Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те




Скачать 156.59 Kb.
НазваниеЮ. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те
Дата25.10.2012
Размер156.59 Kb.
ТипДокументы

Юлия Владимировна Шинкаренко

Донской государственный технический университет

Ростов-на-Дону, Россия





НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ПРЕПОДАВАНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ РЕЧИ НА ПРИМЕРЕ ЯЗЫКА ПОЭМЫ А.С. ПУШКИНА

«МЕДНЫЙ ВСАДНИК»


Ю.В. Шинкаренко


Проблемами языка художественной литературы занимались М.М. Бахтин, В.В. Виноградов, Г.О. Винокур, А.А. Потебня, А.М. Пешковский, Б.В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими терминов свидетельствует о том, что в кругу решения вопросов, которые относятся к соответствующей области филологического исследования, наблюдаются разногласия. Возрождение проблемы поэтического языка, интерес к которой никогда не умирал окончательно со времен глубокой древности, пережив короткий период оживления в эпоху А.Н. Веселовского и А.А. Потебни, было обязано в большей степени «русскому формализму» (с конца 10-х до начала 30-х годов прошлого столетия). В современных исследованиях, посвященных проблеме изучения языка художественной литературы, живой интерес лингвистов прикован к человеку как создателю языка, воплощающему картину мира, как к говорящему лицу, производителю текста.

Для лингвиста и лингвистики вполне естественно рассматривать художественное произведение как продукт человеческого творчества в контексте исторически изменяющихся словесно-художественных стилей, не обращая внимания на генезис и эволюцию индивидуально-поэтического сознания, проявлением и выражением которого является то или иное сочинение, или относясь к этому вопросу как второстепенному, вспомогательному. Но материальное воплощение словесно-художественного произведения, а именно конкретный литературный текст, требует эстетико-лингвистического и, одновременно, формального и содержательного изучения.

Знаменитый югославский писатель Иво Андрич в статье о труде писателя-художника («Слово о словах») так изображает своеобразие писательского отношения к языку как материалу художественного творчества:

«Язык – это жизнь людей сознательная и бессознательная, видимая и потаенная. Вне жизни существует лишь молчание смерти. Нет такого слова, которое не было бы связано с жизнью, как нет и растения без почвы, что его питает. Следовательно, нужно быть близким к людям и их жизни, слушать их речь, впитывать ее в себя, размышлять о ней, жить с ней, как брат с братом»1,15. Т. о., человеческая жизнь для писателя «выражена в человеческом слове». Язык произведения художественной литературы – форма творческого познания мира, но литература переосмысливает действительность. Это переосмысливание происходит в связи с теми стилеобразующими тенденциями, которые характеризуют творчество того или иного автора, именно поэтому язык произведения становится фактором эстетического – мыслительного и экспрессивно-эмоционального – воплощения и выражения художественной действительности, художественного мира, а отсюда и понимание содержания как словесно-структурного элемента художественного произведения должно аналитически обнаруживаться в глубоком исследовании его поэтических форм.

В.В. Виноградов заложил теоретический фундамент лингвистического анализа художественного произведения с опорой на стиль писателя. В одной из своих работ по данной проблематике ученый пишет, что наука о поэтической речи не может похвастаться законченностью своей внутренней структуры, точностью своих методов или отчетливостью содержания своих основных понятий в силу того, что она возникает на границах разных наук, на их стыке.

До сих пор ситуация не изменилась, и наука о художественной речи полна посторонних примесей. Она еще не в силах защитить свою самостоятельность от притязания соседей: общей лингвистики, прикладной математической лингвистики и литературоведения. В. В. Виноградов указывает, что в таких условиях «её единственная опора – строгая методология и методика анализа поэтического слова». «Задача методологического исследования в области науки о поэтической речи заключается, прежде всего, в отграничении её от случайной примеси других наук и в очищении её от всех чуждых элементов. Методологическое исследование поэтической речи должно показать такое внутреннее содержание её и такие внешние формы и особенности, которые обеспечивают ей право на то, чтобы быть самостоятельным объектом изучения»2, 28. По мысли В. В. Виноградова, объектом науки о поэтическом языке является не сам язык, как особое общественное явление, но понятие о нем или о его особом функциональном применении, взятое под определенным эстетическим углом. И в таком случае в понятие поэтического языка как объекта теории поэтической речи входят не только общие признаки языка вообще, а преимущественно специфические признаки как языка поэтического, как объекта и орудия словесного искусства. Но, установив объект науки, следует установить и ее метод. И здесь на помощь лингвистике должна прийти эстетика слова.

Г.В.Степанов, например в статье «Лингвистический и литературоведческий подходы к анализу текста» делает вывод о правомерности попыток лингвистов прибрать к рукам и литературоведческий анализ художественного текста. Но ученый отмечает, что предмет исследования и принципы осмысления у обеих дисциплин различны, поскольку лингвисты изучают язык, а литературоведы – речь в ее индивидуальной неповторимости и образной многозначности. Стилистика, будучи дисциплиной лингвистической, «не может заменить литературоведческого анализа художественного произведения»3. Автор статьи считает, что существует особая стилистика, в компетенцию которой входит исследование таких аспектов художественного произведения, как целостность и динамичность образа, его личностность, ориентируясь на теорию литературы и эстетику.

Возможность соединения языковедческого и литературоведческого подходов в исследовании художественного текста рассматривает и А.В. Хлопьянов в своей статье «Опыт лингвопоэтической стратификации поэмы А. С. Пушкина «Медный всадник», замечая, что в работах ученых филологического факультета МГУ анализ подобного рода получил название лингвопоэтического. «Особенность такого рода анализа заключается в том, что он не сводится к изучению исключительно языковой стороны произведения, как это имеет место, скажем, в случае с лингвостилистикой, или к литературоведческому толкованию содержательной стороны, а направлен на осмысление случаев проявления свойств языковых единиц и оценки их идейно-художественной нагруженности»4, 91-101.

Следуя идеям В. В. Виноградова и Г. О. Винокура, Л. Г. Барлас в своих работах обращает внимание на два основных аспекта анализа языка художественных текстов5:

  • Анализ языковых единиц, составляющих язык данного произведения, их структура и семантика;

  • Анализ художественно-речевой системы произведения.

Таким образом, язык художественного произведения, с одной стороны включает в себя всю систему средств естественного языка, а с другой стороны – это язык художественный, язык, выступающий в особом, отличном от естественного языка применении , рассматриваемый с эстетической точки зрения и требующий определенного выбора языковых средств в целях эстетической гармонии текста.

Изучение контактов произведения с действительностью и фактора его восприятия образует контекст исследования поэтики. Пушкинские творения дают благодатный материал для изучения поэтики языка.

Пушкинское наследие с конца XIX века является постоянным объектом изучения литературоведов и лингвистов. Большой вклад в изучение творческого наследия великого русского писателя внесли в XX веке Тынянов Ю.Н., Благой Д.Д., Мейлах Б.С., Томашевский Б.В., Бонди С.М., Поспелов Н.С., Виноградов В. В. и др.

Но поистине до сих пор остается актуальным высказывание В. В. Виноградова: «Пушкиноведению, богатому всякого рода фактами, труднее всего даются те, которые составляют непосредственное содержание пушкинского слова. Почти не описан и не исследован пушкинский стиль, пушкинская манера лирического выражения и повествования, законы и нормы пушкинской композиции не открыты»6.

В последнее время в лингвистике особое внимание уделяется различным экспрессивно-эмоциональным категориям, которые могут служить средством выражения отношения адресанта речи, автора к фактам реальной действительности. Причем, ученые обратили внимание на функционально-стилистическую неоднородность средств выражения усиления, субъективации и актуализации художественного текста.

Особое место занимает эта проблема при изучении языка А. С. Пушкина, в частности поэмы «Медный всадник».А. С. Пушкин мастерски использует в художественных целях все многообразие, весь спектр языковых возможностей, достигая в поэме высочайшей степени экспрессивности, заложенной в лексических, синтаксических, грамматических особенностях его текстов. Экспрессию в поэмах автор достигает в немалой степени благодаря богатейшему спектру изобразительно-выразительных художественных средств, созданных на базе функционально-семантических категорий интенсивности, негопозитивности и тождества, семного повтора, имея своей целью акцентировать внимание читателя на наиболее существенном, воздействовать на его интеллектуальную сферу и чувства. Эти категории служат для создания определенной эмоциональной атмосферы, так как все они органически связаны с модальностью предложения. Семантика и средства выражения данных категорий - средство экспрессивно-эмоциональной актуализации описания особо значимых фактов в языке поэмы А. С. Пушкина.

Существенные изменения в личной жизни героев и в стране в поэмах обусловили использование А. С. Пушкиным различных средств выразительности и образности, обеспечивающих динамику повествования и служащих основой для создания тропов и стилистических фигур.

При чтении поэмы Медный всадник» у читателя возникает ощущение ее стилистической и тематической неоднородности. На это обратил внимание и А. В. Хлопьянов, который выделил два тематико-стилистических стратума в тексте пушкинской поэмы. Попытаемся описать языковые средства экспрессии языка поэмы, используя данную типологию ее текстов.

К первому стратуму можно отнести части произведения, связанные с торжественным описанием Петербурга, возвеличиванием его создателя – Петра Великого и описанием (уже менее тожественным) разбушевавшейся Невы. Здесь весьма разнообразно представлена категория интенсивности, чаще всего с целью воспеть величие города на Неве. Патриотические ноты слышны в следующих строках, где интенсив «неколебимо» и сравнение «как Россия» передают авторскую веру и любовь не только к Петербургу, но и к России:

Красуйся, град Петров и стой,

Неколебимо, как Россия.

В образе Петра I в поэме чувствуется восхищение его мощью, мужеством, возвеличивание «властелина судьбы», что передается повтором местоименных интенсификаторов:

Какая дума на челе!

Какая сила в нем сокрыта»

Торжественное описание Петербурга строится на противопоставлении. На фоне деинтенсивов «приют убогого чухонца», «финский рыболов, печальный пасынок природы», «ветхий невод», «из тьмы лесов, из топи блат» еще более контрастно выступают интенсивы «юный град… вознесся пышно, горделиво», «все флаги в гости будут к нам», «громады стройные теснятся дворцов и башен», «корабли толпой со всех концов земли к богатым пристаням стремятся». Этот же прием автор использует, когда сравнивает две столицы:

И перед младшею столицей

Померкла старая Москва,

Как перед новою царицей

Порфироносная вдова.

Деинтенсивы «младший», «померкла», «старый» помогают Пушкину подчеркнуть незначительность Москвы в сравнении с новой столицей, которую он сравнивает с «царицей».

Большое количество интенсивов и интенсификаторов содержится в частях поэмы, посвященных описанию разбушевавшейся Невы. Именно в этих описаниях можно заметить очень удачное соединение, совмещение, сотрудничество категорий (категории интенсивности, негопозитивности и категории тождества, репрезентируемой однородными сказуемыми), которые в данном случае служат одной цели – показать высокую степень напряжения, динамизм, неумолимость разбушевавшейся стихии, ничтожность человека перед силой природы.

В языке поэмы А.С. Пушкина «Медный всадник» использованы такие лексические средства интенсификации высказывания, как прилагательные интенсифицирующего содержания и синонимические ряды глаголов, наречия-интенсификаторы при предикатах и кванторные слова.

Лексический уровень является самым интересным и продуктивным, т. к. именно лексика прежде всего передает содержание произведения и представляет автору наибольшие возможности для выбора средств, выражающих его мысли и чувства. Особо следует выделить такое лексико-стилистическое средство создания экспрессии, как тропы.

Сравнение как средство интенсификации повествования – самый распространенный из тропов, используемый А. С. Пушкиным в поэме. Большое количество сравнений встречается в описании стихийного бедствия, в картинах разбушевавшейся Невы, где поэт сравнивает реку то с человеком, то со зверем:

  1. Плеская шумною волной

В края своей ограды стройной,

Нева металась, как больной

В своей постели беспокойной.

  1. Осада! Приступ! Злые волны,

Как воры, лезут в окна.

3. Погода пуще свирепела,

Нева вздувалась и ревела,

Котлом клокоча и клубясь,

И вдруг, как зверь остервенясь,

На город кинулась.

Семантика глаголов-интенсивов «металась», «лезут», «кинулась» еще более усиливается за счет относящихся к ним сравнительных оборотов.

Хотя морфологический уровень языка предоставляет писателям значительно меньше возможностей для создания экспрессии, чем лексика или синтаксис, что связано с небольшим разнообразием морфологических способов выражения интенсивности, тем не менее, и даже этот уровень был интересно и творчески использован величайшим мастером слова А. С. Пушкиным в поэме «Медный всадник».Интенсификация на морфологическом уровне осуществляется при помощи кванторных слов. Использование кванторных слов – это, прежде всего, отражение количественных характеристик предмета речи.

Использование определительных местоимений, в исходном значении принадлежащих к классу местоименных прилагательных, позволяет достигнуть более высокой степени обобщения:

  1. Сюда по новым им волнам

Все флаги в гости будут к нам…

2. Нева всю ночь

Рвалася к морю против бури…

Степени сравнения имен прилагательных имеют непосредственное отношение к интенсификации высказывания и сигнализируют о той или иной степени экспрессивности, т. к. степени ее проявления, по сути дела, отражают собой шкалу интенсивности7.

Именно эту градацию отражают степени сравнения.

Степени сравнения в поэме «Медный всадник» передают субъективную оценку, эмоциональный подъем писателя, который восхищается не только русской зимой, но и красотой русских женщин, широко используя интенсивы:

Люблю зимы твоей жестокой

Недвижный воздух и мороз,

Бег санок вдоль Невы широкой,

Девичьи лица ярче роз

Следует отметить, что на морфологическом уровне интенсификация достигается за счет двух факторов, действующих параллельно и дополняющих друг друга: морфемный показатель интенсивности сочетается с ингерентной интенсифицирующей семантикой прилагательного. Морфемные показатели высокой степени признака сочетаются с неординарной степенью признака, заложенной в семантике самого слова, которое автор подбирает с целью усиления степени экспрессивности и максимального воздействия на эмоциональную сферу читателя.

Второй стратум, с функционально-стилистической точки зрения, является более простым по сравнению с предыдущим. К этому тематико-стилистическому пласту относятся части, посвященные Евгению, описанию Петербурга словами юноши, а также «философские» размышления о тяжелой участи бедного молодого чиновника и его радостях жизни.

Следует отметить, что в этом стратуме также категория интенсивности представлена довольно широко, но преобладают деинтенсификаторы, что связано, по всей видимости, с намерением автора показать ничтожность маленького человека пред стихией и перед неумолимым ходом истории, а также вызвать к нему сочувствие читателя:

Но бедный, бедный мой Евгений…

Или: Так он мечтал и грустно было

Ему в ту ночь, и он желал,

Чтоб ветер выл не так уныло

И чтобы дождь в окно стучал

Не так сердито…

Следует отметить, гораздо шире во втором стратуме представлены способы выражения категории интенсивности и негопозитивности. И здесь присутствует, несомненно, желание автора апеллировать к чувствам читателя, вызвать сочувствие к судьбе «безвестного Евгения» и еще раз подчеркнуть его беспомощность и безысходность его положения:

И он, как будто околдован,

Как будто к мрамору прикован,

Сойти не может! Вкруг него

Вода и больше ничего!

Градация, совмещенная с антитезой, основанной на отрицании, усиливает это впечатление:

И так он свой несчастный век

Влачил, ни зверь, ни человек,

Ни то ни се, ни житель света,

Ни призрак мертвый

Частные отрицания усилены здесь повтором частицы «ни» и наличием в тексте лексем, совмещающих семантику отрицания с семантикой деинтенсификации: «несчастный», «мертвый» (неживой).

Воздействие на читателя на его эмоциональную и интеллектуальную сферу – это художественная цель употребления предложений с отрицанием, т. к. каждое такое высказывание несет не только информацию, а также и оценку факта. Часто оценочное значение, отношение автора к описываемому событию или герою, преобладает над информативным значением. Передаче подобных значений способствуют стилистические фигуры, построенные на базе категории отрицания и блестяще используемые А. С. Пушкиным в поэмах: антитеза, усиление, сравнение. Стилистические фигуры реализуют экспрессивные качества высказывания, они помогают автору выразить субъективное отношение к излагаемым фактам.

Еще более действенны в плане воздействия на эмоциональную сферу адресата имплицитные отрицания, которые заставляют читателя самому ответить на вопрос, а следовательно, в некоторой степени пережить рисуемую автором ситуацию, ибо исходит он от самого героя поэмы:

Вот место, где их дом стоит;

Вот ива. Были здесь вороты –

Снесло их, видно. Где же дом? (=дома нет, нет ворот)


Увы! Все гибнет: кров и пища!

Где будет взять? (=негде взять)


Категории интенсивности и негопозитивности в равной мере представлены в обоих стратумах поэмы «Медный всадник», что связано, по всей видимости, с равным вниманием автора, как к проблемам истории, к проблемам личности, так и к проблемам маленького человека, с его переживаниями, потрясениями и личными трагедиями.

Самым распространенным в языке А. С. Пушкина синтаксическим средством выражения интенсивности является повтор (чаще анафора – единоначалие). Повторы интенсивов и интенсификаторов используются А. С. Пушкиным с целью подчеркнуть смысл слов, помогают ритмической организации текста, создают динамизм повествования, помогают передать психологизм происходящего. Состояние высокого эмоционального напряжения главного героя, состояние ожидания и предчувствие беды передается с помощью повтора:

И вот бежит он уж предместьем,

И вот залив и близок дом…

Вот место, где их дом стоит;

Вот ива.

Семантическое содержание высказываний с «чистым повтором» заключает в себе интенсифицированную оценку действий, явлений, предметов, передает эмоциональный подъем, возбуждение, радость, изумление, нервное напряжение, растерянность, раздражение, разочарование, возмущение, гнев.

И, полон сумрачной заботы,

Все ходит, ходит он кругом,

Толкует громко сам с собою…

Повтор в данном примере подчеркивает растерянность бедного Евгения, потерявшего свой дом и свою возлюбленную, его нежелание поверить в произошедшее, лихорадочность его мыслей и действий в данной ситуации.

Описание величия новой столицы, деяний Петра, очевидного читателю, не требовали от автора такого напряженного эмоционального накала, который вызывает несчастье и огромное горе маленького человека. Именно при описании их А.С. Пушкин достигает вершины гениальной комбинации всех возможностей языка, совмещая часто в одном высказывании и экспрессию отрицания факта, ожидаемого читателем, и интенсивность проявления описываемого, создавая на такой основе незабываемые лирические образцы поэтической речи.

Различные способы выражения функционально-семантических категорий интенсивности и негопозитивности, широко представленные в поэме А.С. Пушкина «Медный всадник» – яркий, неиссякаемый источник речевой экспрессии, это тот языковой и стилистический потенциал, который максимально используется великим писателем, позволяя ему создавать на их основе незабываемые художественные образы.


Примечания


  1. Иво Андрич «Литературная газета», № 41, 11 окт. 1967г., стр. 15.

  2. Виноградов В.В. О теории художественной речи. – М., 1971, стр. 28.

  3. Текст в коммуникациях: Сб. науч. тр. / Отв. Ред. Романов А.А., Шахнорович А.М. – М., 1998

  4. Хлопьянов А. В. Опыт лингвопоэтической стратификации поэмы А. С. Пушкина «Медный всадник».//Русский филологический вестник. 1998, №1/2. С.91-101.

  5. Барлас Л. Г. Язык повествовательной прозы Чехова: Проблемы анализа. – Ростов н/Д, 1991.

  6. Виноградов В.В. Стиль «Пиковой дамы». В кн.: «Пушкин. Временник Пушкинской комиссиии». – М. – Л., 1936.

  7. Туранский И. И. Семантическая категория интенсивности в английском языке. М.: Высшая школа, 1990.




Похожие:

Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconМ. А. Грачёв использование арготизмов в художественной литературе
Между тем процесс проникновения арготизмов происходит на наших глазах, и необходимо объективно разобраться в его особенностях. Это...
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconРабочая программа по дисциплине язык художественной литературы ( история изучения языка художесвтенной литературы) для направления
Язык художественной литературы (ИСтория изучения языка художесвтенной литературы)
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconОценка надежности защиты компьютерной информации томашевский А. В
Томашевский А. В., к т н., доцент кафедры микроэлектроники Запорожского национального технического университета
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconЯзыки славянской культуры москва 2004 ббк 81 л 19
Книга предназначена для всех интересующихся философскими и лингвисти­ческими проблемами теории познания, соотношения языка, мышления...
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconВиктор Владимирович Виноградов: мир его мыслей – русский язык
Виноградов, В. В. Из истории изучения русского синтаксиса : (от Ломоносова до Потебни и Фортунатова) / В. В. Виноградов. – М. Изд-во...
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconШешукова Людмила Андреевна От анализа текста к сочинению. Художественная публицистика. Практикум по анализу текста
Рассуждение автора отличается логичностью, убедительностью, доходчивостью, вместе с тем субъективностью взглядов и оценок и образностью...
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconПрограмма вступительных испытаний по «Русскому языку»
Сферы и ситуации речевого общения. Функциональные разновидности языка. Основные особенности разговорной речи, функциональных стилей...
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconМ. М. Бахтин: черты универсализма
М. М. Бахтин: черты универсализма. Материалы, исследования, переводы. К стодесятилетию со дня рождения М. М. Бахтина (Проблемы бахтинологии....
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconПрограммы вступительных испытаний для абитуриентов, поступающих в образовательное учреждение высшего профессионального образования
Сферы и ситуации речевого общения. Функциональные разновидности языка. Основные особенности разговорной речи, функциональных стилей...
Ю. В. Шинкаренко Проблемами языка художественной литературы занимались М. М. Бахтин, В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, А. А. Потебня, А. М. Пешковский, Б. В. Томашевский и другие. И между тем многообразие используемых ими те iconМонография для аспирантов химических специальностей
Бахтин М. М. К методологии гуманитарных наук // Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М., 1986
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница