Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики»




НазваниеПроект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики»
страница1/5
Дата23.02.2013
Размер0.78 Mb.
ТипДоклад
  1   2   3   4   5


Международный Фонд социально-экономических

и политологических исследований

(Горбачев-Фонд)


Проект «Социальное неравенство


и публичная политика»

(СНиПП)


«Неравенство доходов

как объект публичной политики»

Стенограмма семинара




Москва

2005 г.

Семинар проводился 26 декабря 2005 г. в рамках проекта «Социальное неравенство и публичная политика», выполняемого в Горбачев-Фонде (руководитель проекта – член-корр. РАН Медведев В.А., координатор – д.ф.н. Красин Ю.А., менеджер – к.социол.н. Щедрина О.В.).

Проект предусматривает комплексное исследование социально-экономического неравенства в российском обществе и разработку узловых вопросов публичной политики в этой сфере по пяти направлениям: Человек и собственность (руководитель – д.э.н. Сорокин Д.Е.); Неравенство доходов как объект публичной политики (руководитель – д.э.н. Шевяков А.Ю.); Социальная сфера: соотношение публичных и частных начал (руководитель – д.э.н. Гринберг Р.С.); Социальная ответственность бизнеса и публичная политика (руководитель – д.и.н. Перегудов С.П.); Неравенство в гражданском и политическом измерениях (руководители – д.ф.н. Красин Ю.А., д.социол.н. Козырева П.М.). Предполагается проведение комплексного социологического опроса (руководитель – д.ф.н. Горшков М.К.).

Содержание:

Стр.


Доклад А.Ю. Шевякова

Снижение избыточного неравенства и бедности

как фактор экономической динамики 4

Обсуждение доклада


Открытие семинара:

Медведев В.А. 29

Вступительный комментарий докладчика


Шевяков А.Ю. 31

Выступления и реплики



Кирута А.Я. 42



Рубинштейн А.Я. 49


Перегудов С.П. 57


Красин Ю.А. 61


Сорокин Д.Е. 69


Козырева П.М. 75


Медведев В.А. 81


Доклад А.Ю.Шевякова


Снижение избыточного неравенства и бедности

как фактор экономической динамики


Введение

Перспективы социально-экономического развития и позиционирования России на мировой арене зависят от решения ряда фундаментальных проблем, которым в текущей политике и в планируемых реформах не уделяется должного внимания. Внешние аспекты этих проблем общеизвестны, хотя неполнота и неточность информации, в том числе, статистических оценок, сугубо недооценивается, что дезориентирует общественное мнение и влечет за собой ошибочные решения. Политические, общественные и, что, пожалуй, наиболее поразительно, научные представления об институциональной природе этих проблем оказываются не просто поверхностными, а во многих отношениях превратными.

Наблюдаемыми характеристиками проблем, требующих безотлагательного решения, являются

  1. избыточное экономическое неравенство населения, которое вылилось в широкомасштабную и нарастающую поляризацию российского общества между полюсами бедности и богатства;

  2. значительные макроэкономические, в том числе, отраслевые диспропорции, препятствующие полноценному развитию и использованию человеческого потенциала;

  3. чрезмерное неравенство, низкий и продолжающий снижаться средний уровень человеческого и социального капитала;

  4. отсутствие инновационной стратегии, при котором научно-техническое развитие страны опирается на имитацию технологий и организационных решений, используемых в развитых странах, либо на заделы, созданные еще в советские времена;

  5. острое и продолжающее нарастать социально-экономическое расслоение регионов России;

  6. негативные демографические процессы: смертность, почти двукратно превышающая рождаемость и более чем двукратно превышающая смертность в развитых странах, низкая продолжительность жизни, депопуляция и замещение коренного населения мигрантами.

Эти, на первый взгляд, разнородные характеристики проблем на самом деле тесно переплетаются между собой и имеют общую институциональную природу. В российской институциональной среде за годы реформ, направленных на повсеместное введение рыночных отношений, произошел распад нерыночных, в том числе, государственных институтов, регулирующих статусы различных социально-профессиональных слоев общества и, тем самым, взаимно упорядочивающих экономическое неравенство и социальную стратификацию.

Рыночная экономика эффективна настолько, насколько эффективность обеспечивается свободой трансакций и ценовыми сигналами. Но не в упрощенной теории, а в реальном обществе есть широкий спектр некоммерческих видов деятельности, которые необходимы и для существования, и для эффективности рынка, и неценовые сигналы, со стороны которых рынок никак не воспринимает. Суть дела в том, что экономические и социальные отношения регулируются не только рынком и не столько рынком, сколько фундаментальной системой институтов, определяющей мотивацию экономического и социального поведения, а также форму социально-экономической стратификации общества, пропорции между доходами различных социально-профессиональных групп и масштабы экономического неравенства. Поддержка этой системы институтов является неотъемлемой функцией государства.

То обстоятельство, что в рыночной экономике доход является основным символическим выражением социального статуса, само по себе не должно вызывать возражений. Но в этом случае государство должно регулировать распределение доходов таким образом, чтобы статусные преимущества эффективно отражали приоритеты долговременного развития общества. Если государство этого не делает, то возникает конфликт институциональных схем, на которые ориентируются полярные группы общества, — обычно его интерпретируют как конфликт между эффективностью и справедливостью — что влечет за собой и снижение доверия к государству, и не только к крупному, но и к любому преуспевающему бизнесу. Соответствующая институциональная среда ориентирует и собственников, и предпринимателей, и государство на кратковременные экономические интересы. В такой среде склонность к инновациям резко снижается, а мотивация экономического и социального поведения сводится к форсированию ближайших выгод.

В отсутствии сильных нерыночных институтов это оказывает давление на государство в сторону подстройки под складывающуюся ситуацию. Поэтому государство, которое не обеспечивает достаточной поддержки основополагающим внерыночным институтами, в конечном итоге само оказывается слабым.

Исследования, проводимые в ИСЭПН РАН и ЦСЭИ РАН и Росстата в последние годы, были сфокусированы на выявлении системных зависимостей между структурными характеристиками экономического неравенства, продуктивностью экономики и экономическим ростом. Эконометрический анализ по совокупности российских регионов показал, что эффекты структурных изменений неравенства вполне сопоставимы с эффектами таких макроэкономических факторов как инвестиции, рентабельность, доля экспортной продукции в объеме промышленного производства и что существует статистически значимая причинная зависимость темпа экономического роста от структурных пропорций экономического неравенства в предшествующие годы1.

Наиболее важным нововведением в нашем исследовании является подразделение общего неравенства и неравенства доходов за счет различных источников на нормальное неравенство (при исключении неравенства, обусловленного бедностью) и избыточное неравенство (обусловленное бедностью)2.


Нормальное и избыточное неравенство:

концептуальные и статистически измеримые аспекты


Экономическое неравенство характеризует процессы в экономике в двух разных направлениях. С одной стороны, распределение доходов формируется в результате взаимодействия многообразных механизмов, обусловливающих наблюдаемое движение денежных потоков и их дробление в различные типы доходов разных слоев населения. При этом неравенство доходов детерминируется институциональной организацией экономики в значительно большей степени, чем факторами производства. Оно складывается в зависимости от распределения и условий действия прав владения, распоряжения и управления, от которых зависит, какие доли добавленной стоимости в отраслях экономики и в экономике в целом идут на оплату труда, выплаты доходов рентного типа и на прочие выплаты.

С другой стороны, экономическое неравенство характеризует условия, в которых формируются мотивы и выбираются способы экономического и социального поведения. Высокие масштабы общего неравенства могут быть обусловлены двумя диаметрально противоположными причинами: во-первых, высокой интенсивностью социальной конкуренции, и, во-вторых, институционально обусловленными преимуществами положения одних социальных слоев по отношению к другим. Институциональная структура предопределяет, в каких секторах экономики условия для извлечения доходов того или иного рода наиболее благоприятны и, тем самым, мотивирует борьбу за права собственности в этих отраслях и перераспределение финансовых потоков в пользу этих отраслей.

Таким образом, экономическое неравенство характеризует процессы в экономике в разрезе, вскрывающем прямые и обратные зависимости между мотивацией экономического поведения людей, условиями, в которых это поведение реализуется и механизмами экономического и социального действия. Экономическое неравенство можно рассматривать как своего рода барометр состояния экономики, измеряющий давление внутренних сил, под воздействием которых экономика растет, или, напротив, впадает в стагнацию и упадок.

В концептуальном плане определения нормального и избыточного неравенства зависят от двух аспектов: от социальной оправданности неравенства и от его воздействия на экономический рост.

Социально оправданное неравенство можно определить как такое неравенство, при котором каждый гражданин может полноценно реализовать все свои человеческие функции, включая экономические и социальные функции. Такое неравенство подразумевает равенство возможностей.

Неравенство, оптимальное для экономического роста, можно определить как такое неравенство, которое, во-первых, обеспечивает полное использование человеческого потенциала, во-вторых, такое распределение человеческого потенциала в экономике и обществе, при котором продуктивность экономики максимальна, и, в-третьих, обеспечивает высокий темп воспроизводства человеческого потенциала. Такое неравенство требует наличия институтов эффективного отбора людей на преимущественные позиции в экономике и в обществе, для чего необходимо, по крайней мере, равенство стартовых возможностей.

Эти определения совместны, и в концептуальном плане нормальное неравенство можно определить как такое неравенство, которое одновременно и социально оправдано, и оптимально для экономического роста. Расхождения в трактовках социальной оправданности и соответствия неравенства целям экономического роста возникают только за счет недостаточного понимания механизма воздействия неравенства на экономический рост, и поддерживаются несовершенной институциональной организацией экономики и общества. Неравенство нормально, когда отсутствует абсолютная бедность, а относительная бедность не препятствует реализации социально и экономически значимых человеческих функций.

Избыточное неравенство нарушает и требования социальной оправданности, и требования создания предпосылок для экономического роста. Избыточное неравенство отражает неспособность общества в равной степени использовать экономические потенциалы всех трудоспособных групп населения и обеспечивать приемлемый уровень жизни группам населения, нуждающимся в социальной поддержке.

Установление нормального неравенства — это институциональная проблема. Рынок не обеспечивает равенства возможностей, хотя формально в сфере коммерческих трансакций его предполагает. Рынок, не ограничиваемый нерыночными институтами перераспределения, ведет к неограниченному росту экономического неравенства, допуская сосуществование очень низких и очень высоких доходов и делая неравенство избыточным. Но недостаточные доходы ограничивают возможности осуществления разнообразных человеческих функций, и тем самым рынок создает неравенство возможностей. Равенство функциональных возможностей вообще и равенство стартовых возможностей для молодого поколения целесообразно потому, что оно создает условия для наиболее эффективного отбора людей на преимущественные позиции в обществе и для наиболее полного и эффективного использования совокупного человеческого потенциала. Когда в условиях экономического неравенства возможности зависят от денежных ресурсов, которыми располагает тот или иной индивид, и других привходящих факторов, социальный отбор превращается в отбор худших, который в долговременной перспективе ведет к деградации общества.

Развитые демократии давно создали институты государственного перераспределения доходов, которые компенсируют рыночное неравенство. Это было обусловлено не альтруизмом, а пониманием того, какие социальные предпосылки необходимы для устойчивого долговременного роста экономики. Свободный рынок нуждается в поддерживающей его физической, социальной, психологической, образовательной и организационной инфраструктуре, а также в определенной социальной сплоченности общества3. В России институты, обеспечивающие совокупность этих условий, необходимых для успешного функционирования рыночной экономики, развиты крайне слабо. Проводимые и планируемые реформы социальной сферы в России подменяют создание таких институтов коммерциализацией социальной сферы по рыночным шаблонам. Этот путь ведет в тупик, но общественное и политическое непонимание сути социальных проблем обусловлено отсутствием фундаментальных научных представлений о природе нерыночных социальных институтов и об их месте и роли в развитии экономики и общества.

В статистическом определении нормального и избыточного неравенства используется та или иная граница бедности. В книге А. Шевякова и А. Кируты4 нормальное неравенство доходов было определено как неравенство, соответствующее ситуации, когда все доходы ниже границы бедности повышены до этой границы, а все доходы, которые были не ниже границы бедности остаются неизменными. А избыточное неравенство было определено как дополнение нормального неравенства в исходном общем неравенстве. Для лучшего понимания этих определений, в Приложении мы более подробно опишем их формально в терминах индекса Джини и введем попутно дополнительные понятия.

Первым применением введенных определений является анализ динамики дифференциации оплаты труда в российской экономике. На рис. 1 эта динамика показана с разбивкой общего неравенства на внутриотраслевое и межотраслевое нормальное и избыточное неравенство.




Рис. 1.

Обозначения:

GNb, GNw — межотраслевое и внутриотраслевое нормальное неравенство,

GEb, GEw — межотраслевое и внутриотраслевое избыточное неравенство.

Источник: расчеты по данным Росстата


Мы видим, что по экономике в целом нормальное неравенство (GN = GNb + GNw) по мере экономического роста возрастает, причем это возрастание объясняется ростом внутриотраслевого нормального неравенства. Одновременно внутриотраслевое и межотраслевое избыточное неравенство вытесняется нормальным неравенством почти без снижения общего неравенства.

Однако на уровне отдельных отраслей динамика и текущая ситуация вовсе не так хороши. Важно пояснить, что собственное неравенство зарплат внутри отраслей экономики отличается от внутриотраслевого неравенства как компоненты общего неравенства зарплат в экономике. Оно, как правило, выше, чем эта компонента общего неравенства. На следующем рисунке показаны уровни и структура неравенства зарплат в отраслях российской экономики в 2004 г.




Рис. 2. Уровни и структура неравенства зарплат

в отраслях российской экономики в 2004 г.

Источник: расчеты по данным Росстата


Полная высота столбцов на этой диаграмме соответствует индексам Джини дифференциации зарплат внутри отраслей, и каждый столбец разбит на 4 компоненты в соответствии с формулами, которые даны в Приложении: нормальную и избыточную концентрацию (CN, CE) и нормальную и избыточную поляризацию (PN, PE). Столбец в жирной рамке (пятый справа) соответствует уровню и структуре дифференциации зарплат по российской экономике в целом.

Мы видим два принципиально важных обстоятельства. Во-первых, неравенство оплаты труда является высоким во всех отраслях, причем в восьми из них оно такое же или выше чем неравенство в экономике в целом. Во-вторых, во многих отраслях избыточное неравенство и его компоненты — избыточная поляризация и концентрация оплаты труда — превосходят избыточное неравенство и его компоненты в российской экономике в целом. Как показывают многочисленные обсуждения, эти обстоятельства не известны большинству российских экономистов.

Отношение средней зарплаты 10% наиболее высокооплачиваемых работников к медианной зарплате (5-й децили), отложенное по оси абсцисс, высоко коррелированно с нормальной (CN) и полной (C = CN + CE) концентрацией относительно высоких зарплат внутри отраслей. Именно поэтому индекс Джини возрастает с ростом этого отношения. Однако остальные структурные компоненты неравенства почти не коррелированны с этим отношением.

Очень существенно, что общая дифференциация зарплат внутри отраслей (G) имеет нулевую корреляцию со средним уровнем зарплаты в отрасли. Но нормальное неравенство (GN = CN + PN) имеет с этим уровнем высокую положительную, а избыточное неравенство (GE = CE + PE) — высокую отрицательную корреляцию. Это целиком согласуется с идеями, изложенными в предыдущем разделе.

Во всех предыдущих диаграммах этого раздела нормальное и избыточное неравенство определено с помощью абсолютной границы бедности — официального прожиточного минимума трудоспособного населения. В следующих двух диаграммах мы сопоставим оценки при абсолютной границе бедности с оценками при относительной границе бедности, которая задается как половина средней зарплаты в промышленности. На следующих двух рисунках такое сопоставление производится только для отраслей непроизводственной сферы, играющих основополагающую роль в развитии человеческого капитала, и, тем самым, предопределяющих будущее инновационного потенциала страны. На рис. 3, 4 для большей наглядности оценок избыточное неравенство представлено отрицательными значениями. Это выражает концептуальный взгляд на избыточное неравенство как на фактор, препятствующий росту экономики и инновационного потенциала.




Рис. 3. Избыточное и нормально неравенство

при абсолютной границе бедности

Источник: расчеты по данным Росстата


Отрасль «наука» на рис. 3, 4 — это не чистая наука, а наука и научное обслуживание в классификации ОКОНХ. Общее неравенство в ней практически такое же, как и во всей промышленности, годе неквалифицированного труда несравненно больше, чем в науке. При этом избыточное неравенство оплаты труда в науке и научном обслуживании превосходит избыточное неравенство в промышленности: при абсолютном определении границы бедности — совсем чуть-чуть, а при относительном определении — уже более заметно. Однако такое соотношение обусловлено большим вкладом в нормальное неравенство высоких заработков в научном обслуживании. В отраслях социальной сферы — здравоохранении, образовании, культуре и искусстве — избыточное неравенство значительно превосходит избыточное неравенство в промышленности, науке и в российской экономике в целом. Причем при переходе от абсолютного к относительному определению границы бедности оценки избыточного неравенства в этих отраслях становятся удручающе высокими и превосходят оценки нормального неравенства.




Рис. 4. Избыточное и нормально неравенство

при относительной границе бедности

Источник: расчеты по данным Росстата


Подводя итог всему сказанному в этом, мы можем с полным основанием утверждать, что снижение избыточного неравенства является не просто одним из факторов, а одним из ключевых факторов роста инновационного потенциала и продуктивности экономики.

Неравенство доходов и социальных статусов, соответствующих разным уровням доходов, в значительной степени детерминирует объем и структуру потребительского спроса. Чем выше неравенство, тем ниже совокупный потребительский спрос при одних и тех же совокупных доходах населения. Это объясняется тем, что, чем выше неравенство, тем большая доля населения вынуждена снижать свои расходы по отношению к своим потребностям, и тем большая населения, которая, достигнув определенного уровня насыщения потребления, переключает свои денежные ресурсы отчасти на потребление эксклюзивных товаров и услуг, а в основном — на накопление. Такой механизм сильнее всего действует на совокупный спрос на отечественные товары. Рост спроса на продукцию российской пищевой промышленности обусловлен тем, что расходы населения на продукты питания дифференцированы значительно меньше, чем расходы на непродовольственные товары. И много меньше, чем расходы на товары длительного пользования (ТДП). Напротив, низкий спрос на отечественные непродовольственные товары, в особенности на ТДП, обусловлен тем, что основная масса населения слишком бедна, а те, кто имеет достаточно денег на эти товары, покупают более дорогие импортные товары.

Здесь важно понимать, что зависимость между спросом и предложением отнюдь не является однонаправленной. Есть много факторов, как экономических, так и институциональных, побуждающих систему розничной торговли предлагать в основном импортные непродовольственные товары. С одной стороны, торговля импортными товарами создает массу преимуществ, в том числе за счет привлечения иностранных инвестиций и использования связей с зарубежными фирмами для вывоза капитала. С другой стороны, реклама, мода, соображения социального престижа навязывают обеспеченным россиянам стандарт потребления, ориентированный именно на импортные товары. В сочетании с растущей концентрацией капитала в сфере торговли, все эти факторы создают условия, в которых отечественные производители ТДП и других непродовольственных товаров практически не могут продвигать и позиционировать свои товары на рынках сбыта — независимо от того, какими преимуществами по соотношению качество/цена эти товары обладают. Дело не в том, что они не могут производить конкурентоспособную продукцию, а в том, что реальная конкуренция на российских рынках управляется совсем не теми факторами, которыми оперирует экономическая теория.

Разумеется, низкое качество отечественных товаров, а также неумение производителей создать для них хорошую "упаковку" играет свою роль. Однако, суть дела в том, что основная масса прироста доходов и прироста спроса создается за счет прироста доходов и спроса 10-20% наиболее обеспеченных россиян, и сложившаяся система торговли отвечает на этот прирост расширением импорта, то есть увеличением предложения того, что заведомо можно и наиболее удобно продать этим наиболее обеспеченным. А сегментация рынка непродовольственных товаров все более и более сдвигается в сторону вытеснения предложения отечественных товаров торговлей импортными товарами. Если бы доходы населения росли более равномерно, и, тем более, если бы доходы мало и средне обеспеченных слоев населения росли быстрее, чем доходы высоко обеспеченных, то увеличение спроса на отечественные товары увеличило бы возможности отечественных производителей в повышении качества и расширения выпуска своей продукции.

Мы уже сказали, что, чем выше неравенство, тем большая доля совокупных доходов населения направляется на накопление. Это способствовало бы экономическому росту, если бы накопления трансформировались в инвестиции через вложения в банки и покупку ценных бумаг. Однако, накопления богатых, составляющие основную массу совокупного объема накоплений, по большей части расходуются на приобретение недвижимости. Фактически, чем выше неравенство, тем выше доля расходов на приобретение непроизводственной собственности в совокупных доходах. Наши оценки показывают, что в 2000-2004 годах расходы населения на приобретение недвижимости и сбережения составляли от 13 до 14% ВВП и примерно 2/3 этих расходов составляли расходы на приобретение недвижимости. Отчасти это стимулирует рост строительства, но в бедной экономике с дефицитом кредитно-инвестиционных и ресурсов это тормозит экономический рост, причем весьма существенно. При меньшем неравенстве объем банковских вложений населения, которые можно было бы использовать на кредитование производства и инвестиции, был бы выше.

Избыточное неравенство и бедность повышают уровень преступности и вынуждают к высоким расходам на защиту собственности и имущества, на обеспечение личной безопасности и на поддержку общественного порядка. В ходе реформ в России образовалась экономическая и институциональная структура, обслуживающая интересы наиболее обеспеченных слоев населения. В первую очередь это интересы крупных собственников, а во вторую — интересы новых высоко обеспеченных слоев населения — менеджеров, высокооплачиваемых работников в экспортных отраслях производства, специалистов и предпринимателей в сферах финансов, торговли, элитных услуг и строительства, чиновников, — которые прямо или косвенно процветают за счет денежных потоков, исходящих от крупных собственников. Их избыточные притязания на быстрое извлечение сверхвысоких доходов и быстрое накопление собственности заводят экономику в тупик даже при самых благоприятных внешнеэкономических обстоятельствах.

Именно этот класс заинтересован в сохранении status quo и в медленном проведении реформ путем «тонкой настройки» экономики, при которой все достигнутые им преимущества будут не только сохраняться, но и увеличиваться. Проблема государства заключается в том, чтобы выработать такую стратегию институциональных преобразований, которая, не ограничивая экономической свободы, создавала бы эффективные сдержки и противовесы реализации интересов, приводящих к угрожающим социально-экономическим диспропорциям в обществе.

Гипотеза катастрофического ухудшения демографической ситуации в Российской Федерации как следствия социальной напряженности, вызываемой неравенством и бедностью, находит неожиданное и весьма существенное подтверждение в результатах наших исследований. Оно базируется на результатах корреляционно-регрессионного анализа зависимостей коэффициентов рождаемости, смертности и естественного прироста (убыли) населения от различных показателей неравенства, уровня жизни и бедности в динамике и в территориальном разрезе.

Социальная напряженность имеет два диаметрально противоположных воплощения: первое, позитивное воплощение — это конструктивное напряжение социальных сил, второе, негативное — это напряжение, обусловленное ограниченностью социальных перспектив, безвыходностью социально-экономического положения, отсутствием путей для желаемой реализации своего человеческого потенциала. Эффект негативного социального напряжения подобен эффекту тяжелой депрессии, при которой ценность жизни утрачивается. Соответственно, и неравенство в зависимости от условий, в которых оно реализуется, может оказывать диаметрально противоположное воздействие на социально-психологическое состояние общества. В нормальных условиях, когда оно не порождает у значительных по численности групп населения чувства своей социально-экономической несостоятельности, когда большинство населения видит в неравенстве потенциальную возможность улучшения своего положения, осуществление которой целиком зависит от собственных усилий, неравенство позитивно влияет на социально-психологическое состояние общества. В таких условиях неравенство стимулирует конструктивное напряжение социальных сил. Это подтверждается результатами недавних сравнительных исследований по США и странам Западной Европы, показывающими, что, чем выше неравенство оплаты труда, тем выше и субъективная склонность к интенсивному труду, и фактическая производительность труда. Напротив, неравенство, выражающееся в лишениях, испытываемых значительными группами населения, вызывающее ощущение социально-экономической несостоятельности из-за невозможности улучшения своего положения за счет собственных усилий, воздействует на социально-психологическое состояние общества негативно. В этом случае оно не только служит источником нейро-психологической напряженности, но и деформирует мотивацию социального поведения. В том числе, оно разрушительно воздействует и на репродуктивное поведение населения.



Рис. 5. Зависимости рождаемости и смертности

от доли дефицита доходов членов бедных семей из не более чем двух человек в общем дефиците доходов у бедных

Источник: расчет по данным Росстата

Диаграмма на рис. 5 показывает, сколь сильное воздействие оказывает бедность малочисленных и неполных семей на демографические процессы в совокупности регионов России. Социально-экономические ситуации и уклад жизни в регионах России настолько разнообразны, что, казалось бы, единообразное объяснение уровней рождаемости и смертности в них просто невозможно. В таких обстоятельствах регулярные статистические зависимости, подобные показанным на рис. 5, дают неожиданное и весьма убедительное подтверждение нашей концепции. Здесь важно пояснить, почему на рис. 5 объясняющей переменной является относительная бедность семей из не более чем двух человек. Абсолютные показатели уровня жизни, неравенства и бедности не проявляют в региональном разрезе осмысленных корреляций с коэффициентами рождаемости, смертности и естественного прироста (убыли) населения, так же, как и традиционные показатели, такие, например, как уровень безработицы. То обстоятельство, что демографические показатели проявляют регулярные статистические связи именно с относительными показателями уровня жизни, неравенства и бедности групп семей разного размера, а не с абсолютными показателями по этим группам или по населению в целом, точно соответствует нашему описанию механизма формирования социальной депривации. По нашим оценкам до 95% межрегиональной дисперсии рождаемости, смертности и прироста (убыли) населения объясняется системой относительных показателей уровня жизни и неравенства доходов одиночек и семей из двух-трех человек. В этом механизме ключевую роль играют социальные сравнения, а не абсолютные уровни жизни тех или иных слоев населения.


Заключение

Фундаментальная проблема государственной политики вообще и социальной политики в особенности состоит в том, в каких пропорциях эта политика должна распределяться между прямыми действиями государственных структур и косвенными действиями посредством создания и поддержки «правил игры», в рамках которых происходит самоорганизация экономических и социальных функций. Перенос теории фирм на государство, когда оно рассматривается как «большая корпорация», которая из соображений эффективности выбирает, где целесообразно использовать рыночные инструменты, а где — нерыночные институты и организационные механизмы, является упрощенным. Основной урок из теории фирм применительно к государству состоит в том, что когда речь идет об осуществлении долговременных интересов, нерыночные институты и соответствующие организационные механизмы более эффективны, чем рыночные инструменты. Они, во-первых, менее затратны, а во-вторых, более адекватно приспособлены к неопределенности будущего, поскольку, в отличие от рыночных инструментов, они не «рационируют» преимущества, которые могут быть достигнуты в будущем, под выгоды, видимые сейчас.

Согласно Шумпетеру, прогресс рыночной экономики предопределяется не рыночными сигналами и рациональными ожиданиями, а тем, насколько предприниматели, планируя развитие фирм и корпораций, способны произвести нечто неожиданное. Неожиданность инноваций не означает, что они не могут предвидеться. Напротив, инноватором движет именно видение новых возможностей и вера в то, что, приложив достаточно усилий, он сможет добиться их осуществления и воспользоваться преимуществами, которые их осуществление ему обеспечит. На подобном различении между неожиданностью и непредвиденностью в книге Сена5 построена критика ультрарыночных идей Фридриха фон Хайека. Противопоставляя взглядам фон Хайека свои взгляды на целесообразность государственных реформ, Сен пишет: «Если понимать теорию неожиданных последствий таким образом (в смысле предвидения важных, но неожиданных последствий), то она нисколько не враждебна проведению реформ на рациональной основе. И даже напротив. В процессе экономического и социального осмысления возможно учесть последствия, к которым мы не стремимся, но которые тем не менее станут результатом функционирования институциональных структур, и в таком случае мы сможем точнее оценить необходимость данных институциональных структур с учетом вероятности различных неожиданных последствий».

Принципиальное отличие государства от рыночной корпорации состоит в том, что цели и задачи государства значительно шире чисто экономических. Государство выстраивает социальный порядок, создавая и поддерживая институты, регулирующие социальную конкуренцию и социальный отбор. Государство управляет социальной стратификацией, создавая и поддерживая статусные приоритеты, необходимые в интересах долговременного развития общества. Иными словами, оно призвано совершенствовать институциональную и социальную структуру общества согласно критериям, основанным на ценностях, выработанных человечеством в историческом процессе отбора идей путем многочисленных проб и ошибок, — ценностях, которые, ограничивая текущие предпочтения, позволяют минимизировать ошибки по отношению к будущему. Государство призвано это делать, но не делает в фазе «турбулентных» политических и социально-экономических преобразований, направленных на «модернизацию» институтов путем имитации системы, сложившейся в более преуспевающих странах, как это произошло в России. «Экономическая стабилизация» после предшествующих шоков была определенным достижением. Но в России давно назрела необходимость реформ, основанных на рациональном предвидении и на интенсивном использовании своего интеллектуального потенциала, а не на имитации институциональных «рутин», которые в развитых странах отнюдь не играют такой роли, какая им вменяется в произведенных и в планируемых ныне российских реформах.


Приложение.

Точные определения нормального и избыточного неравенства,

поляризации и концентрации


Для полного понимания основного текста доклада целесообразно привести точные определения используемых в нем понятий.

Различные разложения индекса Джини обычно строятся с помощью известной формулы

G = 2 covF (X, F(X)) /m = (2/m) (xm)(F(x) — F)dF(x) (1)

В этой формуле covF(X, F(X)) — ковариация между уровнем дохода X и долей F(X) населения с доходом не выше чем X, m — средний доход по всей рассматриваемой совокупности. Для непрерывной функции распределения доходов F(x) её среднее значение F = 0.5.

При заданной границе бедности z в переменной X могут быть выделены компоненты, соответствующие доходам не ниже и не выше чем z :

X = X +(z) + X(z) — z , (2)

X +(z) = max { z, X }, X(z) = min { z, X } (3)

Переменные X (z) описывают распределения доходов, цензурированные снизу и сверху границей бедности z. Разложение (2) влечет за собой разложение индекса Джини (1) в сумму двух компонент

G = (2/m) covF (X(z), F(X)) + (2/m) covF (X +(z), F(X)) (4)

Разложение общего неравенства в сумму нормального и избыточного неравенства получается в результате небольшого исправления формулы (4).

Мы определяем нормальное неравенство формулами

GN = 2 covF (X +(z), F(X)) / m + , (5)

m + = m + m , m = h(zmP) , (6)

h = F(z) , mP = h –1 0 z xdF(x). (7)

В этих формулах m — прирост среднего дохода, возникающий в результате повышения всех доходов ниже границы бедности до этой границы, h — доля населения с доходом ниже границы бедности, а mP — средний доход в этой группе населения.

Избыточное неравенство определяется как разность общего и нормального неравенства:

GE  G — GN = (2/m) covF (X(z), F(X)) + (m /m) GN . (8)

Нормальное неравенство в (5) имеет эквивалентное описание с помощью классической формулы для индекса Джини, в которой обычная кривая Лоренца заменяется соответствующей нормализованной кривой.

Нормализованная кривая Лоренца — это кривая Лоренца для функции распределения F +(x) = F(x + (z)) :

LN(q) = qz/m + при qh, (9)

LN(q) = (L(q) + hz/m +L(h)) / (1 + hz/m +L(h)) при q > h. (10)

В терминах этой кривой нормальное неравенство имеет прозрачную геометрическую интерпретацию, показанную на рис. 6. Прямые на этом рисунке имеют следующее объяснение. Нижняя прямая отделяет область доходов ниже прожиточного минимума. Это график функции qz/m +. А верхняя прямая симметрична ей относительно диагонали.



Рис. 6. Нормальное и избыточное неравенство зарплат

в российской экономике в 2001 г.


Дополнительные разложения индекса Джини, а также нормального и избыточного неравенства были введены А. Кирутой6 в 2003 г. Индекс поляризации и соответствующий индекс концентрации зарплат в терминах кривых Лоренца определяются формулами

P = 0,5 — 2 0 1L(q) — LP(q) dq, (11)

C = 4 0 1 (LP(q) — min { L(q), LP(q)}) dq. (12)

где

L(q) = (1/m) 0 x(q) y dF(y) , x(q) = min { xF(x)  q } . (13)

— функция Лоренца исходного распределения F(x), а

LP(q) = 0 при q  0.5 и = 2q — 1 при q > 0.5 , (14)

— функция Лоренца в ситуации "абсолютной поляризации", когда экономика разделена на две равные группы, все члены первой группы получают нулевой доход, а все члены второй группы получают доход, равный удвоенному среднедушевому доходу.

Индекс Джини всегда раскладывается в сумму неравенства, обусловленного поляризацией, и неравенства, обусловленного концентрацией зарплат:

G = P + C . (15)

Индексы нормальной поляризации и концентрации (PN, CN) определяются по тем же формулам (11), (12) в результате подстановки в них вместо исходной функции Лоренца L(q) нормализованной функции Лоренца LN(q). Индексы избыточной поляризации и концентрации определяются просто как разности

PE = P — PN, CE = C — CN. (16)

При таких определениях будут выполняться соотношения

GN = PN + CN, GE = PE + CE. (17)
  1   2   3   4   5

Похожие:

Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconПрограмма дисциплины [Введите название дисциплины] для направления/ специальности [код направления подготовки и «Название направления подготовки» ] подготовки бакалавра/ магистра/ специалиста Правительство Российской Федерации
Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки/ специальности...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconПрограмма дисциплины [Введите название дисциплины] для направления/ специальности [код направления подготовки и «Название направления подготовки» ] подготовки бакалавра/ магистра/ специалиста Правительство Российской Федерации
Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки/ специальности...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconПрограмма дисциплины Аналитические центры как субъекты политики (Think Tanks as Policy Actors)  для направления 030200. 68«Политология»
Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки/ специальности...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconПрограмма дисциплины Аналитические центры как субъекты политики (Think Tanks as Policy Actors)  для направления 030200. 68«Политология»
Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки/ специальности...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconСоциальное неравенство и теории классов: концепции томаса Х. Маршалла, ральфа дарендорфа, эрика о. Райта
Диссертация выполнена на кафедре истории и теории социологии социологического факультета Московского государственного университета...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconТематическое планирование по обществознанию в 11 классе
Социальная сфера, социальная дифференциация, социальное неравенство, социальная стратификация, класс, страта, социальная мобильность,...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconПрограмма дисциплины Теория игр и основы управления коллективным поведением  для направления 030200. 68«Политология»
Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки/ специальности...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconАлександр Сунгуров Ленинградский клуб Перестройка как прототип Центра публичной политики
Целью настоящей работы является анализ деятельности Ленинградской «Перестройки» как прототипа Центра публичной политики (определенного...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconН. Ю. Беляева Существует ли публичная политика в современной России?
Не случайно на XI симпозиуме Московской высшей школы социальных и экономических наук и Интерцентра (январь 2004 г.) среди прочих...
Проект «Социальное неравенство и публичная политика» (СНиПП) «Неравенство доходов как объект публичной политики» iconСоциальное неравенство: тормоз экономического и демографического роста
В общественное сознание внедряется миф о том, что по мере экономического роста автоматически создается возможность повышения уровня...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница