Вторая редакция в полной версии




НазваниеВторая редакция в полной версии
страница4/39
Дата14.11.2012
Размер5.8 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   39
философия (если угодно – полилектическая предпредметная или перепредметная проблематизация) современности, где-то далее продолженная уже как «постистмат», а далее как «внутренняя форма» уже самой теории, полилогии нынешнего мира» (Цит. изд. т.1.с.334). Суть своей философии он сформулировал довольно четко: «Современный социальный мир достиг такого состояния стихийной «космической» силы, что в итоге он уже на эволюцию не способен; он или сгорает в хаосе разрушений, войн, в результате подкарауливающего в любой точке планеты случая всеобщей ядерной или иной катастрофы, или находит революционное спасение, начиная с восходящего преодоления пока лишь быстро разлагающейся, но далеко еще не преодоленной плановой (отраслевой, линейной) формы.

Бифуркация в этом отношении «свертывается», превращается в два пучка траекторий: более или менее быстрой эволюционной гибели или революционного спасения на основе познания самого себя, т.е. доброго искусства, толерантных религий и, главное, научного Знания. Если угодно, мир, подошедший к пределу, или пропасти, запутавшись в научном рационализме (в действительности – в отживших формах рациональности), может найти спасение только с помощью науки. Но уже совсем Новой Науки – социальной» (Цит. изд. т.1.с.328-329).

Я в своей монографии «Мир на перекрестке четырех дорог. Прогноз судьбы человечества» пришел к выводу о существовании не двух, а четырех вариантов. Вот что я писал в Заключении к названной книге: «Как показал анализ, по крайней мере, две пары единства противоположностей могут определять траекторию будущего человечества.

Первая пара – это, с одной стороны, всемирная катастрофа (экологическая или военная, или та и другая вместе; я исключаю из рассмотрения космический вариант катастрофы, который не связан с закономерностями развития человеческой цивилизации, однако, тем не менее, вполне вероятен), а с другой – т.н. общество ноосферы.

Вторая пара – это единство противоположностей между глобальным капитализмом и глобальным демократическим социализмом.

Можно сформулировать эту мысль и по другому: глобальный капитализм, который сегодня является господствующей на Земле формой общественного воспроизводства, не является вершиной цивилизации, созданной Homo Sapiens, т.е. концом истории, а содержит в потенции четыре варианта будущего человечества.

Каждая пара противоположностей является многослойной и многофакторной. Содержание каждой из двух названных пар противоречий формируется под воздействием всех сфер жизнедеятельности человека: производительных сил, экономических отношений, общественного сознания. Все вышеназванные сферы общественной жизни находятся во взаимодействии, определяя сложнейшую ткань взаимосвязей в рамках данного единства противоположностей. В процессе взаимодействия всех трех потоков объективные тенденции развития (закономерности) переплетаются с бесчисленным множеством случайных факторов. Другими словами, каждый акт (шаг) процесса в любой из сфер многогранен и нет т.н.”чистых” актов. Они существуют только в абстракции. А в реальной жизни в любом действии (акте, шаге) участвует вся гамма отношений (технологических, экономических, научных, политических, этических и т.п.), опутанных к тому же сетью случайностей. Именно поэтому предсказать сегодня с абсолютной уверенностью какой из вышеназванных четырех вариантов состоится - в принципе невозможно. Производительные силы, созданные капиталистическим производством благодаря научно-техническому прогрессу, к началу XXI века, впервые в истории открыли перед человечеством перспективу разрешения вековых острейших социальных проблем, однако в то же время подвели его к той грани, за которой стоит реальная угроза полной деградации или даже самоуничтожения рода человеческого из-за возможной экологической катастрофы или же войны с применением оружия массового поражения, виды которого множатся с каждым днем. Это противоречие, несомненно, рано или поздно будет разрешено, а вот каким образом (ибо, повторяю, мы имеем дело с многовариантностью бифуркации) – это зависит, подчеркиваю вновь, от активной позиции Разума (Н.Моисеев также считал, что только Разум в состоянии создать «скрепы» обеспечения будущего, ограничивающие разрушительную мощь стихийных процессов). К счастью, в мире все большее число людей приходят к осознанию той простой истины, что отрицание социалистической идеи и аморально, и антинаучно. Этот факт сам по себе является важнейшим условием благополучного разрешения отмеченного выше противоречия. Позитивный Разум в содружестве с Высокой Нравственностью должен (и я надеюсь) сможет сделать все, чтобы развитие истории привело человечество в гавань демократического социализма».

Что же касается сути т.н. развернутой формы гипотезы А.С.Шушарина, то совершенно не понятно его утверждение о том, что революционное спасение человечества возможно только на пути восходящего преодоления «далеко еще не преодоленной (отраслевой, линейной) плановой формы». Если это не описка, тогда это утверждение никак не вяжется с его дифирамбами в адрес К.Маркса.

В третьей главе А.С.Шушарин продолжил исследования, как он выразился, «подступов» к своей гипотезе, подробно остановившись на проблемах гносеологии (когнитологии)». При этом он отметил, что «обращаясь к рефлексии о социальном познании или к вопросам когнитологии, мы, как и с философией, имеем в виду только социологический контекст, т.е. обращаемся не к когнитологии во всей ее громадности, а только к «когнитологии для социологии». Даже точнее, для ее оснований» (Цит. изд. т.1.с.338-339). А.С.Шушарин, обосновывая свое понимание основ гносеологии, писал что «…социально-политическая или политологическая рефлексия (анализ социально-субъектный, «классовый», «национальный», партийно-политический, идейный, научно-идеологический и т.д.) в разумных формах возможна только на основе уже некоторой теории материальных основ происходящего. Таковая теория на классическом марксистском этапе была исторически ограниченна, монологична, «бинарна» (хотя примерно такова же была и реальная «выпуклость» доминирующих противоречий тогдашнего изучаемого критического состояния). Тем не менее, это уже необратимо установленный вид рефлексии, без коей невозможно ни одно грамотное социально–политическое и политологическое рассуждение» (Цит. изд. т.1.с.337). В связи с этим принципиальным выводом он приводит следующее высказывание К.Маркса: «…в исторических битвах следует проводить различие между фразами и иллюзиями партий и их действительной природой, их действительными интересами и представлениями о себе и их реальной сущностью» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 8, с. 145).

Что касается утверждения А.С.Шушарина об исторической ограниченности материалистического обоснования марксизмом явлений общественной жизни, в том числе и в сфере общественного сознания, то оно является просто абсурдным, ибо материализм не может быть в принципе ограниченным. Между материализмом и идеализмом отсутствуют какие-то промежуточные формы. Или – или. Третьего не может быть в принципе. Материализм не может быть частично идеалистическим, и наоборот.

А.С.Шушарин называл в свое время политическую экономию «основой основ» социологии, критикуя решение ВАК´а об ее исключении из перечня подразделов экономической науки и переименовании ее в «экономическую теорию». Таким образом, заключает А.С.Шушарин, марксистская теория попала в ординарный ряд буржуазных школ наряду с «меркантилизмом», «классикой», «маржинализмом» и др. «Как говорится, обалдеть можно, так как эта «марксистская теория» принципиально оппозиционна всем прочим» (Цит. изд. т.1.с.353). Весьма любопытно и сравнение А.С.Шушариным теоретических взглядов К.Маркса и Поппера. Он по этому поводу писал: «…кстати, социальные предпосылки современного манипулирования это и суть господствующие производственные отношения. Но вот если «критицизм» Поппера пусть даже был успешным в гносеологии, то Марксов «критицизм» был сполна погружен в онтологию отношений, в части которой Поппер не произнес ничего существенного (кроме иногда даже, увы, критиканства). Да и вообще «рациональный критицизм» Маркса был революционен, а у Поппера эволюционен, что уже огромная разница» (Цит. изд. т.1.с.394).

Далее А.С.Шушарин предпринял попытку разобраться в фундаментальных проблемах гносеологии. Однако я не намерен уходить в сторону от основного русла его произведения, поэтому ограничусь только отдельными замечаниями по поводу «когнитивной рефлексии».

Вряд ли можно согласиться с его утверждениями о том, что истины даже в идеале «одной и только одной» быть никак не может (с.363); что познание должно быть максимально свободно от давления практики, а фундаментальное познание в его «чистом виде» абсолютно самоценно и совершенно не имеет значения, насколько новое знание окажется понятным, доступным и полезным (с.364); что фундаментальное знание характеризуется тем, что не опирается на другое научное знание (с.366). Или чего стоит, например, такое утверждение: «Теория в чистом виде имеет определенность значений, но как таковая не имеет ни тени связи с объективностью, никакого смысла! Теорию Ньютона, в частности, ничто не мешает применить к изучению, скажем, государства, придавая понятиям механики смысл каких-то политических явлений, при все том же строгом понятийном механическом значении» (Цит. изд. т.1.с.382). А.Зиновьев уже применил эту методику к человеческому обществу, сравнивая его то с муравейником, то с организмом Гаргантюа. Интересно, как можно языком механики описать взаимодействие наемного работника и капиталиста?

И еще одно критическое замечание в адрес А.С.Шушарина, который, как это водится, часто противоречит сам себе. С одной стороны, он то возносит «Капитал» К.Маркса до небес, то низводит его до произведения, описывающего «…только гомогенные отношения «вульгарного капитализма» середины позапрошлого века в «отдельно взятой стране» «маленького уголка Европы»» (Цит. изд. т.1.с.448). Иногда складывается впечатление, что А.С.Шушарина в пылу самозабвенного, упоительного словоизвержения «заносит» не в ту сторону, и он просто не замечает того, что безнадежно запутывается в противоречиях.

Завершая рассмотрение содержания третьей главы, повторяю, посвященной проблемам когнитологии, хочу отметить ряд его мыслей, которые, справедливости ради, следует сказать, довольно точно характеризуют отдельные характерные социальные явления современной истории.

Первое о влиянии массового сознания на исторический процесс. Так, например, А.С.Шушарин верно подметил, что «…в социальной когнитивности особо существенны еще границы, или пределы, рефлексивности, совсем не тождественные упомянутым интеллектуальным иерархиям. Преодолеваются же эти самые тяжелые пределы революционностью мышления и действия, в том числе и в обучении, познании, наконец, в общественной практике, когда наличное (знание, обстоятельства) предстает подлежащим преобразованиям. К примеру, и говоря здесь очень кратко, нереволюционные – будь то раб, крепостной, пролетарий – могут сколько угодно бунтовать, протестовать и пр., но пока они не пересознают себя же как пассивных (и наиболее массовых) носителей отживших же порядков, они еще находятся в пределах рефлексивности. И только с преодолением этих пределов они сознают, что отнюдь не только «другие виноваты» в отживших порядках, но и они сами, а тем самым и революционно «изменяют самих себя»» (Цит. изд. т.1.с.379-380). Или та же мысль, но выраженная короче и почти без словесной «зауми», которая вообще присуща стилю А.С.Шушарина: «…даже бунтующий, но еще вовсе не революционный, скажем, раб, крепостной, пролетарий находится в том же рефлексивном пределе. Все являются, пусть даже пассивными, «одобрянтами» данной системы» (Цит. изд. т.1.с.430).

Второе – о формировании массового сознания А.С.Шушарин писал следующее: «...потребность в новом знании, чувственная почва для идейных перемен, их «ожидания», складываются внеинтеллектуально в результате шатающегося, но и восходящего (по многим ступеням от бытового, локального, бунтарского, партикулярного и пр. к новому всеобщему интересу, в том числе и к самому Знанию) революционного опыта масс, удач и поражений, успехов и разочарований, подъемов и провалов, ожесточений условиями жизни и стихийных ростков уже новой хозяйственной практики. Против лома нет приема. Массы учатся всегда не по «книжкам» (Ленин), а только с помощью их на основе самого меняющегося бытия и собственной практики, в результате чего, говоря словами теолога Меца, происходит «преображение сердец». «В коммунизм из книжки верят средне, – к примеру, жестко писал В. Маяковский. – Мало ли, что в книжке можно намолоть». Сперва самому нужно «перемолоться», преодолеть рефлексивный предел, стать из пролетария, согласного с порядками, уже эти же порядки «атакующим классом» (В. Маяковский). Без всего этого, как уже новых, восходящих смыслов бытия (соответственно и новых символов, вокабул, докс и пр.) для людей, и самые блестящие идеи будут оставаться писаниной. Чтобы присвоить новое знание, сделать его «своим», сперва необходимо чувственно уже желать этого, верить в новое, войти в новое когнитивное поле. Причем, до сей исторической поры, как правило, опыт жизни должен был доводить массы до отчаянного, почти катастрофического положения (жареный петух), чтобы сложился чувственный грунт для народного самопроизводства новых смыслов, их символов и вокабул, как следствие и приятия новых идей. Напомним, если здесь воспользоваться общеизвестной классической ситуацией, что нереволюционный пролетарий в своих вере и социальном здравом смысле (т.е. идеологически) еще насквозь буржуазен; он, конечно, не «мелкий буржуа», но, можно сказать, «маленький буржуа» (владелец своей же рабочей силы), вполне довольствующийся порядками, в том числе возможностью бастовать, манифестировать свои требования и пр. Здесь еще нет никакого «преобразования сердец», преодоления рефлексивного предела» (Цит. изд. т.1.с.435).

Третье - о выработке новой революционной социологии. Вот соображения А.С.Шушарина на этот счет: «Драматизм ситуации и состоит в наиострейшей, по историческим меркам объективно спрессованной до предела, необходимости новых целостных теорий современности, их суровой борьбы, «отбора», формирования качественно нового, более высокого научного профессионализма, затем социального актива, обновленного социального языка, т.е. восходящей революционной идеологии во всех ее ипостасях и уровнях. Чтобы избежать опасностей простого «политического идолопоклонства» (К.Г.Юнг), прямых мессианских или деструктивных апелляций к массам с последующими ужасами, тем большими, чем хуже элементарное жизнеобеспечение, чтобы избежать ухода развития в шатающиеся, гниющие и неустойчивые режимы, научную фазу необходимо реализовать в самой социальной науке. Причем в предельно чистом виде, без всякой специальной общедоступности, т.е. до схематизаций и символизаций, вокабульных («лозунговых») репрезентаций идей, которые обретают далее уже интеллектуально почти некорректируемую «экзистенциональную силу». Но именно эта фаза (научная) еще и не начиналась (о необходимости «новой парадигмы» официальная экономическая наука в явной форме заговорила только в 1993 г.; а социология на сей счет вообще помалкивает)» (Цит. изд. т.1.с.438).

Четвертая глава как раз и посвящена характеристике того, какой должна быть эта новая революционная социология – «хрустальная научная мечта» А.С.Шушарина. При этом он решительно заявил, что методом ее создания не будет диамат, а полимат, что социологически она будет не истмат, а полилогия, и теория будет основываться на постформационной периодизации истории человечества, а не на марксистской, формационной. Как мы вскоре увидим, его полимат и полилогия привели не к диалектическому «снятию» марксизма, а к ложным выводам, совершенно противоположным заявленной им же цели о создании революционной социологии.

А.С.Шушарин остановился на таком принципиальном вопросе, как
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   39

Похожие:

Вторая редакция в полной версии iconОбщегосударственный классификатор республики узбекистан
...
Вторая редакция в полной версии icon1. Анкета предприятия
Методических рекомендаций по оценке эффективности инвестиционных проектов, утвержденных Министерством экономики рф, Министерством...
Вторая редакция в полной версии iconРуководство по установке внимание!
Для установки версии 29 не требуется наличие установленной более ранней версии
Вторая редакция в полной версии iconВания к опережающей геофизической основе Государственной геологической карты Российской Федерации масштаба 1: 1 000 000 третьего поколения вторая редакция Санкт-Петербург, 2010 г
Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации (Минприроды России)
Вторая редакция в полной версии iconАнатолий Протопопов Алексей Вязовский Инстинкты человека (вторая редакция)
Мы признательны нашим волонтёрам, принимавшим участие в оформлении и распространении книги; а наша признательность Алексею Скобелеву,...
Вторая редакция в полной версии iconРедакция по изданию библиотеки «философское наследие»
Составление и общая редакция игумена андроника (Л. С. Трубач ева), Я. В. Флоренского, М. С. Трубачевпй
Вторая редакция в полной версии iconМетодические рекомендации по оценке эффективности инвестиционных проектов (Вторая редакция, исправленная и дополненная) (утв. Минэкономики рф, Минфином РФ и Госстроем РФ от 21 июня 1999г.
Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть 1 от 30 ноября 1994 г. №51-фз // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994....
Вторая редакция в полной версии iconКурсовая работа
Естественно, что языковой барьер не должен быть преградой. В новой версии будут добавлены ссылки на ресурсы с данными о прошлогодних...
Вторая редакция в полной версии iconЮрий Богданов. Это было строго секретно для всех нас. Часть вторая Основной канвой повествования книги является жизненный и служебный путь генерал-лейтенанта
Ссср. На основании изучения значительного объема секретных архивных документов автором выдвинуты собственные версии причин “массовых...
Вторая редакция в полной версии iconРедакция-версия
Упражнения для восстановления зрения, собранные А. Б. Рошкиным. (Редакция-версия №50, июль, 2010)
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница