализа». В ней Хомский раз­рабатывает свою теорию «глубинных структур» синтаксиса, общих для всех языков, и обсуждает законы преобразований, по которым эти глубинные структуры как бы отбирают и пере­водят лексические единицы в идиоматический разговорный язык. Затем, уже гораздо позже, революционные тезисы Хом­ского оказались под угрозой в результате своего рода дворцово­го переворота, когда его собственные сотрудники восстали про­тив тезиса Хомского о примате синтаксиса (грамматики языка) над семантикой (смыслом высказывания). Очень многие совре­менные лингвисты считают, что при построении своей теории синтаксиса Хомский упустил из виду главную функцию язы­ка— функцию средства общения. По их мнению, в модели Хомского подразумевается, что язык — это просто набор зада-

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Похожие:

Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconНисбетт Р. Р 75 Человек и ситуация. Уроки социальной психологии/Пер с англ. В. В. Румынского под ред. Е. Н. Емельянова, B. C. Магу-на
В. В. Румынского под ред. Е. Н. Емельянова, B. C. Магу-на — М.: Аспект Пресс, 2000.— 429 с. Isbn 5-7567-0234-2
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconДжеффри М. Медицина неотложных состояний: пер с англ. / Дж. М. Катэрино, С. Кахан; пер с англ под ред. Д. А. Струтынского
...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconИздательский дом: учебники • книги • журналы 115230, Москва, Варшавское шоссе, д. 44а, тел.: (499) 611-24-16, 611-13-03
«Невидимая рука» рынка / под ред. Дж. Итуэлла, М. Милгейта, П. Ньюмена; пер с англ под науч ред. Р. М. Энтова, Н. А. Макашевой М.,...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconВып сентябрь 2008 Каф ботаники и зоологии Общей биологии и физиологии чел и жив
Язык науки / А. Азимов; [пер с англ. И. Э. Лалаянца под ред и с предисл. Б. Сергиевского; ил. А. Куташова]. Спб. Амфора, 2002. 375...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСписок литературы
Дейк Т. А. Язык. Познание. Коммуникация: Пер с англ. Сост. В. В. Петрова; Под ред. В. И. Герасимова; Вступ. Ст. Ю. Н. Караулова и...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconПрограмма к учебникам под редакцией М. В. Панова
Программа к учебникам под редакцией М. В. Панова «Русский язык» для 5–9 классов общеобразовательных учреждений / Л. Н. Булатова,...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСписок літератури Беллман Р. Введение в теорию матриц Пер с англ. Под ред. В. Б. Лидского. М.: Наука, 1969
Беллман Р. Введение в теорию матриц Пер с англ. Под ред. В. Б. Лидского. М.: Наука, 1969. – 368с
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСписок рекомендуемой литературы Гистология: Учебник /Ю. И. Афанасьев, Н. А. Юрина, Е. Ф. Котовский и др.; Под ред. Ю. И. Афанасьева, Н. А. Юриной. 5-е изд., перераб. И доп. М.: Медицина, 1999
Гистология: атлас: учеб пособие / Л. К. Жункейра, Ж. Карнейро; пер с англ под ред
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconБбк81. 2 П инкер Стивен Язык как инстинкт: Пер с англ. / Общ ред. В. Д. Мазо. М.: Едиториал
«Существуют ли грамматические гены?», «Способны ли шимпанзе выучить язык жестов?», «Контролирует ли наш язык наши мысли?» — вот лишь...
Линден Ю. Л 59 Обезьяны, человек и язык: Пер с англ. Е. П. Крю­ковой под ред. Е. Н. Панова iconСправочник по маркетингу / Под. Ред. Эа уткина. М. Экмос, 1998. 464 с. Котлер Ф. Маркетинг от а до Я. 80 концепций, которые должен знать каждый менеджер / Пер с англ под ред. Т. Р. Тэор. Спб. Издательский Дом «Нева», 2003. 224 с
Афанасьев, М. П. маркетинг: стратегия и практика фирмы. – М. Финстатиформ, 1995. – 102 с
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница