Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака»




НазваниеКнига океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака»
страница7/23
Дата27.10.2012
Размер2.29 Mb.
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   23

Корабли и археологи



Затонувший корабль обнаружили в 1952 году прославленные пионеры освоения «внутреннего космоса» Жак-Ив Кусто и Фредерик Дюма. В распоряжении исследователей находилось не менее прославленное судно «Калипсо», оборудованное телекамерами и другими техническими новинками того времени. И, что самое главное, ходом работ руководил Франсуа Бенуа, один из крупнейших археологов мира. Благодаря ему раскопки корабля были проведены по всем правилам археологической науки. В результате удалось определить дату гибели судна, пункт отправки, пункт назначения корабля и даже имя его владельца!

Большая глубина — около 48 метров — надежно защитила затонувшее судно от разрушительного действия времени и не менее разрушительного действия волн. Длина корабля, сделанного из ливанского кедра, сосны и дуба, обшитого свинцом и скрепленного бронзовыми гвоздями, превышала 30 метров. Грузом судна были амфоры. Уже к исходу первого сезона раскопок исследователи подняли более 3000 амфор! Причем среди них четко выделялись два типа: стройные, вытянутые, и округлые, с толстыми стенками. Первые занимали верхнюю палубу судна. Археологи без труда установили их италийское происхождение. Вторые — а их греческое происхождение столь же легко было установить — занимали трюм. Такая погрузка позволила ученым сделать предположение о том, куда и откуда следовало судно.

«Он начал свой путь с одного из греческих островов в Эгейском море, где в трюм были погружены амфоры с греческим вином. Обогнув Пелопоннесский полуостров, корабль пересек Ионическое море, миновал Сицилийский (Мессинский — А. К. ) пролив, где-то в районе между Неаполем и Римом взял амфоры с италийским вином, которые были помещены на верхней палубе, — пишут советские археологи В. Д. Блаватский и Г. А. Кошеленко в книге «Открытие затонувшего мира», посвященной подводной археологии. — Продолжив путь далее на запад, корабль почти достиг пункта назначения — города Марселя, или, как он назывался в древности, Массилии. И здесь, в самом конце долгого пути, внезапный шквал бросил корабль на скалу, у основания которой он и оказался погребенным».

Выше мы упомянули о «легкости», с которой специалисты отличили италийские амфоры от греческих, и о том, что стиль сосудов позволил археологам отнести дату гибели корабля к 250–200 годам до н. э. Дело в том, что в разных местностях Средиземноморья внешний вид амфор был различен и, что еще более важно, он менялся в зависимости от времени: в тот или иной век сосуды приобретали ту или иную форму. Ученые-античники составили каталог этих форм и типов (всего их оказалось около полусотни). С помощью этого каталога нетрудно определить, в каком месте и в каком веке изготовлен сосуд.

Изготовление амфор — дело сложное. В античную эпоху существовало множество мастерских, специализировавшихся на производстве этой «тары». И, подобно современным фирмам и предприятиям, древние мастерские ставили своего рода «знак качества», выдавливая на ручке амфоры особое клеймо. Специалисты сделали опись этих клейм (более 300 видов), что позволяет устанавливать не только место и время изготовления сосуда, ко и «адрес» мастерской.

Клеймо изготовителя ставилось на ручке амфоры, на необожженной глине. Когда же в сосуд помещали вино или другую жидкость, т. е. когда его нужно было тщательно закупорить, поставщик его обычно делал оттиск на пробке. Подобные оттиски многое рассказали ученым о «торговых фирмах» античности, об их обороте, местах сбыта товаров и т. п. Но, разумеется, после того как товар был получен, амфора распечатывалась и вместе с пробкой исчезал и оттиск на ней. Поэтому закупоренные амфоры, которые поднимают с затонувших кораблей, являются особо ценной добычей для археологов: на суше такой «приз» крайне редок.

Раскопки под водой существенным образом дополняют исследования на суше. Рыбаки и ныряльщики давно знали, что неподалеку от средиземноморского порта Сан-Тропез, в 100 метрах от берега, на глубине 5–6 метров, лежат огромные белые глыбы, похожие на мельничные жернова. Летом 1951 года ими заинтересовались аквалангисты Каннского альпийского подводного клуба. Исследователи обнаружили, что это — монументальные части колонн, тесанных из прославленного каррарского мрамора. Поднять груз аквалангисты, разумеется, не могли. И только с помощью плавучего подъемного крана, снятого со строительства Тулонского порта, удалось достать со дна тринадцать огромных блоков, общим весом около 200 тонн. Такова была грузоподъемность древнего судна! (К сожалению, затонуло оно неподалеку от берега и методичный мощный прибой целиком и полностью разрушил остов корабля-гиганта.)

«Характер находок столь показателен, что определение времени и места, куда направлялся корабль, не вызывает никаких сомнений, — считают археологи-подводники Блаватский и Kошеленко. — Ясно, что корабль вез из Италии мрамор для постройки знаменитого храма Августа в городе Нарбонне. Этот храм описан римским писателем IV в. н. э. Авзонием. Раскопки прошлого века дали нам полное представление об этом грандиозном храме. Он построен вскоре после 149 г. н. э. одним из богатейших нарбоннских судовладельцев, бывшим рабом Секстием Музой. Таким образом, подводная археология добавила еще один факт к истории прославленного храма, ставшего памятником богатства галльского купца. Корабль, на котором везли мрамор, явно принадлежал ему же».

Подводные исследования не только продолжают и дополняют раскопки археологов на суше. Изучение затонувших кораблей дает уникальный материал, позволяющий воскрешать историю судостроения и мореплавания на протяжении нескольких тысяч лет.

Фрегаты, галеоны, ладьи, триремы…



Жизнь кораблей подобна человеческой: они рождаются, трудятся, старятся и умирают. Умирают, к сожалению, бесследно. Только сравнительно недавно люди, спохватившись, начали организовывать «суда-музеи» — памятники славным временам ладей, плотов, стругов, парусников и первых колесных пароходов. Об истории освоения морей и океанов, покрывающих третью часть нашей планеты, мы судим в основном лишь по письменным источникам. Вещественных памятников почти не сохранилось. Старые суда пошли на слом, ржавчина съела металл, дерево превратилось в труху. В наши дни сложилась парадоксальная ситуация: лучшими свидетелями истории кораблей являются те суда, которые современники считали безвозвратно погибшими. Поднимая останки этих затонувших кораблей — а порой даже целые корабли! — мы, словно на «машине времени», переносимся в эпохи, отделенные от XX века промежутком порой в двести, порою в тысячу, а иногда и три тысячи лет.

Советские археологи ведут исследования турецкого корабля XVIII века, потопленного в Керченском проливе. Неподалеку от него изучаются на дне моря остатки корабельных грузов и самих кораблей времен античности. Ведь в Причерноморье в течение многих веков совершали частые рейсы греческие, а затем и римские купцы и колонисты. В середине тридцатых годов команда эпроновцев подняла в устье Буга хорошо сохранившийся челн возрастом около двух с половиною тысячелетий. «Судно выделано из цельного дерева, однодревковое; борта его сохранили первоначальную округлость ствола, — писал о находке профессор Р. А. Орбели. — На правом борту во всю его длину древние зарубины и засечки — следы ударов тупым орудием вкось. Создается впечатление, что судно не только ударялось о пороги или о берег, но и подвергалось нападениям». Сейчас этот челн выставлен в Ленинградском Военно-морском музее.

Американский аквалангист Такер, в течение полутора десятков лет исследуя рифы, окружающие Бермудские острова, обнаружил остатки почти 300 кораблей! Особенно интересной находкой было пиратское судно XVI века. Чего только не было на его борту! Пушки и сосуды для уксуса, золотое распятие, украшенное драгоценными камнями, и глиняная посуда, мушкеты и капитанский циркуль, золотой слиток с гравированной надписью «Пинто» (рудник на одноименной реке в Колумбии) и бронзовая ступка, ритуальное индейское копье и гранаты, наполненные дымным порохом, гирьки для взвешивания лекарств и пудреницы…

24 апреля 1961 года, после четырех лет подводных работ, со дна Стокгольмской бухты был поднят фрегат «Васа», флагманский корабль королевского флота Швеции. Корабль этот был торжественно спущен на воду в 1628 году. Но не успев пройти и полумили, на глазах у многочисленной толпы, провожавшей флагман в путь, фрегат, по словам очевидца, «с поднятыми парусами, флагами на мачтах и всем, что находилось на борту, затонул в течение нескольких минут».

В середине XVII века удалось поднять бронзовые пушки, установленные на двух палубах «Васы», но затем работы прекратились. И лишь спустя три столетия шведские водолазы и историки сумели не только отыскать забытое судно, но и поднять его на поверхность. Фрегат был реставрирован и превращен в музей. Число экспонатов в нем достигает двадцати тысяч.

Один из самых интересных экспонатов «Васы» — двухтонная скульптура из дуба, изображающая льва с разинутой пастью, готовящегося к прыжку. Она украшала нос фрегата. Стиль скульптуры находит аналогию в искусстве викингов — очевидно, традиции отважных норманнских мореходов, первых покорителей Северной Атлантики, остались верны спустя много веков их потомки — шведские, норвежские, датские моряки. Конструкцию норманнских судов напоминает и носовая часть корабля, погибшего в конце XIV — начале XV века, который найден в заливе Зюйдер-Зее. Конечно, эти интересные сопоставления не могли быть сделаны, не найди археологи суда самих викингов. К счастью, море сохранило и «коней валов», «медведей прибоя», как именовали свои корабли поэты-викинги (владеть техникой стихосложения для них считалось столь же обязательным, как и умение владеть мечом!)

«Корабль — жилище скандинава», — образно сказал какой-то средневековый автор. Действительно, корабль почитался древнейшими жителями Скандинавии, недаром он был самым излюбленным сюжетом их рисунков на скалах и служил верой и правдой их потомкам, викингам, которые также почитали корабли и даже хоронили в них знатных князей и великих воинов. Благодаря этому обряду археологам удалось раскопать несколько ладей викингов. А затем пришла пора открытий на дне моря.

Среди жителей Роскилле (Дания) упорно жила легенда о корабле, затопленном тысячу лет назад, чтобы блокировать врагу вход во фьорд, в вершине которого стоит Роскилле. Легендой заинтересовались археологи. Их исследования показали, что на дне Роскилле-фьорда находится не один, а по крайней мере полдюжины кораблей. И они, действительно, были затоплены, чтобы препятствовать входу во фьорд. После того как с борта судов были убраны камни, «мы добрались и до самих кораблей, — рассказывает руководитель раскопок Олаф Ольсен. — Дубовое дерево, из которого они были сделаны, хорошо сохранилось. Но так как деревянные гвозди уже ослабли, нам приходилось все время следить, чтобы течение не унесло мелкие обломки после удаления камней. Поэтому мы ограничивались обнажением лишь небольших участков».

Легенда местных жителей приписывала затонувший корабль королеве Маргарите. Однако Ольсен утверждает, что «их следует отнести к более раннему периоду, примерно к 950 году. Находка представляет особую ценность, потому что теперь мы впервые сможем с большой вероятностью реконструировать торговые суда времен викингов». Прежде ученые имели дело лишь с боевыми судами викингов, которые находили в захоронениях. Торговые корабли существенным образом от них отличались. Например, весла на них находились лишь на носу и на корме, в то время как боевые суда имели сплошной ряд весел и т. д.

Находка на дне Роскилле-фьорда позволила полнее проследить историю судоходства и мореплавания жителей Западной Европы на протяжении тысячелетия: от ладей викингов до современных трансатлантических гигантов. Если искатели сокровищ изучали останки затонувших кораблей в поисках золота и драгоценностей, то ученые не менее тщательно исследовали сами эти останки, поднимали со дна, казалось, самые незначительные предметы. В результате их кропотливой работы мы очень многое узнали об оснастке, грузоподъемности, судоходных качествах фрегатов, галеонов и других судов XVI–XVIII веков, а находки на дне Зюйдер-Зее и Роскилле-фьорда помогли проследить «традицию викингов» от IX века до «Васы». Не менее интересные данные были получены об античном мореплавании, история которого, до раскопок под водой, была туманной, ибо ученые не видели своими глазами ни один корабль античного времени.

Например, возле «амфорного поля», которое исследовал Нино Ламболья, был найден плавильный котел, сделанный из камня. Значит, подводная часть древнего судна, везшего амфоры, была обшита свинцом — плавильный котел взяли на борт на случай ремонта свинцовой обшивки. Подобная обшивка (предохраняющая дерево от моллюсков, которыми неизбежно обрастает днище корабля) в Европе начала применяться лишь в XVI веке, в разгар эпохи Великих географических открытий. Подводная археология показала, что это было «открытием велосипеда»: древние римляне догадались обшивать днища судов свинцом чуть ли не за тысячу лет до того, но в средние века это изобретение забыли — как и многие другие.

Ламболья обнаружил и иные интересные предметы, позволяющие восстановить облик античных кораблей. Со дна был поднят свинцовый рог — по всей видимости, он украшал нос судна. Другая находка — колесо из свинца. Очевидно, это часть лебедки, поднимавшей парус или якорь. Но самая любопытная находка Нино Ламбольи — это медный гвоздь, покрытый слоем свинца. Быть может, римляне кое-что знали об электричестве? Ведь если два различных металла поместить в соленую воду, возникает электрический ток. Или прав археолог Мирабелло, коллега Нино Ламболья, считающий, что древние судостроители просто «эмпирическим путем обнаружили, что с одним из двух металлов происходит что-то неладное: либо медь, либо свинец разъедается. Чтобы предотвратить это, они тщательно покрывали гвозди свинцом»? Какая из гипотез права, мы не знаем. Обе они интересны — и обе могли возникнуть лишь после того, как изучение остатков затонувшего корабля помогло нам узнать эту любопытную особенность судостроительной техники римлян.

Кладбища кораблей



Статистика говорит: ежегодно в море гибнет более 2000 судов и почти каждый день ко дну идет большой корабль водоизмещением в сто и более брутто-регистровых тонн. Каждый год! История мореплавания насчитывает несколько тысячелетий. Пусть кораблей в прежние времена было меньше. Но ведь и техника тогда была самой примитивной, не было ни буксиров, ни раций, ни дизелей. Стало быть, и погибало не каждое сотое судно, как ныне, а вероятно, каждое десятое. Дно морей и океанов — это настоящее кладбище кораблей. И Атлантика с ее морями занимает первое место по числу погибших судов: на дне ее лежат сотни тысяч кораблей разнообразнейших конструкций, разных народов и различных эпох. Многие из затонувших судов «засечены» исследователями. Им известно, например, что в прибрежных водах Франции лежит три тысячи кораблей — от античных до современных. И все-таки они составляют ничтожную часть от общего числа судов, покоящихся на дне Атлантического океана, Средиземного, Карибского и других атлантических морей.

Но на этом «кладбище кораблей» есть отдельные участки, где погибшие суда буквально лежат друг на друге, где античные триремы придавлены сверху ладьями викингов, те, в свою очередь, — средневековыми каравеллами, над которыми покоятся останки корветов и фрегатов Нового времени, а над последними — стальные корпуса судов прошлого и нынешнего веков. Нагромождения «трупов» кораблей образуются на тех участках оживленных морских трасс, где мореходов предательски подстерегают рифы, блуждающие пески, подводные скалы. Однако мудрая пословица права: «нет худа без добра» — именно здесь, в этих коварных местах, археологи собирают самый богатый «урожай», проводя подводные раскопки.

У юго-восточного побережья Англии, неподалеку от порта Дувр, находятся печально знаменитые «мели Гудвина». Это обширная группа банок, которые под воздействием прилива меняют очертания, «переползают» с места на место. Уже много веков моряки зовут мели Гудвина «Великий пожиратель кораблей». За последние двести лет здесь погибло огромное число кораблей, общая стоимость которых оценивается в 560 000 000 долларов. И, что самое страшное, вместе с ними в объятиях блуждающих песков Гудвина бесследно пропало 50 000 человек. В 1959 году геологи, пройдя буром сквозь 15-метровый слой песка, взяли образцы грунта. И в грунтовых колонках, кроме песка, непременно находились полусгнившие куски корабельного дерева и ржавое железо обшивки судов — казалось, «Великий пожиратель кораблей» насквозь пропитался проглоченными судами — можно представить, какие археологические сокровища таятся в недрах Гудвинских песков!

Не менее печальную известность заслужил у моряков остров Сейбл, расположенный в Атлантике, в 240 километрах на восток от Канады, на подходах к заливу Святого Лаврентия. У берегов острова сталкиваются два главных течения Атлантического океана — теплый Гольфстрим и Лабрадорское течение, несущее ледяные воды Арктики. Итог их встречи — густые туманы, которые в течение недель и даже месяцев густой пеленой обволакивают остров. Прибавьте сюда и частые штормы. Мало того, остров Сейбл, подобно мелям Гудвина, еще и «бродячий» — за последние 400 лет Сейбл переместился с запада на восток на добрые 20 километров! Остров был открыт португальцами в начале XVI века, получив название «Санта-Крус» (остров Святого Креста). Полвека спустя ему дали более подходящее имя — «Сейбл», т. е. «Траурный». А еще позже он стал известен морякам всего мира под названием «кладбище Атлантики». Ибо здесь нашли свою гибель многие сотни кораблей: португальских, английских, французских и просто пиратских (пираты долгое время были полными хозяевами острова). Археологи-подводники, вне всякого сомнения, отыщут много интересного для себя, когда начнут раскопки этого «кладбища Атлантики».

Мыс Гаттерас находится в «золотоносном» районе Атлантики, где пролегали пути «Золотого» и «Серебряного» флотов Испании. Возле этого мыса погиб не один десяток галеонов, груженных золотом и серебром. Позже тут находили могилу парусные суда XVII, XVIII веков и даже пароходы XIX века. Например, в 1857 году у мыса Гаттерас пошел ко дну парусно-колесный пароход «Сентрал Америка», следовавший из Гаваны в Нью-Йорк, вместе с грузом золота на несколько миллионов и с 423 пассажирами, находившимися на борту. В окрестностях этого мыса уже давно рыщут искатели сокровищ. Но если их привлекает сюда блеск драгоценного металла, то археологов интересуют любые вещи, позволяющие воскрешать события минувшего. Они предпочитают вести работу там, где им не мешают кладоискатели. Одно из таких мест — морское дно в окрестностях сицилийского города Сиракузы.

Историки времен античности говорят о Сиракузском порте, одном из самых крупных в Средиземноморье. От тех же историков мы знаем, что возле Сиракуз произошло четыре крупные морские баталии и в ходе их потоплено огромное множество судов. Например, в начале V века до н. э. тут пошел ко дну весь флот Афин, более 120 кораблей. Итальянские археологи-подводники тщательнейшим образом «прочесывают» дно в окрестностях Сиракуз, пытаясь отыскать остатки афинского флота. Правда, поиски его пока не увенчались успехом. Однако уже сейчас в Сиракузской бухте найдены обломки многих античных кораблей, причем некоторые из них построены много раньше, чем суда афинян. А это вселяет надежду на то, что должны сохраниться и потопленные корабли афинского флота. Находка их будет одной из самых крупных археологических сенсаций нашего времени.

Голландский залив Зюйдер-Зее — едва ли не самое большое кладбище кораблей в Европе. Уже сейчас здесь обнаружены останки более двухсот судов, относящихся к различным эпохам. Мы уже упоминали о корабле конца XIV — начала XV веков, «потомке» ладей викингов. Археологи нашли и более древний корабль — XIII века, — оснащенный одной мачтой с квадратным парусом (до сего времени историки знали суда такого типа лишь по изображениям). Многие десятки кораблей, чьи обломки обнаружены в заливе Зюйдер-Зее, относятся к эпохе позднего средневековья и началу Нового времени. Кроме останков судов, ученые находят и остатки грузов, которые суда перевозили: гончарные изделия, гречиху, кирпичи, валуны для строительства замков и укреплений и многое, многое другое.

Но, пожалуй, не менее «урожайное» кладбище кораблей было открыто совсем недавно у южного побережья Турции, у рифов возле острова Яссыджа. В древности здесь проходила одна из самых оживленных морских трасс, связывавшая Грецию и Рим со странами Ближнего Востока, и коварные скалы погубили не одно судно эпохи античности. Правда, они не щадили и другие, более поздние корабли. Кроме обломков судов Древнего мира, археологи обнаружили здесь и византийский грузовой корабль, и турецкий фрегат XVIII века, и даже подводную лодку, погибшую во время второй мировой войны!

Уникальное «кладбище кораблей» обнаружили случайно. Летом 1953 года рыбаки вытащили из моря бронзовую статую, изображавшую женщину. Когда она была передана экспертам, то датировали изваяние IV веком до н. э. — «золотым веком» греческого искусства. Узнав о замечательном открытии, американец Питер Трокмортон, энтузиаст подводной археологии, приехал в Турцию: он был уверен, что статуя — лишь часть драгоценного груза скульптур, который должен находиться на борту затонувшего судна. Тщательное обследование в районе необычного «улова» показало, что здесь находится не одно, а множество судов времен античности. А кроме них — еще и корабли более поздних эпох. Археологи обнаружили в этом районе останки 39 кораблей!

Многие суда сохранились хорошо. От других почти ничего не осталось, кроме груза:, сохранность затонувших кораблей зависит не только и не столько от времени, сколько от близости к берегу и глубины, на которой они покоятся. Чем меньше глубина, тем больше разрушаются корпус и оснастка судна под влиянием приливов и отливов, а главное, под воздействием зимних штормов. Один из кораблей «кладбища», затонувший на небольшой — всего 7,5 метра — глубине, был почти целиком разрушен. И все же именно он стал самой знаменитой находкой — ибо груз принадлежал кораблю, затонувшему 32, а возможно, и все 35 столетий назад!

В ту отдаленную эпоху в Средиземноморье царил бронзовый век. Неудивительно, что археологи-подводники обнаружили большое число предметов, изготовленных из бронзы: чаши, топоры, наконечники для копий и дротиков, разнообразные инструменты — ножи, лопаты, мотыги, лемехи. Со дна было поднято более десятка бронзовых слитков, по форме напоминавших шкуру быка или барана. Именно такими оригинальными «деньгами» пользовались жители острова Крит — лучшие мореходы древности, предшественники и учителя греков и финикиян. О критском происхождении говорили и орудия из бронзы, а также обломки глиняной посуды. Некоторые из предметов, извлеченных после нескольких тысяч лет пребывания в воде, оказались покрытыми надписями. И хотя прочесть их до сих пор не удалось, ясно, что они выполнены письмом, которым пользовались жители Крита и Кипра задолго до того, как у греков появилась их алфавитная письменность.

Но, может быть, весь этот драгоценный для археологов груз был попросту сброшен с корабля в море, а само судно спаслось от гибели? Ведь останков корабля мореходов Крита (или Кипра, культура которого испытывала сильное влияние великой цивилизации Крита) не найдено. Однако, тщательно обследовав место находки, археологи обнаружили почти не поврежденную распорку судна. И кроме того, — круглый плоский камень с отверстием посередине. Таков был якорь бронзового века — самый древний из известных нам. Значит, судно погибло у коварного рифа вместе со своим грузом.

«Кладбище кораблей» у рифа Яссыджа и по сей день привлекает внимание археологов-подводников всего мира. Ведь исследована лишь незначительная часть археологических сокровищ, лежащих на дне. Судно бронзового века погибло на небольшой глубине, найти и поднять на поверхность его груз было не очень сложно, хотя и здесь пришлось порядком потрудиться, чтобы извлечь со дна тяжелые слитки и металлические предметы, прочно сросшиеся с каменной породой за три с лишним тысячелетия. Останки других кораблей покоятся на глубинах, где работать с аквалангом очень трудно. Недавно в распоряжении археологов появилось специальное подводное судно, сконструированное французскими инженерами, — «Археонавт». Его вес — 3 тонны, длина — 5 метров. Погружаться оно может до 300 метров — глубина, недоступная аквалангистам.

«Смертный час» кораблей



О гибели современных судов и ее причинах нам становится известно благодаря сигналам бедствия, посылаемым в эфир. И все-таки в 15 процентах случаев мы не знаем, чем была вызвана катастрофа. Понятно, что в «дотелеграфную» эпоху этот процент был еще выше. Вот почему изучение кораблей, лежащих на дне морей и океанов, является мощным «лучом света», направленным во тьму времени, оно позволяет восстанавливать события давностью в 10, 50, 100, 1000 и 2000 лет, о которых, казалось бы, знают одни лишь безмолвные воды.

В заливе Таранто, на юго-восточном побережье Италии, находится еще одно «кладбище кораблей». Археологам удалось изучить останки 16 судов, и это — лишь незначительная часть всех погибших здесь кораблей. Особое внимание ученых привлек корабль, на борту которого находился весьма странный груз — наполовину законченные саркофаги из тамариска, которые хранились вместе с плитами мрамора, добывавшегося в Турции. Загадочное судно исследовал уже знакомый нам Питер Трокмортон. Тщательный осмотр затонувшего судна, заплат на его борту, находка монет времен императора Коммода (правившего в 180–192 гг. н. э.), радиоуглеродный анализ деревянных частей корабля, изучение керамики — все это позволило не только датировать время кораблекрушения (от времени постройки судна его отделяло доброе столетие!) и наметить маршрут корабля, но и восстановить трагедию, произошедшую у берегов Италии около 2000 лет назад.

Взяв груз тамарисковых саркофагов и мраморных плит на турецком берегу (вероятней всего — в городе Милете, крупном античном порту), корабль направился на запад. Сделав остановку у берегов Эллады и добавив к грузу мрамор, взятый в греческих портах, судно обогнуло полуостров Пелопоннес и двинулось вдоль северного побережья Греции, стремясь, подобно всем мореходам древности, не терять берег из виду. Затем корабль пересек Ионическое море. Возле Мессины на него обрушился неистовый ветер. Капитан отдал приказ отдать якоря. Но ветер усиливался с каждой минутой, первый якорь оборвался и корабль, стало неумолимо относить к берегу…

Впрочем, предоставим слово руководителю раскопок Питеру Трокмортону — ведь его первой профессией была журналистика и он, как никто другой, может рассказать о происшедших далее событиях.

«Потом порвались крепкие канаты и сначала один, а потом другой якорь были утеряны. В сгущающейся тьме корабль упорно стремился к линии 6 морских саженей, где была граница залива и открытого моря. А ветер бушевал все сильнее. Ничего не оставалось делать, как бросить все оставшиеся якоря. И еще, наподобие апостола Павла, молиться, чтобы дожить до рассвета. На рассвете был бы шанс, хотя и ничтожный, привести корабль к берегу и ценой утраты корабля и груза спасти жизнь находящихся на борту людей. Это была последняя ставка капитана — и она была бита. В ту ночь в 500 ярдах от берега корабль пошел ко дну. Старая посудина не выдержала. Так всегда бывает со старыми кораблями, если их слишком нещадно эксплуатируют, особенно же если владельцы при ремонте вместо сверкающей бронзы употребляют черное железо».

Жадность судовладельца, не сделавшего основательного ремонта корабля, чей возраст насчитывал столетие, привела к гибели судна и его экипажа. И та же жажда наживы, тот же дух стяжательства погубил другой корабль, совсем недавно обнаруженный у берегов Кипра. Судно погибло, казалось бы, «на ровном месте» — его нашли в почти неповрежденном виде там, где не было ни скал, ни рифов, ни крупных отмелей. Лишь спустя 2300 лет удалось археологам установить причину катастрофы. Когда со дна была поднята носовая часть судна, оказалось, что ее пронизывали мельчайшие каналы — работа червей-древоточцев. Конечно, первый же натиск волн отправил корабль ко дну. Владелец судна, вместо того, чтобы сделать серьезный ремонт, предпочел нагрузить его мельничными жерновами на острове Самос, к которым добавил груз амфор на Родосе (они-то и позволили датировать время катастрофы — IV век до н. э.). В результате погиб и корабль, и его экипаж. Археологи сумели не только поднять судно, но и восстановить его облик таким, каким он был в тот день, когда судно вышло в свой последний рейс. Сейчас этот уникальный корабль, современник Александра Македонского, выставлен Кипрским университетом для всеобщего обозрения.

Ученые узнают причины морских катастроф не только античных времен. Так, им удалось установить причину гибели королевского фрегата «Васа» в Стокгольмской бухте. Оказалось, что виновником ее был… его величество король Густав II Адольф. Он сам руководил проектированием фрегата и распорядился сделать корпус корабля очень узким. Это должно было придать кораблю быстроходность, но — увы — сделало его неостойчивым. В итоге фрегат длиною 48 и шириной всего 12 метров, оснащенный 64 пушками, весившими 80 тонн, пошел ко дну почти сразу же после спуска на воду. Внезапный шквал резко накренил его на левый борт, корабль потерял остойчивость, в открытые для стрельбы орудийные порты фрегата (открытые, так как за минуту до катастрофы он производил салют) и все бортовые отверстия хлынула вода, и гордость шведского флота исчезла в пучине.

Не так давно исследования под водой помогли поднять завесу тайны над гибелью трех кораблей Ост-Индской компании: два из них бесследно исчезли в 1664 году, а третий, называвшийся «Лифд», — в 1711 году, вместе с 299 пассажирами и бочками, хранившими более полумиллиона серебряных гульденов. Англичане братья Бэннон обнаружили останки этих судов у островов Аут-Скеррис, что входят в Шетландский архипелаг. Они подняли со дна осколки фарфора, более 5000 серебряных гульденов, два десятка золотых монет, пушку с ядрами, обломки кувшинов, гвозди, кусок парусины, покрытый толстым слоем смолы, и многое другое. Корабли шли в Голландию не через Ла-Манш, так как опасались встречи с военными судами французов и испанцев и главное, с английскими корсарами, а кружным путем, через Северную Атлантику. Буря настигла их у скалистых берегов Шетландских островов. Здесь-то, в маленьких бухтах Аут-Скеррис, куда суда зашли в поисках убежища, штормовые волны и разбили их в щепы (подводным исследователям так и не удалось обнаружить остовы голландских судов — они, вероятно, были полностью уничтожены). Та же судьба, очевидно, постигла и «Лифд».

Будущие исследования под водой позволят восстановить не одну трагедию, произошедшую в Атлантике, ее морях, заливах и проливах. Например, им предстоит решить вопрос о причинах гибели «Лузитании», самого быстроходного трансатлантического лайнера начала нашего века. «Лузитания» была потоплена 7 мая 1915 года немецкой подлодкой. Ее гибель вызвала взрыв негодования во всем мире: вместе с торпедированным судном ушло на дно 1198 человек, причем около трехсот из них были женщины и около ста — дети. Немцы поспешили заявить, что гибель лайнера — трагическая случайность. Капитан подводной лодки принял ее за военный корабль и только после того, как торпеда была послана в цель, увидел, что это пароход «Лузитания».

Но оставшиеся в живых пассажиры лайнера утверждают, что взрывов было два. А это означает, что «Лузитания» погибла по злому умыслу, никакой «ошибки» тут не было — немцы выпустили две торпеды, а не одну, причем именно вторая и послала судно ко дну. Немцы объясняют второй взрыв детонацией взрывчатых веществ, находившихся в трюме лайнера… Вопрос этот не решен и по сей день. Вероятно, лишь обследование под водой останков знаменитого корабля даст на него ответ и заполнит еще одну страницу в истории первой мировой войны.

Корабль… или город?



Археологам-подводникам предстоит непочатый край работы. Суда, до сих пор изученные ими, — ничтожная часть процента от всех погибших в Атлантике кораблей. Каждый год приносит новые открытия затонувших судов, причем некоторые из них относятся к числу самых знаменитых кораблей мира. Кто не знает о каравеллах Колумба, на которых он пересек Атлантику и открыл Новый Свет? Из истории открытия Америки известно, что в конце 1492 года одна из колумбовых каравелл, флагманский корабль «Санта-Мария», сел на мель у восточного побережья острова Эспаньола (нынешний Гаити). На берег удалось переправить грузы, припасы и пушки, а судно постепенно поглотил песок. Колумбу пришлось оставить часть людей на Эспаньоле, снабдить их припасами и пушками с «Санта-Марии» и, таким образом, основать первый европейский поселок в Новом Свете, получивший название Навидад — «Рождество», ибо трагедия произошла в канун католического рождества.

Имя погибшей «Санта-Марии» вписано золотыми буквами в историю географических открытий и вообще историю человечества. Но вот совсем недавно появились статьи, в которых не только упоминалось имя судна, но и говорилось о его останках. У восточного побережья Гаити американский археолог Фред Диксон и олимпийский чемпион по плаванию Адольф Кеффер обнаружили и подняли на поверхность несколько обломков испанской каравеллы, относящейся ко временам Колумба. Является ли затонувшее судно «Санта-Марией»? На этот вопрос мы можем ответить лишь после того, как удастся очистить от толстого слоя песка и ила останки затонувшего судна. И если на них будет обнаружена надпись «Санта-Мария», семидесятые годы нашего столетия ознаменуются одним из самых сенсационных археологических открытий века.

Открытий же этих на дне Атлантики будет сделано немало. По водам ее морей, а может быть, и в открытом океане, плавали суда критян и финикиян и их наследников — греков и карфагенян. Уже 5000 лет назад воды Эгейского моря бороздили суда жителей Кикладских островов, протянувшихся цепочкой от материковой Греции к берегам Малой Азии. По Средиземному морю плавали корабли загадочных жителей Малой Азии, карийцев, и не менее загадочных обитателей Италии — этрусков. На южной оконечности Малой Азии более 2000 лет назад процветало пиратское государство Киликия, а на побережье Адриатики — Иллирия. Какими были суда иллирийцев, киликийцев, этрусков, критян, кикладцев, финикиян, карфагенян? Судить о некоторых из них мы можем лишь по изображениям. Корабли этих народов покоятся на дне Средиземного моря, их предстоит еще там отыскать. Если все останки древних кораблей будут обнаружены в Атлантике, ученым придется пересматривать заново историю открытия Нового Света, неразрывно связанную с историей мореплавания.

Античные авторы сообщают о гигантских судах, которые строились в IV–III веках до н. э. Это были галеры с четырьмя, пятью и более рядами весел, которые двигали усилия многих сотен гребцов. Птолемей IV построил галеру длиной 120 и шириной 20 метров, которую двигали 4000 гребцов (весла на этом огромном судне были более 20 метров длиной!). Однако историки древности сообщают и о более крупных кораблях — в двадцать и даже тридцать ярусов. Правдивы ли их сообщения, какого размаха достигла «гигантомания» судостроителей Древнего мира — покажут лишь будущие исследования под водой.

Суда античной эпохи, до сих пор известные археологам-подводникам, способны были нести груз весом до 200 и даже 350 тонн. Но при исследовании этих затонувших кораблей ученым зачастую приходилось решать вопрос: являются ли мраморные колонны, капители, плиты, найденные на дне морском, грузом огромного корабля — или же это остатки города, ушедшего на дно.

Например, в окрестностях Пор-де-Бу (Южная Франция) на глубине всего 13 метров аквалангисты, расчистив трехметровый слой ила, обнаружили рельеф из воспетого поэтами каррарского мрамора, изображающий алтарь, который поддерживают, припав к нему, две пантеры. Там же были найдены части мраморных колонн. Что это? Груз корабля или следы затонувшего поселения? Только свинцовый якорь, найденный поблизости, убедил археологов-подводников в том, что они имеют дело с грузом судна. Все остальные части корабля были уничтожены водой и временем. Подобные же проблемы приходилось решать и при исследовании других подводных находок.

Далеко не во всех случаях они оказывались грузом корабля. Нередко это были руины погибшего города. О затонувших городах Атлантики и расскажет следующая часть нашей книги — «Книга городов».


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   23

Похожие:

Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconРеферат На тему: Атлантический Океан
Мирового океана. Средняя глубина 3736 м, наибольшая — 8742 м (жёлоб Пуэрто-Рико). Среднегодовая солёность вод океана составляет около...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconФинляндия. Наиболее посещаемые города, природные и культурные объекты страны, столица, этнический состав, язык, религия
Границы: по Уралу; Казахстан – граница река эмба, на востоке – по Каспийскому морю, Юольшой Кавказ – вос граница, южная – Черное...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconПрограмма вступительных экзаменов в аспирантуру по специальности 25. 00. 28 Океанология
Мировой океан как составная часть географической оболочки Земли. Главные подразделения и характеристики океана. Географическая широтная...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconВладимир Маяковский Стихотворения (1912-1917)

Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconГлобальные Последствия Загрязнения Атмосферы
СО2, чем его содержится в атмосфере. Океан – мощный резервуар, регулирующий газовый состав атмосферы. Но демпферные возможности океана...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconТематические обзоры образовательных ресурсов
...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconСистема река-море и ее роль в геохимии океана
Защита состоится 2009 г в часов на заседании диссертационного совета Д002. 239. 03 при Институте океанологии им. П. П. Ширшова ран...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconРост измеряется без обуви от макушки до пят. Легче всего мерять рост в дверном проёме. Обхват груди
Обхват под грудью измерительная лента проходит горизонтально под грудью вокруг тела
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconРекомендательный список литературы по теме
По материкам и океанам: Южная и Северная Америка, Евразия. Атлантический и Северный Ледовитый океаны: Книга для чтения по географии...
Книга океана неделю грудью своей атлетической то работяга, то в стельку пьян вздыхает и гремит Атлантический океан. Владимир Маяковский «Море Мрака» iconВолны Россби Мирового океана. А. Л. Бондаренко, доктор географических наук, океанолог
Описание волн Россби Мирового океана и показана их важная роль в формировании термогидродинамики океана и атмосферы, погоды и климата...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница