Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием




НазваниеОсобое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием
страница1/10
Дата09.03.2013
Размер1.72 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА

Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки – наших старших современников, – определяется как необычностью его судьбы и разнообразием духовных интере­сов, так и влиянием, оказанным им на многих ученых Западной Европы, в особенности Франции, и США.

Александр Владимирович Койре (1892–1964) родился в Та­ганроге 29 августа 1892 г. Среднее образование получил в гимна­зиях Тифлиса и Ростова-на-Дону, где, в частности, получил хоро­шее знание классических и нескольких современных языков. Впоследствии он с равной легкостью говорил и писал по-русски, английски, немецки и французски. В гимназические годы Койре серьезно увлекся философией и в 1908 г. переехал в Гёттинген, где слушал лекции основателя феноменологической школы Э. Гус­серля, своеобразно развивавшего тогда теорию познания, восхо­дящую к идеалистическим системам Платона, Лейбница и Брен-тано. Гуссерль оказал несомненное влияние на мировоззрение молодого Койре. В течение трех лет занятий в Гёттингене он про­слушал также лекции знаменитого Д. Гильберта по математике. Для завершения высшего образования Койре переехал в Париж. Роль, которую сыграло в жизни молодого А. Койре творчество таких видных французских ученых, как П. Таннери (тогда уже покойного), Л. Брюнсвика, П. Дюгема, Э. Мейерсона, трудно пе­реоценить.

Первая мировая война на несколько лет прервала путь Койре в науку. Волонтером он вступил в ряды французской армии, за­тем перешел в русский полк и вплоть до осени 1917 г. сражался с немцами на юго-западном, фронте России. По окончании миро­вой войны Койре вернулся во Францию, где у него уже сложи­лись прочные связи в академической среде. Две работы по исто­рии философии религии, изданные в 1922 и 1923 гг., обеспечили ему первые университетские ученые степени и звания, а объеми­стый труд о немецком философе-пантеисте XV–XVI вв. Я. Бёме (1929) –высшую докторскую степень (docteur d'etat). С 1924 г. А. Койре читает курс лекций в Практической школе высших ис­следований сначала в качестве доцента, а с января 1930 г. «дирек­тора исследований» (directeur de recherches), что примерно соот * ветствует званию старшего научного сотрудника наших академи­ческих институтов. Вся его дальнейшая жизнь, за исключением перерыва, вызванного второй мировой войной, будет связана с деятельностью этой школы.

Итак, первые серьезные работы А. Койре посвящены истории религиозно-философской мысли и истории философии вообще. Особое место в этот период его творчества занимает серия публи­каций, посвященных русским мыслителям И. Киреевскому (1928), А. Герцену (1931), П, Чаадаеву (1927, 1933), а также распрост­ранению идей Гегеля в России (1936). Эти статьи и в еще боль­шей мере две книги: «Философия и национальное движение в России в начале XIX века» (La philosophic et ie mouvement natio­nal en Russie au debut du XIX siecle, 1929) и «Очерки истории философских идей в России» (Etudes sur Fhistoire des idees phi-losophigues en Russie, 1950) – вызвали особый интерес француз­ских читателей, мало осведомленных о различных идеологических течениях в России первой половины и середины прошлого столетия.

В начале 30-х гг. круг интересов Койре перемещается в об­ласть истории науки. Правда, еще в 1922 г. он выступил со ста­тьей о парадоксах Зенона, в равной мере относящейся к истории философии, по теперь историко-научная проблематика выдвигает­ся в творчестве ученого на первый план. Последующие 30 лет своей деятельности Койре занимается исследованием проблем, касающихся истории математики, механики, астрономии, физи­ки, химии. Основное внимание он уделяет развитию научных идей и их взаимосвязей. Анализируя научную революцию Ново­го времени XVI–XVII вв. (от Коперника через Кеплера, Гали-лея и Декарта до Ньютона и Лейбница), Койре попутно рассмат­ривает труды Тартальи, Кавальери, Паскаля, Борелли, Гассенди и т. д.

Он участник многих научных конференций, часто выступает в Париже и вне его как с отдельными докладами, так и с цикла­ми лекций. С 1934 по 1940 г. Койре несколько раз посещает в ка­честве гостевого профессора Каирский университет. Устные и пе­чатные выступления Койре, отличающиеся глубоким научным и философским содержанием, оригинальностью и порой парадок­сальностью выводов, создают ему большой авторитет. И хотя выводы Койре не всегда и, во всяком случае, не для всех прием­лемы, его аргументация неизменно поучительна.

На основе тщательного изучения обширнейшей историко-на-учной литературы Койре создает некоторую общую методологи­ческую концепцию научной революции Нового времени, которая при всей насыщенности его трудов конкретными историческими данными является доминантой всего творчества Койре. Наличие в творчестве Койре глубокой связи между историко-научными и псторпко-философскими интересами свойственно самой его лично­сти как ученого. Именно об этой связи говорится во введении к коллективному двухтомному сборнику статей в честь 70-летия – напиойре,–в котором приняли участие советские авторы',–напи­санном двумя его видными учениками и друзьями И. Коэном и Р. Татоном.

Помимо множества статей, посвященных научной революции, Койре выпустил несколько больших монографий, первой из кото­рых были «Этюды о Галидее» в трех выпусках: 1. «На заре клас­сической науки», 2. «Закон падения тел–Декарт и Галилей»,. 3. «Галилей и закон инерции». Основную цель этой работы автор видел в том, чтобы показать, что важнейшей особенностью пере­стройки науки XVI–-XVII вв. явилась замена античной и средне­вековой идеи о мире как конечном и иерархически упорядочен­ном космосе, центр которого составляет Земля как обиталище человека, картиной бесконечной (а следовательно, лишенной еди­ного центра) однородной Вселенной. С этой заменой необходимо связаны глубокие изменения в прежних понятиях пространства и движения и введение целого ряда ранее неизвестных понятий.

Хотя титульный лист «Этюдов о Галилее» помечен 1939 г., фак­тический их тираж был готов в апреле 1940 г., когда над Фран­цией уже нависла реальная угроза вторжения гитлеровских пол­чищ. Койре с женой, также уроженкой России, вернулись из Каира во Францию, но не надолго. В июне нацисты захватили Париж, после чего наспех составленное правительство Петена – Лаваля капитулировало. Во Франции началось движение Сопро­тивления, а за ее пределами генерал де Голль, покинувший стра­ну, приступил к организации движения «Свободная Франция», призванного объединить в борьбе с нацистами многочисленных французов-патриотов, находившихся за рубежом. Койре, почти сразу возвратившийся в Каир, предложил свои услуги посетив­шему тогда египетскую столицу де Голлю. Тот рекомендовал Койре направиться в США с пропагандистской миссией, где во влиятельных сферах были еще сильны пропетеновские настрое­ния. Долгим путем – через Индию, Тихий океан и Сан-Францис­ко – супруги Койре добрались до Нью-Йорка. Свою политическую миссию Койре выполнил вполне успешно и в 1942 г. вновь встре­тился с де Голлем в Лондоне. Вместе с тем за время пребывания в США он активно включился в научную жизнь Нью-Йорка, ра­ботая в Свободной школе высших исследований, организованной группой [французских и бельгийских ученых, а также в амери­канской Новой школе социальных исследований. Кроме того, он постоянно выступал с докладами и лекциями по истории науки в различных университетах страны.

По окончании второй мировой войны Койре продолжил работу в Практической школе высших исследований в Париже, а затем возглавил французский Центр исследований по истории науки

' L'aventure de la science. Melanges Alexandre Koyre. I, Paris, Hermann, 1964, p. XX–XXI. Этот сборник содержит также список трудов А. Койре, вышедших в свет до его смерти.и техники. Кроме того, в 1956 г. он был назначен постоянным членом Института высших исследований в Принстоне, США, и с тех пор поочередно проводил по шесть месяцев в Париже и в Принстоне, где был освобожден от выполнения каких-либо адми­нистративных функций. Впрочем, он принимает на себя важную общественную нагрузку, заняв в том же 1956 г. пост непремен­ного секретаря Международной академии истории науки, членом-корреспондентом которой он был с 1950 г. и действительным чле­ном с 1955 г. В этой должности Койре принимает энергичное участие в организации многочисленных международных форумов, редактировании журнала академии «Archives Internationales d'histoire des sciences» и издании серии ее трудов.

Научная деятельность Койре не ослабевала до 1962 г., когда болезнь принудила его прекратить поездки в Принстон. В этот период на передний план его творчества все более выдвигалась астрономия. В 1957 г. в США вышла одна из наиболее ярких его работ – «От замкнутого мира к бесконечной вселенной» (From the Closed World to the Infinite Universe), а в 1961 г. капитальная монография «Революция в астрономии. Коперник, Кеплер, Борел-ли» (La Revolution astronomique: Copernic, Kepler, Borelli). На­ряду с глубоким анализом астрономических исследований Кеплера Койре впервые выявил прогрессивное значение астрономиче­ских наблюдений и идей Борелли, ранее незаслуженно оставав­шихся в тени. Последние годы жизни особенно много времени и сил Койре уделял изучению наследия Ньютона и совместно с И. Коэном произвел кропотливый разбор трех прижизненных из­даний «Математических начал натуральной философии» Ньютона. Их новое издание было подготовлено со всеми изменениями, вно­сившимися знаменитым автором на протяжении 40 лет и весьма важными для изучения эволюции целого ряда принципиальных положений Ньютона. Это чрезвычайно ценное издание «Матема­тических начал», подобного которому еще не было, вышло в свет в двух томах в 1972 г. уже после смерти Александра Койре.

Среди других публикаций Койро, отпосящихся к последним годам его жизни, особое место занимает превосходный очерк о развитии точных паук с 1450 по 1600 г., помещенный во втором томе 4-томной «Всеобщей истории наук», вышедшей под редак­цией Р. Татона (Histoire generale des sciences, t. II, 1958). Смерть А. Койре, наступившая 28 апреля 1964 г. после тяжелой и про­должительной болезни, не приостановила публикацию его сочи­нений. Многие его работы не раз переиздавались наряду с тема­тическими сборниками статей, печатавшихся в различных журна­лах, трудах симпозиумов и конгрессов и т. д. Здесь нельзя не отметить самоотверженный труд его вдовы, Д. Н. Койре, пережив­шей мужа почти на 18 лет и скончавшейся в 90-летнем возрасте.

Прожив более полувека во Франции и США, А. Койре всегда сохранял чувство близости к русской культуре (что нашло выра­жение в одном из направлений его научной работы) и своим соотечественникам. Ряд советских ученых были лично знакомы с А. В. Койре, совместно с ним участвовали а работе различных научных конференций, проходивших во второй половине 50-х гг. Летом 1960 г. большая группа советских историков науки, и в их числе автор этих строк, посетила Центр исследований, возглавляе­мый Койре, и его парижскую квартиру, где с большим радушием была принята обоими супругами. Особенно запомнились теплые встречи на международном симпозиуме в Оксфорде 9–15 июля 1961 г. Доброжелательный и отзывчивый по природе, А. В. Койре жадно расспрашивал своих советских коллег и друзей о жизни в СССР вообще и научной в особенности. Он знал и ценил многие труды советских историков науки, превосходно знал русскую классику и очень любил Пушкина (во время одной из прогулок он без запинки прочитал наизусть все вступление к «Медному всаднику»). Характерно, что за время его пребывания на посту непременного секретаря Международной академии истории науки П956–1961 гг.) в состав ее было избрано 10 советских ученых.

Еще при жизни труды А. В. Койре были отмечены многими научными наградами – премиями Академии наук Института Франции, медалью Сартона и другими знаками отличия. После его смерти Центру исследований в Париже, которым он руководил, было присвоено его имя, а Международная академия учредила медаль Койре, присуждаемую раз в три года за наиболее выдаю­щиеся труды по истории науки и техники.

Большинство статей и публичных выступлений А. Койре впо­следствии были объединены в три сборника: «Ньютоновские ис­следования» (Etudes neutoniennes, 1968), первоначально издан­ные в США по-английски (Neutonian Studies, 1965), «Очерки по истории философской мысли» (Etudes d'Histoire de la Pensee phi-losophique, 1961; большинство статей настоящего сборника взяты из этой работы, что и определило его общее название) и «Очер­ки по истории научной мысли» (Etudes d'Histoire de la Pensee scientifique, 1966). Этим сборникам, не раз переиздававшимся, предшествовали названные выше «Этюды о Галилее» (Etudes Galileennes, 1939).

Эти статьи наряду с целым рядом книг являются частями грандиозной программы, задуманной автором: проследить все основные направления научно-философской мысли вплоть до со­временности. Излагая в феврале 1951 г. итоги уже проведенных и план намеченных исследований, Койре писал, что не собирает­ся ограничиться XVII веком, на котором тогда были сосредоточены его интересы. «История этой великой эпохи, – сказал он, – по­может осветить сравнительно недавние периоды, а вопросы, кото­рыми я займусь, характеризуются, но не исчерпываются следую­щими темами:

Ньютонова система; расцвет и философское истолкование нью-тонианства (до Канта и самим Кантом); Максвеллов синтез и история теории поля; происхождетше и фи.лософск.пе основания теории вероятностей; понятие бесконечности и проблемы обоснования математики; философские корни современной науки и истолкования науч­ного знания последних лет (позитивизм, неокантианство, форма­лизм, неореализм, платонизм)». Осуществление этой программы, заключал Койре, позволило бы «лучше понять философскую и научную революцию нашего времени» '.

Не удивительно, что реализация такой программы, сформу­лированной Койре, когда ему было почти 60 лет, была совершен­но неосуществима при всей его одаренности, эрудиции и работо­способности. Да и жить ему тогда оставалось немногим более 10 лет. Главным его свершением явилось исследование идейных предпосылок и хода научной революции XVI–XVII вв. до Нью­тона включительно. И в этой области он сделал многое и оста­вит ценное научное наследие, которое выборочным образом пред­ставлено в сборнике статей, предлагаемом вниманию советского читателя.

Сборник состоит из 9 статей, первая пз которых увидела свет в 1922 г., хотя была закончена ранее, а последняя, написанная незадолго до кончины автора, появилась в печати посмертно – в 1965 г. В процессе перевода тексты некоторых статей (например, «Пустота и бесконечное пространство в XIV в.» или «Ньютон, Галилей и Платон») были несколько сокращены за счет исклю­чения длинных латинских цитат из первоисточников, чаще всего средневековых авторов. Сохранение этих цитат потребовало бы ттростраипых разъяснений, исключение же их ни в коей мере не отразилось на содержании статей А. Койре.

Наиболее ранняя по времени статья посвящена парадоксам Зенона, проблеме бесконечности и непрерывности. Она знакомит читателя с подходом молодого Койре к этой проблеме, вызываю­щей неослабевающий интерес и в наши дни, и уже по одному этому заслуживает внимания. Однако в пей не был и не мог быть учтен тот колоссальный прогресс, который в дальнейшем испы­тали математическая логика и основания математики в целом. Отсюда внимание, отведенное в этой статье интерпретации, пред­ложенной А. Бергсоном, сегодня представляется несколько арха­ичным.

Все последующие статьи данного сборника имеют своим об­щим предметом проблему взаимодействия философской и науч­ной мысли, с одной стороны, и историю научной революции Но­вого времени – с другой. Как было сказано, Койре интересовала сама история идей как таковая. Сильной стороной его трактов­ки истории науки и истории философии было их слитное рассмот­рение. Он был убежден и доказывал это всем своим творчеством, что научная и философская мысль находилась и находится в постоянном и, вообще говоря, плодотворном взаимодействии. Третьей компонентой истории идей являлась религиозная мысль– факт, для прежних времен несомненный. Здесь следует, однако, подчеркнуть, что диалектика взаимодействия между тремя на­званными компонентами духовной жизни человечества характе­ризуется Койре иногда недостаточно объективно: моменты проти­водействия прогрессу пауки со стороны церкви, с одной стороны, и идеалистических философских школ – с другой, отступают у него на задний план. Ибо он, если выразить его мировоззрение лаконично, был платоником. Более подробно мировоззрение Кой­ре анализируется в статье В. С. Черняка, помещенной в конце данной книги. В той же статье читатель найдет критику так на­зываемого интернализма Койре, рассматривающего процесс духовного развития как процесс саморазвития, вне живой связи с социально-экономической историей человечества.

Те стороны творчества Койре, которые вызывают у нас есте­ственную критику, не должны скрывать достоинств его исследо­вания. Его анализ средневековой натурфилософской мысли, без которого непонятно (да и невозможно) изучение научной революции Нового времени, отличается тонкостью и глубиной. То же касается анализа творчества таких корифеев науки и фило­софии, как Коперник, Бруно, Кеплер, Декарт, Ньютон – здесь названы только несколько крупных имен. Быть может, особенно детально и обстоятельно изучил Койре взгляды Ньютона, и в частности предложил топкий и чрезвычайно интересный разбор знаменитого изречения автора «Математических начал натураль­ной философии», в котором тот отказывается от измышления ги­потез.

Подводя итог этим беглым замечаниям о жизни и творчестве А. Койре, хотелось бы отметить, что даже в тех случаях, когда он высказывает взгляды, вызывающие возражения, чтение его статей, написанных к тому же всегда увлекательно, стимулирует творческую мысль самого читателя. А это одно из главных до­стоинств любого научного п вообще литературного труда.

А. П. Юшкевич' Kovre A. Eludes d'histoire de la pens-ee scientifique. Paris, Gallimard, 1973, p. 15».

10
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconНижневартовское отделение Российского общества интеллектуальной истории
Маллинкродт, Лассаль, Бебель и др. Среди них особое место занимает Генрих
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием icon«Наши зеленые друзья»
...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconКурсовая работа состоит из трех глав. В первой главе мы остановились на истории создания Ф. С. Фицджеральдом романа Великий Гэтсби.
Хх века — Фолкнера, Хемингуэя, Томаса Вулфа, Теодора Драйзера, Шервуда Андерсона и Синклера Льюиса. Среди этих блестящих прозаиков...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconБернард Вербер Древо возможного и другие истории
Среди множества удивительных книг Бернарда Вербера "Древо возможного" занимает особое место
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconКарьера занимает важное место в структуре потребностей современного человека, оказывая тем самым влияние на его удовлетворенность трудом и жизнью в целом
Успешная карьера обеспечивает человеку материальное благополучие, удовлетворение его высших психологических потребностей, таких,...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconЭлективный курс «Элементы автоматики и электроники»
В школе много разных предметов, все по-своему интересны и, конечно же, необходимы. Физика среди них занимает особое место, физика...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconТепловое излучение тепловое излучение среди других типов излучения
Свечение твердых тел при бомбардировки их электронами. 5) электро-магнитное излучение нагретых тел (тепловое излучение). Занимает...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconПрограмма хореографической студии «солнечные зайчики»
Вторая половина двадцатого века и настоящее время характеризуется активизацией процесса формирования системы воспитания и развития...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconРеферат по дисциплине «Концепции устойчивого развития»
По многим социально-экономическим признакам Бразилия относится к развивающимся странам, но занимает среди них особое место. Обладая...
Особое место, которое занимает Александр Койре среди исто­риков науки наших старших современников, определяется как необычностью его судьбы и разнообразием iconО. Г. Ухтинская старший преподаватель кафедры гуманитарных дисциплин скипкро
Именно такое понимание роли языка в обществе определяет особое место предмета «Русский язык» среди других учебных предметов и позволяет...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница