Записки на обломках империй




НазваниеЗаписки на обломках империй
страница4/11
Дата27.11.2012
Размер1.82 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Под тенью Феликса


В те далекие школьные годы, когда нас научили, как правильно обращаться с мальчиками, мы стали ходить гулять уже парами. Нас было три неразлучные пары: я и Виталик, Галя и Слава и Катя и Вася....Правда, потом Катя поменялась на Аннету. Помнит ли Галя наши походы на парады, салют, в «Великан» смотреть «Великолепную семерку» и «Золото Маккенны»? Уже в более поздние времена я стояла там часами, чтобы попасть на кинофестивали. Кинофестивали были особой частью моей уже поздней тогдашней жизни. Пожалуй, для меня это было окно в другой мир. Окно в Европу, прорубленное Петром, к тому времени закрыли плотными ставнями, хотя порой сквозь щели все-таки пробивался свет.

Однажды, когда я уже работала в «ящике», услышала, что в Москве будет проходить фестиваль французских фильмов, а в Ленинград его привозить не собирались. Приурочив к этому времени свою очередную командировку в столицу, я поехала на фестиваль. Билетов я достать не смогла ни в один кинотеатр. Решила с горя пробежать по магазинам в поисках дефицита. Измученная московской жарой и безуспешными поисками, я проходила мимо зловещего здания Лубянки в направлении Лубянской площади.

Вдруг слева от меня распахнулись двери и из них выплыли толпы возбужденных, потных от жары граждан, обмахивающихся билетами. Я невольно заглянула внутрь и увидела военных с винтовками, охраняющих вторые внутренние двери. По обрывкам разговоров оживленных граждан я поняла, что они просматривали какой-то зарубежный фильм и вышли на перерыв между просмотрами...

Было ясно, что военные с винтовками были явно не артистами и не творческим приемом режиссера, как, по-моему, у Любимова на каком-то спектакле. И шансов незаметно пробраться в зал, затерявшись в толпе, у меня было еще меньше, чем приобрести какой-то дефицит. Видно, чекисты бдительно охраняли свои ряды от проникновения чуждых элементов даже во время досуга своих товарищей, хотя время было рабочее. Так, не солоно хлебавши, я и вернулась в северную столицу к своей обыденной жизни.

Интересно, помнят ли Галя и мои подруги, как мы играли в сыщиков? «Наш товарищ Берия вышел из доверия, не хотел сидеть в Кремле, посидит теперь в тюрьме» - подхватили дети частушку дома и принесли в школу. Берию объявили шпионом иностранных государств. Началась новая волна шпиономании и борьбы с иностранным влиянием...

В подвалах нашего и соседнего домов были отсеки для хранения овощей, но потом их ликвидировали, а подвалы закрыли. Как-то, играя возле нашего дома с подругой, мы заметили свет в подвале. Сразу закралась мысль, должно быть шпионы готовят какой-то очередной заговор. Мы даже уговорили родителей отвести нас в милицию, чтобы доложить куда следует. Не дожидаясь результатов расследования, мы решили создать свое Тайное общество сыщиков, или ТОС. Галина старшая сестра, которая уже была студенткой, изготовила нам самодельные пропуска, удостоверяющие нашу принадлежность к этому обществу. Мы пригласили еще двух наших подруг пополнить наши ряды.

Наша деятельность по выявлению шпионов так ничем и не кончилась, хотя бдительность мы проявляли на каждом шагу. Наверное, в то время я и «вычислила» проститутку Раю, наблюдая подозрительную активность у её двери. А однажды, возвращаясь домой, я услышала подозрительные звуки, доносящиеся с последнего этажа. А там, собственно, была только дверь на чердак, которая обычно была закрыта. Прислушавшись, я поняла, что там кто-то храпел, о чем я сразу и сообщила родителям. Как выяснил мой папа, там отсыпался какой-то наш советский гражданин, который, возможно, вернулся из лагеря или тюрьмы, а возможно, просто был бомж, хотя вроде еще их тогда не должно было быть.

В целях же борьбы с иностранным влиянием наша классная, Наталья, объявила нам, чтобы мы воздержались носить импортные вещи. Ожидалось посещение нашего города иностранными гостями в связи с каким-то фестивалем. Мы должны были им наглядно продемонстрировать, что «у советских собственная гордость». Наталья, Наталья Александровна, была блестящим преподавателем русского и литературы, но многих вещей она не понимала. Например, у большинства из нас не было импортных вещей. Скорее всего, не было их и в магазинах. Мне, в частности, бабушка все шила или перешивала из папиной формы.

Но, конечно, мы не хотели отставать от моды. На домоводстве мы шили нижние юбки и начесывали волосы «под Бабетту», чтобы выглядеть как Бриджит Бардо в «Бабетта идет на войну». И классная выговаривала нам, если замечала, что кто-то носит нижнюю юбку или начес. А отпетые классные хулиганы в качестве высшего пилотажа залезали под парту, будто ручку поднять, и смотрели, не торчит ли нижняя юбка из-под формы у впереди сидящей девочки. И если повезет, могли даже посмотреть, какого цвета штанишки на ней надеты. А это и так было ясно, зимой, по крайней мере, у всех были одинаковые – голубые байковые с начесом.

Если бы я могла что-то изменить в своем прошлом, то определенно бы изменила три эпизода, по крайней мере, в этом временном отрезке. Однажды зимой мы играли рядом со школой, я, Галя, Катя, Оля. Вдруг, откуда ни возьмись, появилась Таня Разумовская. Мы её как-то недолюбливали. Не потому, что она была не очень симпатичная, довольно бесцветная девочка, а потому, что мы считали её ябедой, уж не помню почему. Мы стали играть в снежки, и почему-то вдруг случилось так, что все снежки полетели в Таню. Таня заплакала и убежала домой.

На следующий день нас разбирали на классном собрании...Главным обвинителем по делу выступала Танина мама. Из её обличительной речи явствовало, что мы, дети из «зажиточных» семей (не знаю насчет «зажиточных», но девочки тоже были из семей военных), жестоко «избили» девочку из семьи бедной одинокой мамы, работницы столовой. То есть дело клонилось к тому, что в нашем поступке могли усмотреть анти-рабочую направленность. К счастью, дело закончилось нашим полным раскаянием и извинениями, принесенными жертве нашего некрасивого поступка.

Второй непривлекательный эпизод моего детства связан с дерзким похищением кольца из школьного буфета. Как-то раз моя подруга Оля пригласила меня зайти в буфет школьной столовой во время перемены. В буфете никого не оказалось, и вдруг Оля кинулась к витрине, на которой был выставлен скромный ассортимент буфета, и схватила скудно обсыпанное орехами кольцо из песочного теста. «Бежим!» - выдохнула подруга, и я, не успев опомниться, побежала вслед за подругой из буфета и вниз по черной лестнице. За нами никто не гнался, и, скорее всего, не обнаружил пропажу продукта ценой в 22 копейки. Что заставило Олю, девочку «из зажиточной» семьи, совершить это похищение, я так и не узнала, спросить было неловко, но часто вспоминала и жалела, что стала соучастницей этого «преступления».

Самым же постыдным поступком того времени я считаю свою речь на выпускном вечере после окончания восьмого класса. Меня как отличницу выбрали произнести благодарственную речь от учеников школы. Я, как примерная комсомолка, не смогла отказаться. И вместо того, чтобы просто поблагодарить учителей, я вдруг понесла что-то типа того, что «мы будем с честью нести»... Не помню уж что точно, знания, наверное, но слова будто и не мои были, будто кто-то вложил их мне в рот, а я как автомат повторяла. Надеюсь, что никто не слушал и не запомнил, потому что это мало чем отличалось от того, что говорилось со всех трибун.

На выпускном вечере, как и положено, звучала музыка советских композиторов, и под горделивые взоры наших родителей мы танцевали вполне пристойные танцы. А на Британских островах уже взошла звезда Биттлз, и по всему миру начиналась полоса битломании.

Впервые я узнала о Биттлз, а точнее об омерзительных длинноволосых парнях из группы с не менее омерзительным названием «Жуки», из газетной публикации. Газета случайно попалась мне в руки, когда я была в гостях у Гали. Судя по всему, автор публикации не предвещал группе долгого будущего, несмотря на истеричный прием поклонников группы. И уж, конечно не предполагал, что Пол МакКартни будет посвящен в рыцари Британской королевой в 1996 году, а в 2004 году эта группа станет группой №1 в списке Величайших музыкантов всех времен согласно рейтингу журнала «Роллинг стоун»...Автор журнальной статьи о Биттлз, Элвис Костелло, впервые узнал о «ливерпульской четверке» примерно в то же время, что и я. И хотя ему было всего девять лет, он уже слышал много другой музыки.

Мы же с подругами еще не успели приобщиться даже к волне рока, и конечно не слышали ни о Элвисе Костелло, ни о Элвисе Пресли. Хотя мы знали, что Катин старший брат, Коля, коллекционировал «рок на костях». В то время критиковали стиляг, и Коля, в моем понимании, как раз и был одним из них, поэтому я относилась к нему хотя и с интересом, но с опаской. А под музыку Биттлз мы уже танцевали на домашних вечеринках в девятом и десятом классах. А официально советская аудитория услышала рок только как сопровождение к выступлению наших тогда прославленных, а потом прочно забытых фигуристов, Людмилы Белоусовой и Олега Протопопова, это был «Rock around the clock». Эта песня, ставшая хитом 1954 года в исполнении Билла Хейли, почему-то переводилась у нас как «Рок вокруг часов». На самом деле перевод её звучит как «Рок-нон-стоп», или «Рок без передышки». Но это я уже тоже осознала много позднее.

Казалось, это неожиданное музыкальное сопровождение вызвало состояние восторженного шока у советской и западной аудитории. Шока, сравнимого только с их дальнейшим «бегством» на запад. Говорят, что искусственный каток во Дворце спорта «Юбилейный» на Петроградской стороне был построен по личному указанию Хрущева в ответ на просьбу известного фигуриста. Так что любителям катания на искусственном льду сада «Аквариум» пришлось долго дожидаться замены.

Это все случилось спустя годы, а тогда, родители, как бы предвосхищая начало битломании и англоязычного бума, записали нас с подругой Аллой в кружок английского языка в Доме пионеров, что в саду Дзержинского, а прежде и ныне - Лопухинском, на набережной Малой Невки.

Посоветовала нам туда пойти бабушка Вера, её подруга вела там кружок английского языка. Поскольку моя карьера балерины с треском провалилась после похода в школу при Ваганьковском училище на просмотр, я нехотя согласилась. Бабушка рассказала, что там, где находится Дом пионеров, была усадьба Лопухиных и сад, а на месте Дома пионеров, была оранжерея. Но никаких растений в оранжерее я не помню, по-моему, здание было деревянное, и запомнился скрип ступеней под ногами.

А сад все ещё сохранял свою таинственную прелесть, пробуждая воображение о садах старинных усадьб, где гуляли легкомысленные барышни в воздушных платьях на кринолинах и без ума влюблялись в блестящих юных офицеров. Оказывается, здесь, когда в середине XIX века владельцем сада был купец Громов, в парке были построены таинственные гроты, тенистые беседки, было построено музыкальное заведение Монплезир, звучал оркестр Кавалергардского полка и устраивались феерические городские празднества. Проголодавшихся от впечатлений посетителей ждали бесплатные бутерброды и ватрушки, а влюбленных кавалеров – букеты для дам.

Памятник Дзержинскому был словно поставлен наблюдать за новыми обитателями сада и города. Железный Феликс, хотя и не вышел каменным ростом, но будто следил, чем там наша смена, пионеры, занимаются, что там показывают на неподалеку расположившейся телестудии, что там за опыты проводят в Институте физиологии имени академика Павлова. «Мы-то сразу на людях, – будто усмехался он, – а они на собаках опыты проводят, пся крев, даже памятник собаке поставили».

Его незримая тень контролировала и отмеривала, сколько зарубежной музыки слушать, какие фильмы смотреть, каких авторов читать и что писать...Ему в подмогу, правда, глушилки понастроили. Глушилки были неотъемлемой частью пейзажа Петроградской стороны. Во всяком случае, они всегда были в поле нашего детского зрения, а скорее, мы всегда были в поле их досягаемости. Если город излучал и вселял в людей гармонию творчества, то глушилки механические и иные, глушили в людях все творческое, неординарное, уравнивая их в одежде, мыслях, образе жизни.

Если какие-то смельчаки находили и взбирались на островок свободы, то их, как правило, глушили, как «самый человечный человек», прикладом беспомощных зайцев, спасавшихся на островке разлившейся реки Енисей в Шушенском... Никто от Ильича не ушел, но в нашей истории некоторые зайцы, правда, умудрялись выпрыгнуть на другой берег...

Помню, как родители шептались о чем-то, обсуждая газетную статью. Мне удалось посмотреть украдкой, это была статья о Пастернаке, с возмущением информирующая советских граждан, что он напечатал заграницей свой антисоветский роман «Доктор Живаго»...Заглушили и его в итоге, как «литературный сорняк». Отказавшись от Нобелевской премии, писатель умер спустя два года, в 1960 году. Потом, когда я много лет спустя читала «Доктора Живаго» в самиздате, не могла понять, что же там было антисоветского.

В зоне влияния глушилок, на Кировском проспекте дом №17, жил и Аркадий Райкин, гениальный артист советской эстрады и Театра сатиры. Удивительно, как глушилки так и не заглушили полностью его талант. Сын его, Костя, как будто учился в школе с биологическим уклоном, тогда были модны разные уклоны в школах. Правда, я никогда Райкина не встречала, кроме как на съемке новогоднего «Огонька».

Кто-то из друзей брата пригласил нас на съемку «Огонька» во Дворец молодежи на Песочной набережной. Уже довольно пожилой Аркадий Исаакович исполнял какую-то песню. А слова песни перед ним держали на большом листе бумаги, но зрители этого, конечно, не должны были видеть. Мы же, статисты, сидели за столами, на которых были выставлены вазы с муляжами фруктов. Все должны были делать вид, что все очень интересно и весело. А весело почему-то не было. К тому же я заметила, что в отгороженное помещение съемочной группы, время от времени подносили настоящие бутерброды и шампанское. И там явно царило веселье. Меня вдруг осенило, что этот «Огонек» удивительно напоминает мне историю съемок «другого кино»...

Уверовав в силу «важнейшего из искусств», главный Режиссер творческого объединения «Большевик» снял по поспешно написанному зарубежными авторами сценарию первый отечественный блокбастер «Светлый путь». Фильм вызвал яростные споры и нападки в отечественной и зарубежной прессе. Съемки проходили тяжело. На каскадеров денег не было, и при выполнении трюков, а то и просто от суровых условий на натуре, погибло множество статистов. Создатели фильма и исполнители главных ролей получили награды. Многих, правда, расстреляли за отклонение от сюжетных линий или за нежелание сниматься в фильме. Вскоре Режиссер умер, и его имя увековечили.

У Режиссера были талантливые ученики, и они решили сделать «ремейк» блокбастера, киноэпопею «Светлый путь 2». Съемочной площадкой, как и прежде, стала вся страна, а население массовкой. Снимали многочисленные дубли, умирали и менялись режиссеры, а выпуск киноэпопеи все время откладывался. То статисты из братских стран отказались участвовать, то руководство решило всех звезд заменить. Артисты без конца одни и те же строки повторяли, песни всем оскомину набили, шутки уже смеха не вызывали, статисты безмолвствовали, а недовольство потихоньку росло. Статистам копейки платили и кормили чем-то несъедобным, артистам, конечно лучше жилось, ну а съемочной группе, по слухам, конечно, – лучше всех. И вдруг объявляют, что назначили нового молодого режиссера. У него совершенно новая концепция фильма, сценарий будут переписывать, а фильм будут снимать заново.

«Эту девушку в зеленом платье не снимайте» – прервал мои мысли голос помощника режиссера. Очевидно, моё лицо не вписывалось в концепцию всеобщего веселья, предусмотренного сценарием. С тех пор я «Огоньки» не любила, да и не приглашал никто.

Глушить перестали в 1988, памятник Феликсу в Лопухинском саду демонтировали в 1993 году, а тень его меня потом далеко преследовала, аж до Урала...

«Мама, а кто эта тетя с девочкой на фотографии?» – прервал мои воспоминания Витька. Мой сын стоял рядом со мной с огромным букетом нарциссов из нашего сада. Цветы в саду начали цвести на удивление рано, вот и калифорнийская сирень, не успев отцвести, уже снова запестрела лиловыми всполохами у беседки. Я не ожидала, что у мальчика может быть такая любовь к цветам. Вооружившись книгами по садоводству, которые достались нам от предыдущих хозяев, Витя разбил прелестный палисадник перед домом, после нашего сюда переезда.

Одно огорчение, местное кошачье население сразу облюбовало его и сделало своим отхожим местом. Чего мы только не перепробовали, чтобы отвадить их, включая порошок карри и патентованные средства. Витька даже нашел в Интернете рекламу львиных фекалий, которые предлагались Лондонским зоопарком в качестве радикального средства решения проблемы. Мы решили терпеть кошачьи отходы. Наш-то Сева тоже куда-то на сторону ходит справлять кошачью нужду, хотя земли-то почти гектар вокруг.

Любимец Сева, словно угадав мои мысли, спрыгнул с моих колен и демонстративно удалился в сад, всем видом давая мне понять, что не желает делить мое общество с Витькой. Я объяснила сыну, что это моя бывшая подруга со своей внучкой, и она хочет знать, как я жила и как попала заграницу. Мы вместе стали сочинять ответ Гале с описанием моей жизни после школы. Потому что его жизнь уже стала частью моей жизни, и я хотела, чтобы моя жизнь тоже стала частью жизни нашего сына.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Записки на обломках империй iconУченые записки вып. XI
...
Записки на обломках империй iconИмперия уральских самоцветов
Эпоха Великих Империй прошла. Современные декоративные монархии только в какой-то мере отражают судьбу драгоценного камня и в наше...
Записки на обломках империй iconОфомление пояснительной записки курсовых и дипломных проектов
Курсовые и дипломные проекты состоят из двух частей: пояснительной записки (ПЗ) и графической части
Записки на обломках империй iconЗаписки академика d p о ф а
Фзз полвека в авиации. Записки академика: Литературно-художественное произведение. — М: Дрофа, 2004. — 400 с, 48 л цв вкл. — (Авиация...
Записки на обломках империй iconКурсовой проект должен состоять из пояснительной записки и пояснительной части
Перечень рекомендуемых разделов пояснительной записки приведен в методических указаниях по курсовому проектированию
Записки на обломках империй iconЛидия Богданович Записки психиатра
«Записки психиатра» Лидии Богданович – это попытка молодого советского врача дать критическую оценку первых и самых трудных лет своей...
Записки на обломках империй iconНонна Мордюкова Записки актрисы Нонна Мордюкова Записки актрисы ноктюрн
Я родилась грузчиком и до поры до времени была как мальчишка: широкоплечая, мускулистая, порывистая
Записки на обломках империй iconУченые записки Выпуск 3
Ученые записки. Выпуск Сборник научных трудов Западно-Сибирского филиала Российской академии правосудия (г. Томск). Изд-во: цнти,...
Записки на обломках империй iconУченые записки Выпуск 9 Благовещенск 2009 п 50 Печатается по решению ученого совета Амурского государственного университета Политика и право. Ученые записки. Выпуск Благовещенск: АмГУ, укц «Юрист»
Политика и право. Ученые записки. Выпуск – Благовещенск: АмГУ, укц «Юрист», 2009. – 233 с
Записки на обломках империй iconМетодические указания по выполнению курсовой работы по курсу «Технология программирования»
Особое внимание обращено на оформление текстовых документов: технического задания и расчетно-пояснительной записки. В приложении...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница