Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории»




НазваниеМатериалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории»
страница1/9
Дата12.10.2012
Размер1.26 Mb.
ТипДоклад
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
Дискуссия:

Украина и Россия в 1917-1945 гг.:

вместе или порознь?


Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории». (Москва, 3-5 апреля 2008 года)


Сессия 4 апреля 2008 г., Институт Европы РАН.


Украина и Россия в 1917-1945 гг.:

вместе или порознь?


Ведущий: М.В. Дмитриев


Agenda:


  • большевизм: русское, российское, украинско-русско-белорусское явление?

  • общее и различное в революцинных событиях 1917 - 1918 гг. в России и на Украине?

  • была ли национальная политика ВКП(б) («украинизация») в 1920е годы ответом на угрозу украинского национализма?

  • украинцы и русские к 1930-м годам: две нации или единый советский народ?


Программа:


И.В. Михутина, д.и.н., Инслав РАН. Украинское национальное движение и проблема формирования гражданского общества, вторая половина XIX - начало XX вв.

В.Ф. Верстюк, к.и.н., Институт истории НАНУ: Образ Украины конца XIX - начала XX вв. в современной российской историографии.

А. Михайлюк, к.и.н. доцент, Национальная металлургическая академия, Днепропетровск. 1917-1918 гг.: украинская революция или русская революция на Украине?

Р. Я. Пириг, д.и.н., профессор, Институт истории НАНУ. Украинский гетманат 1918 г.: российский фактор.

А. В. Шубин, доктор истор. наук, ИВИ РАН: Нестор Махно между Украиной и Россией.

Е. Ю. Борисёнок, к.и.н., Инслав РАН. ЦК ВКП (б) и украинское партийное руководство, середина 1920-х - середина 1930-х годов.


Доклад И. В. Михутиной:

Украинское национальное движение и проблема формирования гражданского общества, вторая половина XIX - начало XX вв*.

Начало украинского национального движения связано со славянским возрождением XIX столетия. Предки граждан современной Украины переживали славянское возрождение одни в Российской империи, другие в Австро-Венгрии. При этом стало складываться два неодинаковых типа национального движения. Различия по некоторым существенным признакам были заметны сразу. А о том который из вариантов более надежно приближал к стратегическим целям движения, появилась в период радикальной смены общественно-политических порядков в Центральной и Восточной Европе, начавшейся на исходе Первой мировой войны. Прежние различия заметным образом сказываются и в жизни современной «соборной» Украины.

Старт национального пробуждения восточных славян Австро-Венгрии (русин, «руських» по самоназванию) был особенно трудным. Свой язык на бытовом уровне сохранило только крестьянство. Замерла литературная традиция, высшие слои приняли язык и культуру господствующих народов (в Восточной Галиции со времени Речи Посполитой - польскую). К началу революции 1848 г. русинская интеллигентная молодежь, в основном принадлежавшая к духовному сословию, не употребляла родного языка, питалась идеей польско-русинско-литовского единства и в несалом числе участвовала в польском национальном движении.

От полного растворения в польской общественной среде русин Восточной Галиции уберегли, помимо этнического, социальный и конфессиональный факторы. Крестьяне-русины, страдавшее от малоземелья и нищеты, не ощущали какой-либо общности с поляками, представлявшими в этом крае крупное землевладение и высшие городские слои. При этом именно крестьяне, в массе своей неграмотные, пользуясь в разговорной речи родным языком, сохранили его как важнейший элемент дальнейшего национального развития.

Полонизации русин препятствовала и их принадлежность к греко-католическому вероисповеданию, в отличие от римо-католиков поляков. Греко-католичество – признание юрисдикции Святого престола при сохранении православных обрядов в богослужении и в быту (это, как видно, в полной мере отвечало настроениям верующих и их духовных пастырей) - с распространением идеи нации сделалось одним из главных признаков этнонациональной особости русин и способствовало их сплочению.

Если в противодействии включению в польское этно-культурное и религиозное пространство наблюдалось единомыслие русин, то дальнейшее национальное и культурное самоопределение осложнялось тем, что не удавалось восстановить давно прерванную местную традицию высокой культуры. Оставалось обратиться к родственным образцам в России, где в свою очередь наряду с общерусской тенденцией происходила кристаллизация этнического самосознания юго-западной ветви восточного славянства - малороссов-украинцев. Шло собирание богатого этнографического материала и появились первые произведения малороссийской художественной литературы с использованием местного народного языка.

Выбор направления национального развития разделил русин на сторонников формирования национального языка и высокой культуры в общерусском потоке - т.н. русофилов или москвофилов и народовцев-украинофилов, ориентировавшихся на украинский национально- культурный процесс в Приднепровье. Решения на индивидуальном уровне были непростыми. Богдан Дидыцкий, в 1860-е гг., редактор самой полярной в Восточной Галиции русинской газеты «Слово», вспоминал, как после прочтения написанных по-украински «Энеиды» И.П. Котляревского и повестей Г.П. Квитки (Основьяненко) он загорелся мыслью о создании украинской общенародной демократической литературы. Однако потом по мере знакомства с произведениями Пушкина, Лермонтова и особенно Гоголя, «гениального хохла, чудесно обогатившего русский литературный язык», пришел к убеждению о необходимости языково-культурного сближения с Россией и создании такого литературного языка, который был бы понятен и русинам Австро-Венгрии, и русским, сделавшись их общим достоянием 1.

В 1860-е гг. при смене поколений и не без влияния ряда политических факторов (в том числе из-за полонофильских настроений русских либералов, а также в связи с изощренными усилиями поляков при подготовке национального восстания 1863 г. склонить на свою сторону приверженцев украинской идеи в Правобережье Днепра и вследствие притока политэмигрантов-украинофилов из России) заявило о себе направление народовцев, нацеленных на национально-культурное направление в украинском русле.

У основания национального движения русин с самого начала стояли церковные иерархи, функционерами были приходские священники. Это были «лояльны подданные короля», далекие от социального и политического радикализма. Их главный политический тезис – выделение восточнославянских земель Австро-Венгрии в этнически однородный коронный край - был сформулирован в 1848 г., когда австрийское правительство для острастки поляков и восставших венгров и поляков стало поощрять этно-культурное самоопределение русин, хотя ни в то время, ни позже, до самого распада многонациональной державы, не спешило удовлетворить их административно-территориальные пожелания. Многоплеменность провинций Галиции, Буковины, Подкарпатья давало Вене простор для национально-политических манипуляций. С 1867 г. после ряда внешнеполитических неудач, повлекших преобразование государства в двуединую Австро-Венгерскую монархию, венгры получили неограниченную возможность мадьяризации славян Подкарпатья;в Галиции в целях укрепления восточных рубежей вся власть вновь была отдана хорошо организованной и заведомо настроенной против России польской верхушке, которая под предлогом защиты государственных интересов занялась ликвидацией культурных и политических достижений русин. Русины, не имея поддержки Вены против всевластия польской администрации, стали обращаться в москофильство. Патриарх украинства в России М.С. Грушевский, чья карьера историка в течение 20-ти лет была связана с Львовским университетом, со своей стороны признавал, что «москофильство тогда охватило почти всю тогдашнюю «интеллигенцию» Галиции, Буковины и Венгерской Украины»2.

Однако и в период ослабления интереса австрийского правительства к национальному движению русин в пользу его противников – поляков, мадьяр и др., национальные активисты по-прежнему не допускали оппозиционности в отношени дома Габсбургов. Москвофилы демонстрировали аполитичность, подчеркивали лишь моральное и культурное родство своего народа с русским. Украинское же народовство, приобретая антирусскую направленность, становилось в этом плане полезным как для польской администрации Галиции, так и для официальной Вены, вступавшей в стадию конфронтации с Петербургом.

Политическая лояльность к центральной власти определила характер и методы действий русинских активистов обоих течений. Она позволяла легально заниматься просветительством, организационно-хозяйственными делами и другими видами т.н. «органической работы», которая имела целью улучшение качества жизни массовых слоев этноса в реальном времени и обстоятельствах – «здесь и сейчас». Москвофилы, не получив разрешения на открытие школ, вкладывали значительные средства во внешкольное образование. Народовцам же правительство позволило учреждать национальные школы и, хотя открытие каждого нового объекта требовало больших усилий, они создали целую систему образования, включавшую и средние учебные заведения. В свою очередь, распространение грамотности на родном языке позволяло активистам обоих направлений выпускать популярные газеты и журналы для крестьян, учреждать издательства, книжные магазины и сельские читальни, распространять литературу по агрономии, сельскохозяйственной технике и основам кооперации. Особую сферу составляли хозяйственно-экономические начинания: образование кооперативов, кредитных и страховых товариществ, касс взаимопомощи. Создавались общества трезвости, сельские пожарные команды. Адвокаты на общественных началах оказывали юридическую поддержку отдельным крестьянам, прививая населению навыки обращения к судебной системе. Эти начинания были далеки от политического и социального радикализма, что позволяло их инициаторам в условиях монархического консерватизма действовать открыто и привлекать к участию множество заинтересованных в тех или иных мероприятиях лиц из крестьянской среды. Таким образом, в массах развивался дух инициативы и накапливался общественный опыт, помогавший им не только более успешно вести дела, но и ориентироваться в политическом пространстве. Массы превращались в гражданское общество, способное к самоорганизации и со временем - к претворению в жизнь своего политического выбора. Иными словами, национальное движение русин, широко практикуя среди преимущественно крестьянского населения методы реальных дел, взяло на себя ту роль по формированию гражданского общества, которую в Западной Европе в свое время выполнили цеховые организации третьего сословия, подготовившие классические буржуазные революции.

Важно заметить, что в национальном движении Приднепровской - Большой Украины, как и в кругах общероссийских политических кругах в целом, такой способ формирования гражданского общества катастрофически недооценивался. В среде оппозиции социалистические радикалы вообще отвергали его, чтобы частичными усовершенствованиями не укреплять существующий порядок. Более умеренные, конституционные демократы (кадеты), интересовались среди прочего национальным вопросом в России и держали в поле зрения ситуацию в Восточной Галиции. Однако их лидер П.Н. Милюков свысока характеризовал русинских активистов как «маленький мирок людей с ограниченным кругом интересов, [ни шире взгляда с] местной колокольни, [замкнутого в своем] старании вырвать еще одну-две гимназии или школы» 3. Зато о Русско-украинской радикальной партии, занимавшейся среди всего прочего словесной пропагандой идей Драгоманова, он одобрительно писал: «Возникла настоящая политическая партия, опиравшаяся на население. Начались парады и митинги, появилась агитация в деревнях» 4. Подобным образом М.С. Грушевский предпочитал всем другим видам деятельности идейно-политическую работу и после того как разошелся со своими галицийскими единомышленниками, стал упрекать их в политическом бездействии, в том, что они, «взяв в свои руки главные органы печати, экономические и финансовые институты, больше обращали внимание на то, чтобы удержать общество в послушании и зависимости, чем развивать в нем политическую сознательность. Падала литературная продукция, научные интересы, и их, - по мнению украинского ученого, - «не мог восполнить успех экономических операций, кооперативов и банков» 5. М.С. Грушевский, как видно, не принимал во внимание, что именно практические дела с осязаемыми результатами юлдее надежно, чем абстрактная агитация, действовали на рядовых обывателей, отдававших предпочтение организаторам «малых дел» при выходе последних на политическую арену.

Влияние русофильского и народовского украинского течений в национальном движении русин Австро-Венгрии со временем менялось. С середины 1880-х гг. народовцы при официальном покровительстве правительства украинству (государственное субсидирование украинских культурных, образовательных и других программ с одновременно возраставшим давлением на русофилов) переняли ведущую роль в общественно-политической жизни украинцев. Русофилы изгонялись из системы просвещения, провоцировались банкротства их хозяйственных и финансовых учреждений, начались устрашающие административные и судебные преследования по ложным обвинениям в государственной измене 6.

С началом Первой мировой войны особенно после отступления русской армии в 1915 г. было занятой ей Восточной Галиции, русофильство подверглось разгрому. По подозрению в пособничестве русской армии казнили священников, женщин и стариков, толпами вешали кресмтьян. За русофильство арестовывали 11-12-летних школьников и депутатов рейхсрата, юристов, врачей и рядовых подписчиков газеты этого направления, наконец, просто неугодных своим соседям лиц, на которых можно было донести в полицию как на москвофилов и получить вознаграждение 7. Организации русофилов были запрещены, а их средства и имущество переданы украинофилам, оставшимся после подобной «селекции» единственным дееспособным течением в национальном движении русин. Сосредоточение его на платформе украинства, как видим, произошло под действием внешних сил, вершивших большую международную политику. Источником же успешного внутреннего развития обоих течений до Первой мировой войны являлись такие виды общественной деятельности, которые влияли на важные стороны жизни этноса при умеренной политической составляющей этой деятельности.

В Российской империи было иначе. Умеренные общественно-политические программы не получили заметного развития. С одной стороны, как правило, избыточная охранительная реакция правительства суживала пространство для легальной, способной вовлечь широкие массы, общественной деятельности. С другой - активная часть общества проявляла излишнюю, не подкрепленную реальной силой, увлеченность «своей боевой ролью по отношению к существующему строю» 8. Это было свойственно и украинскому движению на берегах Днепра, которое зарождалось и формировалось под знаком конфронтации с государственной властью. Уже в начале XIX в. на фоне аполитичных и без помех работавших украинофилов культурников, появились малые группы малороссийских дворян-автономистов, сразу настороживших правительство своими связями с декабристами и польской политической конспирацией. В 1840-е гг. горстка университетских преподавателей и студентов в Киеве - члены Кирилло-Мефодиевского братства, нисколько не смущаясь отсутствием последователей и исполнителей их радикальных замыслов, строила планы утверждения политического статуса Украины как члены некой мифической федерации славянских республик. Братчики составляли воззвания с грозным, но безадресным призывом «придать проклятию святотатственные имена земного царя и земли господина» 9. На деле с их проектами смогли познакомиться лишь жандармы, изъявшие пропагандистские материалы на стадии изготовления и только в 1917 г. эти бумаги без извлечены из полицейских архивов и опубликованы как документы истории 10. Члены братства, среди них Т.Г. Шевченко, надолго оказались в ссылке, отлученными от общественных дел.

Непоправимым следствием ранней вовлеченности зачинателей украинства в политический конфликт с государственной властью явился факт отмены одобренного правительством в начале 1860-х гг. ходатайства Петербургского комитета грамотности о введении родного языка для обучения в народных училищах украинских губерний. В Киевской педагогической школе уже шла подготовка учителей. Писались учебники, в сельские школы рассылались новые буквари. Но в январе 1863 г. грянуло очередное польское восстание и при этом выяснилось, что в Правобережье Днепра польские радикалы во множестве распространяли литературу и прокламации на местном языке, вербовали в агитаторы учителей-малороссов, чтобы те подняли на восстание местное крестьянство. Крестьяне не пошли под польские знамена. Но правительство в Петербурге на всякий случай остановило языковое нововведение. Последовал циркуляр министра внутренних дел П.А. Валуева о временном ограничении малороссийского книгопечатания 11, усугубленный в 1876 г. царским указом, предписывавшим «не допускать в первончальных училищах преподавания <…> на малорусском наречии», запрещавшим изготовление и ввоз из заграницы книг на «малорусском наречии», демонстрации сценических представлений, «имеющих <…> характер украинофильских манифестаций» 12. Отмена школьного проекта на долгие годы лишила поборников украинства главного инструмента воспитания национального самосознания в народной среде. Украинские газеты и журналы, после Революции 1905 г. издававшиеся легально, не находили достаточного числа читателей и подписчиков, так как украинцы обучались грамоте по-русски. Попытки некоторых энтузиастов конспиративно на уроках знакомить школьников с украинскими текстами были скорее политической демонстрацией, эскападой, чем серьезной образовательной инициативой 13.

Украинские активисты в России не придавали самостоятельного значения практике «малых», но полезных в повседневной жизни дел. Правда, экономическое положение и социальные условия у малороссийских крестьян были несравненно лучше, чем у их карпатских собратьев: плодородная почва и хороший климат благоприятствовали ведению сельского хозяйства, а земские учреждения, созданные благодаря реформам 1860-х годов, положили начало сельскому здравохранению и начальному школьному образованию первой ступени. Но это были блага, получаемые из патерналистского источника, не зависевшие от инициативы снизу, ибо в земствах из-за цензовой системы доминировали помещики. Земства в большинстве областей их деятельности, а также кооперативы и другие хозяйственные учреждения в крае функционировали помимо украинского движения 14. и в них практически не участвовали украинские деятели. Между тем сельское население с готовностью отзывалось на возникавшие иногда местные общественные начинания, в том числе и по организации экономической взаимопомощи.Перед Первой мировой войной такую работу, а вместе с ней социальную и политическую агитацию, развернули на Волыни и Подолии правые круги при участии духовенства Почаевской лавры. В результате украинские крестьяне, по образу жизни и занятиям почти не затронутые русификацией, охотно шли в правые монархические организации, выступавшие под флагом русского национализма. По численности они превзошли все другие партии и организации в крае 15.

В украинское же движение до Революции 1917 г. включилась лишь узкая группа интеллигенции, преимущественно гуманитарной, и часть учащейся молодежи. Людей практических профессий было немного. По партийно-политической ориентации это были группы центра и левых, ограниченные в в своих легальных возможностях. Следует добавить, что репутации украинских движений вредили тесные связи с австрийской Восточной Галицией, где базировалась издательская и научная деятельность украинских активистов Приднепровья, велась подготовка кадров, находила пристанище политическая эмиграция. Вена поощряла такое гостеприимство народовцев, стараясь использовать их в качестве инструмента антироссийской политики. В России по этой причине украинское движение было отмечено ярлыком «мазепинства», напоминавший о историческом предательстве гетмана Ивана Мазепы.

Лидеры украинства, конечно, понимали, как далеко им до создания широкого национального движения. Но подобно большинству оппозиционеров в России они намеривались начать с государственного переустройства, и потом, при новом строе, заняться расширением своей массовой базы и воспитанием «сознательных украинцев». М.С. Грушевский в конце XIX в. провозгласил идеалом, т.е. стратегической целью движения «независимую Русь-Украину, в которой бы все части нации соединились в одно современное культурное государство»16 (Необычное двойное наименование будущего государства его современник, галицийский русинский политик, объяснил тем, что у его народа «название «Украина» популярностью не пользуется»)17.

Во время революции 1905 г. М.С. Грушевский предложил концепцию национально-территориальной автономии украинских губерний, которую определил как «минимум необходимый для свободного национального развития»18. Иными словами, воспитывать национальное сознание лидер украинства намеривался лишь после административного обособления края, когда для этого в руках окажутся административные инструменты. «Мы стремимся через автономию перейти к национальному бытию», - поясняли последователи М.С. Грушевского19, в то время как галичане успешно восстанавливали «национальное бытие» в рамках не самой благоприятной для них административной структуры Австро-Венгрии.

Решающее испытание в Большой Украине наступило с 1917 г. , а в следующем году - на восточнославянских землях Австро-Венгрии.

Февральская революция в России помогла сравнительно легко осуществить административные требования приднепровских национальных активистов. Им удалось составить будущие центральные институты власти: Украинскую центральную раду (УЦР) как представительный орган, Генеральный секретариат (ГС) – в качестве будущего правительства, и явочным порядком провозгласить национально-территориальную автономию края. В октябрьские дни 1917 г. УЦР, выступив над схваткой между киевскими большевиками и сторонниками Временного правительства, без больших затруднений овладела полнотой власти и 7 (20) ноября 1917 г. объявла об образовании Украинской народной республики (УНР).

С этого времени украинским лидерам предстояло самостоятельно вести трамвай национальной государственности. Но вскоре выяснилось, что поддержку акту УЦР об образовании украинского государства обеспечили не только национально-политические устремления масс (приднепровские активисты не успели их прочно внедрить в массовое сознание), сколько стихия аграрной революции и антивоенное движение – проблемы, сделавшиеся первоочередными как для украинских, так и для великорусских крестьян. Крестьянское большинство украинского народа ожидало от молодого национального правительства быстрого решения этих назревших задач. Однако украинские лидеры, демонстративно отмежевавшись от большевиков, пошли по стопам потерпевшего крах Временного правительства. Подобно А.Ф. Керенскому, они пытались вдохновить сограждан и распадавшуюся армию на продолжение войны, неспешно занялись земельным вопросом и в результате предложили такой вариант аграрной реформы, который вызвал возмущение крестьянских депутатов УЦР20. Симпатии разочарованных масс обратились к большевистским лозунгам, обещавшим немедленный мир и такую же безотлагательную передачу всей земли крестьянам.

Завязавшаяся вскоре борьба между большевиками и защитниками УНР, как откровенно признал глава ГС, украинский социал-демократ В.К. Винниченко, сделалась «войной влияний», и влияние большевиков среди украинского населения оказалось сильнее 21. В решающих боях за Киев в январе 1918 г. некоторые войсковые части УНР перешли на сторону большевиков, другие заявили о своем нейтралитете. Одним из немногих верных Украинкой республике подразделений остался полк сечевых стрельцов, образованный из военнопленных австрийской армии. Эти выходцы из Восточной Галиции и Буковины получили прочное национальное воспитание еще на своей малой родине.

На время вернуться в столицу государственным органам УНР удалось, лишь запросив помощи у австро-германской армии. При этом настроения народа, весной 1917 г., с верой и надеждой приветствовавшего УЦР и боготворившего его председателя М. Грушевского, в феврале 1918 г. сменились на диаметрально противоположные. Об этом можно судить по записи разговора группы крестьян села Бухня Сквирского уезда на Киевщине перед приходом немцев. Это свидетельство приведено в книге П. Христюка, который тогда возглавлял Министерство внутренних дел в правительстве УЦР:

«Центральная Рада – это буржуи! Они нас обкрутили. Там заправляет Грушевский- буржуй, австрияк», [- начал один крестьянин.-]<…>

-- Надо разогнать эту Центральную Раду <…> Она приведет к нам помещиков, которые с нас шкуру сдерут» [, - добавил другой].

-- Надо слушать большевиков. Они нам все дадут. Помещиков вырежут, а людям дадут кому что надо <…> [ - присоединился третий] <...>

-- А то выдумали какую-то Украину, [- вступил следующий. –] На черта она сдалась. Ничего о ней не слышали и вот на тебе! Пусть будет одна Россия, лишь бы всюду большевики были<…>

-- Да я сам на ту Центральную Раду пуль с двадцать с большой охотой выпустил бы» [, - горячился еще один крестьянин].

-- Да что ты плетешь? – отзывается <…> немолодая женщина. – Мой зять член Центральной Рады, а ты бы в него стрелял!?

-- Глупый ваш зять, вот и пошел в Центральную Раду.

-- Ты, я смотрю очень умный, - отвечает женщина. – Если бы Раду поддержали было бы все в порядке.

-- Вот и подожди, увидишь порядок, если вернуться паны, [- получает она в ответ].

-- Не слышите ли, что ли? <…> Стреляют из пушек. Немцы идут! Вот теперь помещики с нас шкуру сдерут<…>»22.

Таковы были неожиданные результаты ускоренных национально-государственных преобразований на берегах Днепра без предварительного накопления в массах общественного и политического опыта, способного превратить этнос в гражданское общество.

Население восточнославянских областей Автро-Венгрии оказалось значительно лучше подготовленным к осуществлению далеко идущих национально-политических решений. В условиях стремительного распада дунайской империи осенью 1918 г., чтобы предотвратить включение Восточной Галиции в состав возрождавшейся Польши, народовско-украинские лидеры провозгласили Западно-Украинскую Народную Республику (ЗУНР). Им удалось наряду с центральными, законодательными и исполнительными органами власти создать, благодаря предыдущей общественной работе на местном уровне систему местной администрации, осуществить мобилизацию и сформировать 100 тысячную Украинскую галицийскую армию (УГА). Эти силы в течение 9 месяцев защищали свою республику, сражаясь на равных с войсками Поьши, на порядок превосходившей ЗУНР по численности населения и пользовавшейся военной и дипломатической поддержкой западных стран. УГА не была разбита в той борьбе. За неимением боеприпасов она была вынуждена отступить на территорию Большой Украины. Оставив свой край. Она явила редкий случай сохранения организации и боеспособности, превосходя по численности войска УНР, в которыми взаимодействовала до их полного поражения.

В конечном итоге не устояли оба украинских государства, но по неодинаковым причинам. УНР подкосила внутренняя слабость, проистекавшая из специфики национального движения в Приднепровье – о его существу кадрового характера, без прочных связей с массами, которые не возникают в одночастье, а, как свидетельствует опыт национального движения русин Австро-Венгрии, устанавливаются вследствие систематического взаимодействия национальных активистов с рядовыми гражданами в общественных организациях различного профиля и назначения. Тот же пример показывает, что легальные формы общественной деятельности при умеренной политической составляющей надежнее служат его расширению, чем острая политическая конфронтация с властью. Актуализация стратегических целей приводит к желаемым результатам лишь при опоре на укорененное в народной среде движение, что показала короткая, но убедительная история ЗУНР. В падении этой республики решающими стали непреодолимые внешнеполитические обстоятельства. Они же в дальнейшем роковым образом повлияли на выделение в 20-50 гг. радикального крыла западноукраинского национального движения – так называемого интегрального национализма, нашедшего свой конец в тупике экстремизма.

Вместе с тем исторические уроки УНР и ЗУНР выявили фундаментальные и долговременные преимущества в подготовке к новому государственному строительству, легальными и заблаговременно применяемыми методами социализации масс, формирования их политических предпочтений через общественные организации, прямая полезность которых вызывала бы доверие к движению или партии в целом.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9

Похожие:

Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconБиологические механизмы старения тезисы
Куликов А. В. (Россия), Кульчицкий О. К. (Украина), Литошенко А. Я. (Украина), Мензянова Н. Г. (Украина), Наумов А. Д. (Белоруссия),...
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconУважаемые коллеги! Сообщаем Вам информацию о предстоящих конференциях в Украине и за рубежом: загальногалузеві. Комплексні
Международная научная конференция наноструктурные материалы 2012: россия украина – беларусь,, Санкт-Петербург
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconЖеланников (Россия), доц. В. И. Кузьмич (Украина), проф. В. И. Морозов (Россия), проф. А. И. Носич (Украина), проф. С. Л. Просвирнин (Украина), доц. В. Н. Сейчук (Молдова), проф. Е. А. Стрельникова (Украина), проф. Н. Я. Тихоненко (Украина), доц. Д. И. Черний (Украина)
Ю. И. Беляев (Херсон), проф. Ю. В. Гандель (Харьков), чл кор. Нану с. И. Довгий (Киев), проф. Г. Н. Жолткевич (Харьков), проф. И....
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconОфициальная ежегодная конференция Российско-Германского Научного Логистического Сообщества Российско-Германская конференция по логистике dr-log’08 Москва, 21-25 мая 2008
Официальная ежегодная конференция Российско-Германского Научного Логистического Сообщества
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconСодержание 1 глобальные проблемы современности 2
Россия в современном мире / Е. П. Бажанов // Россия, Китай и новый миропорядок ХХI века: проблемы и перспективы: Материалы пятой...
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconРоссия и Украина договорились о новом формате зернового пула
Подкомиссии по вопросам агропромышленного комплекса Российско-Украинской межгосударственной комиссии, которая прошло под председательством...
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» icon15. Брестский мир >16. Генуэзская международная конференция 17. Конституция победившего социализма >18. Мюнхенское соглашение
Приложение Диагностические материалы по истории России в формате егэ по теме: «Россия в 1917-1945гг.». Автор-составитель: Назарова...
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconUniversitatea Liber ă Internaţională din Moldova
Е. Н. Беляева, Украинская Медицинская Стоматологическая Академия, г. Полтава, Украина. Функционирование терминов «компетенция» и...
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» icon* Первая ежегодная конференция и тематические семинары Армения, Беларусь, Республика Кыргызстан, Молдова, Россия, Таджикистан, Казахстан, Украина, Узбекистан
Встреча участников сети практиков в области миграции и денежных переводов (мирпал)*
Материалы российско-украинская конференция историков «Украина и Россия: история и образ истории» iconПервая Российско-Украинская промышленная выставка
Мероприятие проводится под патронажем тпп рф, при поддержке мид, Минэкономразвития, Минпромторга, Минобрнауки, Минсельхоза России,...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница