Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве»




НазваниеКнига посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве»
страница14/41
Дата10.10.2012
Размер3.48 Mb.
ТипКнига
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   41
кытай-кипчаки, китаи-оба, в которых русские видеть выходцев из далёкого Китая (из империи Кин). Это ещё одно свидетельство того, что «Слово…» написано до захвата Китая монголами, уничтожившими эту империю.

Следует вспомнить, что из самого текста «Слова…» следует, что оно создавалось при жизни князя Игоря: «Почнёмъ же, братiе, повђсть сiю отъ старого Владимера до нынђшняго Игоря». Следует также вспомнить, что в «Слово…» заканчивается здравицей, в которой упомянут Всеволод Святославович, который умер в 1196 году. В этой связи более убедительны датировки «Слова…» двенадцатым веком.

Надо сказать что исследователи, которые относят время создания «Слова…» к двенадцатому веку, также вынуждены прибегать к различного рода гипотезам при конкретизации времени создания «Слова…». Так, например, до недавнего времени широкое распространение имела гипотеза, согласно которой «Слово…» было создано в пределах 1187 года. Дело в том, что «Слово…» заканчивается здравицей: «Слава Игорю Святъславличу, буй туру Всеволоду, Владимiру Игоревичу!». На основании этого исследователи полагали, что «Слово…» было написано после возвращения Владимира Игоревича из половецкого плена в сентябре 1187 г. Среди князей, которых автор «Слова…» призывает встать «за землю Рускую, за раны Игоревы», назван Ярослав Владимирович Галицкий, умерший 1октября 1187 года. Это позволяло заключить, что «Слово…» создано осенью 1187: в период между возвращением Владимира из плена и известием о смерти Ярослава. Однако Н. Г. Бережков в своей работе «Хронология русского летописания» (М., 1963) доказал, что в статье 6695 Ипатьевской летописи совмещены статьи 6695 и 6696 годов и сообщение о смерти Ярослава входит в повествование о событиях 1187 / 1188, а сообщение о возвращении Владимира из половецкой степи — в перечень событий 1188 / 1189, т.е. смерть Ярослава должна датироваться 1187, а возвращение Владимира на Русь — 1188. Таким образом, «Слово…» могло быть написано как до событий 1187, либо после них, и князья, уже умершие ко времени написания, могли фигурировать в «Слове…» как живые персонажи применительно к событиям 1185 года.

Ряд исследователей связывает время создания «Слова…» с 1185 годом. Так, например, М. А. Максимович высказал предположение, что часть «Слова…» до рассказа о возвращении Игоря из плена была создана в 1185, а заключительная часть памятника написана в 1186 году. Сходные взгляды высказывал и В. В. Каллаш, который считал что «Слово…» состоит из двух последовательных частей, причём первая часть заканчивается плачем Ярославны. По его мнению, «обе части возникли одна за другой с небольшим промежутком, в конце 1185 и начале 1186г.» [Каллаш, 1900, с. 347]. Он полагал, что памятник был создан до возвращения Владимира Игоревича из плена.

Исследователи, которые учитывают, что здравица в честь Владимира Игоревича могла быть провозглашена во время пребывания его у половцев, где он жил не как пленник, а как зять Кончака, склонны рассматривать в качестве датирующей приметы время бегства из плена князя Игоря: лето-осень 1185, либо весна-лето 1186. Этот датирующий признак используют А. И. Лященко, А. И. Соболевский, С. Н. Гудзий, А. В. Соловьёв, Б. А. Рыбаков, П. П. Охрименко.

Исследователи единодушны в том, что автор «Слова…» разбирался в истории, политике, а также отличался независимостью суждений, однако при попытках конкретизации его статуса их суждения становятся крайне противоречивыми. Так, например, Н. М Карамзин в своей «Истории государства Российского» высказал твёрдую убеждённость в том, что «Слово…» написано «без сомнения мирянином, ибо монах не дозволил бы себе говорить о богах языческих и приписывать им действия естественные» [Карамзин, 1988, с. 131]. Эта точка зрения получила широкое распространение, однако, со времён О. И Сенковского регулярно воспроизводится мысль о том, что «Слово…» написано церковным ритором. Так, например, Б. И. Зотовым высказана мысль, что автором «Слова…» является лицо духовное. По его мнению, единственным церковным деятелем, который по своей эрудиции, общественному положению, поэтическому таланту может претендовать на авторство «Слова…» является Кирилл Туровский [Зотов, 1989, с. 118—124]. Его оппоненты находят стиль и характер проповедей Кирилла Туровского радикально отличными от стиля и характера «Слова…». Кроме того, Кирилл Туровский ко времени написания «Слова…» либо умер, либо принял схиму и полностью отошёл от мирских проблем.

Некоторые исследователи полагают, что автор «Слова…» участвовал в походе князя Игоря и побывал с ним в плену; другие исследователи видят источник сведений об обстоятельствах боя, пленения и бегства из плена князя Игоря автор почерпнул в устных рассказах очевидцев событий и самого Игоря.

Широко распространено мнение что, автор «Слова…» принадлежал к высшему классу общества. Это мнение основано на том, что он прекрасно разбирался в междукняжеских отношениях, а также отличался свободомыслием. Однако существуют и менее категоричные суждения. Так, например, в последнее время всё чаще высказывается мысль о том, что автор слова был профессиональным певцом-поэтом. В статье «Размышления об авторе "Слова о полку Игореве"» Д. Лихачёв высказывает ряд соображений в поддержку данной гипотезы. По поводу призыва автора к князьям «встать за землю Русскую, за раны Игоревы» он пишет: «Этот призыв был бы смешон в устах скомороха, бессилен в устах певца из народа, недозволителен в устах черезмерно зависимого придворного или простого воина, но он был возможен под прикрытием князя-покровителя… Есть только два князя, при которых певец мог именно так воспеть поход Игоря и произнести над ним осуждающие и, одновремённо, похвальные слова, — это князь Святослав Киевский, "отец" по своему положению в стольном городе, и Игорь Святославович» [Лихачёв, 1985, с. 5]. Сам Д. Лихачёв считал автора «Слова…» приближённым князя Игоря Святославовича. Мысль о том, что живущему на иждивении певцу проще критиковать своего покровителя, более чем странна. Ещё более странно полагать, что слова песнотворца удельного князя могли быть услышаны другими князьями.

По мнению Н. Ю. Бубнова, «Слово…» является «песнью-славой с выраженными чертами скальдического жанра» [Бубнов, 2003, с. 126—139]. Следует заметить, что придворным певцам сложнее критиковать господ, чем шутам и скоморохам, которым многое прощалось. Кроме того, попытка придворного певца оправдать князя Игоря должна были породить сомнения в искренности песнотворца. По всей видимости, это обстоятельство побудило И. И. Малышевского и Н. Головина отнести автора «Слова…» к странствующим певцам-книжникам. Между тем книжниками издревле называли начётчиков, а таковым автор «Слова…» не был. Он не прибегал к иносказаниям, у него отсутствует безудержное желание цитировать Писание.

До сих пор даже вопрос о количестве лиц, участвовавших в создании «Слова…», является дискуссионным. М. С. Грушевский развивал гипотезу о двух авторах «Слова…». По его мнению, до слов «Прысну море полунощи…» авторство принадлежит представителю киевской дружины, который является сторонником Святослава. Вторую половину «Слова…», в которой наблюдается преувеличенное восхваление Игоря, М. С. Грушевский приписывает стороннику князя Игоря [Грушевский, 1923, с. 199—126].

И. Франко пытался доказать, что «Слово…» является дружинной песней, составленной из нескольких песен, сложенных несколькими певцами в разное время: Песня о походе Игоря, Песня о Всеславе Полоцком, Песня о смерти Изяслава Васильковича и др. [Франко, 1907, s. 299—307]. Сводом отдельных песен считал дошедший текст и С. Е. Ляцкий, который писал: «Обе основные песни — об Игоре и Святославе — подверглись в некоторых своих частях переработке, сокращениям и многочисленным дополнениям из элементов старых песен и пословиц, причём некоторые строфы, может быть, по вине переписчиков нередко искажались и попадали не на свои места. Таким образом, известный нам текст, сохраняя, в общем, строфы двух оригинальных песен — поэм конца XII в., — сохранил вместе с тем и следы некоего объединителя, композитора-редактора. Этот редактор — будем называть его слагателем "Повести" — задался целью сопоставить упомянутые песни в одном произведении, иллюстрировать их песнями отдалённой старины о князьях Олеге Святославиче, Всеславе Полоцком и Изяславе Васильковиче, попутно захватить и отрывки из песен о князьях современных и подчинить всю эту смесь одной величавой и высокой идее свободы и единства Руси» [Ляцкий, 1934, с. 127—129].

С. Е. Ляцкий разлагает процесс написания «Слова…» на два этапа. На первом этапе поэт, сторонник Игоря и участник его похода сложил песнь, которая прославляла доблесть князя и оправдывала его поход. В качестве ответа на эту песнь, некий боярин, близкий к Святославу, из песен, которые распевались придворными певцами Святослава, сложил особую поэму о Святославе. Эти два произведения составили первую часть «Слова…», написанную до возвращения князя Игоря из плена. Вторая часть «Слова…» по С. Е. Ляцкому написана «под непосредственным впечатлением его рассказа о возвращении, оба вместе — не позже 1187 года» [Там же. С. 127—129].

К настоящему времени предпринято множество попыток отождествить автора «Слова…» с конкретным историческим лицом. А. А. Потебня полагал, что автор «Слова…» был внуком Бояна [Потебня, 1914, с. 21]. Аналогичных взглядов придерживаются М. В. Щепкина и А. Н. Робинсон. Надо сказать, что социальный статус Бояна до сих пор остаётся загадочным для исследователей. Более того, некоторые исследователи полагают, что это просто обобщённый образ сказителя.

Писатель И. Новиков полагал, что «Слово…» написано участником похода князя Игоря в плену. В Ипатьевской летописи сообщается, что вместе с Игорем в плену был сын тысяцкого и конюший, которые и уговорили Игоря бежать из плена вместе с половчанином Лавором. В. Н. Татищев в «Истории Российской» сообщает, что по возвращении из плена Игорь «учинил Лавора вельможею» и выдал за него «дочь тысяцкого Рагуила». И. Новиков считал сына тысяцкого, который был в плену вместе с князем Игорем, сыном Рагуила. По его мнению, сын Рагуила и является наиболее вероятным автором «Слова…». Сына Рагуила И. Новиков также без серьёзных оснований отождествил с «премудрым книжником Тимофеем» [Новиков, 1938, с. 113—140].

А. К. Югов приписывал авторство «Слова…» «словутному певцу Митусе», имя которого упомянуто под 1240 в ипатьевской летописи. Серьёзных аргументов в пользу этой догадки он не привёл. Следует заметить, что большой разрыв во времени между походом Игоря и событиями, связанными с Митусой, порождают серьёзные сомнения в её правомерности [Югов, 1970, с. 205—213].

Б. А. Рыбаков в монографии «Русские летописцы и автор "Слова о полку Игореве"» предлагает рассматривать в качестве автора «Слова…» киевского боярина Петра Бориславовича [Рыбаков, 1972, 393—515], которого Татищев называет киевским тысяцким. В 1152 году Пётр Бориславович выступает в качестве посла Изяслава Мстиславовича перед галицким князем Владимиром Володаричем. В 1169 (1170) Мстислав Изяславович «отпустил» Петра Бориславовича «от себе» из-за того, что холопы Петра Бориславовича «покрале коней Мстиславли». Обиженный Пётр Бориславович клевещет на своего бывшего сюзерена Давыду Ростиславовичу. В том же году в никоновской летописи и у Татищева в рассказе о захвате и разгроме Киева коалицией русских князей под предводительством Мстислава Андреевича сообщается, что Киев был взят благодаря измене киевских бояр, среди которых упоминается Пётр Бориславович. Среди изложенных выше фактов решающую роль в выдвижении Петра Бориславовича на роль автора «Слова…» сыграло его участие в посольстве в 1152 году к галицкому князю Владимиру. Уже давно высказано мнение, что рассказ об этом посольстве в Ипатьевской летописи написан самим Петром Бориславовичем. Б. А. Рыбаков развил эту гипотезу, однако, был вынужден констатировать: «Был ли этот летописец (Пётр Бориславович — В. В.) автором Слова или только современником его двойника, во всём подобным ему, решить нельзя. Да и сам облик этого летописца, составленный из разнородных источников, может вызвать много сомнений и возражений» [Рыбаков, 1991, с. 6].

В. Суетенко считает, что автором «Слова…» является Софония Рязанец. По его мнению, Софония Рязанец попал в «Задонщину» из «Слова…» [Суетенко, 1976, с. 27]. Ссылаясь на тверскую летопись, В. Суетенко полагает, что «во второй полрвине XII века Софония, боярин из Брянска, где не было тогда княжеского стола, отправился служить удалым рязанским князьям и отсутствовал достаточно долго, чтобы по возвращении получить прозвище Рязанец» [Там же. С. 26]. О причинах, которые побудили боярина, находившегося на службе у рязанских князей, оправдывать и воздавать хвалу Игорю можно только гадать.

Р. О. Якобсон в обзоре американской литературы упоминает гипотезу американского исследователя С. Тарасова, согласно которой автором «Слова…» является «милостник» (любимец) великого киевского князя Святослава Всеволодовича Кочкарь [Якобсон, 1958, с. 115]. Обоснования этой гипотезы не приведены.

В. Михайлов провозгласил автором «Слова…» писца псковского Пантелеймонова монастыря Домида [Михайлов, 1989, с. 18]. При этом он руководствовался ошибочным прочтением тайнописи в конце последнего листа «Апостола»: «е.з.зззз. в море. Пять земель две тьме море». Без серьёзных оснований В. Михайлов связывает оборот «пять земель» с фрагментом «Слова…» « Дивъ … велитъ послушати земли незнаеме, Влъзе, и Поморию, и Посулию, и Сурожу, и Корсуню…» и вычленяет первые буквы перечисленных названий земель, а «две тме» прочитывает как «ов». В результате он получает выражение «В П Псков Море», которое трактует следующим образом: «В Пантелеймоновском псковском монастыре». При этом он полностью игнорирует часть знаков тайнописи.

Существует целый ряд попыток приписать авторство «Слова…» князьям. В. Ф. Ржига отвергал возможность написания «Слова…» дружинником. Он писал: «…неизбежна мысль, что "Слово о полку Игореве" сложилось не в дружинной среде, а в княжеской» [Ржига, 34, с. 158]. По его мнению «или сам автор был князем, или он был профессиональным и вместе с тем придворным княжеским поэтом, тесно связанным с княжеским родом» [Там же. С. 159]. Более конкретная попытка отождествить автора «Слова…» с князем основана на предположении, что автор «Слова…» является свидетелем всех событий связанных с Игорем. Таким свидетелем мог быть только сам князь Игорь. В качестве стронников данной гипотезы выступили Н. В. Шарлемань, И. И. Кобзев, а также В. А. Чивилихин, который в своём романе-эссе «Память» попытался детально развить эту гипотезу [Чивилихин, 1984, с. 98—128]. В качестве наиболее веского аргумента, свидетельствующего в пользу данной гипотезы, он рассматривает слова «брат», братие», «князь», «княже». По мнению критиков данной гипотезы, множество примеров из древнерусских текстов позволяет утверждать, что обращение «братия» является этикетным книжным оборотом. Частое употребление автором слова «князь» также не свидетельствует в пользу его княжеского происхождения. Дело в том, что в текстах XI—XII вв. не зафиксировано ни одного случая употребления этого слова при обращении князя к князю. Против попыток приписать «Слово…» князю Игорю свидетельствует само наличие морально-этических оценок, которые даны в «Слове…» князю. Мысль о том, что князь Игорь написал подмётную повесть, также весьма уязвима для критики.

В. В. Медведев попытался отождествить автора «Слова…» с киевским князем Святославом Всеволодовичем [Медведев, 1988, с. 25—26]. Эта гипотеза также не вызывает доверия по целому ряду причин. Дело в том, что «Слово…» написано профессионалом, который долгое время упражнялся в риторике и достиг в ней недосягаемых высот. Где и с какой целью князь Святослав приобщился к словотворчеству можно только гадать.

С. В. Грабовский считает автором «Слова…» князя Святослава Рыльского, племянника Игоря, участника злополучного похода. Между тем есть веские основания считать, что 19-летний рыльский князь погиб в плену. Кроме того, отсутствуют данные, позволяющие вообще судить о личности этого князя.

На основании предложенной И. Е. Забелиным конъектуры: «Рекъ Боян и Ходына, Святославля старого времени…», в настоящее время многие исследователи и переводчики видят в Ходыне имя второго поэта-певца, который был современником, учеником или последователем Бояна. Всё чаще высказывается мысль, что именно Ходына был автором «Слова…». При этом чисто умозрительно его трактуют как современника, как ученика или как последователя Бояна. Произвольное толкование текста «Слова…» позволило В. Г. Руделёву утверждать, что автор «Слова…» был не только последователем Бояна, но и его учеником и современником. При этом он вынужден констатировать, что ко времени создания «Слова…» его автору (Ходыне) «было около ста лет, может быть, даже более ста» [Руделев, 1985, с. 3].

Ходыну считает автором «Слова…» и А. Ю. Чернов [Чернов, 1986, с. 279—293]. Он видит его непосредственным учеником Бояна. По мнению А. Чернова, упоминание имени автора в конце текста — средневековый литературный приём — скрытая авторская «печать» — «сфрагида». Слабостью данной гипотезы является то, что Ходына назван в «Слове…» песнотворцем старого времени. Так называть себя автор «Слова…» не имел оснований.

Г. В. Сумаруков, привлекая гипотезу о Ходыне, полагает, что прилагательное «Святославля», которое отнесено к этому слову проливает свет на Ходыну: под Ходыной следует подразумевать жену киевского князя Святослава Всеволодовича Марию Васильковну. Её он и считает с автором «Слова…». Следует заметить, что Г. В. Сумаруков даже не пытается объяснить, почему Марья Васильковна названа Ходыной. Дело в том, что такое обращение характерно для тюркоязычной среды.

В книге Л. Е. Махновца «Про автора "Слова о полку Iгоревiм"» решительно отвергаются доводы Рыбакова и Чивилихина относительно авторства «Слова…». Исключая возможность авторства Петра Бориславича и Игоря, Махновец приписывает создание «Слова…» князю Владимиру Ярославичу Галицкому [Махновец, 1985, с. 24—27].

Ссылаясь на полный произвол во взглядах исследователей на личность автора «Слова…», мистификаторы В. М. Богданов и Н. В. Носов в книге «"Слово о полку Игореве". Великая мистификация» предлагают своё решение проблемы авторства «Слова…». Они пытаются доказать, что автором «Слова…» является В. К. Тредиаковский, чьи стихотворные опусы традиционно подвергались осмеянию. При этом они широко используют нумерологию и другие далёкие от науки методы. Не чужды В. М. Богданову и Н. В. Носову столь популярные в «слововедении» славянофильство и тюркофобия, которые превращают «Слово...» в сплошную загадку, перед которой пасует фантазия даже самых отпетых мистификаторов. Они пишут: «А вот ещё могуты, татраны, ревуги и топчаки… Комментарий к школьному переводу делает из них "тюркские племена степных кочевников, издавна осевших в пределах Черниговского княжества и подпавших под культурное влияние русских". Чернигов — ближайшее к Киеву княжество. Зачем же оседать степнякам-тюркам в непосредственной близости от главного врага своих родичей? Причём в таком количестве, что русских полян, кривичей, древлян в "Слове…" вовсе нет, а черниговских тюрок — целых полдюжины поимённо названных племён… И почему это они тюрки? Очевидно, по странному звучанию некоторых названий. Но ведь большая-то часть этих названий — совсем не экзотичны!

Могуты — явный единый корень со словом "могут".

Ревуги — от слова "реветь".

Топчаки — от слова "топтать".

Почему бы это тюркским племенам принимать русскоязычные имена? Может быть, это племена не тюркские?

Ох уж эти загадочные тюрки! То мотаются по степи, извека нападая на осёдлых славян, то, будучи столетиями постоянной угрозой Руси, вдруг оседают целыми племенами в Черниговских лесах, подпадают под "русское влияние" и ходят в походы против своих же, по большей части, единоверцев» [Богданов, 2005, с. 34—35].

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   41

Похожие:

Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» icon«Слово о полку Игореве» в русском искусстве» (9 класс)
И не столь много в ней произведений, которые принадлежали бы гениальным писателям. Одно из таких великих произведений памятник древнерусской...
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconУрок № Жанр. Сюжет и композиция «Слова о полку Игореве»
Адрес: ст. Донгузская, ул. 9 Пятилетки, д. 15, кв. 26; тел. 39-63-17, моб. 89225490522
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconАнжела Олеговна Мельник
Методика организации диалогического изучения «слова о полку игореве» в школьном курсе «литература»
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconПлан: История находки «Слова о полку Игореве». Сюжет «Слова…»
Это “золотое слово” учит нас любить свою родину Россию и хранить ее единство, вот почему я выбрала темой своего реферата это бессмертное...
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconВопросы по литературе предназначены для абитуриентов, поступающих по специальности 050148 Педагогика дополнительного образования
Почему образ Ярославны из «Слова о полку Игореве» вошел в галерею классических образов русской литературы?
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconЛитература ХI хiх веков курсовая работа
Проблема жанра «Слова о полку Игореве» как раз относится к таким вопросам, так как самым теснейшим образом связана с вопросом об...
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconЛитература до XVIII века почти неизвестна. Не считая нескольких произведений, таких как «Слово о полку Игореве»
Русская литература до XVIII века почти неизвестна. Не считая нескольких произведений, таких как «Слово о полку Игореве» и «Житие»...
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconЛитература как искусство слова и её роль в духовной жизни человека
Самобытный характер древнерусской литературы. Р. К.:»Повесть об азовском осадном сидении донских казаков» «Слово о полку Игореве»...
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconЛ. И. Зарембо история заглавия «слова о полку игореве»
Это представляется парадоксальным на фоне таких доминант последней, как сильное авторское начало, выразительная устойчивость, закрепленность...
Книга посвящена проблемам, связанным с изучением «Слова о Полку Игореве» iconУрок внеклассного чтения на тему: «Нераскрытые тайны «Слова…» (9 класс)
Цель: показать «Слово о полку Игореве» как предтечу великой русской литературы, как произведение, в котором ярко раскрыт менталитет...
Разместите кнопку на своём сайте:
Библиотека


База данных защищена авторским правом ©lib.znate.ru 2014
обратиться к администрации
Библиотека
Главная страница