Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков




НазваниеРусская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков
страница1/4
Дата16.01.2013
Размер0.65 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2   3   4



На правах рукописи


Говорухина Юлия Анатольевна




РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА НА РУБЕЖЕ ХХ – ХХI ВЕКОВ


Специальность 10.01.01 – русская литература


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук


Томск – 2010

Работа выполнена на кафедре истории русской литературы ХХ века ГОУ ВПО «Томский государственный университет»


Научный консультант: доктор филологических наук,

профессор Суханов Вячеслав Алексеевич


Официальные оппоненты: доктор филологических наук,

профессор Анисимов Кирилл Владиславович


доктор филологических наук,

профессор Крылов Вячеслав Николаевич


доктор филологических наук,

профессор Силантьев Игорь Витальевич


Ведущая организация: ГОУ ВПО «Тюменский государственный

университет»


Защита состоится «27» октября 2010 г. в _____ часов на заседании диссертационного совета Д 212.267.05 при ГОУ ВПО «Томский государственный университет» (634050, г. Томск, пр. Ленина, 36).


С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Томского государственного университета.


Автореферат разослан «___» __________ 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета,

канд. филол. наук, профессор Л. А. Захарова


Общая характеристика работы


Актуальность и постановка проблемы исследования. Современный этап литературоведения характеризуется ситуацией методологического плюрализма, гуманитарного «взрыва» (Ю. М. Лотман), «эпистемологического разрыва» (М. Фуко), совпавшего с тотальной модернизацией всех уровней социальной жизни. Рубеж ХХ – ХХI веков в гуманитарной сфере – время терминологической неопределенности, когда понятия лингвистики, философии, психологии и психоанализа, социологии, культурологии, герменевтики и семиологии конкурируют в языковой картине мира. Возникают новые области гуманитарного знания, обостряются терминологические и понятийные проблемы, формируются многообразные подходы к исследованию и истолкованию как отдельных терминов, текстов, литературных явлений, так и литературного процесса в целом. Все это определяет актуальность изучения разных уровней литературного процесса рубежа ХХ – XXI веков: от изучения художественных миров отдельных авторов до выявления закономерностей, тенденций развития ведущих (литературных) направлений в широком литературном контексте. В то же время предметом большинства исследований становится по преимуществу художественная литература, в то время как современная литературная критика, являющаяся неотъемлемой частью литературного процесса и выполняющая функцию самосознания литературы, пока должным научным образом не описана и не исследована. Формирующиеся новые методологические подходы используются для исследования исключительно художественной литературы. Литературная критика изучается в рамках прежних методологических парадигм, созданных в 1970 – 1980-е годы – в период активного развития теории критики (работы В. И. Баранова, Ю. Б. Борева, А. Г. Бочарова, Б. И. Бурсова, А. С. Бушмина, А. Я. Иезуитова, В. Н. Коновалова, М. Я. Полякова и др.). Позитивистски ориентированная и в этом своем качестве генетически восходящая к метакритике ХIХ века, теория критики этого периода актуализирует понятия «метод», «объективность», «научность», направляет исследовательские усилия на анализ содержательных, проблемных историко-культурных аспектов литературно-критической практики. В конце 1980-х – начале 1990-х годов литературоведение накапливает основательный опыт критического осмысления позитивистских концепций литературной критики (в работах В. С. Брюховецкого, Г. А. Золотухина, В. Е. Хализева, Л. В. Чернец), однако методологического обновления, которое могло бы послужить импульсом дальнейшего активного развития теории, в 1990-е годы не произошло. Сегодня теория критики как отдельная самостоятельная ветвь литературоведения практически не существует, отсутствуют методологические и теоретические основания для исследования современной литературно-критической практики. Внимание литературоведения обращено к истории критики, персональным критическим дискурсам XIX – начала ХХ веков1, истории критики того или иного региона2. К новейшему времени хронологически наиболее приближены исследования, посвященные критике А. И. Солженицына3. Научное же изучение современной критики, главным образом, ограничивается узким лингвистическим аспектом4, посвящено новым формам бытования критики5. Отсутствуют целостные монографические исследования, посвященные осмыслению специфики литературно-критической деятельности и ее структуры, взаимодействия критики и риторики, изучению современной критики: ее проблемно-тематического поля, методов, ведущих персональных коммуникативных и интерпретационных стратегий, типологии дискурсов.

Такая ситуация в изучении современной литературной критики детерминирована, на наш взгляд, двумя основными группами взаимосвязанных социокультурных и теоретико-методологических причин. Первая – специфика самой литературно-критической ситуации. Еще в XIX веке сложилось мнение о том, что в идеале именно критика определяет направление, стержень журнала. Переходные периоды 1950-х – начала 1960-х годов (оппозиция «Нового мира» и «Октября»), второй половины 1980-х – начала 1990-х годов (оппозиция «Нового мира» и «Молодой гвардии», «Огонька») – время острейшей журнальной борьбы, пропаганды своих ценностей. Идеологическая составляющая в период «оттепели» и перестройки обусловливала особенности литературно-критического мышления, ценностные иерархии, оценки. Критика являлась центром общественного внимания, литературные статьи вызывали отклик не меньший, чем сами литературные произведения, а «толстые» журналы переживали настоящий бум. В 1990-е годы, по мнению самих критиков, критика перестает восприниматься как поле идеологической борьбы, журналы теряют былое позиционное единство, а в конце 1990-х – начале 2000-х годов процесс противостояния перетекает в процесс диффузии6. Неслучайно в дискуссиях последних лет одной из причин упадка журналов называют публикацию в них идеологически (в широком значении) разнонаправленных публицистических и литературно-критических работ. Консервативно ориентированная критика уже в 1990-е годы преодолевает сложившийся своеобразный закон критического освоения только «своих» текстов, а либеральная во второй половине 1990-х практически перестает быть агрессивной в отношении своих оппонентов. Литературная критика утрачивает прежний статус идеологического стержня журнала. По инерции еще продолжается деление «толстожурнальной» критики на либеральную и консервативную (патриотическую), однако, оно уже не определяет то семантическое ядро, которое позволяло бы говорить о том или ином «толстом» журнале как о сверхтексте, о «новомирском», «знаменском» и других типах литературно-критического дискурса.

Ситуация идентификационного кризиса в критике 1990-х годов осложнилась сменой поколений: большая часть критиков периода «оттепели», для которых процесс самоидентификации предполагал в основном социальное и идеологическое самоопределение, уходит из литературной жизни. Приходящее в критику молодое поколение работает в совершенно иных социокультурных обстоятельствах, ему в меньшей степени свойственно стремление выступать «от группы» и более характерен эгоцентричный тип проявления «самости».

Вторая группа причин эпистемологического тупика отечественной теории критики – отсутствие методологической парадигмы, которая была бы релевантна особенностям литературно-критического мышления переходной эпохи, сформированного кризисными социокультурными обстоятельствами. Все это обнажает проблему построения нелинейной модели литературно-критической деятельности, типологии литературной критики, поиска новых классификационных критериев, лежащих в области текстопорождающих механизмов. Существующие сегодня основания типологии современной критики (по форме бытования: журнальная, газетная, телевизионная, сетевая; по ценностно-идеологическому критерию: либеральная, патриотическая) охватывают лишь видимый пласт литературно-критического дискурса и не дают представления о коммуникативных и интерпретационных механизмах современной литературной критики, самоидентификационных процессах, протекающих в ней.

В обстоятельствах отсутствия теоретико-критического дискурса функцию самоосмысления берет на себя сама критика. В «толстых» журналах рубежа ХХ – ХХI вв. она представляет такой опыт интерпретации и самоинтерпретации, который начинает противоречить сложившимся теоретико-критическим описаниям, требуя смены научного подхода. Традиция классической методологической герменевтики, полагающая средоточие смысла в авторской интенции либо в самом тексте, не «совпадает» ни с опытом интерпретационной деятельности, ни с самопредставлением современного критика, который склонен в собственной деятельности видеть процесс самоосмысления, понимания не столько текста, сколько себя в связи с этим текстом, и который воспринимает литературно-критический акт как творческий, сродни художественному. Ситуация «конфликта интерпретаций» внутри метакритики (теоретико-критической и литературно-критической) делает актуальным поиск нового методологического основания для исследования критики постсоветского периода, которое, с одной стороны, преодолевало бы позитивистскую гносеологическую парадигму, а с другой, соответствовало литературно-критической практике и отразившимся в ней коммуникативным (в широком значении) установкам. На наш взгляд, таким основанием для адекватного современной литературной критики метакритического описания может стать герменевтико-онтологическая философская традиция в комплексе с «археологическим» структурализмом М. Фуко и коммуникативным подходом к тексту.

Таким образом, актуальность настоящего диссертационного исследования связана, с одной стороны, с теоретической необходимостью изучения современного литературно-критического дискурса как способа осмысления и описания социокультурных событий постсоветского периода в социальном и экзистенциальном аспектах и поиска новой литературно-критической (само)идентичности; изучения литературной критики в контексте теоретической проблемы способов презентации события в различных нарративных дискурсах, а с другой стороны, с исследованием критики как особого коммуникативного пространства, в котором смысловая организация критического текста и структура предполагаемой авторской программы воздействия на читателя находятся в особом взаимодействии с прагматикой текста. Необходимость конкретизации представлений о феномене современной литературной критики обусловливает актуальность изучения интерпретационных и коммуникативных стратегий ведущих ее представителей, проявления в них (стратегиях) типологического и индивидуального в осмыслении социокультурных явлений и поисках самоидентичности.

С актуальностью диссертации связана и ее научная новизна: впервые в отечественном литературоведении литературно-критическая деятельность исследуется в аспекте онтологической герменевтики и теории коммуникации как особого рода целостный дискурс, что служит новым основанием для типологии литературной критики, функционирующей в эпоху «разрыва». Осмысление литературной критики как дискурсивной деятельности особого рода позволяет впервые исследовать интерпретационные стратегии критики «толстых» журналов как отражение поисков новой идентичности (самоидентичности) в эпистемологической ситуации рубежа ХХ – ХХI вв. и выявить взаимосвязи типологического и феноменального в анализе персональных критических стратегий. Впервые исследуется все множество литературно-критических текстов, опубликованных в «толстых» журналах «Новый мир», «Знамя», «Октябрь», «Наш современник», «Молодая гвардия» на рубеже ХХ – ХХI вв., а также персональные интерпретационные стратегии ведущих критиков (Н. Ивановой, В. Бондаренко, М. Липовецкого, В. Курицына, Д. Быкова).

Материал исследования. Авторы немногочисленных исследований современной литературной критики опираются на тексты ведущих литературных критиков. Такой подход к отбору материала основывается на справедливом убеждении, что именно они (ведущие критики) определяют общий модус и направление развития литературно-критической мысли, делают открытия, которые затем «подхватят» и развернут критики второго и третьего ряда.

Построение типологии литературной критики рубежа ХХ – ХХI вв. требует привлечения всего множества критических текстов, опубликованных в период с 1992-го по 2002-й год, поэтому основным материалом исследования стала идеологически и эстетически многообразная литературная критика «толстых» журналов («Новый мир», «Знамя», «Октябрь», «Наш современник», «Молодая гвардия»). Выбор в качестве материала «толстожурнальной» критики обусловлен тем, что она представляет такую форму бытования литературной критики, которая наиболее остро почувствовала системный и, в том числе, литературный, кризис конца ХХ века и в этом смысле наиболее явно демонстрирует процесс поиска новой идентичности. В работе не исследуется критика, публикуемая в журналах «Вопросы литературы», «Новое литературное обозрение», «Критическая масса» и т.п. Это объясняется задачей осмысления феномена литературно-критического «толстого» журнала конца ХХ века: его идеологической основы, гносеологических установок, определяющих стратегии функционирования, освоения литературного пространства.

Выбор журналов обусловлен необходимостью привлечения в качестве материала идеологически разнонаправленных критических суждений, задачей исследования качественного изменения оппозиции либеральной и патриотической критики на рубеже веков. Обращение к критике «Нового мира» и «Октября» связано с предположением сохранения гносеологического противостояния журналов в условиях неактуальности прежней идеологической оппозиционности. Выбор «Знамени» объясняется наибольшим количеством публикуемых в нем критических суждений-саморефлексий – материалом, значимым для изучения процесса поиска новой идентичности в критике рубежа веков.

В связи с проблемой генезиса теоретико-литературного дискурса в качестве материала привлекается метакритика ХIХ – начала ХХ вв. (статьи П. В. Анненкова, В. Г. Белинского, Н. А. Добролюбова, А. В. Дружинина, Н. Г. Чернышевского, И. Ф. Анненского, В. Я. Брюсова, А. Белого, А. А. Блока, Д. С. Мережковского и др.), теоретико-критические работы второй половины ХХ века (Ю. Б. Борева, В. С. Брюховецкого, Б. И. Бурсова, Б. Ф. Егорова, В. В. Кожинова, В. Н. Коновалова, Б. Г. Лукьянова, В. П. Муромского, Ю. И. Суровцева, Т. С. Щукиной и др.), а также критические тексты А. Агеева, П. Басинского, В. Бондаренко, Д. Быкова, Ф. Быкова, Т. Глушковой, И. Дедкова, Н. Елисеева, Е. Иваницкой, Н. Ивановой, С. Костырко, В. Курбатова, В. Курицына, Л. Лазарева, М. Липовецкого, М. Лобанова, К. Мяло, А. Немзера, В. Новикова, Н. Переяслова, С. Рассадина, И. Роднянской, О. Славниковой, К. Степаняна, П. Ткаченко, Н. Федя, С. Чупринина, М. Эпштейна и др., позволяющие выявить динамику интерпретационных стратегий в критике рубежа ХХ – ХХI вв.

Объект исследования – литературно-критическая практика 1990-х – начала 2000-х годов.

Предмет исследования – современная литературно-критическая деятельность, ее методы и структура, типология, интерпретационные стратегии, дискурсы и проблемно-тематическое поле.

Выбранный материал, предмет и аспект исследования определили его цель и задачи.

Цель работы – выявление типологии современной литературной критики как в плане структуры ее деятельности, так и в аспекте интерпретационных стратегий и дискурсов со всеми входящими в них компонентами.

Цель исследования предполагает решение следующих задач:

  • анализ существующих в теории критики теоретико-методологических парадигм, выяснение их генезиса и принципов исторического функционирования;

  • обоснование необходимости герменевтико-онтологического основания для интерпретации критики переходных эпох;

  • построение и описание структуры литературно-критической деятельности на основе положений онтологической герменевтики и теории коммуникации;

  • создание модели метода литературно-критической деятельности;

  • характеристика новых классификационных оснований типологии литературной критики;

  • описание социокультурной и эпистемологической ситуаций функционирования литературной критики на рубеже ХХ – ХХI вв., форм ее бытования;

  • изучение процессов самоидентификации в метакритике «толстых» журналов конца ХХ – начала ХХI вв.;

  • выявление, описание и исследование интерпретационных стратегий в критике «толстых» журналов;

  • анализ персональных критических стратегий ведущих критиков в их связи общими тенденциями развития современной критики.

Конкретные научные результаты исследования:

    • проанализированы методологические и теоретические парадигмы теории критики второй половины ХХ века, выяснен их генезис и принципы исторического функционирования;

    • обоснована необходимость герменевтико-онтологического основания для интерпретации критики переходных эпох, что расширяет представления о возможностях теоретического и практического применения неклассической (герменевтико-онтологической) методологической парадигмы;

    • построена и описана многокомпонентная структура литературно-критической деятельности на основе положений онтологической герменевтики и теории коммуникации;

    • создана модель метода литературно-критической деятельности, охватывающая не только процесс освоения критиком литературного явления, но и читателя как важнейшего структурообразующего компонента деятельности критика;

    • охарактеризованы новые классификационные основания типологии литературной критики (тип интерпретационной стратегии), что позволяет исследовать динамку развития современной критики, учитывая гносеологические основания литературно-критической деятельности;

    • описана социокультурная и эпистемологическая ситуация функционирования литературной критики на рубеже ХХ – ХХI вв., многообразие форм ее бытования;

    • изучены процессы самоидентификации в метакритике «толстых» журналов конца ХХ – начала ХХI вв.;

    • выявлены, описаны и исследованы интерпретационные стратегии в критике «толстых» журналов, обнаруживающие не ценностно-идеологические, а гносеологические основания оппозиции «толстых» журналов на рубеже ХХ – ХХI вв.;

    • выявлены особенности персональных интерпретационных стратегий ведущих критиков исследуемого периода.

Методологической основой диссертации служит комплексный подход, опирающийся на философско-методологические концепции онтологической герменевтики. Процесс интерпретации, вслед за Х.-Г. Гадамером, М. Хайдеггером, П. Рикером, понимается нами как способ бытия, непрерывный процесс понимания и самопонимания; критик – как «вопрошающий» субъект; литературная критика порождена всеобщей потребностью в понимании как способе существования. Определяющими для анализа литературной критики являются следующие вопросы: как смена статуса, потеря читателя отражается на процессе самоидентификации критики в 1990-е годы; какие стратегии самоутверждения используются ею, насколько они успешны; какие фрагменты литературной практики вычленяются критикой, как этот выбор объяснить онтологически; какой «вопрос» задает критик как «вопрошающий», обращаясь к литературному бытию и бытию, отраженному в литературе; как характеризует этот «вопрос» саму критику; какой «ответ» вычитывает критика в литературной практике и какой «ответ» предлагает сама, можно ли говорить о конфликте интерпретаций. В ходе исследования был использован «археологический» метод М. Фуко, позволивший выявить гносеологические инвариантные установки, обусловившие появление множества литературно-критических суждений в тот или иной период.

Другая составляющая методологии – философско-эстетические, структурно-типологические и семиотические исследования М. М. Бахтина, В. Н. Топорова, В. И. Тюпы, и др. Особое значение для исследования имеют положения современной теории коммуникации. Опираясь на работы Т. А. ван Дейка, Ю. Хабермаса, Е. Н. Зарецкой, Х.-Р. Яусса, В. Изера, М. К. Мамардашвили, Г. П. Щедровицкого, мы рассматриваем литературно-критическую деятельность как вид коммуникативного акта, который в снятом виде присутствует уже на этапе первичной интерпретации и оценки литературного явления; его двунаправленность обусловлена промежуточным положением критика в триаде художественное произведение/объект интерпретации – критик – читатель; критическая деятельность представлена как прагматический коммуникативный феномен, проявляющийся в некотором классе ситуаций коммуникативного взаимодействия. Методология «рецептивной эстетики» позволяет утверждать, что структурную организацию текста обеспечивает инстанция «имплицитного читателя», на которого возлагается ответственность за осуществление идеальной коммуникативной ситуации. В связи с этим значимыми для работы явились идеи, изложенные в работах В. Ф. Асмуса, А. И. Белецкого, А. Г. Горнфельда, Б. О. Кормана, Д. Н. Овсянико-Куликовского, Н. В. Осьмакова, А. А. Потебни. Теоретически важными также явились работы исследователей проблем поэтики литературного произведения с точки зрения его восприятия – Б. И. Бурсова, В. С. Брюховецкого, М. Г. Зельдовича, Г. Д. Клочека и др.

Теоретическая и практическая ценность исследования определяется его вкладом в развитие представлений о феномене литературно-критической интерпретации и способах ее научного описания. В результате исследования на пересечении историко-литературного и теоретико-методологического дискурсов была осмыслена структура и сущность критической деятельности, создана обновленная модель критического метода, выявлены и описаны механизмы текстопорождения и гносеологические установки, которые обусловили появление критических дискурсов отдельных журналов.

Полученные результаты могут быть использованы при чтении общих курсов по истории русской литературы, истории русской литературной критики, спецкурсов по теоретическим проблемам литературной критики.

Основные положения, выносимые на защиту:

  1. В литературно-критическом мышлении, воплотившемся в критической практике литературно-художественных журналов рубежа ХХ – ХХI вв., обнаруживаются основания не классической, а онтологической герменевтики. Это объясняет проявление в критических текстах помимо интерпретации литературной действительности опыта самопонимания, фактов «вычитывания» в художественных произведениях экзистенциально/ментально значимых смыслов; уход от традиции обнаружения авторитетного источника смысла в авторской интенции или структуре текста к гносеологической ситуации столкновения «вопроса» и «ответов».

  2. Литературно-критическая деятельность – это деятельность, направленная на интерпретацию и оценку литературной действительности в ее актуальных в данное время проявлениях, где интерпретация – процесс неразрывного понимания и самопонимания, который осуществляется путем «набрасывания вопроса» (эстетически, экзистенциально, социально и т.п. актуального) на текст, а сама деятельность обладает сложной структурой, развернутой к читателю.

  3. Метод литературно-критической деятельности – обусловленная целеполаганием критика и гносеологическими принципами того или иного «толстого» журнала стратегия (само)интерпретации и текстопорождения, определяющая отбор и анализ материала, «вопрос», коммуникативно-прагматическую установку на реципиента. Литературно-критическое высказывание является вариантом ментатива, то есть помимо информационной функции в качестве следствия коммуникативного события предполагает некоторое «ментальное событие» в сознании адресата.

  4. Интерпретационная и коммуникативная стратегии метакритики либеральных «толстых» журналов эволюционируют от «разоблачительной» стратегии и негативной самоидентификации (идентификации «от противного»), проявляющейся в отказе от прежней модели критической деятельности, к конструированию новых принципов интерпретации текстов, анализу обстоятельств и специфики функционирования критики.

  5. Динамика интерпретационных стратегий в критике «Нового мира», «Знамени», «Октября» проявляется в движении от «реставраторской» стратегии в познании литературной действительности и самопознании (направленной на разрушение, отсечение в сознании читателя тех ментальных проявлений, которые генетически восходят к советской ментальности, на восстановление нормы) к «коррекционной» (ориентированной на осмысление порожденных современностью отклонений от нормы в сознании современника, актуализацию этой нормы), а затем «аналитической» (предполагающей безоценочное осмысление новой ментальности, ее эволюции).

  6. Сетка значений, которую «набрасывает» современная критика на литературную и социальную действительность, определяется вопросом «каковы способы выживания/существования/присутствия литературы в ситуации кризиса/перелома/конца». Литературно-критическая рецепция «ответа» (его экспликация, осмысление и соотнесение с собственным видением) принимает вид самоинтерпретации, осложненной обращением к онтологическим, экзистенциальным вопросам.

  7. Стратегия увеличения символического капитала, расширения «своего» литературного поля в литературной критике «Нашего современника» и «Молодой гвардии» включает тактики освоения нового литературного явления в «своих» ценностных координатах, отвержения «чужого», актуализации границы «свое» – «чужое», захвата литературного явления, присвоенного оппонентами, путем его перекодирования.

  8. Динамика интерпретационной стратегии критики «Нашего современника» и «Молодой гвардии» свидетельствует об эволюции консервативной литературной критики в период с 1992 по 2002 гг.: от охранения идеологических и гносеологических принципов/границ к аналитике, сужению ракурса видения и интерпретации литературной действительности – от обзора современной поэзии/прозы, угадывания некоторых тенденций ее развития, обязательно соотносимых с социальными проблемами, к анализу отдельных произведений или группы текстов одного автора.

  9. Гносеологическое основание «толстожурнальной» литературно-критической оппозиции заключается в том, что критика журналов «Новый мир», «Знамя», «Октябрь» демонстрирует личностный тип идентификации, установку на поиск, обращается к творческой и жизненной судьбе писателей как к возможному ответу на экзистенциальные, онтологические вопросы, сокращает дистанцию между собой и опытом Другого. Критика «Нашего современника» и «Молодой гвардии» ориентирована на идентификацию социальную, на поиск соответствия, «патриотический» критик в большей степени дистанцирован от своего объекта, говорит от лица группы, интерпретируемая литературная, социальная действительность для него – это прежде всего поле битвы литературных тенденций как воплощений тех или иных ценностей, идеологий.

  10. Персональные критические стратегии ведущих критиков рубежа ХХ – ХХI вв. демонстрируют разные направления преодоления кризиса/поиска новой идентичности: выбор позиции критика-семиотика, декодирующего реальность как текст (Н. Иванова); установка на ослабление дихотомии значимых идеологических оппозиций, соединение охранительной стратегии в понимании литературного явления(типичной для консервативной критики) и стратегии «захвата» позиций, закрепленных в «чужом» (либеральном) литературном поле (В. Бондаренко); конструирование модели критики на пересечении дискурсов критики и науки (М. Липовецкий); постструктуралистская установка на разрушение момента тоталитарности литературно-критического дискурса (В. Курицын); позиция самоутверждения в процессе критического письма, наделяемого онтологической ценностью и порождающего не суждения о тексте, а его образ (Д. Быков).

Апробация работы. Основные положения работы были изложены на международных, всероссийских, региональных, межвузовских и кафедральных конференциях в период с 2004-го по 2010 годы, в том числе «Дальний Восток: наука, образование. ХХI век» (Комсомольск-на-Амуре, 2004, 2005, 2006), «Смысловое пространство текста» (Петропавловск-Камчатский, 2004, 2007, 2008), «Культура Тихоокеанского побережья» (Владивосток, 2005), «Дальний Восток: динамика ценностных ориентаций» (Комсомольск-на-Амуре, 2008), «Проблемы славянской культуры и цивилизации» (Уссурийск, 2008, 2009), «Общетеоретические и типологические проблемы языкознания» (Бийск, 2008), «Проблемы современного коммуникативного образования в вузе и школе» (Новокузнецк, 2009), «Высшее гуманитарное образование ХХI века: проблемы и перспективы» (Самара, 2009), «Литература о литературе: Проблема литературной саморефлексии» (Томск, 2009), а также в статьях, вошедших в сборники научных трудов «Литература и культура Дальнего Востока и восточного зарубежья» (Уссурийск, 2008), «Лингвистика: вопросы теории и методики» (Комсомольск-на-Амуре, 2009), «Науки о человеке, обществе и культуре» (Комсомольск-на-Амуре, 2009), «Актуальные проблемы социогуманитарного знания» (Москва, 2009), «Литературная критика: онтология и гносеология» (Бийск, 2010), научные журналы «Критика и семиотика» (Новосибирск, 2009), «Филологические науки. Вопросы теории и практики» (Тамбов, 2010). Различные аспекты проблематики исследования были апробированы при чтении курсов по истории русской литературы, теории литературы, спецкурсов по истории русской литературной критики на филологическом факультете Амурского гуманитарно-педагогического государственного университета.

По теме работы опубликованы монография «Метакритический дискурс русской критики: от познания к пониманию» (2009) и 38 статей, в том числе 8 в журналах, рекомендованных ВАК России.

Структура исследования. Работа состоит из введения, шести глав, заключения, списка использованной литературы и приложения.

  1   2   3   4

Похожие:

Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconА. Б. Гофман. От какого наследства мы не отказываемся? Социокультурные традиции и инновации в России на рубеже ХХ-ХХI веков
Сегодня, на рубеже ХХ-ХXI веков, мы вновь задаемся подобными вопросами, касающимися соотношения прошлого, настоящего и будущего,...
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconПавлов юрий Михайлович критика ХХ – ХХI веков: литературные портреты, статьи, рецензии. – М.: Литературная Россия, 2010. – 304 с
Один из самых заметных критиков нашего времени Юрий Павлов известен своим неожиданным взглядом на современную русскую литературу....
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconГрафик обзорных лекций -по дисциплинам специальности
«Литературная критика и редактирование», «Русский язык как иностранный», «Зарубежная филология»
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconМы живем в мире мифов и стереотипов, не замечая подчас, что они уже устарели и стали тормозить развитие той или иной деятельности. На рубеже ХХ-ХХI веков это
Человека и гуманитарных технологий. Поэтому положение о том, что деятельность по обеспечению информационной безопасности есть гуманитарная...
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconЭкология угольной промышленности России на рубеже ХХI века. М. Изд-во Акад горн наук, 2001. 295 с ил. 500 экз
Экология угольной промышленности России на рубеже ХХI века. М. Изд-во Акад горн наук, 2001. 295 с ил. 500 экз. Isbn 5-7892-0066-4...
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconЛозунги «За живого человека в литературе» и «Срывание масок». Литературная критика в те годы и позже
Александр Воронский. Землетрясение в Крыму. Споры о допустимости использования искусства для пропагандистских целей
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconТеория и история русской культуры ХХ начала ХХ i веков учебная
История русской культуры ХХ-ХХI веков: учебная программа, вопросы к экзаменам / Сост. Н. А. Санникова. Самара: Самарский государственный...
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconЛитература постмодернизма в оценке русской литературной критики
Русская критика XVIII века. Взгляды В. К. Тредиаковского на поэзию и драматическое искусство
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconУрок 2-3 «Смута». Цели урока
Отечественные историки о причинах и сущности Смутного времени в России на рубеже 16-17 веков
Русская литературная критика на рубеже ХХ ххi веков iconТематическое планирование предмет: русская литература класс
Социально-исторические условия после революции 1861 года. Литературная борьба в этот период
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница