В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор




Скачать 296.48 Kb.
НазваниеВ. Н. Конышев > Д. пол н., профессор
страница1/2
Дата11.10.2012
Размер296.48 Kb.
ТипДокументы
  1   2
Опубликовано в: Национальная безопасность, № 3-4 2011, с. 55-67


РЕМИЛИТАРИЗАЦИЯ АРКТИКИ И БЕЗОПАСНОСТЬ РОССИИ


В.Н. Конышев

Д.пол.н., профессор

konyshev06@mail.ru

+79052190168


А.А. Сергунин

Д.пол.н.,, профессор

sergunin60@mail.ru

+79602823576


Кафедра теории и истории международных отношений

Факультет международных отношений

Санкт-Петербургский госуниверситет

191060 Санкт-Петербург, ул. Смольного, д. 1/3, подъезд 8, ком. 232


В начале XXI в. обострилось соперничество за контроль над природными ресурсами и транспортными коммуникациями Арктики. Как вполне закономерное продолжение этого соперничества наметилась тенденция к ремилитаризации региона по ряду направлений.

Прежде всего, происходит усиление военного присутствия арктических держав в регионе. Так, в последние годы заметно возросло количество американских, норвежских и российских судов и самолетов, находящихся на боевом дежурстве в морском и воздушном пространствах Арктики. Возросло также количество военных учений как по линии отдельных государств, так и военно-политических организаций. Началась ускоренная модернизация вооруженных сил арктических держав, дислоцированных в Арктике, и соответствующей военной инфраструктуры. США, Канада и Россия приняли решения о модернизации и строительстве новых военных баз в Арктике. Страны региона стали активней использовать военно-морские флоты для отстаивания своих экономических интересов.

Возникает закономерный вопрос, насколько эта тенденция затрагивает интересы России и создает угрозу её безопасности?

В данной статье рассматриваются основные направления и уровни ремилитаризации арктического региона, а также возможные последствия этого опасного процесса как для России, так и региональной подсистемы международной безопасности.

Ремилитаризации Арктики происходит на трех основных уровнях – национальном, коалиции пяти стран Северной Европы и НАТО.


Национальный уровень


США. США не проявляли серьезного интереса к Арктике со времени окончания «холодной войны» вплоть до оживления деятельности России на Крайнем Севере, начавшееся после 2004 г. В особенности настороженно в США были восприняты возобновление тренировочных полетов российской стратегической авиации, планы по модернизации Северного флота и экспедиции в Арктику, связанные с поиском доказательств правомерности российских претензий на расширение её континентального шельфа.

Военно-стратегические интересы США были очерчены в принятой 12 января 2009 г. (незадолго до отставки Дж. Буша-младшего) директиве по арктической политике. В ней подчёркивается, что «в Арктике Соединённые Штаты имеют широкие фундаментальные интересы в сфере национальной безопасности и готовы действовать независимо либо в союзе с другими государствами по защите этих интересов»1. Арктическая доктрина США выделяет две категории их интересов в сфере национальной безопасности.

Во-первых, это военно-стратегические интересы, среди которых наиболее приоритетными являются противоракетная оборона и раннее предупреждение; развертывание наземных и морских средств для стратегической переброски сил; стратегическое сдерживание; присутствие военно-морских сил и проведение морских операций; свобода навигации и перелетов. Именно в защиту этих интересов США при необходимости готовы действовать в одностороннем порядке.

Во-вторых, это связанные с ними интересы обеспечения внутренней безопасности по предупреждению террористических атак или других преступных действий в Арктике. Видимо, этот пункт не стоит понимать буквально. Скорее, его наличие объясняется стремлением Вашингтона обеспечить на будущее легитимность военно-силовых действий в Арктике под предлогом борьбы с международным терроризмом.

Планы американских военных в Арктике весьма обширны. Пентагон считает, что Арктика должна рассматриваться как отдельный район операций, требующий изменения границ ответственности Тихоокеанского и Европейского региональных командований в пользу Северного. В частности, речь идет о передаче Аляски с ее инфраструктурой НОРАД2 и части прилегающей морской акватории в ведение Северного командования. Предлагается, чтобы это командование отвечало за огромные территории по периметру вокруг полюса: от Камчатки, далее к северу Гренландии, к Земле Франца-Иосифа, Новосибирским островам и к острову Врангеля3.

Особое место в американских дискуссиях о будущей стратегии в Арктике занимает вопрос о развитии ледокольного флота. Причем, в данном случае тесно переплетаются экономические и военно-стратегические интересы США. На слушаниях в конгрессе США адмирал Т. Аллен отметил4, что «Россия в 2009 г. завершает программу строительства национальных атомных ледоколов нового поколения, что гарантирует ей наличие нескольких тяжелых ледокольных судов далеко за 2020 г.»5 Т. Аллен напомнил, что спущенный на воду в 2007 г. ледокол «50 лет Победы» гарантирует России доступ к природным ресурсам, находящимся в регионе Арктики. В связи с этим США необходимо вкладывать средства в строительство новых ледоколов, так как срок эксплуатации старых подходит к концу. Мнение Т. Аллена поддержал как республиканцы, так и демократы в конгрессе6.

Более умеренную позицию занимает глава комиссии США по исследованию Арктики М. Тредуэлл. Он не против развития ледокольного флота, но считает, что природные изменения в Арктике в ряде случаев позволяют обойтись и без его услуг. Потепление климата и появление в Арктике свободных ото льда пространств открывают для США совершенно новые возможности.7

В качестве компромиссного варианта США решили модернизировать старый ледокольный флот, использующий дизельное топливо. В настоящий момент у США есть три ледокола, способных действовать в арктических широтах: Polar Star (с 1976 г.), Polar Sea (с 1978 г.) и Healy (с 2000 г.). Один из них, Polar Star, способный преодолевать лед толщиной до 6 метров и принадлежащий Службе береговой охраны, находится в ремонте и будет вновь введен в строй к 2013 г. Но он прослужит не более 7-10 лет. Конгресс США выделил на его модернизацию 30 млн. долл. Единственный ледокол Healy, способный выполнять свою миссию в Арктике круглогодично, предназначен для научных исследований. Продолжается обсуждение вопроса о строительстве атомных ледоколов для поддержки морских операций в Арктике.

«Одной из миссий Службы береговой охраны является предоставление США потенциала для поддержки национальных интересов в полярных регионах, – отмечается в сопроводительной справке к принятому в конгрессе законопроекту. США должны и будут присутствовать в Арктике на море и в воздухе в масштабах, достаточных для поддержки режимов превентивности и реагирования, а также для выполнения дипломатических задач»8.

Продолжая курс Дж. Буша-мл., при Б. Обаме США активизировали деятельность средств ПВО, нацеленных на перехват российской стратегической авиации, которая патрулирует Арктику и Северную Атлантику. Намечается наращивание присутствия атомного подводного флота США в Баренцевом море. Две подводные лодки США типа «Лос-Анджелес» приняли участие в учениях Ice Exercise-2009 по отработке оперативных действий в условиях Арктики и обеспечение безопасности научных исследований. В июне 2009 г. США силами военного флота и авиации проводили крупную операцию боевой подготовки Northern Edge 2009 на Аляске. Центром учений стала военно-воздушная база Эльмендорф. В операции принял участие ударный авианосец USS John C. Stennis. Территория, на которой проходили учения, граничит с российскими территориальными водами в Чукотском море9. Очевидно, что США вместе с другими странами Запада планируют усиливать многостороннее военное сотрудничество в Арктике.

В октябре 2009 г. была опубликована «дорожная карта» развития Военно-морских сил, раскрывающая пятилетний план расширения морских операций в Арктике. Одной из целей «дорожной карты» названо обеспечение вооруженных сил системами оружия, обнаружения, связи и управления, а также другими объектами военной и гражданской инфраструктуры, адаптированными к условиям Арктики. Туда включены совершенствование систем морского базирования для защиты от баллистических и крылатых ракет, сил и средств для борьбы с подводными лодками и для контроля прибрежной зоны. Кроме того, планируется разместить на базе в Анкоридже (Аляска) 36 истребителей F-22 Raptor, что составляет 20% от всего парка самолетов этого типа, стоящих на вооружении10.

Арктическая «дорожная карта» предусматривает создание оперативно-тактического соединения (Task Force Climate Change) по изучению последствий изменения климата для стратегических целей и характера морских операций в Арктике. В фокусе ее внимания находятся также:

  • текущие и предполагаемые угрозы в Арктике, чтобы определять наиболее опасные и вероятные из них в 2010, 2015 и 2025 гг.;

  • угрозы национальной безопасности США и безопасности мореплавания;

  • возможные конкуренты в Арктике в обозримом будущем;

  • действия и мотивации всех участников арктической политики11.

Важной частью «дорожной карты» является также организация военно-научных исследований.

Вместе с тем, ни чисто военная, ни общая арктическая стратегия США в Арктике при администрации Б. Обамы пока не получила должного развития. Внимание Вашингтона отвлекают другие «горячие» регионы (Ближний и Средний Восток, Северная Африка). Однако следует ожидать, что по мере спада экономического кризиса и снижения степени конфликтности в указанных регионах Б. Обама обратит внимание на Арктику, что наверняка приведет к более активной политике США в этом направлении.

Канада. Политика Оттавы в регионе определяется документом под названием «Северная стратегия Канады: наш Север, наше наследие, наше будущее» (2009 г.)12 Как явствует из документа, стратегические планы Канады включают в себя не только расширение экономической деятельности, но и наращивание военного присутствия в Арктике для усиления контроля над сухопутными территориями, морями и воздушным пространством региона. Это связано не только с демонстрацией готовности защитить суверенные права. При отсутствии прямых военных угроз со стороны какого-либо государства, канадские спецслужбы указывают на попытки криминальных группировок распространить свою деятельность на северные территории Канады, а также использовать их для незаконной миграции13. Однако главная цель наращивания военного присутствия в регионе и наступательной риторики официальных властей состоит в том, чтобы создать должный психологический и пропагандистский эффект, рассчитанный на других участников арктической политики, ибо пока Канада не имеет ресурсов для освоения Крайнего Севера и реального контроля над его огромными пространствами.

Военная инфраструктура Канады в Арктике неразвита. Оттава не имеет здесь оборудованных портов, кораблей и значительных вооруженных формирований. Поэтому в соответствии со своей арктической стратегией Канада намечает радикальную модернизацию своих вооруженных сил и военной инфраструктуры в регионе. В частности, она планирует строительство военного тренировочного центра на берегу Северо-Западного прохода в местечке Ресолют-Бэй (595 км от Северного полюса) и объектов морской инфраструктуры. Для усиления возможностей службы Береговой охраны запланировано строительство глубоководного причала (г. Нанисивик), нового ледокола Diefenbaker и трех патрульных кораблей, способных действовать в ледовой обстановке. Для мониторинга арктических пространств будет использоваться новейший канадский космический спутник типа RADARSAT-II, а также возможности совместной канадско-американской системы НОРАД и разведывательной станции перехвата сигналов в местечке Элерт (о. Элсмир, Канадский арктический архипелаг). Намечены программы по модернизации и увеличению подразделений канадских рейнджеров до 5 тыс. человек к 2012 г. Они в основном набираются из коренного местного населения и предназначаются для ведения наблюдения и проведения поисково-спасательных операций в арктических условиях.

Правительство Канады в 2010 г. объявило о закупке у США 65 новейших истребителя F-35Lightning II на общую сумму 16 млрд. долл., которая включает обслуживание самолетов в течение 20 лет. Правда, не совсем понятно, против кого их намерены использовать в Арктике, так как F-35 предназначены для тактических задач по поддержке наземных операций, бомбометанию и ведению ближнего воздушного боя. Никто из арктических «игроков» не планирует высадку войск на территории канадского Севера. А пара устаревших российских бомбардировщиков, выполняющих, в основном, тренировочные полеты до границы Канады, не представляют собой столь серьезной угрозы. По мнению экспертов Канадского института по вопросам обороны и внешней политики14, эти закупки – скорее гарантия безопасности на будущее, чем ответ на сегодняшние вызовы. Согласно другим оценкам, для Канады актуальны другие задачи: развитие патрульной авиации для наблюдения за побережьем и наращивание морской мощи15. Эти и другие инициативы привели к удвоению общих военных расходов Канады по сравнению концом 1990-х16.

В 2008 г. Канада провела учения, самые крупные за историю ее военного присутствия в Арктике. Было объявлено о начале регулярных ежегодных учениях Operation Nunalivut, цель которых – защита суверенитета Канады на Крайнем Севере. В апреле 2010 г. впервые в истории канадских военных учений были проведены приземление и взлет с ледового покрытия самолетов типа Falcon СС-117. Тогда же были проведены учения водолазов с подледным погружением на длительное время. С августа 2010 г. арктические учения канадских вооруженных сил проводятся с участием ВМС США и Дании.17 24 августа 2010 г. два самолета CF-18 военно-воздушных сил Канады вылетели на перехват двух российских Ту-95, которые находились в 30 милях от канадского воздушного пространства. Американо-канадские силы ПВО следили за инцидентом и были готовы отреагировать на все возможные события18.

В начале 2011 г. для совместных учений в Арктике Канада пригласила ВМС США и Дании. В учениях были задействованы лучшие корабли с каждой стороны: ракетный эсминец USS Porter (США), несущий новейший зенитно-ракетный комплекс «Иджис»; один из немногих в мире фрегатов Vaedderen (Дания), приспособленный к действиям в арктических льдах; фрегат Halifax (Канада), единственный из иностранных кораблей, который используется в составе американской авианосной группы19. При этом Канада не планирует приглашать на подобные учения Россию.

Вместе с тем, многие в канадском руководстве понимают, что в условиях продолжающегося финансово-экономического кризиса Оттава не в состоянии в одиночку обеспечить свою безопасность (мнимую или реальную) в регионе. Довольно популярной является точка зрения, что Канада должна идти не по пути наращивания собственной военной мощи в Арктике, а разделить военные расходы с США и расширять совместные функции НОРАД, включив в них воздушное патрулирование, операции по спасению на море, наблюдение за морскими пространствами и ледокольные операции20. В противном случае не избежать бессмысленного дублирования действий с американской стороной, да и огромные арктические пространства Канада не в силах контролировать в одиночку. В частности, весьма перспективным представляется идея использования в Арктике американских беспилотных летательных аппаратов, управляемых через общий спутник связи.

Сценарий тесного сотрудничества между Канадой и США по вопросам «мягкой» и «жесткой» безопасности в Арктике представляется наиболее вероятным как самый оптимальный в финансовом и функциональном отношениях. США традиционно имели тесные экономические и политические связи с Канадой и уважали ее суверенные права. В Национальной военной стратегии США, опубликованной в феврале 2011 г., говорится, что региональная безопасность в Арктике будет обеспечиваться совместно с Канадой21.

Норвегия. Доктринальные основы арктической стратегии Осло определены в документе под названием «Новые компоненты политики на Севере. Следующий шаг в стратегии правительства на Крайнем Севере» (март 2009 г.).22

Доктрина довольно жестко ставит вопрос о соблюдении норвежского суверенитета в Арктике, а также содержит акцент на вопросах безопасности. В частности, ставится задача развития системы наблюдения за морскими, воздушными и приграничными сухопутными пространствами в регионе. Планируется и дальнейшее усиление военного присутствия на Крайнем Севере. В документе говорится: «Большое значение придается поддержанию видимого военного присутствия, которое необходимо для утверждения наших суверенных прав в 200-мильной зоне и обеспечения систем наблюдения, разведки и кризисного управления».23

Намечены конкретные меры по модернизации вооруженных сил и береговой охраны Норвегии в Арктике. Так, в 2008 г. Норвегия приняла план долгосрочного оборонного развития. Еще раньше норвежские ВМС заказали 5 новейших фрегатов, которые планируется оснастить высокотехнологичными ударными ракетами (в настоящее время на вооружение флота поступили три фрегата). За последние несколько лет на вооружение норвежских ВМС поступили 6 быстроходных ракетно-торпедных катеров класса Skjold («Щит»). К концу 2007 г. были введены в эксплуатацию пять патрульных судов проекта «Номен», разработанного специально для работы у норвежского побережья24. В 2009 г. бюджет норвежских ВМС был на 240 млн. крон больше, чем в предыдущем году, и составил 3 млрд. крон. В 2008 г. норвежское правительство приняло решение о закупке 48 американских многоцелевых истребителей JSF вместо устаревших F-16. На эти цели планируется потратить 150 млрд. норвежских крон.25 Принято также решение о поставке для F-35 ракет для поражения морских целей.

Норвегия планирует переместить штаб оперативного командования в Рейтан (Reitan) в окрестностях Бодо (Bodo) на севере страны. Тем самым Норвегия станет первой страной, разместившей командование вооруженными силами в арктических широтах.26 В северном направлении, в Бардуфосс, планируется также переместить ведомство Генерального инспектора вооруженных сил Норвегии. В этот же пункт намечена и передислокация основных сил боевой вертолетной авиации.27

Подобная политика Осло совпадает с общей арктической стратегией НАТО (прежде всего, США, Канады и Дании) по защите западных экономических и геополитических интересов в этом перспективном регионе. Все эти тенденции не могут не вызывать опасения России, в непосредственной близости от которой совершаются эти военные приготовления.

Дания. Формальной основой политики Копенгагена в регионе является её арктическая стратегия 2008 г. Одним из основных приоритетов стратегии является утверждение датского суверенитета в регионе, включая использование вооруженных сил для этой цели.28

При этом задачи датских вооруженных сил определялись достаточно широко. Наряду с собственно военными функциями (защита своего суверенитета над Гренландией, мониторинг воздушного и морского пространства), им вменялись такие задачи, как проведение спасательных операций, оказание помощи полиции и таможенным властям, борьба с браконьерством, наблюдение за и борьба с загрязнением окружающей среды и пр.

Характерно, что параллельно с публикацией арктической стратегии была создана Комиссия по вопросам обороны, значительная часть функций которой сводится к анализу последствий для датской безопасности тех проблемных тенденций, которые имеют место в Арктике.29

Вместе с тем, в отличие от времен «холодной войны» Дания намеревалась делать в своей арктической политике акцент не на соперничестве, а на сотрудничестве, для чего она собиралась активно работать в рамках региональных многосторонних институтов.

Правда, изложенный в арктической стратегии «миролюбивый» и в целом оптимистический подход к решению арктических проблем не совсем совпадал с оценками датских военных. Так, в одном из докладов датской военной разведки, опубликованном в сентябре 2009 г., прогнозировалось, что накопившиеся региональные проблемы (особенно конкуренция из-за природных ресурсов и контроль за проливами) скорее будут способствовать росту соперничества в Арктике, чем сотрудничества. Особую опасность авторы доклада видели в «экспансионистской» политике России, которая, как «показал» военный конфликт с Грузией, якобы склонна к использованию военной силы, если она имеет дело с более слабыми противниками. В другом докладе датского министерства обороны (июль 2009 г.) предлагалось создать (по примеру России) специальное арктическое формирование, способное вести военные действия на суше, море и в воздухе. Предусматривалось также более тесное сотрудничество в рамках НАТО опять-таки в целях «сдерживания» России.30

Подобные расхождения между документами, рассчитанными на широкую публику, и планами военных, не могут не вызвать определенную настороженность со стороны Москвы.

Швеция. У этой страны также существуют военно-стратегические устремления в арктическом регионе, хотя она и не имеет прямого выхода к Северному Ледовитому океану и не считается официальной арктической державой. Стокгольм предпочитает реализовывать свои геополитические интересы через многосторонний формат. Так, в настоящее время Швеция руководит деятельностью Североевропейской группы войск, которая рассматривается, прежде всего, как военный ресурс ЕС.31

При этом геополитические амбиции ряда руководителей Швеции имеют вполне четко выраженную антироссийскую окраску. "Я считают, что для шведских вооружённых сил настало время подстроиться к ситуации с более высоким уровнем угроз",32 - пишет бывший министр обороны Швеции Бьёрн фон Сюдов. По его мнению, Россия представляет растущую угрозу для всех её соседей. В своих комментариях газете "Dagens Nyheter" экс-министр даёт ясную картину его восприятия сегодняшней России. “Картину угроз следует обсуждать в связи с сегодняшней и завтрашней Россией", - отмечает г-н фон Сюдов. Он заявил, что шведскому парламенту необходимо увеличить расходы на оборону. Шведский политик подчеркивает, что после конфликта с Грузией у ряда соседних с Россией стран растут опасения, что они могут оказаться перед лицом военной конфронтации с Россией.

Отмечая, что линия Швеции состоит в упоре на переговоры и дипломатию, он в то же время подчёркивает, что "шведская политика безопасности должна включать существенный элемент военной обороны с целью предотвращения и нейтрализации военных угроз в нашем окружении". "Нам следует отдать приоритет усилению нашей территориальной обороны", - настаивает г-н фон Сюдов. Он особо упирает на необходимость постоянного наращивания военно-воздушных сил страны и её подводного флота.

Другой шведский политик, лидер Либеральной партии Ян Бьёрклунд, поддерживает фон Сюдова в необходимости наращивания военной мощи шведских ВС. "Я думаю, что в последние годы нам в Швеции следовало бы проснуться и перестроить свою оборонную политику. Потому что те перемены, которые мы наблюдаем сейчас в России, были заметны ещё несколько лет назад",33 - заявил он.

Одним из следствий подобного рода настроений в шведских политических кругах было прекращение военных контактов Швеции с Россией в августе 2008 г. (сразу после вооруженного конфликта между Россией и Грузией).34 Стокгольм также настаивает на выводе российского тактического ядерного оружия с Кольского полуострова, считая, что его наличие в этом районе серьезно дестабилизирует военно-политическую обстановку и является препятствием для развития международную сотрудничества.35

Таким образом, Швеция (будучи неприсоединившееся страной), тем не менее, по ряду региональных вопросов придерживается даже более жесткой позиции, чем, например, натовская страна Норвегия.

Финляндия. Арктическая доктрина Финляндии была принята в начале июня 2010 г. В ней определялись национальные интересы стран в Арктике, угрозы и вызовы финской и глобальной безопасности в регионе, а также политический инструментарий, который Хельсинки намеревался использовать для достижения поставленных целей. В отличие от некоторых других северных стран, Финляндия не делает акцента на развитие собственного военного потенциала в Арктике, предпочитая, как и Швеция, действовать в многостороннем формате.

Тем не менее, Хельсинки предпринял ряд мер по модернизации своих вооруженных сил в регионе. Так, в 2008 г. финским ВВС было выделено 200 млн. евро для создания новой радиолокационной системы для слежения за воздушным пространством со стороны России.36


К общей арктической стратегии стран Северной Европы?


Пять стран Северной Европы (Дания, Исландия, Норвегия, Финляндия и Швеция) издавна координируют свою политику в области арктической политики и создали для этого целую систему финансово-экономических и политических институтов. До недавнего времени арктическое сотрудничество пяти стран в основном концентрировалось на таких сферах, как совместные экономические проекты, экология, здравоохранение, образование, научные исследования, обеспечение прав коренных народов Севера и пр. Ситуация изменилась с принятием в феврале 2009 г. доклада экспертной комиссии под председательством бывшего министра иностранных дел Норвегии Т. Столтенберга (отца нынешнего премьер-министра). В докладе изложены рекомендации по формированию общей внешней и оборонной политики этих стран.

В докладе были представлены 13 конкретных предложений, направленных на укрепление сотрудничества между странами Северной Европы и их дальнейшую интеграцию.37 Большая часть этих рекомендаций относится к сфере обороны и безопасности. В докладе Т. Столтенберга предлагается сформировать «стабилизационную оперативную войсковую группу, которая могла бы направляться в государства, подвергшиеся внешнему вмешательству или в случае других критических ситуаций». Необходимость создания таких сил обусловлена новыми вызовами, с которыми сталкивается международное сообщество и ООН. Таким образом, под предлогом защиты от нетрадиционных угроз предлагается милитаризация региона. При этом, Т. Столтенберг не стал дистанцироваться от таких международных организаций как ЕС, НАТО и сказал, что в случае создания североевропейского военного альянса ему «следовало бы принимать участие в операциях под эгидой ООН, также как и в операциях Евросоюза, НАТО, Африканского союза и ОБСЕ», но только при условии, что они будут иметь мандат ООН.

Другим важным тезисом Т. Столтенберга стало предложение «о проведении регулярного патрулирования воздушного пространства Исландии», которая не имеет собственных вооруженных сил. «Исландия находится в районе повышенного внимания, – сказал он. – После того как в 2006 г. американские военные покинули авиабазу в Кефлавике, возникла необходимость усиления контроля над исландским воздушным пространством, что отвечает интересам как самой Исландии, так и всей Скандинавии». Таким образом, предполагается, что в перспективе в небе над Исландией могут появиться самолеты стран, не являющихся членами НАТО – Финляндии и Швеции.

Т. Столтенберг предложил создать североевропейское подразделение для контроля на море, в которое вошли бы береговые охраны стран и спасательные службы. В докладе упоминаются создание совместных морских сил быстрого реагирования, ледокольного флота, амфибийного подразделения, сил гражданской обороны по борьбе с природными техногенными катастрофами, единой ресурсной системы для борьбы с кибератаками, спутниковой группировки (3 спутника) для осуществления морского и воздушного мониторинга (к 2020 г.), объединенной системы подготовки кадров для указанных служб. По мнению авторов доклада, реализация этих мер могла бы способствовать серьезной экономии средств пяти стран Северной Европы в сфере безопасности38.

Помимо этого, была подчеркнута необходимость учредить общий орган по расследованию военных преступлений, расширить взаимодействие между дипломатическими службами североевропейских стран, укрепить военное сотрудничество в вопросах транспорта, медицины и образования. И, наконец, Т. Столтенберг заявил о необходимости подписать «Декларацию солидарности» стран Северной Европы, в которой бы оговаривалось, как каждая «страна должна себя вести, если ее сосед станет объектом атаки или воздействия извне».

Аналитики по-разному оценивают этот доклад. Некоторые из них считают доклад «историческим», видят в нем начало пути к некоему «Североевропейскому пакту». Наиболее радикальные авторы предлагают пойти еще дальше: например, шведский историк Гуннар Веттерберг выступает за создание в обозримом будущем Объединенной федерации Северной Европы под символическим руководством датской короны.39 Правда, эти предложения были встречены весьма скептически североевропейскими лидерами (включая самого Столтенберга).

Наряду с полностью позитивными, встречаются и более осторожные оценки доклада. Так, старший научный сотрудник норвежского Института оборонных исследований Пол Сигурд Хилде согласен, что сотрудничество между северными странами по общим проблемам, встающим перед ними в Арктике, является весьма важным. Некоторые из предложений, содержащихся в докладе, такие как сотрудничество спасательных служб, относительно прямолинейны и легкореализуемы. Однако, считает эксперт, «более широкие и далеко идущие предложения, в свою очередь, сразу ставят вопрос о том, действительно ли у североевропейских государств имеются общие интересы как в Арктике в целом, так и в европейской части Арктики в частности. Между северными странами существует не только, так сказать, вариации в глубине их интересов на Крайнем Севере; интересы отдельных стран, имеющих более непосредственные, "физические" интересы в Арктике, совсем не обязательно совпадают».40 К тому же, в условиях глобального финансово-экономического кризиса возникают сомнения в реалистичности выполнения предлагаемых в докладе рекомендаций.

В докладе Столтенберга, по сути дела, были собраны воедино и обобщены мысли и идеи, которые в странах Северной Европы звучат достаточно часто, причем, с самых разных политических сторон. С учетом того, что в работе над документом участвовали эксперты из всех стран Северной Европы, а сам доклад выполнялся по заказу правительств и был одобрен на встрече министров иностранных дел пяти государств, его можно считать программным. Документ является своего рода декларацией о намерениях североевропейских стран, пытающихся создать единый центр, способный вести арктический диалог с Канадой, США и Россией «на равных».


Активизация НАТО в Арктике


НАТО как международная организация является относительно новым актором в арктическом регионе. Существенное расширение её деятельность на Крайнем Севере началось в 2008 г. Последовала серия заявлений высших представителей НАТО в отношении Арктики, были проведены встречи и экспертные семинары по Арктике. В практическом плане альянс присутствует в Арктике в виде объединенной системы ПВО, в которую входят истребители постоянной готовности, системы предупреждения о военном нападении типа AWACS, разведывательная авиация. Силы НАТО взяли на себя патрулирования неба над Исландией после свертывания американской военной базы к Кефлавике в 2006 г.

В рамках НАТО складываются коалиции арктических государств различной конфигурации. Так, в мае 2010 г. Канада и Дания заключили меморандум о военном сотрудничестве в Арктике. Это сотрудничество включает «расширенные консультации, обмен информацией, визиты и совместные учения».41

Частью военного сотрудничества следует рассматривать и рост количества военных учений в Арктике, которые проводятся под эгидой НАТО.

В январе 2009 г. прошли крупномасштабные учения сапёров-взрывотехников у побережья Северной Норвегии. В учениях под названием EODEX (Explosives Ordnance Disposal Exercise) участвовали специалисты из десяти стран: Норвегии, Швеции, Дании, Литвы, Германии, Нидерландов, Франции, Бельгии, Эстонии и Турции. Задачей учений являлась тренировка команд в экстремальных зимних условиях. Участники практиковались в зимней навигации, подлёдном дайвинге и подводных взрывных работах. В рамках учений НАТО Cold Response в марте 2009 г. отрабатывались совместные действия по отражению агрессии потенциального противника42.

В июне того же года силы быстрого реагирования НАТО проводили учения Loyal Arrow 2009, вблизи спорных арктических территорий. В них участвовали военнослужащие Германии, Великобритании, Италии, Норвегии, Польши, Португалии, Турции и США. Было задействовано две тысячи солдат, авианосец и 50 американских истребителей F-15 Eagle. По легенде, богатая от продаж нефти диктатура «Лапистан» напала на соседнее государство. Согласно поставленной задаче, силы НАТО пресекали агрессию, используя в основном военно-воздушные силы. Учения проходили на территории от центральной Швеции до северной Норвегии. Швеция и Финляндия участвовали в маневрах в рамках программы Партнерство ради мира43. Это были первые крупные учения НАТО в Швеции, которая традиционно проводит политику нейтралитета или неприсоединения. Некоторые эксперты и шведские политики отметили, что военные маневры послужат началом политических дебатов об отказе от статуса неприсоединившегося государства и путем втягивания Швеции в НАТО.

Эксперты расходятся во мнении относительно причин и мотивов активизации НАТО в Заполярье. Первая точка зрения сводится к тому, что НАТО, испытывающая вызовы со стороны других международных организаций в обеспечении европейской, трансатлантической и глобальной безопасности (ООН, ЕС, ОБСЕ, Арктический совет, Совет Баренцева-евроарктического региона и пр.), стремится отстоять свою роль как главного гаранта региональной и глобальной безопасности и, тем самым, доказать свою нужность и эффективность в меняющемся мире. Последнее все чаще стало подвергаться сомнению. НАТО стремится продемонстрировать, что при сохранении у нее потенциала сдерживания любой военной угрозы она активно трансформируется в организацию, имеющую новые задачи в сфере миротворчества, борьбы с последствиями природных и техногенных катастроф, поисково-спасательной работы, борьбы с незаконной миграцией, наркопотоками и другими вызовами «мягкой» безопасности. Именно на этом круге проблем НАТО и собирается сосредоточиться в Арктике.

Оппоненты этой точки зрения считают, что НАТО, вряд ли, сможет проводить эффективную политику в регионе. Во-первых, у нее весьма ограниченные ресурсы и возможности по созданию в короткие сроки соответствующей инфраструктуры в регионе. Негативное влияние окажет не закончившийся мировой финансово-экономический кризис. Во-вторых, сам альянс разрывается внутренними противоречиями по вопросу об Арктике. Ряд стран-членов НАТО имеет собственные амбиции и претензии на этот регион, что привело к конфликтам между США и Канадой, Данией и Канадой, Данией и Норвегией по конкретным вопросам арктической политики: определение зон экономического влияния, раздел континентального шельфа, уточнение морских границ, статус северных проливов.

Другая точка зрения состоит в том, что в вопросе об Арктике НАТО, скорее, является инструментом отдельных государств, стремящихся продвинуть свои интересы в регионе, чем проводником единой политики западного сообщества в отношении региона. Так, Норвегия, где Арктике отводится ведущая роль во внутренней и во внешней политике, давно выступает за усиление роли НАТО в регионе. Те же самые мотивы руководят и некоторыми другими участниками разворачивающейся «битвы» за Арктику, например, Канадой и Данией. Как и Норвегия, они не в состоянии самостоятельно противостоять более могущественным соперникам. С одной стороны, они надеются на то, что альянс защитит их интересы перед усиливающейся в регионе Россией, с другой – НАТО послужит некоторого рода арбитром в спорах между членами этой организации по вопросам Арктики и сдержит усиливающийся напор со стороны США, которые позже других вступили в борьбу за ресурсы Арктики. США же, наоборот, надеются использовать свой авторитет в НАТО для оказания давления на своих конкурентов внутри альянса.

Наконец, существует и третья точка зрения, суть которой состоит в том, что два первых подхода не являются взаимоисключающими и вполне могут дополнять друг друга.

В целом же и официальные лица, и эксперты единодушны в том, что НАТО продолжит курс на активизацию своей деятельности в Арктике. Какие это будет иметь последствия для России? По всей видимости, негативные. Ведь при существующем характере отношений с НАТО с трудом удается налаживать отношения даже по совпадающим интересам. Вероятно, в условиях острой конкуренции за ресурсы Арктики, НАТО будет выдавливать Россию так же, как выдавливает из ее из других регионов Европы. Очевидно, что США, которые не присоединились к конвенциям по морскому праву, будут использовать НАТО для укрепления своих позиций в регионе. Норвегия стремится привлечь внимание НАТО к разрешению вопросов по спорным территориям. Поэтому России следует готовиться к непростой и долгой борьбе за отстаивание своих интересов и законных прав.


Последствия ремилитаризации Арктики для национальной безопасности России

Военно-политическая активность всех без исключения арктических соседей России, к тому же входящих в НАТО, не может не настораживать Москву. Хотя на фоне этих приготовлений раздаются заверения о том, что Арктика стабильна и там нет вызовов военной безопасности, возникает вопрос о направленности учений и потенциальном противнике, для борьбы с которым предназначены дорогостоящие и самые современные системы вооружений. Не только отечественные, но и зарубежные эксперты говорят об антироссийской направленности этих военных приготовлений и «приближении новой эры безопасности в Арктике»44.

Тенденция к милитаризации Арктики отчасти усугубляется и тем обстоятельством, что существующие режимы безопасности, такие как ОБСЕ, «фланговые ограничения» Договора об обычных вооруженных силах в Европе лишь частично касаются Крайнего Севера. Плюс к этому ограничения трудно сделать эффективными в отношении военно-морских и военно-воздушных сил, которые могут быть быстро переброшены в Арктику в случае эскалации конфликта.

Кстати, против распространения ограничений на военно-морские силы в 2008 г. выступили США, когда Россия сделала такие предложения в рамках ОБСЕ. В частности, предлагалось заранее оповещать всех участников договора о перемещении значительных сил ВМФ и морской авиации в регионе от 80 параллели на севере Европы и до 20 параллели на юге, и от 40 западной до 60 восточной45. Тем самым повышались бы меры взаимного доверия, а с другой стороны, данные условия не ограничивали свободу мореплавания в Арктике за пределами 80 параллели.

Становлению и соблюдению режима безопасности в Арктике мешают и трудности технического характера, если учесть, что Арктика – огромное пустынное пространство, для патрулирования которого потребуются значительные силы и средства46.

Как же Россия реагировала на процесс ремилитаризации Арктики? Политика по обеспечению интересов безопасности России в регионе была определена в сентябре 2008 г. в документе «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу»47. В сфере обеспечения безопасности стратегической целью были названы обеспечение благоприятного оперативного режима в Арктической зоне России (АЗР), включая поддержание необходимого боевого потенциала группировок войск (сил) общего назначения, других войск, воинских формирований и органов в этом регионе.

Россия с 2007 г. возобновила патрулирование Арктики стратегическими бомбардировщиками. На следующий год в этих полетах принимали участие самолеты-заправщики, истребители и разведывательные самолеты. Всего в 2008 г. российская стратегическая авиация совершила 87 вылетов в этом регионе48.

Северный флот с 2008 г., и тоже впервые с окончания «холодной войны», начал патрулировать морские пространства. Российские подводные лодки отрабатывали операции под арктическими льдами.

Россия также планирует модернизировать свой флот стратегических бомбардировщиков ТУ-95МС, ТУ-160 и ТУ-22М3, а также ввести в состав Северного флота три атомных подводных лодки класса «Борей».

Арктическая доктрина РФ подразумевает усиление Службы береговой охраны ФСБ и пограничного контроля в АЗР и организацию технического контроля за проливами, устьями рек, лиманами на всей трассе СМП. В Арктике на пограничников помимо охраны морских и сухопутных границ возлагаются задачи борьбы с наркотрафиком, браконьерством, незаконной миграцией из стран СНГ, а также содействие научному изучению Арктики.49

Иными словами, основная цель развития военной инфраструктуры в регионе видится не в последующем значительном наращивании военного присутствия РФ, а в установлении системы мер по контролю над воздушным, водным и сухопутным пространствами. Более того, создаваемая инфраструктура должна максимально способствовать решению задачи экономического освоения Арктики.

В целом, при определении своей позиции в отношении наметившейся в последнее время опасной тенденции к ремилитаризации региона, Россия должна проводить сбалансированную линию. С одной стороны, она не должна забывать о мерах по обеспечению своей обороноспособности в Арктике, с другой – ей и другим заинтересованным государствам и международным организациям необходимо уже сейчас задуматься над поиском взаимоприемлемых решений с тем, чтобы не допустить дальнейшей эскалации негативных тенденций. Создание особого регионального режима по контролю над вооружениями и развитие мер доверия могли бы стать важными приоритетами международного сотрудничества в Арктике.


Список литературы


  1. Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу // http://www.rg.ru/2009/03/30/arktika-osnovy-dok.html

  2. Canada’s Northern Strategy: our North, our heritage, our future. – Ottawa: Government of Canada, 2009.

  3. Conley H., Kraut J. U.S. Strategic Interests in the Arctic An Assessment of Current Challenges and New Opportunities for Cooperation A Report of the CSIS Europe Program. – Washington: CSIS, 2010.

  4. Gabriel D. US-Canada Joint Arctic Security and Control? // http://www.geopoliticalmonitor.com/us-canada-joint-arctic-security-and-control-4008/

  5. Huebert R. Welcome to a new era of Arctic security // http://www.theglobeandmail.com/news/opinions/welcome-to-a-new-era-of-arctic-security/article1682704/

  6. Kollien A. Toward an Arctic strategy. Carlisle Barracks, 2009.

  7. National Security Presidential Directive (NSPD-66) and Homeland Security Presidential Directive (HSPD-25). January 12, 2009 //georgewbush-whitehouse.archives.gov/news/releases /2009/01/ print/20090112-3.html.

  8. New Building Blocks in the North. The Next Step in the Government’s High North Strategy // http://www.regjeringen.no/upload/UD/Vedlegg/Nordområdene/new_building_blocks_in_the_north.pdf

  9. Nordic Cooperation on foreign and security policy. Proposals presented to the extraordinary meeting of Nordic foreign ministers in Oslo on 9 February 2009. Thorvald Stoltenberg http://www.mfa.is/media/Frettatilkynning/Nordic_report.pdf

  10. Petersen N. The Arctic as a new arena for Danish foreign policy: the Ilulissat initiative and its implications // Danish foreign policy yearbook 2009. Copenhagen: The Danish Institute for International Studies, 2009
  1   2

Похожие:

В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconВ далеком 1970 году Билл и Пол были друзьями и они учились в школе на берегу озера в городе Сиэттле. Билл и Пол любили возиться с компьютерами и они написали
Билл – это Билл Гейтс, который и сейчас управляет многомиллиардной империей Microsoft. Пол – это Пол Аллен, который хоть и не работает...
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconBook imperia 9/15/05 4: 57 pm page 1 (Black plate)
Т. А. Алексеева, д пол н. А. Д. Богатуров, член-корреспондент ран о. Н. Быков, д пол н. А. Д. Воскресенский
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconУчебно-методический комплекс по дисциплине Политическое источниковедение
Красильников Дмитрий Георгиевич, д пол н., доцент, профессор кафедры политических наук
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconРабочая программа по курсу «История Беларуси» (2010 2011 уч год)
Великое княжество Литовское, Русское, Жемойтское 2 пол. Хш- 1 пол. Ху1вв. – от средневековья к новому времени
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconТемы рефератов по патофизиологии
Перекисное окисление липидов (пол). Значение пол в развитиии отдельных заболеваний человека (атеросклероз, ибс, нарушение иммунитета,...
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconУчебно-методический комплекс по дисциплине Политические отношения и политический процесс в современной России
Красильников Дмитрий Георгиевич, д пол н., доцент, профессор кафедры политических наук
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconКонфликтология в социальной работе
Авторы: д-р социол наук, профессор, зав кафедрой социальных технологий И. Ф. Албегова, к пол н., ст преподаватель кафедры социальных...
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconЭтические основы социальной работы
Авторы: д-р социол наук, профессор, зав кафедрой социальных технологий И. Ф. Албегова, к пол н., ст преподаватель кафедры социальных...
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconСценарий: Пол Хаггис Продюсер и режиссер: Пол Хаггис
Этот сценарий он был номинирован на премию Оскар, а кроме того, он — автор сценариев к фильмам «Последний поцелуй», «Флаги наших...
В. Н. Конышев > Д. пол н., профессор iconД 941 Дэвис, Пол. Проект Вселенной. Новые открытия творческой способности природы к самоорганизации / Дэвис, Пол. [2-е изд.]. М. Бби, [2011]. 254 с
Д 941 Дэвис, Пол. Проект Вселенной. Новые открытия творческой способности природы к самоорганизации / Дэвис, Пол. [2-е изд.]. М....
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница