Оглавление введение зачем мы создаем доктрину




Скачать 11.88 Mb.
НазваниеОглавление введение зачем мы создаем доктрину
страница93/93
Дата26.01.2013
Размер11.88 Mb.
ТипДокументы
1   ...   85   86   87   88   89   90   91   92   93
цивилизации воинов. Можно говорить о том, что олицетворением “удерживающего” в России был в первую очередь царь, во вторую очередь – воины, но в огромной степени – и все остальные.

По замечанию К. Крылова, “главным источником зла в рамках данной этической системы считается (…) потакание злу, готовность смириться с ним, потворствование ему (чем бы это ни объяснялось)”.

России как потенциальной цивилизации воинов, хранителей мира противостоит особый смешанный этический тип – транснациональных “новых кочевников”. Данный тип близок одновременно к четвертой, асоциальной установке (условно “цыганской”) и к пятой, антисоциальной (варварской и пиратской), являясь их гибридом. При этом на вооружение он взял самые изощренные из технологий западной цивилизации и овладел ее финансовыми инструментами. “Новые кочевники” извлекают прибыль из хаоса, наиболее точным определением их социальной роли будет мародерство. Однако это мародерство не на индивидуальном, а на цивилизационном уровне – сея хаос в том или ином государстве, транснационалы обогащаются на распаде традиционных укладов, их трансформации, пользуясь сдвигами социальных структур, сменами “правил игры”, к чему коренное население и традиционные институты не успевают приспособиться. Если символической формулой транснационального мародерства выступает “воронка” хищнического потребления, финансово-экономическая “черная дыра”, смерч, стремящийся “урвать” и утащить разрушаемые ценности, то седьмая, русская нравственная модель ей прямо противоположна – это динамический консерватизм, символом которого является движущийся стержень, вращающийся меч, пульсирующий источник света.

Русский нравственный мир – это мир активного противления злу, упреждения действий зла, удержания зла. России как потенциальной цивилизации воинов, хранителей мира противостоит особый смешанный этический тип – транснациональных “новых кочевников”, извлекающих прибыль из хаоса: сея хаос в том или ином государстве, транснационалы обогащаются на распаде традиционных укладов, их трансформации, пользуясь сдвигами социальных структур, сменами “правил игры”.

В этике динамического консерватизма власть принимает на себя функции охранения и вооруженной защиты естественной справедливости, выступая блюстительницей нравственного начала в том, что касается “посюсторонней” человеческой жизни.

Для этики разложения, для этики “постиндустриальных цыган” Россия выступает как грозная цивилизация, “добро с кулаками”, не дающая распоясаться негодяям. Россия выступает для носителей остальных шести этических систем как страж порядка, “городовой мира”.

В своей незрелой и неполной форме седьмой нравственный мир начал воплощаться уже давно, первые его признаки проявились в Византии, хотя там доминировала этическая система классического, а не динамического консерватизма (и миссия Удерживающего как имперского долга фактически не осознавалась). Осознание самобытной нравственности цивилизации миродержавия начинается только в Московской Руси, ее черты резче проявились в Российской империи и, как это ни странно, еще более веско заявили о себе в эпоху СССР – вопреки кажущемуся кризису морали, данный процесс выработки нового нравственного мира продолжается и теперь.

В первой части Доктрины мы писали о духовно-политическом идеале русской сверхнациональной нации, в котором, по существу, воплощается союз седьмой и шестой установок этики – праведности и воинственности. Духовно-политический идеал России есть идеал святого воина и воинствующего за веру праведника. В русском нравственном мире державная мощь осознается как дар свыше, который дан не напрасно, не за здорово живешь. Этот дар должен получить свое оправдание в активном противоборстве со злом, удержании его в узде. Русская мораль не отрицает, что в мире должны быть и чудеса, и покровительство высших сил, сама Русская земля рассматривается как “заповедная”, хранимая Богородицей. Однако это чувство России как “заповедной земли” ведет не к пассивности, а, напротив, наделяет правом и долгом быть проводником и орудием божественной силы.

Пословица “На Бога надейся, а сам не плошай” в народе понимается в буквальном смысле – нужно действовать так, чтобы дело решалось и чисто человеческими силами. Установка на то, чтобы быть орудием высшего идеала, его активным защитником, порождает и соответствующий человеческий тип – хранителя мира.

5. Образ России будущего

Старая традиционная нравственность в народе еще не до конца утрачена, она хранится в порядочности и бытовых привычках, которые у русских людей существенно отличаются от, например, западноевропейских. Однако старую нравственность, инерцию естественных этических установок нельзя путать с сознательным поддержанием и созданием моральной системы нации, тем более что в состав нации входят представители разных племен и культурных укладов, разных традиций, восходящих не к одному, а к нескольким нравственным мирам. Россия как классическая, “правильная” империя предполагает многовариантность укладов, внутренних миров. Даже принадлежность к православию не означает принадлежности к одной культуре: православие допускает множественность культурных традиций. Тем более в цивилизации, которая уже давно нашла подходы к сверхконфессиональному строительству общих для всей нации институтов, разработка нравственных стандартов и стандартов качества жизни не означает культуртрегерства и цивилизаторства в смысле приведения всех укладов к единому знаменателю. Формирование этих стандартов есть не что иное, как распространение очевидных благ. Так, еще в эпоху Древнего Рима благами имперской цивилизации были прекрасные мощеные дороги, акведуки, избавление морей от пиратства и тому подобные понятные всем племенам и народам достижения. России сегодня необходимо выработать набор благ, который действительно способен войти в приемлемый и желанный для других этнокультурных общностей стандарт. Не перековка народов по своему образу и подобию (происходящая на Западе в соответствии с его этической системой индивидуализма), но предоставление народам привлекательного идеала – под эгидой русской этики совместного противостояния злу и паразитическим явлениям – вот образ России будущего для всего мира.

России необходимо выработать набор благ, который действительно способен войти в приемлемый и желанный для других этнокультурных общностей стандарт. Не перековка народов по своему образу и подобию, но предоставление им привлекательного идеала – под эгидой совместного противостояния злу и паразитическим явлениям – вот образ России будущего для мира.

Как мы уже отмечали, для русской этической системы характерно концентрироваться не на ответных, а на упреждающих волевых поступках, предугадывающих новые вызовы и происки зла, не позволяющих ему перехватить инициативу. Поэтому нашей цивилизации предстоит сформировать своеобразную инновационную установку на превентивное обеспечение безопасности. Поскольку возникающие угрозы для государств и человечества как сверхнационального сообщества могут иметь самый неожиданный характер, никогда точно не известно, что именно может оказаться жизненно необходимым в следующий момент истории. России надо уделять первостепенное внимание широкому спектру инноваций, а также их свойствам быть легко применимыми и адаптируемыми, с возможностью быстрой подгонки к разным условиям. От стратегического продукта с маркой “Россия”, как интеллектуального, так и вещественного, будут требоваться качества удобства, надежности, простоты в обращении. При этом Россия должна стать источником технологий, в первую очередь связанных с ее главной воинской миссией, – здесь проявит себя смысл вышеуказанной коалиции ученых и воинов.

Мы считаем, что нравственная установка власти в XXI веке внутри России могла бы исходить из нескольких принципов:

1) делать ставку на самостоятельных, крепких, устойчивых людей во всех слоях и сословиях общества;

2) утверждать этические образцы личным примером (чтобы снискать народное доверие и любовь, нужны общепонятные – самоотверженные – поступки носителей государственной власти);

3) сделать сами имена “Россия”, “русские” символами правильной цивилизации и морального влияния (ведь только личное имя способно выразить спаянность различных характеристик, из которых складывается культурно-исторический тип);

4) целенаправленно содействовать формированию живого правящего слоя, активной “смыслократии”, не бояться в их числе умных, амбициозных, одаренных людей, при этом их творчество и созидание должны быть введены в строгое нравственное русло, в том числе и символическими средствами (в частности, нужна публичная присяга всех высших руководителей государственной власти, глав общенациональных институтов с акцентом на их личную ответственность при осуществлении порученного дела), а также путем создания морального кодекса – с ключевой идеей жертвенно-рыцарственного служения Отечеству;

5) проявить железную волю, как в противодействии внутренним врагам очищения страны, так и вовне; власть должна найти способы продемонстрировать свою способность к применению силы, в том числе и дать понять, что Россия при определенных условиях (которые должны быть четко оговорены) применит ядерное оружие – этот аргумент крайний, но он должен быть действительным аргументом в случае угрозы нашей духовной суверенности и попыток помешать России идти самостоятельным политическим курсом (в этой связи можно напомнить и знаменательную историческую аналогию – требование Б. Рассела в 1946 г. о нанесении по СССР превентивного ядерного удара); нужно поставить врагов России перед фактом, что в нашей этической системе сила является источником блага, а государство, которое не может проявить силу, не может считаться и суверенным.

Русский человек XXI века должен быть не пассивным созерцателем, “убегающим” от сложнейших задач действительности, но воинствующим выразителем своего нравственного и духовного идеала. Наш культурологический “брэнд” – Ванька-встанька, неунывающий архетип нации, символ русского оптимизма.

Итак, резюмируя все сказанное, Россия нуждается не в копировании западной системы, где общество расщепляется на узенький слой “эзотерической элиты” и основной потребительский класс, в сущности, беспомощный и беззащитный перед новыми вызовами истории, но в консолидации нации, сотрудничестве ее элиты с основным несущим слоем – самостоятельных, нравственно дееспособных домостроителей, кормильцев своих семей и крепких опор государственного порядка. Каждому из русских домостроителей должен быть открыт путь к высотам образования, познания и служения государственному единству, участию в управлении и определении стратегических задач нации. Нам нужны не легко гипнотизируемые обыватели, но образованные, самостоятельные сильные люди внизу – только такие люди смогут стать основой долговечной, развивающейся, преодолевающей вызовы, смотрящей вперед цивилизации. Об этом более ста лет назад писал Д.И. Менделеев: “Нам особенно нужны образованные люди, близко знающие всю русскую действительность, для того, чтобы мы смогли сделать настоящие, самостоятельные, а не подражательные шаги в деле развития своей страны”.

Русская доктрина ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Завершен первый этап работы над Русской доктриной. Сейчас перед читателем – еще не монументальные конструкции русского мировоззрения XXI века, а скорее его незаконченная стройка. Многие идеи, которые были озвучены в ходе формирования и становления творческого коллектива, которые затем просеялись через сито совместных обсуждений в процессе сближения авторских позиций и сведения различных экспертных материалов, сами еще находятся в движении, ищут свое место.

Работа над Доктриной соединила в себе два принципа: с одной стороны, жесткая редакционная установка на органичную целостность текста, без которой труд неизбежно превратился бы в сборник статей, с другой стороны, принципиальная открытость, которая позволила не только объединить усилия многих авторов и экспертов, но и представить отличающиеся друг от друга идейные позиции. Вынашивая Доктрину, мы убедились: не обязательно быть единомышленниками во всем, чтобы работать сообща над целостным мировоззрением, создавать единую идеологическую платформу и программу преобразований. Каждый из соавторов стремился внести в общий труд самое ценное и нужное. Это тем более удивительно, что эксперты столь высокого класса, как правило, люди достаточно амбициозные и честолюбивые. Однако сам исторический момент, ощущение приближения великого перелома и начала нового объединяющего дела позволили переступить через так часто мешающие совместным инициативам внутренние барьеры.

В Русской доктрине едва ли не впервые за многие десятилетия удалось дать всеобъемлющую перспективу консервативных преобразований – результат совместного труда авторов и экспертов, не согласных между собой в деталях, но согласных в главном: в России назрела потребность в выдвижении органической мировоззренческой платформы, консолидирующей нацию и отодвигающей в прошлое неадекватные идеологии, которые по сути являлись не чем иным, как препятствиями для осознания природы нашей страны и провозглашения ее цивилизационной миссии. Речь идет о восстановлении нормальной России после острейшего кризиса последнего Смутного времени.

В настоящее время в России сосуществуют и конкурируют четыре основные идеологические платформы, адекватность которых положению и будущности нашей страны становится все более и более сомнительной. Эти платформы суть:

- социал-демократия (идеологические наследники КПСС и представители “новой левой” волны);

- радикальный либерализм (платформа реформаторов, в очередной раз возомнивших себя “пророками прогресса и цивилизации” в “отсталой стране” и по существу возглавивших и до сих пор оправдывающих разрушения нового Смутного времени);

- радикальный русский национализм (разрозненное, но очень влиятельное общественное движение, постоянно вытесняемое либералами из официального политического поля как несущее в себе угрозу “фашизации”);

- либеральный консерватизм (более поздняя по своей актуализации платформа, заявляющая на словах о сочетании “свободы” и “традиции”, а на деле пытающаяся путем компромиссов скрестить нескрещиваемое: национальную реакцию, восстановление долговечных форм государственности и культуры пытаются совместить с идеологией “псевдоэлиты” и этикой компрадоров и криминально-коррумпированных кланов).

В отношении четырех названных платформ, господствовавших в поле идейной борьбы последние 15 лет, следует сказать, что все они являются заемными, скопированными из западной политической практики. Все они – плоды не наших исторических побед и поражений, не наших дум и чаяний, все они не выстраданы Россией и русскими людьми, а взяты партийными группами как инструментарий для имитации политики. (К радикальному национализму – с его пафосом “крови”, идеалом европейского национального государства восточных славян, подражательными “нацистскими” ритуалами, расистской и неоязыческой утопиями – это относится не в меньшей мере, чем к либерализму; более того, говоря откровенно, национализм и либерализм – идеологии внутренне связанные, как два полушария одного цивилизационного уклада.)

Платформа Русской доктрины непривычная, не вписывающаяся ни в одну из вышеуказанных идеологических матриц.

Выработка идеологии и программы Русской доктрины как некий результат общественной мысли была бы невозможна без трудных исканий многих авторов на протяжении десятилетий, стремления описать “национальную идею”, дать формулу духовного и социального возрождения и преображения России. В различные эпохи к ней приближались разные мыслители и деятели, происходило это и в 90-е годы XX века (митрополит Иоанн (Снычев), В.В. Кожинов, многие из ныне живущих авторов, в том числе и влившиеся в коллектив экспертов Русской доктрины). До сих пор нам для создания своей сверхнационально-русской системы убеждений недоставало главного – масштабности, возможности к объединению в рамках широкой платформы нескольких родственных взглядов, нескольких, пусть и не до конца совпадающих, интеллектуальных и политических традиций. Партийные и коалиционные предвыборные попытки – не в счет, ведь они осуществлялись по сценарию “политического спектакля”.

Русская доктрина – это платформа принципиально не предвыборная. Русская доктрина построена на живых принципах тысячелетней духовно-политической традиции России, при этом она смотрит не вспять, а в будущее. Одно из имен, которыми мы предлагаем назвать новую идеологическую систему, – динамический консерватизм. О его сути мы неоднократно высказались на страницах Доктрины. Учитывая ее укорененность в Традиции, нашу идеологию нельзя считать абсолютно новой, но она несет в себе многие своеобразные черты русской цивилизации, которые до сих пор не были сполна выражены.

Динамический консерватизм отличается от других идеологических платформ принципиальной готовностью к самым неожиданным поворотам истории, он не запрограммирован на какой-то однозначный вектор (идею неизбежного “прогресса”, установку на неминуемое сближение с Западной Европой, либо, напротив, необходимость разрыва с ней во что бы то ни стало, ориентацию на гарантированно миролюбивое развитие межцивилизационного сотрудничества на Востоке, в Азии и т. п.). Вполне возможно, что завтрашние угрозы для России придут совсем не с тех направлений, с которых они ожидаются сегодня. И сегодняшние противники и недоброжелатели России могут оказаться и союзниками, и наоборот, союзники могут повернуться против России. Динамический консерватизм вооружает методологией моделирования и прогнозирования будущего.

Сегодня “классические” идеологические платформы не могут предложить ничего, кроме той или иной формы очередного “срыва”, очередного “дефолта” России как цивилизации. Совершенно иллюзорной представляется попытка построения “новой России”, вписанной в потребительский мир. Даже если либерально-консервативной программе удастся на данном этапе взять верх, она не будет способна стать стратегией, не сможет ответить на глубинные запросы общества и выразить культурные архетипы нации. Пройдет еще несколько лет, может быть пять, максимум десять (при условии невероятно благоприятной внешней конъюнктуры), и наступит тотальный кризис, который вновь ввергнет Россию в хаос и поставит перед угрозой полного растворения в истории. Если же внешняя ситуация будет менее благоприятной, то Россию просто разорвут на части, внутренние центробежные и внешние агрессивные силы на Западе и на Востоке похоронят режим, отказавшийся стратегически мыслить. Комплекс идей Русской доктрины нужно принять сейчас, пока это возможно, пока еще не поздно.

Помимо полного распада страны есть и другой сценарий. Если сегодня не принять идей Русской доктрины, идей вменяемого национального и духовного консерватизма – тогда после “срыва” стагнации появляется большой шанс у сил радикального национализма. На смену либералам-западникам придут уже не динамические консерваторы, а националисты-схоластики и подражатели западным же “крайне правым”, “национал-социалистам” – при таком развитии событий нелицеприятный анализ ситуации и жесткость Русской доктрины покажутся нынешним ее противникам сущим раем, по сравнению с “новой Россией”, “Россией для нацистов”. От такого очередного “срыва” проиграют все – и в первую очередь русский народ, для которого идеи “этнического государства”, “национальной исключительности” не характерны, чужды его исторической традиции.

Доктрина нуждается в развитии, в обогащении идеями тех экспертов и мыслителей, кто пока не вошел в круг наших авторов. Мы еще не достигли уровня подробного и исчерпывающего описания устройства будущей России, некоторые вопросы остались лишь в виде набросков. Любые конкретные схемы должны пройти проверку жизнью и практикой. Мы стремимся к дальнейшему приближению к выверенному мировоззрению и призываем всех неравнодушных, мыслящих патриотически подключиться к работе. Мы уверены, что разница во взглядах на те или иные вопросы актуальной политики и стратегии не должна нас смущать. Речь идет о гораздо большем, чем дискуссия – речь идет о судьбах будущей России.





1   ...   85   86   87   88   89   90   91   92   93

Похожие:

Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление оглавление 1 введение 2 постановка задачи 3 анализ методов решения задачи 3
Всемирная тенденция к объединению компьютеров в сети обусловлена рядом важных причин, таких
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление оглавление 2 введение 3
Так, в западной экономической системе сфера услуг играет главенствующую роль, а в промышленности на первый план выходят наукоемкие...
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconВведение в психолингвистику оглавление
Заключение
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconЭлективный курс по информатике для предпрофильной подготовки Создаем и размещаем в Интернете
Элективный курс «Создаем и размещаем в Интернете Web-сайт о городе Ярцево» является предметом по выбору для учащихся 9 классов средней...
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление введение 5
Правильная методика лечебного голодания различной длительности 133
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление 2 введение 3
Система мер по совершенствованию мотивации персонала организации на примере «…» 7
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconСоциология учебное пособие новосибирск 2006 оглавление
Введение. Учебные цели
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление Введение
Частотный критерий слабой экспоненциальной неустойчивости на аттракторах дискретных систем
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление 2 введение 3
Пути, формы и методы активизации познавательной деятельности младших школьников 16
Оглавление введение зачем мы создаем доктрину iconОглавление предисловие введение
Кто может заниматься биолокационной диагностикой и лечением биологической энергией
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница