IV. Роль животных в культуре и религии




Скачать 98.21 Kb.
PDF просмотр
НазваниеIV. Роль животных в культуре и религии
Дата17.03.2013
Размер98.21 Kb.
ТипДокументы
 
 
IV. Роль животных в культуре и религии 
 
1. Домашние животные  
 
Домашние  животные  всегда  играли  важнейшую  роль  в  жизни  греков  
и в частности тех, которые населяли северные берега Черного моря. Обра-
щаясь  к  этой  теме,  исследователи  изучали  в  основном  животноводство, 
доставлявшие населению античных государств Северного Причерноморья 
пищу,  кожу, мех и шерсть для одежды и других необходимых предметов. 
Гораздо  слабее  в  научной  литературе  отражено  значение  домашних  жи-
вотных  в повседневной жизни, культуре и религии, а обобщающие работы 
по  этой  тематике,  касающиеся  Северного  Причерноморья,  вообще  отсут-
ствуют. Наиболее информативными для рассматриваемой темы оказываю-
тся сейчас памятники изобразительного искусства. Для их интерпретации 
в  ряде  случаев  будут  привлечены  сообщения  древних  авторов,  писавших  
о других греческих государствах.  
Греческие  художники  не  случайно  чаще  прочих  домашних  животных 
изображали лошадей и собак. Они служили эллинам  не только для утили-
тарных  надобностей,  но  чаще  прочих  животных  были  любимцами  своих 
хозяев. Вот как об этом в VI в. до н. э. писал Феогнид (ст. 1255–1256): 
 
Полно и радостно тот не живет, кто душой не способен   
Мальчиков юных любить, резвых коней и собак.   
Перевод В.В. Вересаева   
 
Упоминания  о  выдающихся  лошадях  с  глубокой  древности  вошли  
в греческий фольклор, а в литературе появились уже на заре ее существо-
вания.  Гомер назвал по именам замечательных коней Ахилла, Агамемнона 
и Менелая; их запоминали все греки, обязательно заучивая в школе боль-
шие куски из  «Илиады». Писатели чаще всего прославляли лошадей, слу-
живших верными спутниками и помощниками в военных походах, напри-
мер Букефала, коня Александра Македонского (Plut. Alex. 6, 44; Plin. NH. 
VIII, 64, 154), а также победителей в различных конных соревнованиях. Из 
стихов  Пиндара  и  Вакхилида    известно  о  прекрасном  скакуне  Ференике 
(Победоносце), принадлежавшему сиракузскому тирану Гиерону. В первой 
четверти V в. до н. э. этот конь приходил первым на Олимпийских (Pind. 
Ol.1)  и  Пифийских  играх  (Bach.  Ol.  V,  42;  Fr.  20  c).  На  покупку  хороших 
лошадей в античности тратились немалые суммы (Plin. NH VIII, 64, 156).  
 
103 

Скржинская М.В. Культурные традиции Эллады  ____________________________ 
Античные  авторы  передавали  легенды  о  привязанности  лошадей  
к своим хозяевам; в одной из них рассказывалось, как конь царя Никомеда 
после его смерти отказался от пищи и умер.  Любовь хозяев также бывала 
очень  сильной,  они  постоянно  заботились  о  своих  любимцах  при  жизни, 
оплакивали их смерть, устраивая им пышные похороны, и ставили памят-
ники    со  стихотворными  эпитафиями  на  их  могилах  (Plin.  NH  VIII,  64,  
155,  156).  Одна  из  таких  эпитафий,  сочиненная  поэтессой  Анитой  в  III  в. 
до н. э., сохранилась в антологии античных эпиграмм (АР. VII, 2002).  
 
Памятник этот поставил Дамид своему боевому  
Павшему в битве коню. В грудь его ранил Арей;  
Темной струей потекла его кровь по могучему телу  
И оросила собой землю на месте борьбы.  
Перевод Л. Блуменау   
 
Любимые собаки, особенно охотничьи,  а иногда даже боевые петухи 
также  удостаивались  надгробных  памятников  (Ael.  Var.  Hist.  VIII,  4).  
В  упомянутую  антологию  включена    эпиграмма  Симонида,  знаменитого 
поэта  эпохи  поздней  архаики  (AP.  II,  6);  в  стихотворении  перечислены  
места, где собака Ликада охотилась со своим хозяином. 
 
Думаю я, и по смерти твоей, и в могиле, Ликада,   
Белые кости твои все еще зверя страшат.   
Памятна доблесть твоя Пелиону высокому, Оссе   
И Киферонским холмам, пастбищам тихих овец.  
Перевод Л. Блуменау 
 
На  импортных  и  местных  произведениях  прикладного  искусства  
и надгробных стелах из Северного Причерноморья имеется множество ко-
ней. В архаический и классический период их больше всего на расписных 
вазах, а позже – на каменных стелах. Эти животные участвуют в сценах из 
реальной  жизни  и  в  иллюстрациях  мифов  о  богах  и  героях.  Один  конь 
встречается не часто (№ 6, 10, 13, 26), обычно он вместе с человеком, и его 
присутствие зачастую подчеркивает высокий статус изображенных людей.  
 У  греков  конный  памятник  был  высочайшей  наградой  за  военные  
и гражданские доблести. По уцелевшим надписям известно, что в послед-
ней четверти IV в. до н. э. такой чести удостоился ольвиополит, освободи-
вший от пиратов священный остров Левку (IOSPE I2. № 325), и его млад-
ший современник Агасикл,  успешно исполнявший в Херсонесе различные 
государственные  должности  и  поручения  (IOSPE  I2.  №  418),  а  во  
II в. до н. э. ольвиополиты  почтили конным памятником Никерта, доблес-
104  

______________________________________  Роль животных в культуре и религии 
тно  погибшего  в  схватке  с  варварами  (IOSPE  I2.  №  34).  Эти  бронзовые  
скульптуры  не  сохранились,  но  от  первых  двух  уцелели  постаменты  со 
следами ног лошади1. О монументальных изображениях всадников и коле-
сниц,  запряженных  лошадями,  можно  получить  представление  по  извест-
няковой  стеле  IV  в.  до  н.  э.  из  Нимфея  (№  32),  относящейся  к  наиболее 
ранним работам местных мастеров, изображавших лошадей; там всадник и 
богиня в повозке – мифологические персонажи. Начиная с эпохи позднего 
эллинизма (КБН. № 267) и особенно часто в римское время, местные ску-
льпторы  помещали  изображения  всадников  на  надгробных  стелах  (КБН. 
Альбом,  2004);  иногда  такой  всадник  представлен  на  постаменте  в  виде 
конного памятника (КБН. Альбом, 2004. № 383). 
Изображения коней сопровождали колонистов с первых лет их жизни 
на новой родине. Фрагмент хиосского кубка из раскопок Березани относи-
тся к древнейшим образцам расписной керамики из Северного Причерно-
морья; во второй половине VII в. до н. э. вазописец нарисовал на нем всад-
ника с копьем, сражающегося с пешим воином (№ 1). С тех пор кони в ка-
честве участников боевых сцен из эпических поэм, мифов, а так же из реа-
льной  жизни    постоянно  появляются  на  расписной  керамике  в  античных 
городах  Северного  Причерноморья.  Кроме  того  боги  нередко  изобража-
лись  едущими  на  колесницах,  запряженных  конями  (№  18,  20,  23,  27).  
Вазы  с  такими  сюжетами  привозили  сначала  из  Восточного  Средиземно-
морья,  а  затем  из  Афин.  В  сценах  реальной  жизни  конь  сопутствовал  
исключительно  мужчинам,  а  в  мифологических  сюжетах  встречались  
и женщины: богини, правящие колесницами (№ 18, 23, 32, 33) и отважные 
всадницы-  амазонки  (№  7,  22,  31,  36-38;  рис.  42).  Наряду  с  вазописцами  
к этим образам обращались ювелиры и резчики штемпелей местных монет. 
К выразительным примерам такого рода относятся найденные в Феодосии 
и  в  Херсонесе  золотые  серьги  «роскошного  стиля»  с  фигуркой  Ники, 
управляющей  квадригой  (№  33,  34),  и  херсонесские  монеты  с  верховной 
богиней города Девой на колеснице (№ 39). 
Греки Северного Причерноморья, как и другие эллины, видели в воен-
ных  сценах  с  участием  боевых  колесниц,  запряженных  парой  (бига)  или 
четверкой коней (квадрига), иллюстрации мифов или эпических сказаний 
(№  3,  8,  20,  21).  Ведь  даже  в  самый  ранний  период  заселения  берегов  
Понта греки уже отказались от использования колесниц на войне. В реаль-
ной жизни колесницы включали в торжественные шествия и состязания на 
больших  праздниках,  а  во  время  свадьбы  в  состоятельных  семьях  жених  
                                                 
1  Трейстер  М.Ю.  Материалы  к  корпусу  постаментов  бронзовых  статуй  Северного 
Причерноморья // Херсонесский сборник. Вып. 10. Севастополь, 1999. С. 131. № 1; С. 139. 
№ 22. 
 
105 

Скржинская М.В. Культурные традиции Эллады  ____________________________ 
и  невеста  ехали  в  открытой  повозке,  запряженной  конями.  Роспись  фраг-
мента кальпиды из Горгиппии представляет одно из лучших изображений 
свадебного кортежа, там молодой человек ведет под уздцы лошадей, везу-
щих новобрачных (№ 30).  Великолепный  образец праздничного шествия 
с участием всадников и колесниц сохранился на фрагменте фриза клазоме-
нского кратера, найденного на  Березани (№ 2; рис. 1); там же обнаружен 
осколок  чернофигурного  оноса  с  динамичным  рисунком  состязающихся 
колесниц    (№  12):  возница  мчащейся  биги  обернулся,  чтобы  оценить  на-
сколько он оторвался от соперника (рис. 52).  
Иногда художники, чтобы показать, что сюжет связан с конными сос-
тязаниями,  изображали  мету  –  столб,  стоявший  в  конце  овальной  арены 
стадиона.  Мету следовало  объехать с ее внешней стороны, и колесничие, 
стремясь  выиграть  время,  держались  как  можно  ближе  к  этому  столбу.  
Поэтому они часто там разбивались, а порой и погибали. Это выразитель-
но  описано  в  трагедии  Софокла  «Электра»  (ст.  709–722).  Драматург  
подробно рассказал, как Орест несколько раз удачно огибал мету, но затем 
задел  ее  колесом;  он  упал,  запутавшись  в  поводьях,  а  кони  продолжали  
гонку  и  тащили  его  по  земле,    когда  же  они  остановились,  герой  умер,  
истекая кровью.  
Мета перед бегущей колесницей изображена на чернофигурной амфоре 
из Ольвии (№ 40), а конь без всадника, бегущий к мете, вырезан на яшмо-
вой  гемме  из  Пантикапея  (№  26).  Резчик  иллюстрировал  рассказы  о  том, 
как  некоторые  кони  на  ипподроме  после  падения  всадника  продолжали 
бежать к финишу и даже выигрывали забеги.   
Глядя  на  подобные  изображения  греки  Северного  Причерноморья 
вспоминали местные конные состязания и соревнования, которые они ви-
дели в других городах, например на Панафинеях.2 Конные состязания бы-
ли  разнообразными,  на  них  выступали  всадники,  возничие  на  бигах  
и  квадригах,  а  иногда  апобаты.  Последние  прыгали  с  движущейся  колес-
ницы, бежали рядом с ней и снова на нее вскакивали. На двух вазах из Бо-
рисфена  и  Ольвии  (рис.  53)  нарисованы  бегущие  апобаты  (№  2,  25),  
а  на  серьгах  из  Феодосии  Геракл  готовится  спрыгнуть  с  колесницы  
(№  33)3.  О  местных  конных  агонах,  которые  ольвиополиты  устраивали  
на  Ахилловом  Дроме,  известно  из  декрета  Никерата  (IOSPE  I2.  №  34).  
Наши знания об этом можно дополнить анализом росписи трех найденных 
в Ольвии амфор раннеэллинистического времени.  
                                                 
2  Скржинская М.В. Ольвиополиты и боспоряне в Афинах.// ВДИ. 2002 № 2. С. 135. 
3  Интерпретацию изображения на серьгах см. Скржинская М.В. Изображение апоба-
та на серьгах из феодосийского некрополя и сюжеты с апобатами на вазах из Северного 
Причерноморья // Боспорский феномен. СПб., 2002. С. 131-132. 
106  

______________________________________  Роль животных в культуре и религии 
Призовые  панафинейские  амфоры  во  множестве  производились  в  VI–
IV  вв.  до  н.  э.,  а  затем  их    стали  вытеснять  другие  виды  наград4.  Редкая 
призовая амфора III в. до н. э. с изображением возницы на колеснице была 
положена в одно погребение как напоминание о победе усопшего ольвио-
полита на Панафинеях (№ 42). Две другие близкие по времени изготовле-
ния  также  редко  встречающиеся    чернофигурные  вазы,  скорее  всего  слу-
жили местными призами на конных состязаниях и, наверное, были специа-
льно для этого заказаны в Афинах (№ 40, 41). Там наградные панафинейс-
кие амфоры традиционно расписывали в чернофигурном стиле около двух 
столетий  после  того,  как  он  окончательно  вышел  из  моды  к  середине  
V в. до н. э.5  Упомянутые эллинистические амфоры из Ольвии украшены 
рисунками колесниц и всадников, а также лавровыми гирляндами, симво-
лизирующими победу (рис. 54). Содержание и стиль этих росписей указы-
вает на сходную роль с панафинейскими призами. В Северном Причерно-
морье известны и другие случаи заказа в афинских мастерских расписной 
керамики с определенными сюжетами, например, рыбные блюда с изобра-
жением похищения Европы, которые найдены только на Боспоре6, или ва-
зы так называемого керченского стиля.  
Известно,  что  наряду  с  конями    в  скачках  участвовали  мулы  (помесь 
лошади  и  осла).  Пятая  и  шестая  Олимпийские  оды  Пиндара  посвящены 
победителям  таких  состязаний.  Судя  по  костным  остаткам,  в  Северном 
Причерноморье  ослов  удалось  акклиматизировать  лишь  к  эллинистичес-
кому времени7, а до того эти попытки оказывались безуспешными, о чем 
упоминали Геродот (IV, 28) и Аристотель (Hist. Anim. VIII, 25, 28). Греки 
редко занимались разведением мулов на северных берегах Понта8, и здесь 
их  больше  знали  по  изобразительному  искусству.  Ведь  Диониса,  а  чаще 
его  спутников  изображали  едущими  на  мулах  (№  43-48);  иногда  мулы 
встречались среди животных, фигурами которых украшали мебель (№ 49).  
Изображения  собак,  как  и  лошадей,  появляются  в  Северном  Причер-
номорье  на  самых  ранних  образцах  расписной  керамики    (№  50-56).  Там 
нарисованы  крупные  псы,  помогавшие  пасти  стада  и  охотиться  на  дичь. 
Вазописцы VII–VI вв. до н. э., как правило, рисовали собак, преследующих 
диких животных, не изображая охотников (рис. 55). Среди редких исклю-
                                                 
4  Boardman J.  Athenian Black- Figure Vases. London, 1985. P.167-170. 
5  Boardman J. Op. cit. P. 167-170. 
6  Циммерман К. Фрагменты аттических рыбных блюд в Эрмитаже // Из истории Се-
верного Причерноморья в античную эпоху. Л. 1979. С 91-92. 
7  Цалкин В.И.  Домашние и дикие животные Северного Причерноморья в эпоху ран-
него железа. М., 1960. С. 49-50. 
8  Там же. С. 51. 
 
107 

Скржинская М.В. Культурные традиции Эллады  ____________________________ 
чений  назовем  фриз  знаменитой  вазы  Франсуа,  расписанной  Клитием  
около 570 г. до н. э. В сцене Калидонской охоты он изобразил героев и их 
собак и показал, как некоторые собаки погибали в схватке со зверем9. Но 
такие примеры отсутствуют среди ваз архаического времени из Северного 
Причерноморья.  
В  VII–VI  вв.  до  н.  э.  фигуры  собак,  преследующих  диких  животных, 
чаще всего горных козлов (№ 51, 56; рис. 55), вызывали у греков ассоциа-
ции  не  столько  с  реальной  охотой,  сколько  с  представлением  о  смерти  и 
культе хтонических богов, в котором собака играла заметную роль. Неда-
ром  вазы  с  подобными  рисунками  помещали  в  погребения10.  Кроме  того 
псы  воспринимались  посредниками  между  мирами  живых  и  мертвых  
и олицетворяли связь человеческой культуры и дикой природы 11.  
С  конца    эпохи  архаики  в  античное  искусство  все  больше  проникают 
жизненные  реалии  и  сюжеты  из  повседневного  быта.  Собаки  утрачивают 
свою прежнюю космогоническую роль и выступают верными спутниками 
и помощниками человека. Например, на пантикапейской надгробной стеле 
II–I вв. до н. э. собака сопровождает всадника (№ 85), а пес рядом с Пари-
сом на пелике из Пантикапея (№ 68), напоминает о том, что юный герой 
был  пастухом,  ведь  пастушьи  псы  помогали  пасти  стада.    Известно,  что 
греки иногда использовали собак в схватках с врагами (Plin. NH VIII, 61).  
Иллюстрация  этого  имеется  на  одной  чернофигурной  чаше  из  раскопок 
Березани; там собаки нарисованы рядом с гоплитами (№ 59; рис. 56). Кро-
ме того собак обычно включали в изображения охоты. 
Эллины рассматривали охоту как захватывающее увлечение и считали 
ее важным занятием для подготовки мужчины к его деятельности воина 12; 
об этом писали Платон в «Законах» (VII, 823 c), Ксенофонт в «Киропедии» 
(I, 2, 10) и Аристотель в «Политике» (I, 3, 8; 1256 b). Охоту приравнивали 
также к гимнастическим упражнениям, потому что в обоих случаях требо-
валось проявлять ловкость и смекалку 13. Охота как промысел для добычи 
пищи  и  шкур  животных  никогда  не  играла  у  греков  заметной  роли.  Это 
подтверждается незначительным  процентом костей диких животных сре-
ди  остеологических  остатков,  найденных  при  раскопках  античных  госу-
                                                 
9  Simon E., Hirmer M. Die griechichen Vasen. München, 1981. S. 72. № 53, 54. 
10  Stäler K. Tierbilder // Griechiche Vasen aus Vestfälichen Sammlungen. Münster, 1984. 
S. 232. 
11  Молева Н.В. Статус собаки в сакральном мировоззрении древних греков // Из Ис-
тории античного общества. Нижний Новгород, 2001. С. 182-185. 
12  Barringer J. The Hunt in Ancient Greece. Baltimore, 2001. 
13  Sansone D. Greek Athletics and the Genesis of Sport. Berkley, 1918. P. 107-115. 
108  

______________________________________  Роль животных в культуре и религии 
дарств Северного Причерноморья 14. Здесь греки  охотились на зайцев, ка-
банов, оленей и некоторых других животных, изображения которых встре-
чаются  в основном на привозных памятниках искусства.  
Охотой занимались в основном достаточно состоятельные люди, пото-
му что они располагали досугом и возможностью держать охотничьих со-
бак, которые тогда были необходимой принадлежностью охотника. Неда-
ром  греческие  существительное  κυνηγός  (охотник)  и  глагол  κυνηγετέω 
(охотиться) образованы от слова собака – κύων. И  не случайно две собаки 
участвуют в самой развернутой сцене охоты из сохранившихся на памят-
никах искусства из Северного Причерноморья (№ 29).  
Афинский мастер Ксенофант, возможно по заказу боспорянина, сделал 
в 80-е годы IV в. до н. э. дорогой лекиф с рельефными фигурами, которые 
были    раскрашены  и  в  некоторых  местах  позолочены.  Многофигурная 
композиция представляет  охоту на лань, кабана и двух грифонов (рис. 40). 
По- видимому, это иллюстрация к утраченному литературному произведе-
нию о сказочной охоте на мифических зверей, в которой приняли участие 
восточные и греческие герои (об их национальной принадлежности свиде-
тельствуют написанные на вазе имена)15. Однако, образцом для  художни-
ка служила реальная охота: в центре картины Абраком, стоя на колеснице 
со скачущей парой коней поражает кабана копьем, и всадник Дарий убива-
ет лань; слева охотник удерживает на поводке рвущуюся к добыче собаку, 
а справа собака вспрыгнула на спину кабана и вгрызается ему в шею. Ан-
тичные авторы писали, что именно так с колесниц или верхом  на лошадях 
охотились персы (Xen. Anab. I, 2, 7). Изготавливая лекиф меньших разме-
ров,    Ксенофант    взял  три  формы  из  фигур,  использованных  на  большом 
лекифе, и среди них охотника с собакой.  Эта ваза также была отправлена в 
Пантикапей, и ее декор без фантастических существ мог рассматриваться 
как изображение реальной охоты. 
Сюжет  охоты  собаки  на  зайца  известен  в  Северном  Причерноморье  
с VI в. до н. э. (№ 58); он встречается на расписных вазах (№ 62, 64), мега-
рских  чашках  (№  77,  83)    и  терракотовых  статуэтках  (№  86).  Возможно  
в  этих  сценах  заложен  также  символический  смысл:  заяц  воплощает  зем-
ную жизнь человека, а собака его смерть16. В то же время охотничьи сю-
жеты  были близки жителям Северного Причерноморья и вызывали ассо-
циации как с реальной охотой, так и с ее литературными описаниями. Они 
                                                 
14  Цалкин В.И. Домашние и дикие животные Северного Причерноморья в античную 
эпоху // МИА. № 53. 1960. С. 7-109; Журавльов О.П. Кісткові рештки ссавців в Ольвії та 
на Березані // Археологія 1982. № 42. С. 80-85. 
15  Скржинская М.В. Афинский мастер Ксенофант // ВДИ. 1999. № 3. С. 121-130. 
16  Молева Н.А. Указ. соч. С. 188. 
 
109 

Скржинская М.В. Культурные традиции Эллады  ____________________________ 
могли  напомнить,  например,  стихи  из  «Илиады»,  знакомой  со  школьных 
лет каждому эллину. Там Гомер, рассказывая, как Одиссей и Диомед пус-
тились в погоню за троянцем Долоном, сравнил их с острозубыми псами, 
упорно преследующими серну или зайца (Il. X, 359-364).  
Собаки  нередко  сопровождали  изображения  Артемиды  в  образе  боги-
ни-охотницы.  На  фрагменте  мраморного  рельефа  эллинистического  вре-
мени из Херсонеса сохранилась собака, преследующая лань, и бегущая за 
ней Артемида (№ 82). Иногда собака даже служила символом этой богини, 
например, на рубеже нашей эры  на лицевой стороне одного выпуска пан-
тикапейских  монет  чеканили  голову  Артемиды,  а  на  обратной  собаку 
(№ 87).  В  греческой  мифологии  собака  также  появлялась  около  Гермеса; 
как божество перекрестков его сопровождали бездомные собаки, а Гермеса 
Психопомпа,  ведущего  души  умерших  в  подземное  царство,  встречал 
охранявший  вход Кербер. В роли спутника Гермеса собака изображена на 
чернофигурной пелике из Пантикапея (№ 57). Во II–I вв. до н. э. в Ольвии 
фигурные  сосуды  в  виде  собаки  служили  для  ритуальных  целей  в  честь 
Артемиды, Гермеса и других богов (№ 80, 81).  
Определенное, но теперь не совсем ясное значение имели изображения 
собак на перстнях из Ольвии (№ 66), Пантикапея и Нимфея (№ 73, 76). Их 
владельцы  могли  видеть  в  фигурах  этих  собак  символ  Артемиды  или  
Гермеса,  также,  может  быть,  нечто  связанное  с  хтоническими  культами, 
либо  олицетворение  своего  увлечения  охотой,  а  возможно  все  вместе  
взятое. С V в. до н. э. художники начинают изображать не только крупных, 
но и мелких комнатных собак, которых держали не для практических це-
лей, а для удовольствия. Они либо просто  присутствуют при хозяевах, ли-
бо играют с ними. На крышке леканы из Пантикапея вазописец нарисовал 
собаку вместе с другим домашними любимцами гусем и птицей в клетке, 
находящимися в гинекее во время приготовления невесты к свадьбе (№ 67; 
рис 25). В Северном Причерноморье найдено немало ваз, резных инталий 
и терракот с изображениями детей и молодых людей вместе с домашними 
любимцами – собачками, петухами и гусями (№  63, 69, 70, 72, 74, 75, 78, 
79, 84, 168-173).  
Петух,  особенно  в  архаической  вазописи,  занимал  выдающееся  место 
среди  домашних  животных.  Греки  ценили  петухов  за  их  неукротимый 
бойцовский дух. Они обожали петушиные бои,  выращивали и воспитыва-
ли боевых птиц, и хозяева ими очень гордились. Вероятно поэтому петух 
считался  хорошим  подарком  возлюбленному.  Афиняне  устраивали  пету-
шиные бои даже в театре, видя в них важное воспитательное значение, по-
тому что сражение петухов считалось наглядным выражением стремления 
к победе, не щадя своей жизни (Ael. Var. Hist. II, 28).  
110  

______________________________________  Роль животных в культуре и религии 
На  протяжении  всего  VI  в.  до  н.  э.  греческие    вазописцы  постоянно  
рисовали  петухов  17.  Это  отразилось  и  в  находках  расписной  керамики  
в Северном Причерноморье, куда сосуды с петухами привозили из Клазо-
мен  (№  139,  142,  151),  Хиоса  (№  143,  150)  и  особенно  много  из  Афин  
(№ 140, 144-149, 152, 153). В отличие от петухов, имевших символическое 
значение  храбрости  и  мужества,  кур  рисовали  редко  (№  146).  Наверное,  
в  городах  на  северных  берегах  Понта,  как  и  в  метрополии,  устраивались 
петушиные  бои,  и  петух  в  изобразительном  искусстве  вызывал  те  же  
ассоциации,  какие  были  у  других  эллинов.  Недаром  один  из  боспорских 
поклонников  петушиных  боев  имел  печать  со  сражающимися  петухами  
(№ 165). 
Символическое значение петуха как бойца, всеми силами стремящего-
ся к победе, вкладывалось в росписи призовых панафинейских амфор VI–
V  вв.  до  н.  э.;  там  петухи  стоят  на  высоких  колоннах  по  бокам  фигуры 
Афины,  которой  посвящались  панафинейские  агоны  (рис.  57).  Несколько 
таких амфор найдено на Боспоре (№ 154, 160, 161). Одни из них принад-
лежали боспорянам, завоевавшим победу в Афинах, другие были приобре-
тены  у  победителей,  получавших  по  несколько  десятков  таких  призов  18. 
Сцены с боевыми петухами, которые готовятся к схватке или уже дерутся, 
встречаются не только на вазах, но также на геммах и гравированных кос-
тяных  пластинах  из  раскопок  Ольвии  и  боспорских  городов  (№  142,  165, 
166), а о наличии там петухов свидетельствуют находки их костей 19.   
Определенным символическим смыслом обладали бляшки в виде пету-
хов, нашивавшиеся на ткань одежды или покрывала (№ 163), и многочис-
ленные  терракоты  в  виде  фигурок  петухов  (№  155-159,  167).  Среди  них 
были и местные; например, во второй половине V  – начале IV в.  до н. э. 
херсонесские коропласты изготовляли терракотовые рельефы с изображе-
нием петуха, о чем свидетельствует форма для их производства 20 . Терра-
коты могли служить приношениями  божеству, а иногда заменяли живую 
жертву.  Чаще  всего  петухов  жертвовали  божественному  врачу  Асклепию  
в благодарность  за выздоровление. По словам Платона (Phaed.  118), Сок-
рат  перед  кончиной  просил  не  забыть  пожертвовать  за  него  петуха  
Асклепию, считая, что после смерти его душа выздоровеет и освободится 
от земных невзгод. 
                                                 
17  Stäler K. Op. cit. S. 243. 
18  Скржинская  М.В.  Сведения  греков  Северного  Причерноморья  о  Панафинейских 
празднествах  VI–IV  вв.  до  н.  э.//  Записки  Історико-філологічного  товариства  Андрія  
Білецького.Київ, 1998. Вип. 2 С.100-101. 
19  Воїнственський М.А. Орнітофауна Ольвії // АП УССР. 1958. Т. 7. С. 156-158. 
20  Шевченко А.В. Культовые терракоты раннего Херсонеса // ВДИ. 1998. № 3. С. 66. 
 
111 

Скржинская М.В. Культурные традиции Эллады  ____________________________ 
На одной терракоте из Ольвии жертвенный петух представлен со свя-
занными ногами (№  162). Подобные изображения, вылепленные из глины 
или из теста, приносили бедняки, не имевшие средств приобрести живот-
ное  для  жертвоприношения,  о чем  упоминают  Геродот  (II,  47)  и  Плутарх 
(Luc.10). Выразительный пример такого рода – найденная в Ольвии терра-
котовая фигурка жертвенной овцы со связанными ногами, как и у упомя-
нутого петуха (№ 124). 
Все  известные  по  надписям  и  изображениям  жертвенные  животные  
в античных городах Северного Причерноморья были домашними; это бы-
ки, овцы, бараны, козлы, свиньи и петухи. Исключение, возможно, состав-
ляет лишь боров с гривой на голове, изображенный около алтаря на релье-
фе эллинистического времени из Ольвии 21. Возможно, здесь воспроизве-
ден сюжет мифа, в котором говорилось о диком кабане и принесении его  
в жертву какому-то богу, а может быть, в древности была порода домаш-
них свиней с гривой.  
Для  принесения  жертвы  выбирали  животных  всегда  здоровых,  без  
телесных недостатков и отвечавших требованиям установленного ритуала, 
например, брали животных определенной окраски и пола. Поэтому их час-
то  выращивали  специально  для  этих  целей.  Например,  Плутарх  (Luc.  10) 
рассказал о том, что в Кизике откармливали черную корову для жертвы на 
празднике  в  честь  Персефоны.  В  ольвийской  надписи  III  в.  до  н.  э.  
сохранилась  запись  об  установлении  цен  на  таких  животных:  бык  стоил 
1200,  а  овца  и  коза  по  300  медных  местных  монет  (IOSPE  I2  .  76).  Быки 
служили для самых дорогих и торжественных жертвоприношений, и, веро-
ятно,  поэтому  именно  их  художники  изображали  чаще  прочих  животных  
в сценах жертвоприношений. Такие жертвы совершались в Северном При-
черноморье с самого начала его заселения греками. Одно из ярких свиде-
тельств  об  этом  –  граффито  VI  в.  до  н.  э.  из  Борисфена  с  сообщением  
о жертве Аполлону семидесяти быков 22. Безусловно, речь шла о государ-
ственном  празднике,  в  котором  принимали  участие  множество  граждан, 
возможно не только  борисфениты, но и их соседи из ближайших гречес-
ких  поселений.  Мясо  жертвенных  животных  либо  распределялось  среди 
жрецов  и  устроителей    празднества,  либо  шло  для  общественного  пира. 
Граффити  на  чернолаковых  киликах  последней  четверти  VI  –  начала  
                                                 
21  Русяева  А.С.  Земледельческие  культы  Ольвии  догетского  периода.  Киев,  1979. 
С. 43. Рис. 23. 
22  Русяева  А.С.  Милет  —  Дидимы  —  Борисфен  —  Ольвия.  Проблемы  колонизации 
Нижнего Побужья // ВДИ. 1986. № 2. С. 26. 
112  

______________________________________  Роль животных в культуре и религии 
V  вв.  до  н.  э.,  по  мнению  Ю.Г.  Виноградова,  указывают  на  проведение  
в Ольвии общественных угощений 23.   
Перед  жертвоприношением  быков  и  других  животных  украшали  
лентами,  нарядными  повязками,  цветочными    венками  и  гирляндами  
и в таком виде вели к алтарю (рис. 15). Эти украшения  видны на росписях 
ваз  (№  92,  96),  на  ювелирных  изделиях  (№  97),  херсонесских  монетах  
(№ 98) и ольвийских свинцовых букраниях (рис. 17), служивших для куль-
товых целей (№ 106). В особо торжественных случаях жертвенным живот-
ным золотили рога (Hom. Od. III, 384), и об этом обычае в Северном При-
черноморье  свидетельствует  ольвийская  лепная  посвятительная  статуэтка 
быка с остатками позолоты на рогах (№ 109). 
Быков  жертвовали  разным  богам  и  даже  нимфам  (№  92),  но  особую 
культовую  связь  эти  животные  имели  с  Дионисом,  которого  иногда  даже 
представляли  в  виде  быка  (Eur.  Bach.  920-922).  Недаром  на  трех  золотых 
подвесках  из  Пантикапея  голова  быка  увенчана  плющом,  священным  
растением  Диониса  (№  97).  Часто  сцены  жертвоприношения  затрудните-
льно  связать  с  определенным  божеством.  Таковы,  к  примеру,  ольвийские  
свинцовые рельефы с изображением человека, подводящего быка к алтарю 
(рис.  3)  или  терракотовая  статуэтка  мужчины,  ведущего  огромного  быка 
(№ 102, 104). Возможно, такие предметы служили вотивными приношени-
ями тому божеству, которое выбирал сам покупатель.  
Мелкий  рогатый  скот  у  греков  широко  использовался  в  качестве  
жертвоприношений.  Колонисты  на  северных  берегах  Понта  продолжали 
эту традицию. Древнейшее свидетельство об этом записано в письме жре-
ца  середины  VI  в.  до  н.  э.;  там  речь  идет  о  доставке    барана  и  меда  для 
жертвоприношения в святилище, находившемся в окрестностях Ольвии 24. 
Показательно, что среди свинцовых рельефных букраниев, изготовлявши-
хся ольвиополитами с сакральными целями, наряду с быками есть головы 
баранов (№ 127; рис. 17). На краснофигурном кратере из Никония нарисо-
ван  козел,  которому  жрица  надевает  венок  перед  жертвоприношением  
Дионису (№ 132), а на алтаре, изображенном на ольвийской стеле ситонов, 
представлено жертвоприношение барана (№ 123).  
Быки  и  бараны  часто  включались  в  ювелирные  украшения,  и  в  такие 
изображения  вкладывался  либо  символический,  либо  сакральный  смысл,  
о котором сейчас имеется множество порой противоречивых догадок. По-
видимому,  таких  смыслов  существовало  несколько,  и  каждый  обладатель 
украшения  видел  в  нем  какое-то  характерное  для  определенного  
                                                 
23  Виноградов Ю. Г. Политическая история Ольвийского полиса. М., 1989. С. 62. 
24  Там же. С. 65. 
 
113 

Скржинская М.В. Культурные традиции Эллады  ____________________________ 
случая содержание. Таковы находившиеся во втором Семибратнем кургане 
золотые  нашивные  бляшки  в  виде  голов  быков  и  баранов  (№  91,  117), 
подвески из Ольвии (№ 88, 122), браслеты и золотое ожерелье из Нимфея 
(№  119,  120).  В  архаический  период  изображения  голов  баранов  имели 
значение амулетов- оберегов, их носили отдельно (№ 112), а также вклю-
чали в  декор серег и ожерелий (№ 111, 115).  Вероятно, не только декора-
тивную функцию исполняли ритоны с  рельефными изображениями голов 
быков  и  баранов,  неоднократно  встречавшиеся  при  раскопках  Боспора  
(№ 107, 116, 118).  
В мифы о богах и героях эллины включали приметы своей повседнев-
ной жизни, и поэтому в устных рассказах, а также в их литературных запи-
сях  и  иллюстрациях  к  ним  встречаются  домашние  животные.  Ведущее  
место среди них занимают кони. Они постоянно присутствуют в сценах из 
эпических поэм, где, как уже говорилось, появляются боевые колесницы и 
всадники с оружием; на конях часто изображали амазонок (№ 7, 22, 31, 36-
38).  Собаки встречаются в иллюстрациях охоты Артемиды (№ 82), а баран 
в сцене бегства Одиссея из пещеры Полифема (№ 113, 114). Дионис и его 
спутники изображаются едущими на мулах (№  43- 48), менады и Афроди-
та Пандемос – на козле (№ 130, 134).  
Бодающий бык, которого неоднократно чеканили на монетах Херсоне-
са, скорее всего символизирует один из подвигов Геракла, особо любимого 
херсонеситами  героя,  одолевшего  чудовищного  Критского  быка  (№  110). 
В таком случае перед нами дикое, а не домашнее животное. Однако худо-
жники  в своих произведениях их не различали, а натурой им служили до-
машние  животные.  Да  и  в  мифах  не  всегда  понятно  такое  различие.  
Например,  не  ясно,  в  какого  быка  превратился  Зевс,  очаровав  Европу  
(№ 100; рис. 58). Европа, едущая на быке неоднократно встречается на ри-
сунках  аттических  ваз  и  рыбных  блюд  из  Ольвии  и  городов  Боспора  
(№ 89, 93-95).  
Упомянутые  изображения  баранов  на  ювелирных  изделиях  также  
невозможно  точно  отнести  к  диким  или  домашним  животным.  Более  
определенно  можно  сказать,  что  на  окончаниях  ручек  зеркал  с  головами 
баранов  подразумевались  дикие,  так  как  остальные  животные  (пантера  
и  олень)  в  этой  серии  архаических  зеркал  из  Ольвии  и  Березани  принад-
лежали к дикой фауне25.   
Итак,  на  памятниках  изобразительного  искусства  из  античных  госу-
дарств Северного Причерноморья представлены все домашние животные, 
                                                 
25  Скржинская М.В. Зеркала архаического периода из Ольвии и Березани // Античная 
культура Северного Причерноморья. Киев, 1984. С. 116-118. 
114  

______________________________________  Роль животных в культуре и религии 
известные в греческом мире. Всех их, за исключением кажется только му-
лов, разводили местные жители, так что  рассмотренные изображения вы-
зывали ассоциации с окружающей реальностью. Перечисленные памятни-
ки  монументального  и  прикладного  искусства  дают  возможность  узнать  
о  роли  домашних  животных  в  ежедневной,  праздничной  и  религиозной 
жизни греков, населявших северные берега Понта. 
Ведущую роль среди этих животных занимали кони, верные спутники 
мужчин в мирное и военное время. Только  они становились участниками 
праздничных  шествий  и  наиболее  престижных  состязаний,  остальным  же 
домашним животным в этой ситуации отводилась лишь роль жертв богам.  
Домашние животные часто сопровождали досуг эллинов. В доме дер-
жали комнатных собак и птиц, эти домашние любимцы развлекали членов 
семьи,  особенно  женщин  и  детей.  Состоятельные  мужчины  могли  занять 
свой досуг охотой с собаками, а азарт при созерцании петушиных боев был 
доступен всем.  
Греки  не  представляли  существование  своих  богов  и  героев  без  при-
вычных  им  домашних  животных.  Поэтому  из  Северного  Причерноморья 
происходит  множество  изображений  богов  и  героев,  едущих  на  колесни-
цах,  запряженных  конями;  мы  видим  также  легендарных  всадниц  амазо-
нок, Диониса и его спутников верхом на мулах  и Артемиду, охотящуюся  
с собаками.  
Эллины выделяли у домашних животных особые, не всегда нам ясные 
качества  и  свойства;  руководствуясь  этим,  они  выбирали  из  них  жертвы 
богам.  Изображения  домашних  животных  на  предметах  прикладного  
искусства находились почти в каждом доме; в ряде случаев их использова-
ли как амулеты и обереги, а иногда и символы. Из числа последних сейчас 
наиболее  ясна  нам  роль  петуха  как  олицетворение  бескомпромиссной  
борьбы и мужества. 
 
 
2. Дикие животные  
 
С  глубокой  древности    люди  чувствовали  себя  частью  окружающей 
природы  то понятной и  благосклонной, то  загадочной и разрушительной; 
таковыми были и  населяющие ее животные, внушавшие любовь и восхи-
щение  наряду  со  страхом  и  опасением.  Одни  звери  могли  быть  друзьями  
и слугами, другие грозными противниками, к третьим относились индиф-
ферентно.  Эллины,  как  и    другие  народы,  наделяли  животных  чертами  
человеческого характера и включали в качестве персонажей в разные жан-
ры фольклора и литературы. Там звери, как правило, постоянно сохраняли 
издавна приписанные им качества и характеристики. Это отражалось пре-
 
115 


Похожие:

IV. Роль животных в культуре и религии icon1. Введение в историю религии
Теории происхождения религий. Религия и культ. Религия и мифология. Ранние формы религиозного сознания. Фетишизм. Тотемизм. Анимизм....
IV. Роль животных в культуре и религии iconИстория религии тематический план заданий
Эволюция религии и возникновение национальных религий: а классовое общество и эволюции религии
IV. Роль животных в культуре и религии iconК вопросу об определении термина «духовная безопасность» в современных российских правовых актах
Граждане Российской Федерации в отношении религии придерживаются разных убеждений. Значительная часть населения Российской Федерации...
IV. Роль животных в культуре и религии iconРоль администрации птэт в развитии техникума Лидирующая роль руководства
Лидирующая роль руководства птэт заключается в определении руководителями предназначения организации, стратегии ее развития, ценностей...
IV. Роль животных в культуре и религии iconКандидат политических наук, доцент
Роль фольклора в передаче событийной информации. Древняя Греция и Древний Рим как примеры культур, использующих массовую коммуникацию....
IV. Роль животных в культуре и религии iconКандидат политических наук, доцент
Роль фольклора в передаче событийной информации. Древняя Греция и Древний Рим как примеры культур, использующих массовую коммуникацию....
IV. Роль животных в культуре и религии iconВопросы к семинарам по курсу «Философия религии» для студентов 5 курса философского факультета
Социология религии Георга Зиммеля. Структурно-функциональный подход Г. Зиммеля. Понятие религии
IV. Роль животных в культуре и религии iconТема: Разнообразие животных
Ознакомить с новой классификацией животных и их групповыми признаками; систематизировать и расширять знания о группах животных, о...
IV. Роль животных в культуре и религии iconВопросы к экзамену по курсу «Философия религии» для студентов 5 курса философского факультета
Предмет, структура и возникновение философии религии как самостоятельной отрасли знания. Задачи философского изучения религии
IV. Роль животных в культуре и религии iconУчебно-методический комплекс учебной дисциплины «религиоведение»
Цель курса – формирование у студентов понимания места и роли религии в мировой культуре
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница